Историк Р.Гуха: Конец Индии Ганди?

19 декабря 2019 г., БАНГАЛОР, Рамачандра Гуха: В этом году, когда мир отметил 150-летие со дня рождения Махатмы Ганди, индийские избиратели отказались от его наследия, переизбрав премьер-министра Нарендру Моди. Удвоив исламофобию и индуистский национализм, Моди и его партия отвергли видение Ганди межконфессиональной гармонии и политического плюрализма.

2 октября мир отметил 150-летие со дня рождения Мохандаса Карамчанда «Махатма» Ганди - величайшего индейца современности. Премьер-министр Нарендра Моди, самый могущественный из ныне живущих индейцев, в своем выступлении в «Нью-Йорк таймс» по достоинству оценил независимость своей страны. Он вспомнил, как восхищались Ганди Мартин Лютер Кинг-младший, Нельсон Мандела, Альберт Эйнштейн и другие. При этом, Моди счел нужным заявить о приверженности своего правительства делу санитарии и возобновляемых источников энергии.

Тем не менее, самым поразительным оказалось то, что он не сказал. Не было ни слова о причине, ради которой Ганди жил и жертвовал своей жизнью: межконфессиональная гармония. С 1890-х годов, когда он был организатором небольшого сообщества индейцев диаспоры в Южной Африке, и до своей смерти в 1948 году, он был признанным «Отцом» нации с населением более 300 миллионов человек. Ганди работал над созданием единства и солидарности между индусами и мусульманами. Находясь в Южной Африке, многие из митнгов, организованных им в знак протеста против дискриминационных законов, проводились в мечетях. И когда он вернулся в Индию, он постился и предпринял несколько долгих паломничеств, чтобы построить доверие между индуистами и мусульманами.

Ганди сражался с англичанами ненасильственно за независимую и объединенную Индию. В конце концов он достиг независимости, но не единства. Когда англичане окончательно отказались от субконтинента в августе 1947 года, они разделили его. Пакистан был явно создан как родина для мусульман. Но благодаря усилиям Ганди в самой Индии новая конституция запрещает дискриминацию по религиозному признаку, а оставшиеся мусульмане должны были считаться равными гражданами.

В течение первых двух десятилетий после обретения независимости права меньшинств в Индии тщательно охранялись, главным образом благодаря решимости первого премьер-министра страны Джавахарлала Неру помешать Индии стать индуистским Пакистаном. Однако в более поздние времена большое (и в основном бедное) мусульманское меньшинство в Индии подвергалось все большей атаке. Отчасти это связано с тем, что после смерти Неру правящая партия Конгресса не прирслушивалась к голосам прогрессивных мусульман. Но это также потому, что традиционная оппозиционная партия, партия Бхаратия Джаната Моди (БДП), категорически отвергла политический и религиозный плюрализм, как видение Ганди и Неру.

С середины 1980-х годов страна была охвачена серией общественных беспорядков, в ходе которых индуистские толпы издевались над своими соотечественниками-мусульманами под лозунгом «Пакистан и бабристан!». (Отправляйся в Пакистан и отправляйся на кладбище!) Самый кровавый бунт был в 2002 году в Гуджарате, где Моди тогда занимал пост главного министра. Эпизод в плохую сторону изменил имидж Моди и даже привел к тому, что ему на некоторое время запретили въезд в Соединенные Штаты.

Но, переименовав себя в Викаса Пуруша (Человека Развития) и разработав платформу, обещающую инклюзивный рост, Моди смог одержать победу на всеобщих выборах 2014 года. Этот результат привел к новой волне преступлений на почве ненависти против мусульман, которую Моди оказался либо неспособным, либо не желающим предотвратить. Его первый срок полномочий ничего не дал экономике, поэтому он и БДП оспорили выборы 2019 года на платформе ура-патриотического национализма. Пакистан был изображен как «Враг вне», а индийские мусульмане и светские либералы - как «враги внутри».

Несмотря на публичное положение Моди на страницах западных газет, он и его партия по-прежнему привержены идее индуистской раштра - государства, поддерживаемого индусами. В настоящее время среди 300 с лишним членов Лок Сабха (нижней палаты индийского парламента) только один мусульманин. Хуже того, высокопоставленные лидеры БДП регулярно оскорбляют и запугивают индийских мусульман, требуя, чтобы они доказали свою «лояльность» Родине.

Не случайно Моди не упомянул индуистско-мусульманскую гармонию, даже восхваляя Ганди. Его молчание говорит само за себя. Между тем 1 октября соратник Моди Амит Шах, министр внутренних дел и нынешний президент БДП, подал свое скрытое послание мусульманам Индии. «Сегодня я хочу заверить беженцев-индусов, сикхов, джайнов, буддистов и христиан, что Центр не позволит им покинуть Индию», - сказал он в своем выступлении в Калькутте. «Не верьте слухам», - добавил он. «Мы внесем законопроект о гражданстве , который обеспечит получение вами гражданства Индии».

В этих замечаниях заметно отсутствовали какие-либо заверения для мусульманских беженцев, в том числе из Бангладеш, которых Шах ранее называл «термитами». Цель его выступления была ясна: индийские мусульмане должны быть осторожны в своих словах, иначе они могут оказаться раздетыми, без гражданства и депортированы.

Как биограф Ганди - и как гражданин Индии, приверженный плюрализму - я глубоко обеспокоен растущей демонизацией моих соотечественников-мусульман. Демократическая светская республика, за которую боролся Ганди, превращается в индуистское мажоритарное государство.

Тем не менее, как историк, у меня нет иллюзий по поводу того, что мы наблюдаем. Индия, когда-то исключение, теперь приближается к южно-азиатской норме. Поскольку Шри-Ланка и Мьянма являются буддистскими мажоритарными государствами, постольку их меньшинства - мусульмане-тамилы и рохинджа, соответственно, считаются гражданами второго сорта (и намного хуже). Аналогичным образом, Бангладеш и Пакистан являются мусульманскими мажоритарными государствами, где индусы (а иногда и христиане) исторически преследуются.

Когда мы вступаем в новое десятилетие, становится ясно, что Моди, Шах и БДП намерены вступить в клуб этнонационалистических государств. Для достижения этой цели они решительно отвергли наследие Ганди и Неру, открыв темную новую главу в истории современной Индии.

Рамачандра Гуха - историк из Бангалора. Его последняя книга называется «Ганди: годы, которые изменили мир», 1914–1948.