"Отмена" России в CERN - итог

Что ж, прошло больше двух лет с написания первой части
https://aftershock.news/?q=node/1128939
и теперь стоит подвести логический итог, поскольку за оставшиеся несколько дней до разрыва соглашений навряд ли что-то ещё произойдёт.

1. За прошедшее с введения ограничений время внешняя по отношению к CERN ситуация не разрешилась ни в чью пользу, поэтому руководство CERN вынуждено всё-таки приступить к реализации решений марта-июня 2022 года.
Ещё раз: все решения были приняты два года назад; все, кому было надо, о них знали; все, кто считал нужным, предприняли какие-то действия по этому поводу. А те, кто в связи с очередным интервью кого-то из церновского директората, где был упомянут разрыв соглашения с Россией, начали как в первый раз гнать волну - hype-manducatores ordinarius vulgaris.

2. Что происходило в течение последних двух лет, с июня 2022.
2a. Главные коллаборации CERN - коллаборации Большого Адронного Коллайдера - где-то ближе к концу 2022 приняли решение исключить упоминание российских институтов в статьях. Запрет на упоминание финансирующих фондов до этого уже действовал. То есть, автор может указать только своё имя и ORCHID, это что-то типа глобального ID исследователя [https://orcid.org].
Для тех, кто не в курсе общей практики на сегодня: 
- автор подписывает статью своим именем. В-общем, понятно, зачем. 
- автор указывает организацию, где он работает. Хорошая статья - хорошая реклама организации, хорошая отчётность вверх по иерархии, публикации часто учитываются в каких-то аналогах KPI.
- автор указывает фонды, которые финансировали исследование. Хорошая статья - хорошая статистика, хорошая отчётность вверх по иерархии, хорошее мнение о грантополучателе и направлении исследований. 
Соответственно, указание организаций и фондов - это прямые требования работодателей и фондов, иначе непонятно, зачем они автору финансируют удовлетворение его любопытства. 
Бан на упоминание организаций и фондов приводит к тому, что автор, например, не может отчитаться по гранту работой с CERN или зачесть эту работу в свои KPI. Конечно, проблема решаема, но, вообще говоря, это не дело, и лично мне непонятно зачем вообще с CERN работать на таких условиях, если можно работать без CERN и всей этой хрени, превращающей тебя во второранговое существо. Не, ну, кто-то, конечно, без CERN ничего из себя не представляет...
2b. В течение этих двух лет, особенно в первый год, происходил отток людей из российских групп:
- в группы иностранных институтов в CERN;
- в другие иностранные институты и проекты, не в CERN;
- вообще из физики;
- в российские проекты.
Причём, я бы сказал, что именно в таком порядке, тем более, что для российских специалистов в западных организациях какое-то время действовал режим благоприятствования. В сочетании с тем, что на ввод новых людей в российские группы также был наложен запрет, это привело к тому, что из нескольких тысяч человек в 2022 году в российских группах осталось менее 500 весной 2024[*].
Однако, следует отметить, что специалисты, заключившие контракты с иностранными институтами, совсем не обязательно уволились из своих российских организаций. Такая практика тоже отмечается. Конечно, они не афишируют свои российские контракты перед иностранным работодателем.
2c. В течение двух лет происходила передача компетенций, задач, контрактов от российских организаций и коллективов другим группам и организациям, менялись долгосрочные планы, которые ранее подразумевали участие российских организаций или российское финансирование. На данный момент можно считать, что критических проблем у CERN не возникнет.  
2d. Министерство образования и науки в 2022 заявило, что обязательства будут выполняться. И обязательства выполнялись до 2024. В 2024, однако, средства выделялись уже только на завершение работ. Соответственно, некоторые российские институты в 2022-24 также поддерживали участие своих сотрудников в проектах. Не пропадать же добру, раз министерство выделило деньги.
2e. Некоторые российские специалисты отозвали своё авторство из статей, тем самым выразив несогласие с политикой, описанной в 2a и другими ограничениями (см. первую часть по ссылке в начале). Однако, продолжали работать... Что, на мой взгляд, являлось наилучшим исходом для администрации CERN, поскольку 2a явно разделяет участников работ на полноценных и неполноценных, все понимают, что это - нарушение того, что называется "основополагающие принципы научного сотрудничества", и это многим простым сотрудникам не нравится. А если нет фамилии в списке авторов, то нет и проблемы. А работа делается. Плохо разве? Хорошо.
2f. К началу 2024 заявления о поддержке Украины переместились куда-то на периферию повестки. Не скрою, я с удовлетворением наблюдал пустую корзину для гумпомощи и исчезновение украинского флага с лужайки.
Но теперь это уже не проблема поддержки или неподдержки Украины. Это уже проблема признания или непризнания руководством своих ошибок. А вот признания того, что руководство CERN и коллабораций своими решениями при сильной поддержке рядового состава (i) нарушили конституции коллабораций, (ii) нанесли катастрофический ущерб всем принципам, на которых строилось научное сотрудничество - такого точно в ближайшие годы не случится, потому что тогда многие покинут сияющий моральной белизной Олимп и переместятся в яму с отходами человеческой жизнедеятельности. Ну и из кабинетов кое-кто вылетит вследствие внутривидовой конкуренции, понятное дело. Слишком далеко всё зашло, чтобы можно было делать business as usual. 

3. И таким шляхом мы пришли к следующему: 30 ноября соглашение между Российским государством и CERN будет разорвано по инициативе CERN, равно как и соглашения о взаимопонимании с российскими институтами. Участие российских специалистов в коллаборациях будет запрещено. Исключение сделано для Объединённого Института Ядерных Исследований в Дубне, о чём было объявлено в июне 2024.

3a. ОИЯИ является межправительственной организацией, в этом смысле ОИЯИ и CERN - явления одной категории. Сотрудничество ОИЯИ и CERN регулируется отдельным соглашением, которое истекало в январе 2025, и относительно которого в 2022 тоже декларировалось намерение его разорвать. 
Причём, отказ от разрыва не означает отказа от ранее введённых ограничений. ОИЯИ по-прежнему не может вводить новых людей в CERN (только переводить из одного эксперимента в другой) [**], ОИЯИ не может расширять сотрудничество с CERN (только участвовать в экспериментах, в которых уже участвует), эксперты из ОИЯИ не могут занимать позиции в научных комитетах CERN, статус наблюдателя в Совете CERN по-прежнему заморожен, пункт 2a по-прежнему в силе. 
То есть, фактически, сохранение соглашения с ОИЯИ имеет два следствия:
- CERN сохраняет за собой форточку, через которую может подглядывать за состоянием дел в российских исследованиях, близких CERN.
- В силу давних и прочных связей CERN и ОИЯИ, в последнем, естественно, есть группа, которая не мыслит себя без CERN. Эта группа сохраняет свои позиции и, в какой-то мере, усиливает их, поскольку теперь имеет эксклюзивное право на доступ в CERN. Однако, поскольку все ограничения остаются в силе - эта группа практически превращается в мембрану, которая работает, "в ту сторону" с большей интенсивностью, чем "в эту" и постепенно вымирает естественным образом [***].
В группе ОИЯИ летом 2024 оставалось примерно 280 человек (т.е. из тех 500 - больше половины).

3b. Относительно тех, кто 30 ноября уходит из CERN. Авторство (в форме 2a) какое-то время сохраняется, даже если человек вышел из коллаборации. Этот принцип менеджмент решил не трогать. Доступ к ресурсам CERN будет закрыт, за исключением удаленного доступа к вычислительным ресурсам, если он нужен для того, чтобы, например, закончить диссертацию, если люди, которым это надо, ещё остались.

4. В ближайшие несколько лет системное научное сотрудничество с Западом не восстановится. Конечно, оно будет осуществляться через личные связи, которых много. А вообще, кажется, таким ребром вопрос не ставился даже во времена идеологического противостояния.