Anne O. Krueger: Почему американо-китайская торговая война может обостриться

20 декабря 2019 г., ВАШИНГТОН, Анна О. Крюгер: Торговая сделка "первой фазы" между Соединенными Штатами и Китаем затрагивает лишь некоторые из проблем правительства США, и ее оставшиеся требования будет гораздо сложнее решить. Но хотя Америка и Китай заинтересованы в успехе открытой многосторонней глобальной торговой системы, нынешняя политика США подрывает эту цель.

После почти 18-месячного повышения тарифов «зуб за зуб», США и Китай достигли соглашения «первого этапа», чтобы начать деэскалацию своей торговой войны. В рамках этой сделки президент США Дональд Трамп отменил дальнейшее повышение тарифов на китайские товары, которое должно было вступить в силу 15 декабря, и вдвое снизил тариф в размере 15% на импорт из Китая на сумму 120 млрд долларов. Что касается Китая, то он отложил запланированные ответные меры и обязался импортировать сельскохозяйственную продукцию США на сумму около 50 миллиардов долларов США в каждый из следующих двух лет.

Но обещанная деэскалация не должна быть переоценена. Для начала, неясно, как Китай может выполнить свои обязательства по импорту, не нарушив принцип недискриминации Всемирной торговой организации среди торговых партнеров. Более того, 25-процентный американский тариф на 250 миллиардов долларов китайского импорта остается в силе, а дальнейшее снижение связано с прогрессом на будущих торговых переговорах.

Фактически, нынешнее соглашение касается только некоторых связанных с торговлей жалоб правительства США на Китай, и его оставшиеся требования будут гораздо сложнее удовлетворить. Вообще говоря, США хотят, чтобы власти Китая предприняли шаги по устранению профицита двусторонней торговли своей страны с США, прекратили «манипулирование валютой», прекратили кражу интеллектуальной собственности (ИС), воздерживались от дальнейшей принудительной передачи технологий, прекратили субсидии государства предприятиям, находящимся в госсобственности (ГП), и прекратили приобретения американских компаний через государственные инвестиции.

Если бы это были переговоры, можно было бы разумно спросить, что китайские власти искали у США в обмен на их шаги в этих областях. Но это не переговоры: администрация Трампа предъявляет Китаю ряд требований, которые в случае неисполнения приведут к «наказанию».

Есть три главных проблемы с американскими требованиями. Во-первых, некоторые из них являются концептуально ошибочными. Во-вторых, в глобальной торговой системе двусторонние действия часто приводят только к перестройке торговых партнеров. В-третьих, неясно, что китайское правительство могло бы сделать, чтобы удовлетворить некоторые требования США.

Для начала, требование, чтобы Китай ликвидировал сальдо торгового баланса с США, было ошибочным. Нет никаких причин, почему товарные торговые балансы должны иметь значение вообще. С одной стороны, торговля услугами одинаково важна. Экспорт финансовых услуг почти наверняка более экономически выгоден, чем экспорт угля, например. Более того, некоторые страны предлагают гораздо больше выгодных инвестиционных возможностей, чем другие. Граждане в странах с менее привлекательными возможностями получают выгоду от покупки активов, где прибыль выше, и эти инвестиции финансируются за счет дисбалансов по текущим операциям. Даже тогда двусторонние балансы не имеют значения. Баланс текущего счета представляет собой разницу между внутренними инвестициями и внутренними сбережениями (в частном и государственном секторах), а дефицит США является глобальным: если одна страна сократит свой профицит с Америкой, экономика США просто отрегулирует как импорт, так и экспорт.

Требование США относительно манипулирования валютой отражает аналогичную ошибку. Очевидное намерение состоит в том, чтобы уменьшить двусторонний торговый дефицит Америки с Китаем, но пока не изменится баланс сбережений и инвестиций США, этого не произойдет. Законодательство США устанавливает три критерия для определения валютных манипуляций торговым партнером: глобальный профицит текущего счета более 3% ВВП; постоянное вмешательство с целью покупки иностранной валюты и продажи национальной валюты; и положительное сальдо торгового баланса с США составляет более 20 миллиардов долларов. Поскольку Китай в настоящее время отвечает только третьему условию, он не является валютным манипулятором в соответствии с законодательством США (что не помешало администрации Трампа обозначить страну в августе именно манипулятором).

Другие цели США - в отношении кражи ИС, передачи технологий, субсидий ГП и инвестиционных требований - могут быть удовлетворительно решены только на многостороннем уровне. Как и любой член ВТО, США могут подать жалобу, когда считают, что торговый партнер не соблюдает правила ВТО (которые, по общему признанию, могут быть усилены). Но администрация Трампа подала только два дела против Китая, несмотря на тот факт, что США ранее выиграли 91% дел, которые они передали в ВТО, и даже при том, что у китайских властей есть хороший опыт внесения своевременных изменений в свою практику, когда суды ВТО действовали против них.

Когда правила ВТО не охватывают конкретный случай, члены должны стремиться изменить их. Более того, другие крупные торговые партнеры США, в частности, Канада, Европейский Союз и Япония, высказали многие из тех же торговых опасений в отношении Китая. Если бы США объединили свои силы с ними, они имели бы гораздо большие рыночные возможности по отношению к Китаю, чем когда Америка действует сама по себе.

Но вместо использования ВТО администрация Трампа - невероятно - подрывает ее, блокируя назначение новых судей в орган организации по урегулированию споров. В DSB должно быть семь назначенных членов, из которых трое должны быть на любом заседании коллегии, рассматривающем дело. Но поскольку США постоянно накладывают вето на кандидатов для замены судей, которые завершили свои сроки, DSB теперь имеет только одного члена и, следовательно, больше не может функционировать. Хотя DSB, безусловно, можно было бы сделать более эффективным, он был очень полезен для разрешения споров и предотвращения торговых войн...

Наконец, даже в отношении действительных опасений США нет никаких указаний относительно того, какие изменения должно сделать правительство Китая, чтобы удовлетворить администрацию Трампа. В интересах Америки и Китая, чтобы открытая многосторонняя глобальная торговая система процветала и поддерживала экономический рост во всем мире. К сожалению, маловероятно, что нынешняя американская политика сможет достичь этой цели.

Анна О. Крюгер, экс-главный экономист Всемирного банка и экс-первый заместитель управляющего директора Международного валютного фонда, старший профессор-исследователь международной экономики в Школе передовых международных исследований Университета Джона Хопкинса и старший научный сотрудник Центра международного развития, Стэнфордский университет.