В качестве напутствия новоиспеченному и.о. губернатора
Великая русская литература содержит массу замечательных примеров жизнеописания эпохи раннего капитализма. Помимо хрестоматийного «Вишневого сада», который был не просто малоосознанной, малопонятой современниками вехой в творчестве архитепически русского быто- и бытиеописателя Чехова, но и в их жизни, лично моя память подкидывает два явно типических литературных примера описания попытки привить на русский «дичок» европейскую веточку культуры техноуклада. Первый это маловспоминаемый ныне Христиан Христианович Фогель и его безвременная кончина впоследствии столкновения с русской национальной, на тот момент, то бишь крестьянской, идеей мировосприятия и мироустройства, живописно изложенный Н.А. Некрасовым в его эпической былине «Кому на Руси жить хорошо». А второй, тоже малознаменитый рассказ Н.С. Лескова «Язвительный», в котором выпукло продемонстрирован закономерный финал применения технократии малых форм на местах.
Как не крути, а периоды Новой и Новейшей истории России это сплошная череда мерно идущих поколенческих волн всё прибывающих технократов, которые неотвратимо накатываются на материк России и каждый раз разбиваются вдребезги, в брызги, в осколки и откатываются назад, чтоб вновь накатиться с приходом очередной молодой человеческой поросли. Каждая волна грозит накрыть и бывает, кажется, накрывает собою всё, но откатываясь, только передвигает с места на место мелкие детали ландшафта. Поэтому у каждой новой техногенерации, по всей видимости, возникает жгучее чувство незавершенности дел предшественников, от которой рукой подать до желанного ими финала и эта жажда реванша за своих предтеч, которые почти, немного, едва-едва не достигли желаемого, наверное, является дополнительным весомым мотивом в их попытке овладеть поставленной перед собой целью.
Меж тем, амбивалентность процесса свидетельствует не об отклонениях от нормы, а об объективных причинах, которые обуславливают драматургию происходящего. С одной стороны, невозможно отрицать, в общем, прогрессивную роль упорядочения и регламентации различных сторон общественного бытия, в том числе и его экономической составляющей, а с другой, систематический отпор этим попыткам свидетельствует о какой-то неозвученой или мало изученной, малопонятой, в первую очередь технократами, проблеме.
В последнее время обозначился повышенный интерес к этой дихотомии русского обществознания и в широко распространенные пересуды почтеннейшей публики начали попадать подзабытые имена тех, кто этой тематикой занимался задолго до нас. Лично для меня такими открытиями стали имена Ал. Вас. Кокорева и Вл. Вас. Стасова. Заметна в их судьбах одна общая особенность. Парадокс их, скажем так, творчества на стезе провозглашения некоей русской культурно-бытийной автономии, некоей самости заключается в том, что эту самость они не имели возможности достаточно внятно манифестировать. Вернее, они прилагали максимум усилий для этого, но тот факт, что почтенная публика воспитана была воспринимать концептуальные вещи только на языке технократов, а другого для концептуальных вещей на тот момент просто не было, все их попытки превращали в некое невразумительное для почтенной публики, прошу прощения, мычание.
Много ли изменилось с той поры? В ракурсе этой проблематики – ничего не изменилось. У технократов появился и утвердился в качестве Novum superorganum марксизм, с помощью которого они как знаменитым "Dosenöffner" вскрывали любую броню традиции и идеологии. При этом наглядный пример современности даёт понять с одной стороны мощь, а с другой универсальный характер этого инструмента. Стоит вспомнить, что американские неотроцкисты – неоконы, удосужились столкнуть лбами курдских социалистов из Курдской рабочей партии с офицерскими и прочими управленческими ошметками партии БААС в виде вооруженных сил Асада и не менее вооруженных сил запрещенных бородачей. И ведь по сути все эти «оппоненты» имеют в качестве ключевой идеологической составляющей теорию Маркса, под какими бы местными личинами она бы не скрывалась.
И данный пример не повод для уныния, но наоборот, ключ к пониманию решения проблемы. Диалектический ключ, я бы сказал. Диалектический потому, что любая дихотомия ведёт к синтезу, к осознанному триединству через отрицание и внутреннюю оппозицию. Ведь противоборство суть развития, противоречия - форма бытия. Но для более высокого обобщения надо найти общий знаменатель, общую смысловую и знаковую базу. И эта база, по сути, в латентной, неразвернутой форме уже есть. Тот же Поршнев описывая феодализм или Чаянов разрабатывая основание экономики некапиталистических форм хозяйствования, прекрасно пользовались марксовой методологией.
Я не склонен к конспирологическим эскападам, но популяризуемый ныне взгляд на марксизм как на нечто противостоящее Традиции, склонен объяснять, как попытку неких сил мягко отобрать Novum superorganum из рук «недостойных» этого знания. Путь самости ныне это путь девестернизации Маркса. Стоит посмотреть на современный Китай, чтобы убедиться в этом. А потом на Индию. На Латинскую Америку. Дойдет очередь и до Африки с Америкой Северной. Потому что коммунизм это разнообразие, как и жизнь.
При этом стоит признать, что то, что почтеннейшей публике предлагают под соусом Традиции таковой не является ни разу. Недавняя дискуссия на ресурсе о «фелиокве» с беспощадной очевидностью высветила проблему неуклонной даже не экуменизации, а вполне себе уже полноценной Реформации РПЦ. При этом согласованность действий на местах между властями мирскими и духовными, причём, как со стороны священства РПЦ, так и со стороны имамов, волей-неволей наводят на мысль о параллельном процессе Реформации и в недрах «традиционного» российского ислама тоже.
Так что в принципе, вывод напрашивается простой, не можешь противиться – возглавь, знай то, чем владеешь, чтобы бить врага надо знать его оружие, как раз таки советы из той оперы, которая подразумевает и полифонию и консонанс одновременно, при чём эти пожелания актуальны только когда обоюдны для взаимодействующих оппонентов. Любить друг друга не обязательно, а вот знать и понимать необходимо.