Вечная память.

Она уже идет - гибридная называется. То поколение советских людей выдержало, а выдержит ли "поколение пепси" и "жертв егэ" - никто не знает..

уроки той войны забыты почти полностью и новая уже идёт. от человека, никогда не видевшего своего деда, погибшего на той войне.

К сожалению вероятность войны в ближайшем будущем не равна нулю.   

Помним и гордимся нашими предками!

Люди мира, на минуту встаньте! 

Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон -

Это раздается в Бухенвальде 

Колокольный звон, колокольный звон. 

Это возродилась и окрепла 

В медном гуле праведная кровь. 

Это жертвы ожили из пепла 

И восстали вновь, и восстали вновь.

И восстали, 

И восстали, 

И восстали вновь! 

Сотни тысяч заживо сожженных 

Строятся, строятся в шеренги к ряду ряд.

Интернациональные колонны 

С нами говорят, с нами говорят. 

Слышите громовые раскаты? 

Это не гроза, не ураган. 

Это, вихрем атомным объятый,

Стонет океан, Тихий океан.

Это стонет, 

Это стонет, 

Тихий океан. 

Люди мира, на минуту встаньте! 

Слушайте, слушайте: гудит со всех сторон - 

Это раздается в Бухенвальде 

Колокольный звон, колокольный звон. 

Звон плывет, плывет над всей землею, 

И гудит взволнованный эфир: 

Люди мира, будьте зорче втрое, 

Берегите мир, берегите мир! 

Берегите, 

Берегите, 

Берегите мир! 

Александр Соболев.

http://ok.ru/video/29884549687 

"Люди, делайте всё, что в ваших силах, чтобы новой войны с Россией не случилось."

Иногда выбора нет воевать или не воевать.Что можно сделать если "они" не хотят нашего существования ?

Моё поколение.

 

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.

Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.

На живых порыжели от крови и глины шинели,

на могилах у мертвых расцвели голубые цветы.

 

Расцвели и опали... Проходит четвертая осень.

Наши матери плачут, и ровесницы молча грустят.

Мы не знали любви, не изведали счастья ремесел,

нам досталась на долю нелегкая участь солдат.

 

У погодков моих ни стихов, ни любви, ни покоя -

только сила и зависть. А когда мы вернемся с войны,

все долюбим сполна и напишем, ровесник, такое,

что отцами-солдатами будут гордится сыны.

 

Ну, а кто не вернется? Кому долюбить не придется?

Ну, а кто в сорок первом первою пулей сражен?

Зарыдает ровесница, мать на пороге забьется,-

у погодков моих ни стихов, ни покоя, ни жен.

 

Кто вернется - долюбит? Нет! Сердца на это не хватит,

и не надо погибшим, чтоб живые любили за них.

Нет мужчины в семье - нет детей, нет хозяина в хате.

Разве горю такому помогут рыданья живых?

 

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.

Кто в атаку ходил, кто делился последним куском,

Тот поймет эту правду,- она к нам в окопы и щели

приходила поспорить ворчливым, охрипшим баском.

 

Пусть живые запомнят, и пусть поколения знают

эту взятую с боем суровую правду солдат.

И твои костыли, и смертельная рана сквозная,

и могилы над Волгой, где тысячи юных лежат,-

это наша судьба, это с ней мы ругались и пели,

подымались в атаку и рвали над Бугом мосты.

 

...Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели,

Мы пред нашей Россией и в трудное время чисты.

 

А когда мы вернемся,- а мы возвратимся с победой,

все, как черти, упрямы, как люди, живучи и злы,-

пусть нами пива наварят и мяса нажарят к обеду,

чтоб на ножках дубовых повсюду ломились столы.

 

Мы поклонимся в ноги родным исстрадавшимся людям,

матерей расцелуем и подруг, что дождались, любя.

Вот когда мы вернемся и победу штыками добудем -

все долюбим, ровесник, и работу найдем для себя.

Семён Гудзенко

Помним и напоминать будем.