Фиги и книги …

Интересно, как меняется восприятие культуры, в том числе литературы, с возрастом и со сменой исторических эпох.

Сейчас активно перечитываю и слушаю в аудио классику, да и просто добрых старых писателей. И многие видятся под совершенно другим углом. Сразу оговорюсь – оценки мои личные, сильно предвзятые и далеко небезупречные.

Булгаков. Берем его рассказы, которые при советской власти не особо печатали. Даже слухи в среде истинных интеллигентов ходили – исключительно за антисоветчину его не издают, а так там все сильно гениально. И не проверишь – потому что не достанешь.  Теперь же лишь руку протяни – и вот они. «Зойкина квартира» и прочее, прочее, прочее. Недавно дошел-таки до них. Поразило, насколько они беспомощны, лишены изюминки и осмысления реальности. Не слишком сегодня интересны и его врачебные записки…

Добрался до «Белой гвардии», которую не слишком раньше жаловал. И тут уже впечатления другие. Прекрасная книга, описывающая не только тяжёлую эпоху, но и киевские реалии времен Гетмана Скоропадского. Книга о чести, о выборе, о людях, которые должны сохранить в себе свет. Прекрасно, проникновенно. Еще больше понравился «Бег» - в свое время не шибко мной читаемый. Изумительно. На нерве описана и эпоха, и ее люди, и тот самый выбор. В общем, Михаил Афанасьевич очень хорош. И сегодня актуален, читабелен. Тепло прям на душе от него.

Достоевский. Никогда его не любил за нравоучительность, мрак и тяжёлый язык. Впечатления и сейчас те же самые. Но вместе с тем, когда сталкиваешься с ним, остается всегда ощущение, что это гигантская глыба русской культуры. Он велик. Это целый этический, религиозный, психологический мир. Равных ему мало. Но читать его тяжко. Это те книги, которые развивают человека через приличные усилия на их прочтение. Ну как Гегеля читать – трудно, однако надо.

Лев Толстой. Те же ощущения, что и много лет назад. Глыба. Вселенная. Можно спорить с его взглядами, но по масштабности картины он не знает конкурентов. И легкий образный язык… Как и тридцать лет назад «Анна Кренина» никак у меня не идет, но раньше сюси-пуси о ее тяжёлой судьбе раздражали, а сейчас – понимаешь, что автор потрясающе описал психологию наркоманки. Таких видел по долгу службы, кто во время ломки и от помутнения сознания под колеса готов кинуться.

Гоголь. Восприятие тоже немножко изменилось. Но осталось все равно в ранге благоговения. Раньше нравились мистические моменты, выстраивание сюжета. Сегодня больше наслаждаешься типажами, языком. Ни с чем не сравним – действительно классик, монумент.

Пушкин. Раньше читал из-под палки. Сегодня понимаешь, насколько он велик и как создал современный русский язык. Стихи просто идеально красивые. Прекрасная проза.

Лермонтов. Поэзия – блестящая. Проза – ну, раньше все восхищались романтичным Печориным. Сегодня, с опытом, вдруг осознаешь – описана какая-то совершенная гнида, бездельник, не офицер, а тунеядец и мелкий правонарушитель. Хоть бы в караул сходил. И истории совершенно тупые. Хотя язык шикарный. В общем, не герой он нашего времени, не герой.

Лесков. Достали с его Левшой еще в школе. И с подкованными блохами. Как-то не воспринимал никогда раньше. Сейчас стал перечитывать. Совершенно феноменальный творец. Лучше него глубинную Русь и русские типажи не выдавал никто. При этом очаровательный язык. Вообще, писатель явно недооцененный.

Тургенев. Тоже в школе задрали с его Базаровыми, лишними людьми и прочими навальнятами. Позже, в девяностые, пользовался произведениями Тургенева вместо валерианки. Мир трещал, разваливался, а я проваливался в его размеренную дворянскую жизнь, в достоинство и спокойствие героев, в удивительные природные красоты. Хорош, ничего не скажешь.

Сейчас другое в глаза бросается. Все любовные страсти, которые он с энтузиазмом озвучивает, какие-то идиотские и пошлые. А вот что Тургенев отлично описывал – так это дворянских паразитов, при этом являясь сам таковым. У России каждый год голод, а вся элитная сволочь прогуливает деньги, которые выжали из крестьян, в Баден Бадене. У них там своя культура, тусовка. Ну чисто Верхний Ларс, а заодно Европа с олигархами, которые вывозят стыренное в России и гудят на курортах. Забавно, конечно, красиво написано, но чувство омерзения не проходит. Он очень умело рисует паразитов, которые угробили Российскую Империю. Дать им волю – они и РФ угробят. Потому как высокомерная алчность, тщеславие и паразитизм  не знают границ и времен.

Чехов. Как раньше его не воспринимал, так и сейчас, хотя признаю – писатель он великий. Особенно не люблю рассказы. Там не вижу особого юмора и иронии, зато немало издевательства над «маленьким человеком» Этого «маленького человека» нам русская литература настырно навязывала, вместо того, чтобы давать примеры больших людей, устремлённых на большую цель. Нет, это неплохо, это психология, гуманизм. Но все равно – не нравится. Тем более людям внушалось – вы маленькие, вас жалеть надо, при этом было некоторое преувеличение.

Алексей Толстой. Тоже сильно изменилось отношение. Раньше восхищали лихие повороты сюжета в его «Гарине», «Аэлите». Сегодня понял, что сюжет притянут за уши - там такие прорехи, что даже обсуждать смешно. Вместе с тем он большой мастер широких полотен, раскрытия характеров, проблем человечества, и вообще погружаешься в его повествование с головой. И «Хождение по мукам», и «Петр» - это очень и очень хорошо.

Шишков. Раньше упивался его «Угрюм-рекой», до сих пор считаю великой книгой. А недавно освоил «Емельяна Пугачева» - просто изумительная книга.

Салтыков-Щедрин. Это пророк. Оцениваешь со временем, когда его сатира в девяностые была как документалистика, будто и не прошло полторы сотни лет.

Зарубежные. Диккенс, Гюго, Золя – уже былых восторгов нет, потому что понимаешь, что они описывали западную хищную и сословную психологию. Но сделано классно, ничего не скажешь. А Марк Твен до сих пор на позитиве, уходит на цитаты. Как и Марти   Ларни с его «Позвонком».

Шолохов. Как был, так и остался – настоящий классик. Блестящая панорама жизни – во всех книгах. Читается и сегодня, как всегда.

Паустовский. Как был образец прекрасного языка и отличных описаний, так и остался.

   

А его заметки про Киев, гражданскую войну вдруг стали настолько злободневны, что памятник пора ставить.

 А вот его последователь Солоухин, считавшийся раньше чуть ли не кумиром, который открывал запретное, сегодня совсем увял. Для своего времени был интересен, но очень злобен, непоследователен, и мысли глубокие, если и были, то со временем совсем поблекли, потому как оказались не глубокими. Просто ценили его за фигу в кармане и за то, что вспомнил про старую Русь, иконы, искусство. Спасибо, конечно, но сегодня скучно.

 Всякие Платоновы, Домбровские и прочие авангардисты – как не читались, так и не читаются. Чего вокруг них шум – одному черту понятно. Что-то они глобально изобразили, но все равно не читабельны.

Зато неожиданно читабельными и животрепещущими стали всякие революционные книжки - тот же Фурманов,  Иванов, Федин, Гайдар. Нерв того времени показан. И многое из описанного вновь важно – гражданская война, вечный выбор стороны, пределы насилия и гибкости, времена больших перемен.

Бабель. Перечитал «Одесские рассказы». Двойственное впечатление. Он идол всей либеральной интеллигенции – от Сталина пострадал, национально правильный. Однозначно гений, Достоевский его подметок не стоит. Читал его про армию Буденного одно время – ну так, можно читать, можно не читать. А вот «Одесские рассказы»… Раньше тоже у меня было общеобязательное интеллигентское восхищение – как же он хорошо описывает Одессу и еврейский провинциальный быт, психологию. Беня Крик, его   папаша биндюжник – какие герои! А сейчас послушал – и в ужасе. Он, конечно, мастер описаний – две три строчки – и типаж как живой, и ситуация напряженная. Писать однозначно умел талантливо и роскошно.  Но описывал такие отношения, такую мерзость между людьми. Все эти жулики, насильники, жадные аферисты. После этого проникаешься вовсе не любовью к Одессе, а где-то даже и ненавидишь этот город. Там же по Бабелю вообще нормальных людей не было, и для него это было нормальным. Кроме того, сюжетно рассказы не шибко. В них нет поворота, что для рассказа просто общеобязательно, иначе это просто треп.

Соловьёв. Похождения Ходжы Насреддина вообще не поблекли. Даже стали еще острее – с учетом творящегося вокруг бедлама, в том числе в Средней Азии. Написано просто феноменально и очень, очень, очень красиво…

Ильф и Петров. Вообще не меняется отношение. Что раньше был заряд хорошего настроения, что сейчас. Хоть и авантюрный роман из жизни жуликов, но очень светлый. Постепенно начинаешь обращать внимание на типажи, на социальные проблемы – их достаточно тонко описывали. С интересом перечитал «Одноэтажную Америку» - путевые заметки по США тридцатых годов. Многое становится понятным – почему они такие сволочи и как с ними общаться.

Военные писатели. Они вдруг стали невероятно актуальными. Советская военная проза – лучшая в мире. Потому что война – это наша и судьба, и тяжелая ноша, и крест. В войне раскрывается наша душа. Карпов, Бондарев, другие военные писатели ниже рангом, но среди них попадаются великолепные. Да даже современные – Бобров «Эпоха мертворожденных».

Деревенщики. Распутин, Абрамов, Белов и прочие, прочие. Ну тоска зеленая – все эти коллективизации, дезертиры, борьба за удои, код русской души, который якобы остался лишь в деревне. А я вспоминаю своего однокурсника, который сам из деревни – дал ему почитать кого-то из деревенщиков. И удивился, когда он сказал: «Да он вообще в деревне не был! Настолько все неестественно написано!» Понимаю, что, наверное, они шикарные, но читать их невозможно в массе своей. Какая-то депрессивность и безысходность везде, и никакой русской души, одни страдания.  Только Шукшин весело писал, но сегодня и он устарел, уже не то и не так. Почему при СССР не было знаменитых городских писателей, а деревенщики сразу в классики попадали? Да Бог его знает. Политика высокая, в том числе культурная – она такая, таинственная, нам, простецам, непонятная.

Шестидесятники. О, это отдельные такие существа, порой достаточно ядовитые. Вон что про них Интернет пишет. «Егор Яковлев, Юрий Карякин, Юрий Черниченко, Юрий Буртин и другие — публицисты-«шестидесятники», оказались на переднем крае борьбы за «обновление» и «демократизацию» социализма, за что были названы «прорабами перестройки»

Прорабы перестройки – в пекло и ее, и прорабов всех… Ладно, к делу не относится.

Ну вот раньше того же Аксенова взахлеб мы читали – мол, умеет писать, стервец. Сегодня перечитал его вещи тех годов и понял, что писать он никогда нормально не умел. Одна претенциозность и зубоскальство ни к месту, и фиг в кармане больше, чем в супермаркете на прилавках. Основная масса модных писателей тех времен – такие же. А производственные романы, типа Журбиных, как ни странно цепляют. И «Щит и меч» цепляет. А интеллигентные мальчики тех времен – пустые, несуразные, и неудивительно, что все свалили за рубеж. В итоге кто жив – те нас грязью поливают…

Эмигранты. О них и сказать-то в общем нечего. Раньше на нездоровой волне восьмидесятых вызывали интерес. Все носились с Довлатовым – местами остроумно, но не более. У эмигрантской литературы что главное – нет единства с народом, страной, а есть злоба и антисоветизм, и какие-то мелкие счеты друг с другом, тараканьи бега, все настолько убого и мелко, что даже как-то стыдно за эту шушеру. Даже автора бессмертной «Лолиты» за большого писателя не считаю – мелок, эпатажен и ничтожен по сути, хотя стилист шикарный, этого не отнимешь…

Писатели союзных республик. Неплохая была литература грузинская – Думбадзе, Искандер. Хороший язык, приятные характеры и тоже они - вечнозеленые фиги в кармане. Сейчас уже не злободневно, не будоражит кровь. А Искандер еще и антисоветчик приличный оказался, про Сталина идиотские рассказы выдал на гора – в рамках либеральной мобилизации на борьбу с коммунизмом.

«Дата Туташхиа» - на днях пытался обновить в памяти. Одно время понравился свободолюбивый абрек против коварной Российской Империи – тюрьмы народов. На деле это был гимн сепаратизму. Зачем его печатали в СССР и фильмы снимали? Понятно, в общем-то. Отважный абрек воевал с царизмом. На деле воевал он с Россией. Чем вызывал восхищение всей националистической мрази, которая потом пожрала республики, залив их кровью.

Айтматов – хорош, язык, характеры, но уже не так и интересен. Вообще все дела наших бывших братьев уже не интересны.

Вот что не перестает восхищать – это детская литература. Носов  взахлёб читается - что раньше, что сейчас. Буратино – каждая строка драгоценная. Кассиля недавно послушал – изумительно. Да большинство детских книг – очень уютные и правильные. Жалко, сейчас все больше Гарри  Поттер детям всучивается, тогда как советская детская литература – это настоящая вершина - и литературная, и нравственная, и психологическая.

Про современную литературу не пишу. Так называемую серьезную литературу, лауреатов Букера и Нобелевки, читать вообще невозможно – русофобия, антисоветизм, претенциозность и гора гнусностей. Фантастика и детективы есть очень неплохие, притом они взяли на себя весь груз романистики – есть сюжеты, социальные картинки, типажи. Но их критика за литературу все равно не считает.

Интересно, а у кого какие ощущения, как они меняются от былых книг? Занятно узнать мнение и обсудить.

__

Ну и, как всегда, по ненасытной алчности рекламирую свои произведения.

О тайнах Востока, русском спецназе

«Раритеты и Инициаторы».

https://author.today/work/353638

Фантастический боевик про  тоталитарные секты и про то, до чего они могут довести общество.

«Огонь священной войны»

https://author.today/work/134066

Нестандартный попаданец. Старый большевик, попав в иной мир боярки и изумившись его от его подлости, устраивает там революцию.

«Полк орков имени товарища Сталина»

https://author.today/work/series/38699

Заодно серия про счастливое и не очень будущее в параллельных мирах

«Эффект Манделы»

https://author.today/work/series/22938

 

Присоединяйтесь к обсуждению…