(блоги) Интервью с ветераном, отбиравшим у япошек Курилы [2010 год]

Дней 5 назад в комментах к материалу "Блицкриг в Маньчжурии" пообещал найти газетку с нижеследующим небольшим интервью, собственноручно взятым в мае 2010 года у одного из ныне уже не многих свидетелей той великой эпохи. Так сказать, в мозаику общей картины советско-японской войны летом 45-го. Моя первая АШ-публикация.

+++

Случаются такие интервью, когда сидишь и ненароком примечаешь, работает ли диктофон, какая обстановка в комнате, как мерно тикают настенные часы…

Но этот раз был особенным. С ветераном Михаилом Лаврентьевичем Кузнецовым мы поговорили очень просто и без придыхания. Лишь через два часа после беседы хлынули эмоции - немного запоздало понимание, с каким нередким (все же раньше их таких немало было, а иначе как бы победили в той войне?), но сильным простодушным чистым человеком довелось общаться.

Празднование 65-летнего юбилея Великой Победы прошло очень громко, масштабно. Многие телеканалы посвятили этой теме целые исторические циклы передач. Нам же хочется услышать лично Вашу историю.

Я родился и до 16 лет жил в одной из деревень Бакалинского района (Башкирской АССР, – прим. автора). Помню, как началась война, и всех мужчин деревни призвали в армию. Сначала молодых, потом все старше и старше – так до самых стариков. В начале Великой Отечественной мне было лет 12-13. Слишком еще молодой для сражений, а потому первые военные годы работал в колхозе – сеял хлеб, выращивал, пахал землю. Дело наше было очень важное – мы ведь армию этим хлебом кормили. Все тогда в этой работе участвовали, вся деревня. Знали, по-другому нельзя. Иначе не выжить.

Сколько Вам было лет, когда повестка пришла?

Мне как раз исполнилось 16 лет. Помню, мы в тот день работали в поле: убрали хлеб, обмолотили. Вечером пришел домой, умылся, только сел за стол, как мне повестку в армию приносят. Срочно нужно ехать. Что делать? До райцентра, где расположен военкомат, 40 километров. Всю ночь пришлось проскакать. Но все-таки успел, явился ко времени. Тогда ведь с опозданиями очень строго было. Да и совесть не позволяла опаздывать.

И все – с того момента начала моя военная жизнь. Новобранцев сгруппировали, посадили на поезд и отправили в учебку на три месяца.

И далеко?

Сначала полк наш находился в Уфе, в Зеленой Роще. Командир у нас был фронтовик, только после ранения. Бывалый, закаленный в боях. Воевать он нас учил в обстановке, близкой к боевой. А как только мы отучились, освоили азы военной подготовки – на войну. Но мы тогда были еще ребятишки, а потому на передовую нас сразу отправлять не стали. Дали оружие и поставили охранять склады с боеприпасами.

В какие войска Вы попали?

Я служил в пехоте. После того, как наши войска взяли Берлин, нас направили на Дальний Восток – освобождать Сахалин от японцев, а потом на корабле перебросили на Курилы. Вот там действительно было очень опасно. Одна высадка чего стоила: из-за мелководья было трудно подойти близко к берегу, пришлось десантироваться на шлюпках. Кстати, это был остров Кунашир. Тот самый, который сейчас японцы требуют им вернуть.

Мы, кстати, высадились без единого выстрела. Хотя плыли и думали, что нас сразу же перебьют. А японцы совсем не стреляли. Выходим на берег – никого. Идем по острову, а они уже сложили оружие и сдались без боя. Мы тогда очень удивлялись – ведь им ничего не стоило дать бой и всех нас перебить. И только потом выяснилось, что эти же японцы воевали на Сахалине. Причем вооружены они были винтовками, а наши солдаты – уже современными автоматами. И вот они тогда так сильно испугались автоматического оружия, что в этот раз сдались без боя.

Как складывалась Ваша судьба в первые послевоенные годы?

После того, как Япония капитулировала, мне пришлось еще четыре года служить на Курилах. Нужно сказать, климат там тяжелый. День и ночь идут дожди, порой со снегом. Мы вымокнем все насквозь, придем в помещение, а там не отапливается – холодно. Раздевались догола, снимали все, отжимали воду… и одевали то же самое. Потому как сменного обмундирования у нас не было.

В армии я прослужил 7 лет. Демобилизовался в 1950 году. Только долго не могли выбраться с островов – не на чем было до Владивостока доплыть. И вот закончилась служба, мы сидим на берегу, документы получили, пора домой, а выбраться не можем. Потом уже кое-как дождались корабля, который с Кунашира должен был идти на Владивосток. Тут уж мы обрадовались!

Прямая речь Михаила Кузнецова: зарисовки о мирной жизни

О разлуке с братом

Моего старшего брата, 1920 года рождения, как раз перед войной призвали. И он прошел всю Великую Отечественную. Даже есть его фотография у здания Рейхстага. Одно время думали, что брат и вовсе погиб: его однополчанин письмо прислал – якобы видел, как тот пал в бою. А его тогда, оказалось, в грудь ранило тяжело. Но, слава Богу, жив остался.

Когда я вернулся домой, и мы после долгой десятилетней разлуки впервые с ним встретились на вокзале, поначалу просто не узнали друг друга. Так сильно его война изменила, да и я повзрослел. Все-таки 10 лет – немалый срок.

После войны не так-то просто было найти хорошую работу

Мне какое-то время пришлось буквально ходить по городу в поисках вариантов. У меня спрашивали – есть специальность? А я в ответ: есть пара крепких рук и пара ног. Хочу работать!

В итоге все-таки повезло – устроился токарем на Уфимский моторостроительный завод (ныне производит двигатели для «сушек», - прим. автора). Потом защитил диплом, перешел в другой цех уже инженером-технологом. А когда в 1963 году перевелся на Октябрьский завод, выпускавший низковольтную аппаратуру, дела и вовсе пошли в гору. Сначала дали квартиру, а потом и по службе начали выделять. В итоге несколько лет перед пенсией работал начальником конструкторского бюро.

О секретах долголетия

Никогда не курил. В армии чуть перерыв – все в кучку и дымят. А я всегда в сторонке. Еще почти никогда не пил. На Курилах нам выдавали по 100 грамм в столовой – климат требовал. Это я выпивал, но сверх дозволенного - никогда. Что в армии, что потом – поддерживал физическую форму: занимался на турниках да на брусьях.

Уважайте старших!

Всегда был готов помочь молодым житейским опытом. Просил не материться, не курить. Но они, пока молодые, не ценят, не слушают. Зато, когда позже встречаешь их, благодарят: спасибо вам, дядя Миша, за совет и поддержку.

Пусть молодежь не ленится, не ругается и ведет достойный и здоровый образ жизни. Уважайте старших! Остальное приложится.

Май 2010 г.