За Украину без националистов: история героя Гражданской войны Щорса

130 лет назад на свет появился Николай Александрович Щорс, ставший сначала военным врачом, а потом командиром 44-й стрелковой дивизии, которая в 1919 году заняла Киев. Перед наступлением щорсовцев сторонники независимости — петлюровцы дрогнули и оставили город без уличных боёв.

Советский кинематограф обессмертил имя Николая Щорса (родился 25 мая (6 июня) 1895 года в Сновске под Черниговом) одноимённым фильмом "Щорс". Песня оттуда врезалась в память предвоенного поколения: 

Шёл отряд по берегу, шёл издалека,

Шёл под красным знаменем командир полка.

Но Щорс поднялся ещё выше — до командующего дивизией. Список городов, освобождённых его войсками, неправдоподобно внушителен: Чернигов, Киев, Житомир, Жмеринка, Винница — всё это за один год. Невзирая на успехи, песня пророчит Щорсу скорую гибель:

Голова обвязана, кровь на рукаве,

След кровавый стелется по сырой траве.

^{Репродукция пластины «Песня о Щорсе», работа палехских мастеров / РИА Новости / Хоменко}

Смерть в столкновении с Украинской Галицкой армией (или в результате предательства) в августе 1919-го — одна из основных загадок в истории Щорса.

Герой кино

Самый лёгкий способ представить Щорса — сравнить его с Чапаевым. Так обычно и поступают, тем более что их роднит кинематограф. Снятые в 1930-е годы ленты об обоих героях Гражданской войны пользовались сопоставимой популярностью. Одновременно на подъёме был их общесоветский культ. Частично его объясняли прозаические обстоятельства. На фоне дела Тухачевского, заподозренного в организации государственного переворота, Иосифу Сталину понадобились совсем другие, и лучше покойные, герои ушедшей войны. Тогда-то и вспомнили о Щорсе: отдавшем себя (в самом буквальном смысле — целиком) борьбе с украинскими националистами, Польшей, а до того — кайзеровской Германией. Щорса без колебаний утвердили в качестве героя.

Родившийся в семье бывшего железнодорожного служащего из Минской губернии, осевшего в Сновске, Николай Щорс не относился к числу тех, кого изначально притягивала революция. В современных биографиях его родственников иногда причисляют к кулакам. Поскольку семейные финансы позволяли, Щорс смог получить образование фельдшера и в 1914 году оказался на фронте в качестве военного врача, позже прошёл курсы переподготовки и получил звание подпоручика. Это была Первая Мировая: на ней отличились многие будущие красные командиры — Михаил Тухачевский пятью орденами, Василий Чапаев тем, что его наградили Георгиевским крестом, а Семён Будённый — тем, что принял участие в наступлении на… сказочно далёкий Багдад. О наградах Щорса сведений найти не удалось. В 1917 году он был произведён в подпоручики. Однако сразу после повышения ему пришлось покинуть строй: медики обнаружили у него туберкулёз. Восемь месяцев молодой офицер провёл на госпитальной койке в Севастополе.

Болезнь отступила, но тем не менее в конце декабря 1917 года Щорс был комиссован.

Николай вернулся на малую родину. Там как раз менялась власть. Щорса как бывшего царского офицера хотели арестовать, однако ему на помощь пришёл дядя Казимир. Он с молодости увлекался революционными идеями, а перед началом Первой Мировой войны даже оказался в ссылке в Сибири. Он пользовался авторитетом у местных большевиков и смог отстоять племянника. Вскоре Николай сам оказался в рядах советских активистов.

^{Памятник Николаю Щорсу в Клинцах / Алексей Гоманков/wikimedia commons/CC BY-SA 4.0}

Последовавший за Октябрем всеобщий хаос предоставил Щорсу возможность для головокружительного взлёта. В начале 1918 года унизительный для России Брестский мир отдал под фактическое немецкое управление территории Белоруссии и Украины, включая Сновск. Как человек с боевым опытом, Щорс собрал родственников (брат, дядя), готовых сражаться, и на удивление быстро сколотил партизанский отряд в 300–500 человек во главе с собой. Чуть раньше, в декабре 1917-го, такое же социальное превращение произошло с Чапаевым: из унтер-офицеров его выбрали командиром полка. При спокойной жизни подобное восхождение вряд ли было бы возможно. Хотя бы потому, что герои по армейским меркам были слишком молоды: Чапаеву — около 30, Щорсу — всего 22.

В отличие от чуть более старшего Чапаева, уроженцу Сновска с самого начала выпал неравный противник: в марте-апреле 1918 года Николай сражался с кайзеровскими войсками на малой родине у границы сегодняшних Черниговской и Брянской областей, пока не был вытеснен на территорию Советской России. Там его интернировали большевики. В Щорсе они признали своего — так что вскоре он уже оказался в Москве, где рассчитывал продолжить медицинское образование, но получил иной совет. Хрупкий Брестский мир уже исчерпывал себя — ожидалось возобновление войны за Украину. Щорса спешно перебросили на "передок".

«Этот скромный, тихий и малоподвижный человек был полон кипучей энергии, которая переливалась через край. Позднее, встречаясь с ним не раз при разных обстоятельствах, я убедился, что Щорс рождён для партизанской войны. Смелый, находчивый, умеющий влиять на окружающих, он был выдающимся организатором», — такую характеристику дал Щорсу его руководитель по партизанской деятельности Андрей Сергеевич Бубнов.

Щорс прокладывает курс

В конце 1918 года Щорс оказался перед лицом основного в своей жизни противника — украинского национализма. Сам потомок выходцев из Белоруссии, современниками комдив воспринимался как украинец. О том, что отряд Щорса был украинским отрядом, сообщала песня из фильма 1939 года:

"Хлопцы, чьи вы будете, кто вас в бой ведёт?

Кто под красным знаменем раненый идёт?"

"Мы сыны батрацкие, мы за новый мир,

Щорс идёт под знаменем — красный командир".

^{Песня о Щорсе} 

Само обращение "хлопцы" использовали как советские украинцы, так и националисты, взявшие власть в Киеве в первые дни после Февральской революции 1917 года, а в 1918 году перешедшие на сторону Германии. Равноправного союза у этих сторон не вышло. Получив приглашение ввести войска на украинскую территорию, немцы воспользовались им, чтобы утвердить у власти своего ставленника — гетмана Павла Скоропадского. Трагифарсовая история того, как его приводили к присяге, упомянута киевлянином Михаилом Булгаковым в "Белой гвардии": церемония состоялась в здании государственного цирка. Неудивительно, что с самого начала гетмана стали осыпать насмешками.

Большевиков это не утешало. Продавив советскую власть на переговорах, немцы добились от Ленина принятия всех территориальных требований украинских националистов, пригрозив иначе пустить в ход свое военное превосходство. Но вот парадокс: даже после заключения Брестского мира 3 марта 1918 года Германия продолжала наступать. 15 апреля ее войска заняли Славянск, 21 апреля — Донецк (Юзовку), а к маю — Харьков. Именно в этот роковой момент Донбасс и Харьковщина впервые и вошли в состав Украины. Впоследствии эти границы только подтвердит своим решением Ленин.

Между насильственно отторгнутыми территориями и Советской Россией устанавливалась нейтральная полоса. Именно туда и командировали Щорса для организации сопротивления. В заочном соревновании он пока отставал от Чапаева, успевшего стать комдивом, но в смысле уникальности своей миссии превосходил: под его начало поставили новообразованный Первый Украинский полк имени соратника Богдана Хмельницкого казака Ивана Богуна. Благодаря одному этому названию вероятный план действий был сразу заявлен: собрать дружественные России украинские силы для воссоединения славянских народов. Только до поры до времени совершиться этому мешала оккупирующая держава — Германия.

Комдив ломает тризуб

В октябре 1918 года бойцы Щорса ещё печатали антинемецкие воззвания ("Слушай, товарищ немец! Седьмой месяц ты хозяйничаешь у нас в России, но не как добрый хозяин, который думает о будущем. Твое будущее — гибель" и т.д.). А в ноябре 1918-го могущественная Германия сама оказалась на грани катаклизма. Империю кайзера изнурило противостояние с западными державами, и она запросила мира. На то, чтобы определить его точные условия (по Версальскому договору), уйдёт больше семи месяцев. Но ещё не дожидаясь этого срока, в Берлине приняли решение отступить из Украины. Стоило отбыть первым иностранным эшелонам, как на их месте образовался вакуум власти. В Киеве непопулярного гетмана сверг воинственный бухгалтер Симон Петлюра. Большевики также не опускали руки: Щорс получил приказ немедленно развернуть наступление на Чернигов, потом на Киев. По одной из версий, советы от Советов были лишними: в бой Щорс вступил фактически сразу же, поскольку действовал по обстановке.

Неспособная успешно воевать против России украинская республика рушилась при первом приближении советских (в том числе украинских) войск почти как карточный домик. Бывший за главного в Чернигове генерал Терешкович обнаружил полное неумение организовать разведку и едва не был арестован на балу скрытно продвинувшимися отрядами Щорса (их он принял поначалу за украинских националистов — гайдамаков). В Киеве новая власть Симона Петлюры искала покровителя, но этим только лишала себя доверия. В январе 1919 года в роли гарантов независимости Украины согласились выступить французы. Три тысячи их солдат и офицеров высадились в Одессе и вступили в переговоры о патронате. Но жёсткость условий и готовность петлюровской Директории расплачиваться за поддержку территориями вызвала волнения: взбунтовался один из ключевых командиров Никифор Григорьев. Он разочаровался в петлюровской версии национализма и объявил себя левым эсером. Всё это облегчало работу Щорса: его войска ускоренным темпом продвигались к Киеву.

^{Красногвардейцы Киева — участники боёв с войсками Центральной рады. 1919 год. Гражданская война. / РИА Новости}

Кровопролитного сражения за город не случилось — националисты, не чувствуя поддержки, после трёхдневных боёв на подступах отошли сами. Щорс (в марте ему присвоят комдива) получил почти одновременно ещё одно повышение: с 5 по 13 февраля 1919 года он стал комендантом Киева. По военным меркам эта работа не отличалась от мэрской. И при других обстоятельствах Щорса вполне могла бы ждать государственная карьера. Но заниматься восстановлением хозяйственной жизни было немыслимо — продолжалась Гражданская война. Комдив спешно покинул город, отправившись вслед за фронтом на запад. Вскоре при его участии Советскую власть установили в Житомире, Жмеринке и Виннице.

До последнего трагического эпизода в истории Щорса оставалось совсем немного. В 1919 году в столкновение с Советской Россией вступила воссозданная Польша, поставившая себе задачу установить власть над Киевом. Щорсу и его отрядам пришлось перейти к обороне — ввиду возросшего числа противников. В столкновении с одним из них — украинской националистической Галицкой армией — Щорс и погиб в августе 1919 года.

^{Репродукция картины «Гибель начдива» (части триптиха «Щорс»), художник Павел Соколов-Скаля, 1975 год / РИА Новости}

Впрочем, такова лишь первоначальная версия. Впоследствии выдвигались обвинения в адрес Льва Троцкого в организации убийства: якобы наркому пришёлся не по душе независимый военачальник, склонный к партизанским методам борьбы.  Однако это предположение нелогично, так как гораздо проще было бы не назначать Щорса командиром 44-й дивизии. И всё-таки спустя столетие обстоятельства кончины комдива по-прежнему остаются покрытыми мраком: не помогли даже первая и повторная эксгумации останков в 1949 и 1964 годах.

Советская власть, формируя свой пантеон, увидела в украинском коммунисте народного героя и посмертно как могла отблагодарила его. Посёлок Сновск (сейчас это город) переименовали в Щорс. Имя Щорса щедро раздавали улицам. В его образе подчеркивали не только военную сторону, но и харизматически-гуманистический аспект: ведь не будь потрясений начала ХХ века, комдив, вероятнее всего, не командовал бы войсками, а лечил людей. Позже о Щорсе стали забывать, пока не вычеркнули из памяти почти полностью (редкое исключение — клип группы 1990-х на песню "Купила мама коника" с кадрами из кинематографического "Щорса").

Сегодня украинские власти боятся даже памяти о нём, потому что в Киеве в ранг героев возведены именно те петлюровцы, которых он бил. Недавно на Украине даже снесли памятник Щорсу, ведь он служил напоминанием о том, что огромное количество украинцев в годы Гражданской войны добровольно сражались против Петлюры в рядах Красной Армии.

^{Снос памятника Николаю Щорсу в Киеве / Gettyimages.ru / Maxym Marusenko/NurPhoto}

Но вот трагическая ирония: и в наши дни боевые действия проходят как раз недалеко от тех мест, где прошла — пролетела, промчалась! — его краткая, но яркая слава. Буквально как в советской песне 1935 года про Гражданскую войну:

По военной дороге 

Шёл в борьбе и тревоге

Боевой восемнадцатый год.

Были сборы недолги,

От Кубани и Волги

Мы коней поднимали в поход.

Среди зноя и пыли

Мы с Будённым ходили

На рысях на большие дела.

По курганам горбатым,

По речным перекатам

Наша громкая слава прошла.

Впрочем, в истории никогда и ничего не проходит бесследно.

---

Автор: Игорь Гашков ​​