Иван Иванович Лободин. Кавалерия в бою.

Командир 179-го Кавказского кавалерийского полка, 66-й кавалерийской Армавирской дивизии, Южный фронт, подполковник.

Родился 24 марта 1896 года в селе Старая Порубежка Николаевского уезда Самарской губернии, ныне Пугачёвского района Саратовской области.

Как любая крестьянская семья, Лободины были многодетны.

То ли родители что-то напутали в метриках, то ли имя Иван было им особенно дорого, но в семье, не считая отца, было еще два Ивана: Иван – старший и его брат Иван – младший.

Даже в пацанах младший выделялся волевым красивым лицом и страстью к порядку.

Что бы ни делал: гусей ли пас, или копал на огороде грядки – все как по струнке.

- Военным будет младшой Ванька, – говорил отец, сам пять лет бывший в солдатах и понимавший толк в людских повадках.

*    *    *

С апреля 1912 года по октябрь 1913 года пас скот в родном селе.

С октября 1913 года по август 1915 года был в  батраках у кулаков Вербицкого и Гузова.

В царскую армию был призван в августе 1915 года.

Участвовал в Первой Мировой и Гражданской войнах.

Рядовой в запасном батальоне. (г. Астрахань)

Рядовой в 4-й артиллерийской бригаде.(г. Саратов)

С апреля 1916 года по январь 1918 года был на Румынском фронте, рядовой 11-го лёгко-мортирного артиллерийского дивизиона.

С января по май 1918 года крестьянствовал в своём хозяйстве (с.Старая Порубежка).

В Гражданскую войну наш герой ушел к «красным», к Чапаеву, в 25-ю стрелковую дивизию.

Начал службу рядовым бойцом, но быстро был поставлен командовать взводом, поскольку являлся лидером по натуре. Лидера видно сразу. Не потому, что он храбр и норовист, а потому, что в нем сила победителя.

Воинскому мастерству и солдатскому мужеству его учили Чапаев, Фурманов и Будённый, с которыми Иван Иванович был хорошо знаком.

20 мая 1919 года, после взятия Бугульмы, партийный билет ему вручил комиссар Чапаевской дивизии Дмитрий Фурманов.

За четыре года Гражданской войны Лободин прошёл большой боевой путь.

Громил Колчака, участвовал в подавлении контрреволюции на южном Урале и Украине.

Был тяжело ранен в сентябре 1919 года под Лбищенском, в ненавистном месте, где погиб народный любимец Чапаев.

Рана, хоть и тяжелая, но из строя Лободина не вывела. Был госпиталь, короткий отпуск домой и снова война.

Рубился с поляками,  соединениями Махно и Тютюнника на Украине, с басмачами Ибрагим-бека в Средней Азии.

В 1924 году военное командование назначило Лободина командиром Туркестанского интернационального эскадрона.

*      *      *

Постановление ЦИК СССР от 13 июля 1927 г.

Приказ РВС СССР №229 от 7 сентября 1927 года. Орден Красное Знамя РСФСР № 4231.

«Постановлением Президиума ЦИК СССР от 13 июля 1927 награждаются … политрук 79-го кавалерийского полка Лободин И.И. за отличие в бою против басмачей 15 января 1926 года в предгорье Бабатага»

За борьбу с басмачеством в Средней Азии Иван Иванович Лободин был награждён двумя орденами Красного Знамени и орденом Трудового Красного Знамени Таджикской ССР, а также медалью «20 лет РККА».

*     *     *

Постановление ЦИК СССР от 7 и 19 сентября 1932 года

Приказ РВС СССР №722 от 28 декабря 1932 года. Орден Красное Знамя РСФСР № 128 «2». Вторичное награждение.

«Постановлением Президиума ЦИК СССР от 7 и 19 сентября 1932 года за №47 и №48 красноармейцы и начальствующий состав, проявившие особую преданность делу пролетарской революции, инициативу и выдающуюся храбрость в боях с врагами социалистического Отечества награждены … вторым орденом Красного Знамени…тов. Лободин Иван Иванович, командир эскадрона 79-го кавалерийского полка».

«31 марта 1931 г. с эскадроном нагнал банду в числе 200 джигитов, атаковал её, в результате банда потеряла много убитыми.

15 мая столкнувшись с бандой в 600 джигитов разбил её наголову, часть бандитов в этой схватке сдалась.

24 мая выполнил задачу по поиску банд и уничтожения её открытых баз, 14 июня настиг объединенную банду Ибрагим-Бека и после короткой перестрелки банду погнал, не дав возможности задержатся ей на отдыхе. 

Организовал население для поисков шайки, в результате этих мероприятий была достигнута поимка ближайших помощников Ибрагим-Бека: Ишан-Исахана, Али-Мардан-Датхо, Азим-Бека, личного секретаря Ибрагим-Бека  Каюм-Али и Гафур-Сафар.

Разъездами товарища Лободина Ибрагим-Бек был прижат к берегу Кафирнигану и переправившись на другой берег был пойман заслоном.»

*        *       *

В редкие отпуска ездил к родителям в Старую Порубежку. Отдыхал активно: правил забор, сараи, копался в земле. Крестьянский труд был Ивану Ивановичу в радость.

У Ивана Ивановича Лободина, командира Красной Армии, была семья. Сведений о ней практически нет.

По свидетельству родителей, в послевоенное время с бывшей семьей сына они никаких связей не поддерживали. Так бывает. Рвется нить, связующая людей.

 

 

В октябре 1940 года подполковник Лободин был назначен начальником военного конного завода № 168, расположенного в Малокарачаевском районе Карачаевской автономной области.

Война застала Ивана Ивановича в Черкесске.

В начале июля 1941 года его вызвали в штаб Северо-Кавказского военного округа и назначили командиром кавалерийского полка, который формировался в Армавире.

С ранней осени 1941 года сражался на южном фронте,  командовал 179-м кавалерийским полком 66-й кавалерийской Армавирской дивизии.

Первый бой гитлеровцам кавалеристы Лободина дали западнее села Копани (ныне Покровское), Неклиновский район, что неподалеку от города Ростова-на-Дону.

*     *     *

Семнадцатое октября сорок первого года стало переломным днем в сражении под Таганрогом.

На рассвете с западного берега Миуса открыли шквальный огонь сотни орудий и минометов, перепахивая окопы 31-й Сталинградской стрелковой дивизии полковника М.И.Озимина.

Десятки «юнкерсов» засыпали бомбами огневые позиции артиллерии вдоль насыпи железной дороги Покровское – Марцево.

Затем с захваченных плацдармов у сел Троицкое и Николаевка на Таганрог двинулись колонны танков и мотопехоты 3-го моторизованного корпуса танковой армии генерал-полковника Э. фон Клейста.

Раздавленные массой бронетехники, поредевшие полки сталинградцев откатывались к городу, на окраине которого, в посёлке Северный, в бой вступили подразделения таганрогского гарнизона.

Авиаразведка Южного фронта установила скопление до сотни танков и двухсот автомашин в Троицком, двадцати танков на шоссе у Самбека.

Свыше девяносто танков, прорвав фронт наших частей у Самбека, продвигались на восток.

Первый секретарь обкома партии М.П.Богданов позвонил из Таганрога генерал-лейтенанту Ремезову и потребовал незамедлительно принять необходимые меры для ликвидации прорыва вражеских танковых колонн к Таганрогу и Ростову.

У Федора Никитича, только приступившего к формированию 56-й Отдельной армии, предназначенной для обороны донской столицы, никаких боеспособных войск на таганрогском направлении не было.

Тогда Ремезов связался с командующим 9-й армией генералом Харитоновым, которому подчинялись все части Таганрогского боевого участка, передал ему требование секретаря обкома и свою просьбу не допустить разгрома Сталинградской дивизии.

Ближе всего к месту прорыва, в районе села Курлацкое и хуторов Садки, Бузина, Седовский, находились две легких кавалерийских дивизии и вышедший из окружения 23-й стрелковый полк 51-й ордена Ленина Перекопской Краснознаменной дивизии.

В полдень Федор Михайлович Харитонов отдал боевое распоряжение командирам 66-й и 68-й кавалерийских дивизий полковникам Григоровичу и Кириченко:

подчинив себе 23-й полк, с рубежа – высота 82,7, курган Соленый, Курлацкое в 15-30 нанести удар во фланг противника в направлении станции Кошкино.

*      *     *

Командир немецкого корпуса генерал танковых войск барон Эберхард Август фон Макензен, наблюдавший за ходом наступления с гребня одной из миусских высот, указал стоящим с ним командирам дивизий на темную, шевелящуюся массу, скатывавшуюся с пологих западных склонов курганов Соленый и Армянский.

Прекрасная цейссовская оптика открыла генералам поразительную картину: по бескрайнему полю, растянувшись на несколько километров по фронту, с интервалами между эскадронами и полками, мчались тысячи всадников.

 

За ними поспешали десятки пулеметных тачанок и на рысях шли артиллерийские упряжки с передками и легкими пушками.

Командир моторизованной дивизии «Лейб-штандарт «Адольф Гитлер» обергруппенфюрер СС Йозеф Дитрих, любимчик и бывший телохранитель фюрера, фамильярно хлопнул Макензена по плечу:

«– Барон, ну, прямо как уланы в Польше!»

Поморщившись, Макензен приказал командиру тринадцатой танковой дивизии отразить атаку и выделил для усиления батальон 36-го танкового полка оберста Эссера из четырнадцатой дивизии.

Генерал Дюверт немедленно развернул вдоль шоссе Покровское – Самбек следовавший колонной 93-й моторизованный полк оберст-лейтенанта Штольца.

Бой конницы с танками и мотопехотой, имевшей автоматы, пулеметы, минометы и пушки, превратился в кровавую бойню.

Из шести полков наиболее организованно действовал 179-й кавалерийской полк подполковника И.И.Лободина.

 

 

В донесении политуправлению 9-й армии военком 66-й дивизии батальонный комиссар Скакун отмечал:

« 17.10.41 г. 179 КП прикрывал в районе Таганрога выход из боя 31 СД. Полк еще не успел окопаться, как его атаковало тринадцать танков противника.

Но тов. Лободин правильно расположил огневые средства, сам находился на передовой линии огня и личным примером храбрости и самоотверженности воодушевлял бойцов и командиров на активные боевые действия.

В результате кавалеристы успешно отразили вражеские атаки, нанесли значительные потери фашистам.

А главное, отвлекли силы и средства противника на себя, тем самым обеспечив выход частей 31 СД из боя».

Но политдонесение умолчало, что в полку после этого дня боеспособным оставался лишь второй эскадрон капитана Я.Г.Бондаренко. 

Командиры дивизий Владимир Иосифович Григорович и Николай Моисеевич Кириченко ничем не могли помочь своим погибающим под массированным огнем конникам.

На выручку поспешили экипажи 8-го отдельного дивизиона бронепоездов майора И.А.Суханова.

Курсируя на перегоне между станциями Марцево и Кошкино, бронепоезд № 59 под командованием капитана А.Д. Харебава обрушивал огонь четырех орудий и шестнадцати пулеметов на немецкие танки и мотопехоту, отвлекая их на себя.

В жестоком бою стальная «крепость на колесах» погибла, засыпанная бомбами двадцати семи пикирующих бомбардировщиков.

Из ста человек экипажа чудом выжило шесть израненных бойцов.

Остатки конницы и 31-й дивизии отошли на восток, сдерживая бронетанковые дивизии вермахта.

*    *    *

Кульминацией стало 20 октября.

В этот день 179-й кавалерийский полк отразил шесть атак мотопехотного батальона противника, поддержанного семьюдесятью танками и полусотней мотоциклов с пулеметными колясками.

Конники второго эскадрона уничтожили свыше тридцати мотоциклов вместе с экипажами, подбили четыре и сожгли три танка, уничтожили до роты пехоты.

Но враг обошел позиции кавалеристов с флангов и окружил командный пункт.

В скоротечной неравной схватке погиб почти весь штаб полка.

И опять кавалеристы опрокинули левый фланг гитлеровцев и выскользнули из их тисков.

Но не удалось вырваться группе командиров и солдат командного пункта, среди которых был и Лободин

Они доскакали до хутора Копани, но там уже были танки и мотопехота противника. 

Когда немецкие танкисты и пехота заняли село, Лободин засел на чердаке дома, стоявшего на окраине села, и оттуда меткими очередями расстреливал нацистов.

Фашисты развернули танк и зажигательными снарядами подожгли дом. Но и из клубов дыма раздавались скупые короткие очереди.

Когда пламя охватило крышу, Лободин спрыгнул во двор. Он получил мелкие осколочные ранения и сильные ожоги, был весь в крови.

На обгоревшей гимнастерке алым блеском сияли два ордена Боевого Красного Знамени и орден Трудового Красного Знамени Таджикской республики.

В треске ревущего пламени неслышно прозвучали несколько выстрелов.

Упали еще трое бросившихся к Лободину солдат.

Отбросив уже ненужный пистолет, герой, выхватив из ножен саблю, пошел на врага.

Это было настолько жутко, что фашистские солдаты растерялись.

На них медленно, как привидение, шёл невысокий человек в кубанке, раненый, обожжённый, с лицом, перекошенным от боли.

Шёл молча, неотвратимо, словно само возмездие.

Озлоблённые гитлеровцы стали расстреливать Лободина из стрелкового оружия, и когда он, окровавленный, упал на землю, они изрубили его тесаками, а потом, ещё живого, облили керосином и подожгли.

Пылая, словно факел, Лободин произнес: «Гады! За всё расплатитесь!..»

 

Останки героя были тайно похоронены местными жителями в соседнем хуторе Садки.

*     *      *

 

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 мая 1942 года подполковнику

Лободину Ивану Ивановичу

посмертно присвоено звание Героя Советского Союза за личное мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками в районе г. Ростова-на-Дону и умелое командование полком.

 

Грамота № 606169 вручена 16 августа1943 года жене Лободиной Валентине Григорьевне.

*     *     *

Приказом ГУК №0370-42 от 11 октября 1942 года исключен из списков армии как пропавший без вести в боях.

Приказом ГУК №61 от 8 сентебря 1965 года внесена правка -  погиб 20 октября 1941 года.

*     *     *

И если подвиг подполковника Лободина И.И. известен и уже описан в литературе, то еще один факт, свидетельствующий о трагизме и ужасе этих дней на донской земле, мало известен.

Командир 13-й танковой дивизии вермахта генерал-майор Вальтер Дюверт, руководивший из командирского Т-IV отражением невероятной кавалерийской атаки у станции Кошкино, заболел нервным расстройством и долго лечился в психиатрической клинике у лучших врачей Германии.

 

 

Его мучила одна и та же картина – по бесконечному, до горизонта, полю мечутся сотни оседланных коней и дико, пронзительно ржут, шарахаясь от ревущих танков, чьи борта и гусеницы черны от крови, смешанной с грязью и ошметками солдатского обмундирования…

*      *     *

В 1967 году делегация детей пугачевской школы – интерната под руководством педагога В. А. Екшиной ездила к месту гибели Ивана Ивановича Лободина.

Их прекрасно встретили, провели по местам боевой славы.

На месте, где немцы сожгли подполковника Лободина, установлена стела.

Были встречи с ветеранами, жителями – свидетелями героизма и славы советских воинов и их бесстрашного командира.

В том же 1967 году школьники интерната посетили родителей Ивана Ивановича Лободина.

Небольшой дом на два окна, скромное жилье. Пожилые, гостеприимные люди...

*     *     *

Сейчас в Старой Порубежке, родине Героя, Лободиных нет.

Но память в народе осталась.

Есть в селе улица Ивана Лободина, зарождается школьный музей, хранилище лет, имён и событий.

*     *     *

С 1948 года Черкесск стал родным городом для семьи Ивана Ивановича.

Его жена Валентина Григорьевна с помощью государства воспитала здесь своих детей.

Две дочери получили высшее образование, сын Владимир окончил школу, затем техникум, служил в Советской Армии.

К сожалению, жены и дочерей в живых уже нет.

Теперь Черкесске живут внук Сергей Лободин (сын старшей дочери Лины) и зять Юрий Васильевич Сысоев (муж дочери Светланы).