VI съезд Всемирного конгресса татар (ВКТ), завершивший накануне свою работу в Казани (проходил с 3 августа), дал всего три политических новости, активно обсуждаемые в СМИ. Во-первых, это резолюция ВКТ о положительной роли договора по разграничению полномочий с федеральным центром и сохранении должности президента Татарстана. Во-вторых, создание нового общественного органа — «Милли Шура», который во главе с татарстанским вице-премьером «без портфеля» Василем Шайхразиевым должен стать надстройкой над ВКТ и Федеральной национально-культурной автономией татар. И, наконец, малосодержательные выступления первого и второго президентов Татарстана на пленарном заседании ВКТ.

Разберем каждый из пунктов по отдельности.

Напомним, что VI съезду ВКТ предшествовала перепалка в СМИ по поводу провала с перезаключением договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Татарстаном. В Казани рассчитывали, что Москва пойдет на заключение третьего по счету договора, причем Татарстан предлагал не создавать какой-то новый договор, а просто взять текст договора от 2007 года и его заново подписать. Для придания политического веса желанию Казани еще в апреле были организованы съезды ТОЦ (старейшей национал-сепаратистской организации) и «народов Татарстана», где были приняты соответствующие обращения на имя президента России. Однако сколько не старались режиссеры этих спектаклей, результата не последовало. Кто-то связывал это с личной обидой первого замруководителя АП РФ Сергея Кириенко на экс-президента Татарстана Минтимера Шаймиева, который в бытность Кириенко полпредом в Приволжском федеральном округе открыто демонстрировал к нему неуважение, другие полагали, что ситуация во внутренней политике России изменилась настолько, что сохранять атавизмы эпохи «парада суверенитетов» нет смысла. Так или иначе, к началу съезда ВКТ стало очевидно, что вопрос о договоре потерял свою актуальность. Тремя неделями ранее это поняли депутаты Госсовета Татарстана, которые приняли обращение к президенту России, в котором уже не было требований заключить новый договор, а была лишь просьба оставить наименование должности президента. На этом фоне Москва показала еще один козырь, напомнив о многолетней практике принудительного обучения татарскому языку в республике. Проблему озвучил сам президент России на заседании Совета по межнациональным отношениям в Йошкар-Оле.

Реакция Казани была так же предсказуема: истерика со стороны татарских националистов, бурная радость замученных этой образовательной политикой родителей и невразумительные комментарии чиновников Татарстана, посчитавших для себя за лучшее в этой ситуации «включить дурака». Намек хорошо поняли и в Казанском кремле.

В текстах итоговой резолюции и обращения к татарскому народу осталась лишь констатация существования договора и его «позитивной роли в этно-культурном, социально-экономическом и общественно-политическом развитие Татарстана и Российской Федерации в целом». По-видимому, режиссеры съезда ВКТ из Казанского кремля уяснили, что просить можно лишь о сохранении должности президента за Рустамом Миннихановым, по поводу чего Москва и так не возражала, с оговоркой, что нарушение федерального закона позволяется до конца второго срока правления Минниханова — до 2020 года.

Что касается создания «Милли Шура», то после первых недоуменных вопросов близкая к Казанскому кремлю интернет-газета «Бизнес Online» разъяснила: созданием «Милли Шура» снимается конкуренция между ВКТ и ФНКАТ. И председатель ВКТ Ринат Закиров, и председатель ФНКАТ Ильдар Гильмутдинов становятся заместителями председателя «Милли Шура», которым стал вице-премьер Татарстана Василь Шайхразиев. У последнего достаточно неоднозначный бэкграунд: хотя он служил в МВД, его работа на посту мэра Набережных Челнов в 2010—2014 годах запомнилась чередой коррупционных скандалов и нелепыми инициативами вроде покупки самокатов-сигвеев для патрульных полицейских. Его переход на пост вице-премьера был для него не просто подъемом по карьерной лестнице, но и уходом от коррупционных скандалов. Однако назначение на пост председателя «Милли Шура» пока вызывает больше вопросов и предположений: ранее Шайхразиев никак не был связан с чем-нибудь татарским национальным — ни с культурой, ни с образованием, ни с религией. Не зря его избрание вызвало резкий протест со стороны татарских национал-радикалов. Их лидер Фаузия Байрамова (дважды судимая за экстремизм — прим. EADaily) на пленарном заседании не выдержала и заявила: «Да он бывший мент, а затем обычный номеклатурщик».

Вероятно, назначение Шайхразиева связано с двумя задачами: с одной стороны, он должен наладить отношения с татарским национальным движением, которое часто использовалось Казанским кремлем как инструмент политического давления на Москву, перезагрузить его лоббистский потенциал. Как это сделать, пока, очевидно, неясно никому. С другой стороны, в 2020 году истекает срок правления Минниханова, и хотя это не означает его отставки, о преемнике думать нужно. Фигуры вроде мэра Казани Ильсура Метшина или других членов клана Шаймиева не устраивают, глава Татспиртпрома Ирек Миннахметов, который считается человеком Минниханова, слишком молод. Шайхразиев пока выглядит как не особо амбициозный и полностью управляемый человек. Возможно, избрание его на пост «Милли Шура» — это своего рода шанс поднакопить опыт, стать узнаваемым среди татар за пределами Татарстана. Как никак, но теперь он «самый главный татарин в мире».

Наконец, третий пункт — выступления Минтимера Шаймиева и Рустама Минниханова (которые были встречены бурными аплодисментами). Как минимум, от Шаймиева ждали чего-то политически важного, но вместо этого последовал обычный отчет о работе над созданием Болгарской исламской академии, воспоминания о договорах о разграничении полномочий 1994 и 2007 годов, похвала в адрес телеканала «ТНВ» («Татарстан — новый век»), который в Татарстане мало кто смотрит. Единственный момент — очень осторожный ответ на выступление Путина в Йошкар-Оле, где тот «прошелся» по национальным республикам, сказав о недопустимости принудительного обучения школьников неродным языкам и сокращения часов на русский язык. Шаймиев «не заметил» главной составляющей и перевел стрелки: «Если внимательно присмотреться, в выступлении президента России речь шла не о притеснении родных языков народов России, наоборот, он отметил необходимость их сохранения и развития». После чего посоветовал выступить на эту тему министру образования и науки Татарстана Энгелю Фаттахову.

Выступление Рустама Минниханова было еще более обтекаемым. Он расхвалил разных татарских ученых и деятелей прошлого и современности, выступил с отчетом о проделанной работе и будущих планах республики, с пиететом отозвался о федеральных чиновниках (вроде главы МИД России Сергея Лаврова). Говорить об образовательной политике Татарстана, подвергшейся критике со стороны Путина, он вообще не стал, ограничившись тезисом, что актуальные вопросы развития языка и культуры татар должны найти «отражение в новом законе о государственной национальной политики в Российской Федерации, работа над которым ведется в настоящее время».

Впрочем, все эти заявления, пожелания и ожидания были перечеркнуты сухим комментарием пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова по поводу возможности в будущем заключения нового договора о разграничении полномочий между Казанью и Москвой, который ответил, что Владимир Путин выскажется на эту тему, «когда посчитает нужным».

Сейчас, чтобы как-то утешить этническое самолюбие, в Казанском кремле предпочитают рассуждать в духе Ходжи Насреддина, который пообещав падишаху в обмен на деньги за 20 лет обучить своего ишака говорить, рассуждал: за это время либо ишак умрет, либо падишах. Ведь кто знает, что произойдет в России до 2020 года: может, к тому времени многое поменяется так, что биться за должность президента Татарстана уже и не понадобится, а проблема сама рассосется. Время — это тот ресурс, на который уповают в Казани. Правда, не стоит забывать и знаменитую пословицу: сколько веревочке ни виться, а конец будет…

В целом, у независимых наблюдателей прошедший VI съезд ВКТ оставил впечатление «последнего выдоха» господина ПэЖэ — персонажа советской трагикомедии «Кин-дза-дза», где лидер планеты, застигнутый врасплох главными героями, сам начал делать «Ку» перед ними, выражая свое подчинение и лояльность. Если почитать речи выступавших на съезде первых лиц и тексты резолюций, то становится ясно: тройное «Ку» с приседанием в Казани сделали быстро и без лишних вопросов.