Кто конкретно приговорил Иисуса к смерти и за что

Уже дважды пришлось касаться вопроса об отношении Иисуса к деньгам и с деньгами в текстах: «Иисус Христос считает зарабатывание денег благим делом???» и «Притча о неверном управителе и неправедном богатстве», где приходилось опровергать весьма странные утверждения о вполне «мирных» и даже «толерантных» отношения Иисуса с деньгами и к деньгам. Несомненно, для решения бытовых задач и поддержания следовавших за Ним деньги использовались: «После сего Он проходил по городам и селениям, проповедуя и благовествуя Царствие Божие, и с Ним двенадцать, и некоторые женщины, которых Он исцелил от злых духов и болезней: Мария, называемая Магдалиною, из которой вышли семь бесов, и Иоанна, жена Хузы, домоправителя Иродова, и Сусанна, и многие другие, которые служили Ему имением своим» (Лк., 8:1-3).

Но отношения эти были, мягко говоря, сложными: «Приближалась Пасха Иудейская, и Иисус пришёл в Иерусалим и нашёл, что в храме продавали волов, овец и голубей, и сидели меновщики денег. И, сделав бич из верёвок, выгнал из храма всех, [также] и овец и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул. И сказал продающим голубей: возьмите это отсюда и из дома Отца Моего не делайте домом торговли» (Ин. 2:13-16).

В основной своей массе мы – представители христианской цивилизации и христианской культуры, очень мало знаем о них и почти совсем не понимаем, пребывая в их среде подобно сомнамбулам. И это не смотря на огромное количество людей, которые занимаются этими вопросами профессионально, но как бы в некоем своем «хрустальном замке». В нем они интересны друг другу, общаются и ссорятся, скандалят друг с другом, но людей вовне их смыслы не достигают. Долетают же до нас плохо воспринимаемые штампы, которые по своей абстрактности и оторванности от умопостигаемого мира очень похожи на «позднемарксистский талмудизм», от которого 40 лет назад почти вся наша страна (и не только она) дружно отвернулась, решив уйти из этого «Египта» и оказавшись в результате в пустыне.

В большом количестве текстов (см. Комментарии автора), разбираю притчи Писания, показывая их системную смысловую сопряженность в рамках единого повествования о внутреннем устроении человека и его пути в этом мире. Ругают меня (когда ругают) за разномыслие с учением Церкви («…надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные» - 1 Кор., 11:19) – как посмел не соглашаться с таким авторитетом? Но никто не представил иное истолкование, более непротиворечивое, системное, понятное и обоснованное. Так и с произошедшим в Иерусалимском Храме, который вынес смертный приговор Иисусу и организовал Его казнь, но так и остался в тени. Об этом и расскажу.

В I веке в Иудее использовались как римская, так и ближневосточная денежные системы. Подати Риму платили римскими денариями (будущими динарами). В Иерусалимский храм в еврейскую Пасху жертвовали тирские серебряные полушекели, на которых не было изображений. Их можно было прямо в Храме (во внешней галерее) приобрести у менял с переплатой – эти монеты стекались в Храм, накапливались и в свободном хождении практически отсутствовали. Их можно было только приобрести у Храма и ему же пожертвовать, а приобретали их с «рыночной» наценкой, т.к. больше взять было негде. На жертвенные деньги Храм должен был покупать жертвенных животных для «всесожжения» как заместителей самих жертвователей, подобно тому, как у Исаака его сын на жертвеннике был замещен овном.

Во времена Иисуса собственной серебряной монеты в Иудее не было. С момента основания династии Хасмонеев начали чеканить свою медную или бронзовую монету — прута. В качестве самых мелких разменных монет оставили греческую медную лепту. После прихода к власти Ирода на прута начали печатать имя императора без изображения. Но после 70 года нашей эры в Риме увидели в этом непочтение и обязали чеканить профили императоров, после чего чеканка пруты не производилась, а монета утратила функции платёжного средства. В период Первой иудейской войны с 66 по 73 год чеканили собственные серебряные шекели, а также его половины и четверти. Иудейский шекель по весу равнялся тирским шекелям (статерам) – около 14 грамм.

Теперь о полушекеле: «Когда будешь вести счет голов сынов Израиля по их счислениям, то дадут они каждый выкуп за душу свою Господу при счислении их, и не будет среди них пагубы при счислении их. Это пусть дадут они, всякий, переходящий к сочтенным: половину шекеля по весу шекеля священного; двадцать гер в шекеле, половина такого шекеля – возношение Господу...» (Исход, 30:12-13).

В Иерусалимском Талмуде цитируется комментарий Раши к этому указанию Ветхого Завета: «Всевышний показал Моше подобие огненной монеты (вспомним о жертве всесожжения) весом в половину шекеля и сказал ему: «Такое должны они дать» (пылающую на огне любви к Творцу душу – квинтэссенцию земной личности)». Раши – раввин Шломо, сын Ицхака (1040-1105) – духовный лидер еврейства Северной Франции, знаменитый комментатор Талмуда и Танаха, таким образом прокомментировал значение полушекеля – грех золотого тельца затрагивал саму суть отношений Всевышнего с еврейским народом и источником всех последующих грехов. До дарования Торы источником всех грехов был грех Древа Познания. Дарование Торы обнулило эту историю. Евреи стали безгрешными, бессмертными и «кредитоспособными» в отношениях с Творцом. Но они согрешили грехом золотого тельца и все вернулось: и греховность, и смертность.

Другой не менее значимый духовный лидер еврейства Рамбам – Моисей Маймонид (1135-1204) в комментариях к Торе (Мишне Тора) прокомментировал так: «богатый не более, а бедный не менее половины шекеля должен дать в возношение Господу, чтобы искупить ваши души».

Почему именно половина. Шекель – двадцать гер. В Кабале говорится о том, что десять гер символизируют десять сил еврейской божественной души. Вторая десятка – десять эманаций Всевышнего, образующие целостную фигуру Адама Кадмона, духовного прообраза человека, по образу которого мы сотворены. Таким образом в Храм Творцу жертвуется «человек внешний» (телесный и душевный), отданный Творцом под начало «неверному управителю» - князю мира сего (нашему эго). Другая половина человека – «человек внутренний» (духовный) уже у Творца и в Царстве Небесном две половины станут целостностью (единым), что подробно пояснялось в предыдущих текстах.

Таким образом: «…богатый не более, а бедный не менее половины шекеля должен дать в возношение Господу». Храм же, получая назад свои полшекеля, получал от жертвователей еще и другую большую сумму в динариях и шекелях, на которых были профили императоров и финикийский бог Мелькарт (у греков – Геракл). Таким образом, Храм в реальности получал от жертвователей больше половины шекеля, да еще и в языческих монетах с запрещенными изображениями, а сами менялы – это просто «прокладки» как кассиры в банке.  

Иисус опрокидывал столы, в реальности принадлежавшие Храму и на бизнес Храма (а значит и на сам Храм) Он поднял руку. Лишить Храм главного источника финансов – посягнуть на власть Храма. Его служители это ясно поняли. Именно Храм после этого потребовал устранения Иисуса, а Сангедрин (Синедрион) и римляне – просто исполнители, взявшие на себя ответственность.

Иисус поднял руку на власть денег, деньги и добились Его казни.