Как известно любому сколько-нибудь наблюдательному пользователю Сети, интернеты созданы для весёлых картинок с котиками и историй про нихже. ☺

Полагаю полезным зафиксировать фрагмент *детской* образовательной литературы, попавший в поле зрения по зависимостям в процессе проработки закономерного детского вопроса «Что бы почитать?»:

---

Хаус

Кто был Хаус

Хаус — это имя кота.

Но не нашего серого или черного кота с длинным пушистым хвостом и белыми усами.

Нет!

Хаус был дикий кот. Он никогда не видал ни крыш, ни помоек. Он не знал, что за штука чердак, подвал, амбар. Его жильем были густые камыши.

И потому, что жил Хаус в камышах, его называли еще и камышовым котом.

Хаус был очень дикий кот. Такой дикий, что погладить его было никак нельзя. Увидит Хаус человека еще издали — и шмыгнет в свои камыши. Найди его там! А если бы и нашел его человек, если бы и сумел подойти к нему близко-близко, то и тогда не погладил бы.

Гладят пальцами, а Хаус не любил шутить. Стоило ему раз-другой разинуть пасть и показать белые зубы и ярко-розовые десны, как… Где же пальцы? Откусил!

Вот и не гладил его никто. Никто не чесал ему за ухом, никто не щекотал ему горло.

Хаус не горевал об этом, не мяукал, не просил погладить.

Он был дикий кот, и человек для него не друг, а враг.

Желтый котенок

Хаус родился слепым желтеньким котенком. У него были два брата и две сестры. Дома у них не было — они жили просто на кучке сухого камыша.

Когда у котят открылись глаза и окрепли ноги, они принялись бегать вокруг своего жилья. Мать часто уходила на охоту, а без нее можно было и пошалить.

Котята ловили бабочек и лягушек, играли друг с другом. А когда уставали, то сбивались в кучку и дремали. Скоро молоко матери им надоело. Котятам хотелось чего-то другого. Они не знали, чего хотят, но мать знала. Она принесла им раненую птичку.

Когда Хаус увидел птичку, он бросился к ней. Птичка запрыгала по камышу — у нее были переломаны оба крыла. Хаус пытался догнать ее, но птичка так ловко прыгала, что он измучился, а поймать птички никак не мог.

Наконец Хаус догнал птичку. Но та подпрыгнула и клюнула его прямо в нос. Хаус фыркнул, зачихал и замяукал. Он попятился от птички, а та лежала на боку и открывала клюв. Хаус испугался, что она опять его клюнет, и убежал. К птичке подошел брат Хауса. Он ударил ее лапой, смял, а потом принялся есть.

Хаус видел, как брат ел птичку. Он подошел к нему, но брат заурчал так сердито, что Хаус не стал просить — «поделись». Зато он узнал, что птиц бояться нечего. И следующую птичку он поймал и съел гораздо скорее, чем брат.

Прошло с полгода. Хаус заметно вырос. Шерсть у него стала густая и ровная, серо-желтая. Хвост короткий, и держит его Хаус нередко торчком. Морда толстая, а глаза уже не детские. Злые стали теперь глаза у Хауса, как и полагается взрослому камышовому коту.

Ушел Хаус от матери, ушел от братьев и сестер. А может быть, и не он от них ушел, а они от него. Кто их там разберет? Жили-жили вместе, а как подросли, так и разбрелись кто куда. По камышам разбрелись, по кустарникам. Они все остались возле той же речки, а не встречаются. А если и встретятся на ночной охоте, то не к добру — подерутся.

Фазаний хвост

Хаус стал жить один. Первое время трудно ему приходилось — плохой он был еще охотник.

Увидел Хаус в кустах зайчонка. Прыгнул, поймал его. Зайчонок был совсем маленький — разве убежать ему от кота?

Съел Хаус зайчонка, и еще больше ему есть захотелось. Пошел он по камышам. Слышит — шуршит кто-то. Лег он на брюхо, пополз, в куст спрятался. Смотрит Хаус из куста, а на прогалинку большая птица выбежала. Красивая была птица — хвост длинный, по земле волочится, а сама так и блестит на солнце.

Затаился Хаус в кусте, только усами шевелит. А фазан — это он был — по прогалинке ходит, клюет что-то. Не терпится Хаусу, так и прыгнул бы. Да далеко до птицы. Ждет Хаус, никак не дождется, когда же подойдет к нему поближе фазан.

Подошел фазан к кусту. Прыгнул Хаус.

Фррррррррр!.. Фазан улетел, а у Хауса в зубах длинное перо из фазаньего хвоста осталось.

Промахнулся Хаус, не за то место фазана схватил. Нужно было за горло хватать, а он — за хвост.

Поглядел Хаус вслед фазану, выпустил перо изо рта. А его ветерок подхватил, закружил над травой. Не вытерпел Хаус — прыгнул за пером. Перо дальше, а Хаус за ним.

Так и играл он с пером, даже про голод позабыл. Ведь он совсем еще молодой был, не кот даже, а так — наполовину кот, а наполовину котенок.

Поросенок

Как только стемнело, Хаус вышел на охоту. Вылез из непролазной чащи, где спал днем, и пошел по камышам.

Он шел тихо и осторожно. Его зеленые глаза всматривались в камыши, а усы тихо подрагивали. Хвост стоял почти торчком, словно флаг. Это было вроде сигнала. «Я на охоте», — говорил своим хвостом Хаус.

В камышах то тут, то там слышался шорох. Хаус прислушивался и шел дальше. Шелестели мелкие птички и зверки. Эта добыча не привлекала Хауса. Он был очень голоден, но все же искал дичь покрупнее.

Вдали послышался шорох, потом топот. Кто-то слегка взвизгнул. Кто-то хрюкнул.

Хаус насторожился, припал к земле, замер.

Кабаны — опасные соседи. Но Хаус был голоден, а в стаде были и поросята. Эта добыча — для Хауса.

Хаус лежал и терпеливо ждал. Его глаза горели, хвост чуть дрожал. Кабаны подходили все ближе и ближе.

Вот кабаны рядом. Хаус видит, как мелькают среди камышей тени, слышит, как сопят взрослые кабаны. Слышит, как топочут поросята, как они толкают друг друга.

Поросенок рядом. Хаус прыгнул.

«И-ги-гиги-ии-и-и-и-и…» — заверещал поросенок.

Хаус наспех куснул его в горло, схватил, перескочил через куст, через другой, третий. Поросенок сильно мешал ему. Кабан не отставал. Он не прыгал, но ломился сквозь заросли с такой силой и быстротой, что догонял прыгавшего кота.

И вот, когда Хаус прыгнул через куст, кабан оказался как раз под этим кустом.

Кабан хрюкнул и так ударил Хауса, что тот взлетел кверху, Хаус упал по одну сторону куста, поросенок — по другую.

Хаус не стал сражаться, он позорно бежал.

Кабан долго топтался возле куста — искал врага. Потом он похрюкал и ушел к стаду.

Хаус спрятался в соседних зарослях. Из бока, разорванного клыком кабана, текла кровь. Хаус зализывал рану и злобно урчал. А когда он немного пришел в себя, то встал и прислушался. Было тихо. Тогда он потихоньку пошел назад, к кусту.

Он крался, словно охотился за живой дичью. Полз на брюхе, прислушивался и приглядывался. Нюхал воздух. Крался снова и снова ложился. Он очень боялся кабана.

Поросенок лежал на старом месте. Хаус схватил его и поволок через кусты.

Бок сильно болел. Но зато у Хауса был теперь такой обед, что он едва с ним справился. Хватило не только Хаусу. Добрая дюжина шакалов передралась потом из-за недоглоданных костей поросенка.

Куриная охота

Однажды Хаус во время своих ночных похождений забрел дальше, чем всегда. Он вышел из камышей, пробежал через большой пустырь и очутился перед плетнем. Пролез в щель и попал в сад.

В саду на деревьях спали куры. Хаус почуял, что тут есть добыча. Но он не знал еще, где она.

«Ко-ко-ко…» — спросонок закудахтала курица.

Хаус насторожился.

Курица сидела на ветке, не очень высоко над землей. Хаус пригляделся и увидел темный комок перьев.

Кот прыгнул.

«Ко-кокххххххххх…» — крик курицы оборвался. Хаус перегрыз ей горло.

В саду поднялся переполох. Куры кудахтали, валились спросонок с деревьев, бились на земле, путались в густой траве. Громко голосил петух. Залаяли собаки.

Хаус быстро скользнул в траве, выбрался из сада и забрался в кустарник. Еще ни разу ему так легко не доставался обед — один прыжок.

С этой ночи Хаус начал ходить в сад на охоту.

Курица за курицей попадали Хаусу на обед. Все меньше и меньше оставалось кур в саду. Наконец они исчезли.

Хаус никак не мог понять, куда девались куры. В камышах фазаны были всегда, а тут… Он начал бродить по всему саду. Он искал теперь кур точно так же, как делал это в камышах с фазанами и зайцами.

И он нашел кур. Только уж не в саду и не на деревьях, а в сарайчике по соседству. Сарайчик не запирался, дверь в него была только прикрыта.

Хаус толкнул ее и вошел в сарай.

Вот когда была охота! Сарай наполнился криками и перьями. Куры летали по сараю, падали на пол, взлетали опять. Они так кричали, что Хаус удрал, бросив со страху курицу.

Эту ночь он остался без обеда. Но на следующую ночь он пришел в сарайчик снова и уже не зевал. Схватил курицу и бросился бежать.

Урча, он ел в кустах курицу.

А вдали слышался шум и крики — в сарайчике снова был переполох.

Западня

— Есть в этих зарослях коты? — спросил приехавший издалека, с севера, охотник. — Большие желтые коты?

— Есть! — ответили ему. — Всех кур у нас передушили.

Охотник очень обрадовался, услышав, что коты есть. А кур ему было не жалко.

Приезжий охотник занимался тем, что ловил зверей для зоопарка. Он решил поймать несколько диких котов. За этим он и приехал сюда и привез с собой пропасть всяких сетей, западней и других ловушек.

Все это было приготовлено для Хауса. А Хаус и не знал этого и бродил по камышам и зарослям, искал фазанов и грелся в полдень на солнышке. Он поворачивал тогда к солнцу свой живот. Круглый-раскруглый живот — столько было в нем всякой вкусной еды.

Хаус не ждал беды. А беда — на носу.

— Мы поймаем его сетью, — сказал охотник своим помощникам.

По одной стороне зарослей растянули сеть. А с другой стороны в заросли вошли охотники.

Хаус нежился на солнышке после удачной охоты. Вдруг он приподнял ухо.

Шум…

Хаус приоткрыл один глаз. В это время раздался выстрел. Тогда он открыл оба глаза и вскочил.

Шум приближался.

Хаус прыгнул в чащу и пошел от шума. Он шел медленно, останавливался и прислушивался. Его короткий хвост бил по камышам. Хаус очень сердился — ему помешали погреться.

В камышах раздался треск — кто-то подходил совсем близко. Хаус прыгнул в сторону.

Бух-бу-бух!.. Ба-а-а-ах!..

Почти над ухом Хауса раздался выстрел. Хаус помчался со всех ног.

Он бежал как угорелый, не глядя под ноги, все вперед и вперед.

— Го-го-го-го!.. О-о-о-о-о-о-о!.. — раздавалось сзади.

Впереди мелькнул свет. Камыши кончались.

В обычное время Хаус не выскакивал из камышей сразу. Притаясь в зарослях, он приглядывался — нет ли чего впереди.

Сегодня было не до этого.

Он попробовал было замедлить бег, но сзади снова заголосили.

И Хаус прыгнул вперед не глядя…

И тотчас же его опутала крепкая сеть.

Хаус не мог понять, что с ним случилось.

Кто схватил его и не пускает?

Он заурчал, его глаза засверкали злобой. Крепкие когти и зубы рванули сеть.

Хаус заворочался в сети. Он рвал ее зубами и когтями. Но сеть только плотнее обвертывалась вокруг него.

Не прошло и двух минут, как Хаус уже не мог ворочаться. Он лежал тихо-тихо, словно спеленатый ребенок.

Из сети Хауса вытряхнули прямо в клетку. Он не заметил, как это произошло. Очень уж ловок был охотник.

Вдруг — Хаус на свободе. Он прыгнул и ударился о деревянную решетку клетки.

Тут-то уж Хаус показал себя! Он прыгал как бешеный. Мяукал и урчал. Кусал и царапал решетку. Прыгал на стенки и на потолок. Катался по полу. Чего он только не делал! Он даже перекувыркнулся через голову.

Решетка была прочная. И, сколько ни бесновался Хаус, он не мог сломать ее.

— Закройте его! — сказал охотник.

И вдруг стало темно — клетку прикрыли брезентом.

Тук-тук-тук

Тук-тук-тук… Тук-тук-тук…

Стучит, гремит, качает. Трясется клетка с Хаусом. И Хаус трясется.

В вагоне темно, но глаза у Хауса хорошие — видят и в темноте. Рядом клетка, в клетке другой камышовый кот.

«Уррррррр», — заурчал на него Хаус.

«Уррррррр», — ответил кот и распустил усы.

А подраться-то и нельзя: решетка не пускает.

В вагон вошел человек. Хаус приподнялся, усы растопырил, шерсть дыбом поднял: «Урррррр…»

— Ну, ну! Нечего тут, — сказал человек и сунул в клетку кусок мяса.

Когда человек ушел, Хаус съел мясо. Походил по клетке, поискал — нет ли еще.

Много дней качало и трясло Хауса. А потом перестало. Целую ночь тихо было — стоял поезд.

Наутро шум поднялся, крики, беготня. Потащили клетку с Хаусом из вагона. Хаус фырчал и шипел, хотел даже кусаться. Да некого укусить было — кругом решетка.

Опять темно стало. Опять затрясло. А потом — опять стало тихо.

Хаус открыл глаза — светло.

Клетку открыли. Хаус испугался. Забился в угол и никак не хочет вылезать.

— Ну, вылезай! — И его подтолкнули палкой.

Хаус зашипел, шагнул — и… впереди простор. Он прыгнул раз, другой и ударился о решетку. Только теперь решетка была железная.

Хаус не стал бесноваться. Он огляделся, увидел ворох соломы и забился под него.

— Повесьте вывеску!

Тук-тук-тук! — застучал молоток.

На клетку повесили вывеску. На ней было написано.

«Камышовый кот. Пойман в Азербайджане».

Убежал

Вечер. Хаус вылез из-под соломы и начал бродить по клетке. Совал голову меж прутьями решетки, влезал кверху. Он добрался до самого потолка, но всюду была решетка.

Хаус никак не мог угомониться. Он лазил и лазил. Совал голову во все щели. Щели были узкие, и голова не пролезала.

И вдруг — одна из щелей оказалась чуть пошире других. Голова до половины просунулась между прутьями.

«Уррр…» — заурчал Хаус и сунул голову дальше.

И сейчас же жалобно мяукнул — так сдавило ему голову.

Хаус выдернул голову и долго тряс ею. Он ободрал ухо, а потом ему все казалось, что голову давят прутья.

И все-таки он снова подошел к этому месту и снова просунул голову в щель.

Было очень больно, но Хаус протискивал голову все дальше и дальше.

И вот — голова проскользнула между прутьями. Гибкое тело повисло в воздухе. Хаус держался теперь только задними ногами. Потом он проскользнул еще дальше, свесился вниз, отпустил ноги и мягко упал на землю.

Свобода!

Хаус не прыгнул вперед. Он осторожно шагнул раз, другой, третий. Решетки не было.

Тогда он быстрыми прыжками отбежал от клетки и огляделся.

Было темно. Чуть виднелись деревья и темные громады клеток. Издали доносились крики какого-то зверка.

Хаус побежал по парку…

Охота в зоопарке

На пруду, чуть качаясь на воде, у самого берега, дремали утки. На берегу чутко спали, поджав одну ногу, гуси.

Хаус услышал сонное кряканье. Пошел вперед и скоро наткнулся на решетку. Решетка была невысокая, и он легко перебрался через нее.

Хаус почувствовал себя совсем как на родине. И как там он подкрадывался к уткам из-за камышей, так и здесь он начал красться. Только прятался он не за камышами, а за лежавшей на берегу пруда лодкой.

«Га-га-га…» На пруду поднялся крик. Кричали утки, кричали гуси, по воде полетел пух.

Хаус схватил огромную жирную утку. Подойдя к решетке, он кое-как перелез через нее и побежал по дорожке.

Логова у Хауса не было. Но это его мало смущало. Подбежав к какой-то постройке, он разыскал щель и пролез в нее. Хаус попал в хорошее местечко, но какое — он не знал.

Съев утку, он крепко заснул.

На следующую ночь Хаус снова вышел на охоту. По знакомой дорожке он пробрался к пруду. Теперь ему удалось подсторожить гуся. И его он утащил к себе «домой».

Только на третий день сторож заметил: кота в клетке нет.

— Камышовый кот убежал, — растерянно сказал он заведующему. — Пролез меж прутьями…

— Нашел дорогу? Ну и ловкач! — усмехнулся заведующий.

Сторож промолчал. Он чувствовал себя виноватым — он не знал точно, когда убежал Хаус: сегодня ночью, вчера или третьего дня. Но, конечно, он не сказал об этом.

— Ну, теперь не зевай! Ночью он выйдет в сад. Посторожи его, — отпустил сторожа заведующий. — Да посмотри, не спрятался ли он где под клетками.

Хауса начали искать. Смотрели везде — под клетками, в сараях и сараюшках, облазали все щели. Кота нигде не было.

А на следующую ночь снова голосили утки и снова над прудом летал пух.

Хаусу жилось совсем не плохо. Он был сыт, охота была легка и добычлива, а спать ему было хорошо и спокойно.

— Он ворует уток, — сказал заведующий, заметив, что утки начали заметно убывать. — Это пора прекратить… Последи за прудом! — сказал он сторожу.

Сторож просидел всю ночь, но ничего не увидел. Хаус не вышел на охоту: он съел такого гуся, что был сыт на два дня.

Хауса ловят

Заведующий просидел всю ночь в саду.

— Я знаю теперь, где он прячется. Он прячется под верандой для оркестра.

Слазили под веранду, слазили на чердак над верандой. Кота там не было.

— Он там! — настаивал заведующий и сам полез под веранду.

Кота он, правда, там не нашел. Но остался при своем.

Еще ночь просидел он у пруда. И он увидел Хауса, увидел, как тот поймал утку и как потащил ее под веранду.

Заведующий принялся ловить Хауса. Для начала он приказал забить все щели под верандой.

Хаус разыскал себе новый выход, но ему пришлось теперь жить на чердаке. Это его не смутило — и на чердаке было хорошо и покойно.

Днем заведующий залез на чердак и облазил все его закоулки. Он нашел пух, нашел перья и обглоданные кости.

Пол чердака посыпали песком. На этом песке должны были остаться следы кота. А по следам заведующий хотел узнать, куда прячется на день Хаус.

На следующее утро Хаус показал дорогу к своему жилью. На песке четко отпечатались следы кота. Они вели к одной из щелей в обшивке чердака.

— Попался! Теперь ты не уйдешь от нас…

Все входы на чердак забили. Забили так, что Хаус никуда не мог выйти оттуда. Всю ночь лазил кот по чердаку и искал щели — ничего не нашел. Лег спать голодным.

И еще ночь голодал Хаус — выхода с чердака не было.

На третью ночь выход оказался. Хаус полез в него и попал в сеть.

Заведующий перехитрил Хауса.

— Полезай снова в клетку!

Теперь клетка была другая. И, сколько ни лазил по ней Хаус, он не нашел выхода.

Так и остался он в клетке. И до сегодняшнего дня сидит он в ней. А на клетке вывеска:

«Камышовый кот. Пойман в Азербайджане».

---

© Николай Николаевич Плавильщиков (17 (29) мая 1892 года — 7 февраля 1962 года)

Извлечение из «Гребень буйвола», Детская литература, 1972 (#272819)