«Сильные» языки

Речь в статье пойдёт о языках, как средствах коммуникации и символьных системах.

Тезисно суть статьи можно дать примерно таким образом: цивилизационное устроение, опускаясь на уровень народа и территории им занимаемой, склонно «выпускать» клокочущий «пар» энергетики, этим народом испускаемой, в выделение особых языковых зон, которые развиваются в мощный пропагандистский, а иногда даже бытовой инструмент. Этим языковое самотворчество НЕ ограничивается, а распространяет своё влияние на окружающие, схожие по языку, народы. Речь идёт, как уже, наверно, все догадались, о МАТЕ (обсценной лексике и её словоформах).

При этом само цивилизационное устроение может без мата вполне обойтись. Но вот народ-движитель внутри цивилизации очень склонен всё же вырабатывать «подстёгивающую» лексику во имя усилий, своих собственных. Феномен Русской цивилизации состоит в том, что русские одновременно составляют народ, территорию и единую цивилизацию, а это где-то в чём-то (ещё и климат подкачал), имхо, удесятерило «прокачку» мата в среде русских в разы. Можно ещё добавить и безконечные войны за то, чтобы оставаться самими собой. Это тоже усугубляет т. с.

Сама по себе обсценность лексического творчества полагается обсценностью лишь на бытовом уровне: ну нехорошо ругаться матом среди женщин и детей, невежливо и некультурно говорить в других обстоятельствах жизни, когда мат, в общем-то, не нужен. Но привычка к напряжению сказывается на том, что ареалы мата иногда прорываются в «чуждые» ему пределы, где и порой даже расцветают. К таким ареалам можно отнести либо в основном мужские коллективы: армия, некоторые стройки, экспедиции, иногда заводы или иные коллективы, либо, гораздо реже, женские: в основном, зона, конечно.

Вот в них мат и расцветает, потому что ему ни ухом, ни ротом не ставятся границы допустимого (все ж мужики вокруг, так хрен ли тут барышню из себя изображать), хотя, конечно, бывают и исключения, но очень редко. Не мной замечено, что когда жизнь русского человека в течение его жизни улучшается (большинства), мат «отступает» и его даже начинают слегка «презирать», если даже не перевоспитывать, и наоборот: любые передряги в государстве немедленно отзываются ростом употребления мата в жизни людей. Собственно, никакого секрета это не представляет: чем хуже жизнь, тем чаще хочется ругнуться в сердцах, а лучше всего это делать матерно: просто, понятно, в самую точку!

Поэтому я иногда мат воспринимаю, как некую ЭФИРНУЮ зону, про которую каждый русский знает, что она есть, и знает также все её мелочи, законы и пертурбации, но вот своё собственное отношение к ней вырабатывает лично (некоторым просто не нравится ругаться или говорить матом, они полагают, что этим обедняют себя, или ещё что). А для большинства русских зона мата есть данность, которую ругай ни ругай, люби не люби, третируй неупотреблением не третируй – она всё равно останется, вот хоть тресни!

Эта ЭФИРНАЯ зона нависает над каждым русским человеком (или живёт в нём внутри, кому как нравится), лексически помогая ему в стрессах: он не/осознанно осознаёт как бы, что ему есть «куда» обратиться, и эта «помощь» придёт, как ВЫСТРЕЛИТ! Эфирная «молния» мгновенно прошибёт, мгновенно делает МАХ! Чувство это может притупиться, если ежедневно разговаривать с помощью мата, и обостриться – если всё же держать себя в «интеллигентских» уздах. Т. е., осознавая, что мат – это последняя лексическая вспомогательная инстанция, ну, как бы не рекомендуется что ли, использовать эту МОЩЬ на всякую бытовую, ежедневную хрень.

Наверно поэтому я к мату отношусь чуть более спокойно, но и с любопытством: иногда анализирую, к примеру, почему мне на ум приходит матерное словечко, а не «обыкновенное». Ну и ощущаю, что иногда то ли память барахлит (на предмет нематерных слов), то ли «сила» мата такова, что он ПЕРВЫМ спешит на помощь разуму, ищущему выхода в слове какой-нибудь очередной эмоции. Во как!

Наблюдения и в какой-то мере исследования помогают также объяснить живучесть мата, в отличие, скажем от других слов. А матерок настолько хорошо на язык «ложится», что с ним посоперничать ничего больше и не может. Я многократно это проверял, и пришёл к удивительным выводам: всё РОДОВОЕ, связанное с РОДОМ, его корнем, цветением, ростом, расцветом, ну и физическими явлениями, связанными с ПОРОЖДЕНИЕМ – это и есть основа его «живучести» и «непрошибаемости». Последний оплот, т. с.

Есть и другая причина интереса к мату: дело в том, что это в какой-то мере – ОГОНЬ. Он и греет, как свойский-свой, родной-родной, но и обжечь может, но он всегда здесь, рядом, родовой огнь страсти, малоуправляемый вулкан, бешенство и страсть. Смехуёчки по поводу того, что Россией напрямую управляет сам Господь Бог – не лишены оснований, если предположить, что мат – есть чистый инструмент Господен, данный в СОЗНАНИЕ русскому человеку, ему в помощь, ему на ВОЛЮ. Ну а с таким вот «инструментом»… ну трудно ожидать иную историю Руси.

А вот у других народов и цивилизаций НЕТ такого «инструмента». Вот нет и всё тут! Что-то схожее, что-то вялое, что-то просто вульгарное и берущее основу из какой-то мелкой пакостности – есть, а нашего МАТА – нет. Как-то будучи в США (давно очень), прочитав в интернете, что там выпустили словарь русского мата (с переводом на английский), нашёл его, заказал, купил. Доставили на дом потом, прямо в Москву. Толстенькая такая книжица, мелкий шрифт, миллионы значений по приставкам и по флексиям (окончаниям слов), по манере, по контексту, по флёру и по вкусу. А матерных слов, «корней», откуда они все берутся всего-то: х, п, б и е, это, если не считать примкнувших к ним: ж, сс, ср и м!

Фантастика!