Аборт и семья. К.Сёмин

С грустью смотрю на статистику группы в вк и понимаю: волшебный ускоритель по-прежнему не найден. Радует то, что 75% читающих - мужики от 20 до 40. Не радует то, что девушек в том же диапазоне — от 0,7% до 4% (после 40, если ВК не врёт, начинается всплеск интереса, но это слабое утешение).

Как справедливо заметила одна из читательниц, женщин в стране больше, чем мужчин. Поэтому игнорировать их — примерно то же самое, что в начале 20 века игнорировать пролетариат с крестьянством.
Но как завлечь? Чем охмурить?
Котами? Дятлами? Стихами?
Может быть, написать Лоботомию по Стасу Михайлову?
Заняться кумиротворчеством и начать документировать каждый свой шаг?
Поступило инновационное предложение — обсудить аборты и семью. Попробуем.
.
По-человечески я за семью, за то, чтобы рождались дети, чтобы не было разводов и сломанных судеб. Но это субъективный взгляд. Если приподняться над ним, станет ясно, что аборт — не проблема, а тяжелое следствие проблемы. Избавиться от абортов или свести их минимуму можно лишь одним способом — меняя среду, условия жизни как женщин, так и мужчин. Повторюсь, это зависит не лично от каждого, а от коллективного бытия, которое, которое, как известно, определяет сознание.
Запрещать аборты при капитализме — примерно так же эффективно, как запрещать проституцию. Одной рукой лечим, другой калечим. Одной сажаем на иглу, другой открываем частные наркоклиники. Одной приватизируем здравоохранение, другой клянчим по телевизору на операцию в Германии. Одной режем пенсионную систему, другой поощряем коммерческие дома престарелых и хосписы.
Это лицемерие, подлость и обман.
В обществе, построенном на нищете и неравенстве, женщины будут избавляться от детей, торговать детьми, торговать собой потому, что человеческая жизнь — товар и стоит недорого. Товаром в том числе является жизнь самой матери. Никакая молитва, никакой запрет, никакие апелляции к индивидуальной совести здесь не помогут.
У нас перед поселковой детской амбулаторией церковники всобачили здоровенный плакат: "Берегите жизнь!" Купола, мамаша кормит грудью пухленького младенца. А в 300 метрах сидят опустившиеся забулдыги, среди которых невозможно отличить уже М от Ж. Это местные безработные, их здесь очень много. Они безработны потому, что все окрестные совхозы давно пущены под нож, а земля направо и налево распродаётся. Зимой население округа составляет 3000 человек, а летом увеличивается до 30 000, за счет богатых отдыхающих. И вот спивающиеся местные смотрят на дорогие машины с ухоженными детьми, а потом на плакат с куполами. Вы можете карать за аборт хоть расстрелом, но ничего не добьетесь.
Наоборот. Запретительная жестокость вызовет лишь встречную ярость. Сперва вы оскотинили людей, а теперь еще и издеваетесь, смеете запрещать им быть скотами?
Когда-то я снимал сюжет о бэби-боксах (коробках для подкидышей) в бедных районах Нью-Йорка. Никогда не забуду историю тринадцатилетней девочки из Квинса, сложившей ребенка в мусорный бак и другой такой же, пытавшейся смыть плод в унитаз. Не забуду и Маркус Гарви парк в центре Гарлема, склоны которого, как опавшими листьями, усыпаны использованными презервативами. Это единственная отрада для здешней тинейджерской нищеты, это замкнутый круг, из которого невозможно выбраться.
.
Поэтому любая проблема, включая право женщины распоряжаться собственным телом, это в первую очередь проблема не личная, а социальная. То есть экономическая.
От того, удастся ли разъяснить эту простую мысль нашему женскому большинству (привыкшему — никакой дискриминации —больше доверять сердцу, чем рассудку), зависит и решение демографической проблемы. Надо менять не личность, а систему. Не букву закона, а среду.
Человеку, мужчине или женщине, должно хотеться жить. Должно хотеться любить (обратите внимание, как разделены мы теперь сословно-имущественными переборками, через которые любовь вынуждена переползать). Должно быть понятно, ради чего жить, зачем жить? Зачем заводить детей, зачем растить их? Должен быть ясный ответ — какое будущее ждёт ребёнка, ради чего можно страдать и терпеть лишения? Человеку мало биологического ответа про самовоспроизводство рода и фамилии. Мало ему и молитвы.

В удушливой и беспросветной атмосфере капиталистического мира люди (не вы лично, а статистически измеряемые люди) могут и будут жить только для себя. А значит, никакая сила не заставит их думать о другом, самом маленьком, еще не родившимся человеке.