Азиатское энергокольцо начинаем с Японии

Зачем серьезные люди ездят на саммиты, вроде этого, G20 в китайском Ханчжоу? Для непосвященных – в первую очередь себя показать, да на людей посмотреть. Плюс свою значимость продемонстрировать. В то время как люди сведущие понимают, что оно там, вспоминая историю с трапом к американскому “борту номер один”,  не без этого конечно, но эти “намеки” являются лишь ширмой, за которой серьезные люди лично обсуждают действительно важные вопросы.

Наглядный тому пример, официальное предложение Владимира Путина сформировать межправительственную рабочую группу по разработке проекта энергетического кольца в Азии.

“Поддерживаем инициативу компаний России, Японии, Республики Корея и Китая по созданию энергетического суперкольца, которое свяжет наши страны. Для более быстрой, динамичной реализации этого проекта предлагаем сформировать межправительственную рабочую группу“,- сказал Путин, выступая на Восточном экономическом форуме.

Как отметил президент, Россия готова предоставить своим партнерам конкурентную в АТР цену на электроэнергию и зафиксировать ее на долгосрочный период.

Источник: http://tass.ru/ekonomika/3589562

Строго говоря, идея объединения энергосистем российского Дальнего Востока с Китаем, Монголией, Южной Кореей и Японией существует еще с 1998 года. В свое время под будущие планы мощного промышленного развития Восточной Сибири и Дальнего Востока советское правительство начало строить там дополнительную энергогенерацию. Но к моменту ее ввода в строй многое в мире изменилось и созданный в Амурской, Хабаровской, Еврейской автономной областях, Приморском крае и Якутии энергетический кластер оказался избыточным примерно так на треть. А с учетом постперестроечного падения объемов промышленного производства и связанного с ним снижения спроса со стороны промышленности, так и вообще до 40%. Потом ситуация малость подправилась, но даже сегодня, например, по данным за 2014 год, суммарная генерация всех объектов, входящих в “Объединенное диспетчерское управление энергосистемами Востока” (ОДУ Восток) составила 31 802,3 млн. кВт*ч, из которых в западные энергокластеры России, а также на экспорт в Китай, ушло 3 557,2 млн. кВт*ч, или более 11% генерации. Это при том, что недогрузка установленных мощностей на Дальнем Востоке остается на уровне 12 – 14%.

В 90е дело обстояло хуже и энергетики активно искали рынок сбыта для моря лишней электроэнергии. А тут рядом Китай, у которого в пиковые периоды, прежде всего зимой и весной, дефицит электричества достигал 40 млн. кВт*ч в месяц. Плюс соседняя Монголия, которая даже сегодня, после полутора десятков лет активного развития отрасли, потребляет в год 900 МВт*ч, а производит своими силами только 878,4 МВт*ч.  Плюс бурно развивающаяся экономика Южной Кореи, у которой дефицит собственной генерации по сей день ниже 15% не опускается. Ну и конечно Япония, в те времена говорившая о не менее чем 21% дефицита.

Словом, идея соединить энергосети  интерконнекторами и организовать переток излишком туда, где возникает дефицит, выглядела перспективной. Однако красивая теория, как водится, разбилась о суровый быт.

Договориться с Китаем сначала получилось. К 2005 году наш экспорт в Поднебесную достиг 800 млн. кВт*ч в год. Под это дело были возведены магистральные линии Благовещенск – Хэйхэ (через Амур) и Сиваки – Кузнецово – Щипачжань. Было даже заключено соглашение между Россией и Китаем на поставку 3,6 – 4,3 млрд. кВт*ч на протяжении 2008-2010 годов. Но нашла коса на камень. Наша дальневосточная генерация в основном опиралась на тепловые (газ), гидро- и атомные станции, в то время как основу китайской генерации составляли примитивные угольные, к тому же опиравшиеся на местные источники  дешевых углей. В результате, российское электричество, да еще с учетом расходов на транспортировку, оказывалось вдвое дороже местного китайского. Пекин настаивал на ценах, которые не могли устроить нас. А идея строительства в Приамурье, под программу 2008 – 2010 годов, десяти угольных станций, чтобы уже с 2015 года выйти на экспортные мощности до 60 млрд. кВт*ч уткнулась в экспертное заключение о том, что к моменту окончания их строительства Китай сможет закрыть собственные потребности самостоятельно. Они там каждые пять лет строили по 20% новой генерации по сравнению с начальным уровнем. В общем, “китайское направление” тогда после первых успехов “зависло”.

Еще сложнее оказалось договориться с остальными потенциальными покупателями. Монголия в 90е еще не очень думала о серьезном развитии своей промышленности, потому к дефициту энергии относилась философски, учитывая специфику страны, делала ставку на мобильные дизель-генераторы и тогда уже появившуюся альтернативку в виде ветряков и солнечных панелей.

По масштабу потенциального спроса, Южная Корея выглядела самым перспективным партнером, но тут против проекта играла политическая география. Электричество из России туда могло придти только двумя путями: либо транзитом через Северную Корею, либо через проложенный по океанскому дну из Владивостока подводному кабелю протяженностью не менее 600 километров. Так как энергия – штука с постоянным непрерывным спросом, а отношения с северным соседом у Сеула не отличались стабильной дружелюбностью, то правительство страны выражало обоснованные опасения, как бы кто-нибудь злобный внезапно не отключил рубильник. Альтернативный вариант активно тормозился американцами. Тут и кабель еще надо проложить, сколько на это времени уйдет – неизвестно. И деньги нужны, которых у России явно нет, Южной Корее финансировать авантюры в Вашингтоне “активно не рекомендовали”. Да и в зарубежных СМИ Россия 90х рисовалась страной, находящейся на последнем издыхании, связывать с которой энергетическое будущее мог только сумасшедший. Кроме того США, и еще немножко французы, обещали Южной Корее быстро построить много-много атомных электростанций и тем самым вообще снять вопрос дефицита с повестки дня.

Примерно тем же образом дело обстояло с Японией. Испытывая временами до 30% дефицита, страна Восходящего Солнца, во-первых, ударными темпами строила атомные энергоблоки, с помощь которых тоже рассчитывала сама выйти в нетто-экспортеры электричества, во-вторых, тоже испытывала политическое давление со стороны США, ну и в третьих, чего греха таить, имела виды не только на Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, но и была готова вспомнить времена, когда японской являлась вся южная половина Сахалина. Ставить свою энергетику в зависимость от поставщика с которым есть такие большие территориальные споры, казалось неразумным. Тем более, что в Токио всерьез ожидали начала неминуемого распада самой России под гнетом ее текущих проблем. Было еще и в-четвертых. Юридически Япония никогда не покупала за рубежом готовой энергии. Уголь, газ, нефть это все да, но электричества не было. Тем самым и необходимая юридическая база отсутствовала. Впрочем, будь дело только в этом, написать недостающие законы особой трудности не составляло. Вот только никто, включая Россию, тогда не мог предложить их внятную концепцию. А вопрос сложный, включает множество узких мест. Кто, что и  докуда строит? Кто и как финансирует создание коннекторов между системами? Кому коннекторы станут принадлежать и как управляться? Кто будет нести ответственность за общую надежность и бесперебойность работы системы в целом? Как распределять ответственность и как ее выражать в деньгах?

В общем, Азиатское суперкольцо тогда не получилось. Но с тех пор в мире изменилось многое. Самое забавное, что больше всего перемен случилось как раз в Японии. После аварии на Фукусиме противники ядерной энергетики не волне популизма раздули в СМИ форменную истерику и добились от правительства решения закрыть в стране все атомные станции. Подчистую. Под нож пошли не только перспективные планы наращивания доли атомной энергетики с 30 до 40% к 2017 году и до 50% к 2030-му. Началась процедура остановки и вывода из эксплуатации всех 54 японских АЭС, последняя из которых закрылась 15 сентября 2013 года.

Расположения АЭС в Японии, Фото: hsto.org

По началу местные зеленые, вместе с Greenpease, строчили радостные репортажи о небывалом успехе в защите экологии планеты в целом и Японии в частности. На празднике “первые год без атома”, 15 сентября 2014, митингующие с улыбками говорили, что все вокруг хорошо. Светофоры работают, фонари светятся, в розетках электричество есть, смартфоны заряжаются. Ура, товарищи!  Но потом, как всегда, реальность взяла свое.

Вывод их эксплуатации сразу трети генерирующих мощностей в стране создали дефицит, закрыть который Японии реально нечем. Даже с учетом снижения объемов промпроизводства в виду мирового экономического кризиса, вынудило Токио резко увеличить импорт углеводородов. В частности, СПГ – с 94,5 млрд. м3 в 2010 до 119 млрд. м3 в 2013 или более чем на 27%! Значительный рост спроса со стороны Японии на 25,5 млрд. кубометров, вызывал повышение региональных рыночных цен. Кстати, это одна из причин общего роста газовых цен на азиатских рынках, вызвавшая ключевую переориентацию на него ведущих поставщиков. Стоит ли удивляться тому, как много американцы обещали своего дешевого СПГ Европе, но до сих пор продолжают экспортировать свой газ почему-то только в Азию? Да там цены в полтора раза выше! Знаете ли, ничего личного, только бизнес.

Цены на СПГ в мире в ноябре 2013 года, Фото: vestifinance.ru

Столкнувшись с чудовищным дефицитом генерации, а также подсчитав, что за три года после Фукусимы Япония на дополнительные закупки угля, нефти и газа потратила 270 млрд. долл, местные специалисты схватились за голову. Экология это конечно круто и людей защищать безусловно надо, но не слишком ли дорого эта красота обходится и нужна ли людям такая защита? В 2010 году профицит внешнеторгового баланса страны составлял 65 млрд. долл. с которых Япония вполне себе неплохо богатела. А через три года, вместо профицита, уже возник его дефицит на 112 млрд. долл. И путей выхода из тупика что-то не просматривается. Мало того, цена на электроэнергию для промышленных предприятий выросла на треть, а для населения на 20%. Т.е. помимо прямых уже посчитанных потерь, существуют еще косвенные, в виде роста себестоимости продукции, означающей снижение прибыльности ее продаж. И эту цифру никто пока еще точно подсчитать не сумел. В разных источниках называют от 0,1 до 0,8% всего ВВП Японии.

Если экологию так и дальше “защищать”, то к 2020 году проблема действительно снимется сама собой, по причине полного исчезновения японской промышленности “по украинскому варианту”. Зеленые в лучших традициях попытались решить проблему через простые и понятные флешмобы. А давайте меньше использовать кондиционеры! Это выглядело особенно забавно в южных регионах, где температура летом в тени может достигать 30 градусов Цельсия, да еще в условиях высокой влажности. А давайте меньше пользоваться лифтами! Нет, ходить по лестницам безусловно полезно для здоровья, но подыматься и спускаться в офисных центрах даже на десятый этаж есть удовольствие ниже среднего.

Надо отметить, что японцы старались переносить тяготы стоически. Сокращали объемы использования печатающей и копировальной техники. Сдвигали начало рабочего дня на более ранее время, когда еще не так жарко. Ограничивали время работы подсветки наружной рекламы. В государственных учреждениях по полутемным коридорам даже с фонариками ходили. И все равно ужать энергодефицит ниже 15% не получилось.

Тогда в дело пошел козырь альтернативной энергетики. Давайте все вокруг заставим солнечными панелями! И не важно, что 90% территории страны составляют горы, крайне плохо подходящие для организации солнечных парков. Не важно! Экология дороже. Нельзя на суше, давайте организуем парки на воде! Правда проекты строительства солнечных островов сразу в океане не рискнули продвигать даже самые безбашенные экологи. Слишком очевидной оказалась их финансовая неподъемность и неэффективность. Хотя эскизы таких плавающих среди солнечных электростанций на выставках демонстрировались. Зато вспомнили про озера. Их же много, целых 0,8% общей площади территории страны.

Например, компания Kyocera Communications Systems на озере Сакасамаикэ построила плавучую солнечную электростанцию мощностью в 2,3 МВт. Как утверждается, ее хватит на обеспечение электроэнергией 820 домов. И хорошо, что на воде, заодно удобно решать задачу охлаждения 9 тыс. панелей. Станция плавает на поверхности водоема и передает на берег электричество по кабелю длинной в 400 метров. Коммерческая продажа электричества начата в июне 2015 года.

Станция, Фото: geektimes.ru

Проект признан успешным и теперь планируется его распространение на другие регионы. Компания заявила о планах строительства аналогичных плавучих станций установленной мощностью в 1,7 МВт на озере возле города Като и на 13,4 МВт на водоеме в городе Итихара. На картинке показано, как этот плавучий парк в Итихаре должен будет выглядеть вживую.

Фото: hsto.org

Было бы интересно узнать, считали ли защитники экологии то негативное влияние, которое на экосистему водоема окажет такой огромный радиатор, сбрасывающий в воду лишнее тепло? Озеро Сакасамаикэ, например, сейчас “активно зацвело”. Впрочем, мы даже не станем вспоминать такие страшные сокращения, как КИУМ и пытаться на калькуляторе посчитать, сколько лет за эти деньги бесплатно могла работать газовая электростанция. Черт бы с ним. Есть куда более осязаемые результаты.

Не смотря на все меры экономии, на стимулирование проектов альтернативной энергетики, дефицит генерации остается для японской экономики смертельным. Проблема стоит настолько остро, что правительство страны начало аккуратно игнорировать “мнение общественности” и постепенно возвращаться к теме АЭС. В марте прошлого года регулятор фактически  разрешил ввести в эксплуатацию АЭС “Сендай”. Станция заработала с июня. Но встретила бурное негодование “простых японцев”. После истерии с Фукусимой идея атомной энергетики по сей день крайне непопулярны среди населения. Даже наиболее упрямые политики признают, что больше девяти атомных энергоблоков, из 54 имеющихся, вернуть к жизни вряд ли получится.

А значит дефицит чем-то все равно придется компенсировать. Наиболее реальная перспектива – возврат к углю. Хотя собственные угольные запасы в районе Исикари, невелики, общее падение спроса на уголь привело к существенногому снижению цен, что делает получение энергии за его счет значительно более дешевой, чем имеющаяся альтернатива. Правда, тут страна оказывается жестко зажата между реальной потребностью и нормами Киотского протокола. Сегодня он уже давно называется иначе, но сути дела это не меняет. Вместе с дешевым топливом, на 49 предполагаемых к строительству до 2020 года, угольных ТЭС, японские инженеры обещают создать самые передовые в мире системы снижения выбросов СО2, не менее чем на 20 – 25% по сравнению с существующими ныне лучшими мировыми образцами. Дебо Адамс, менеджер Центра чистого угля МЭА, подчеркнула: «кроме того, за каждую единицу выработанной электроэнергии, они будут потреблять меньше топлива и выбрасывать меньше локальных загрязнителей, а также будут включать современные системы снижения выбросов SO2, NOX и твёрдых частиц».

Угольная ТЭС (Япония), Фото tesiaes.ru/?p=16003

Знаете, лично я верю, что японские инженеры этих показателей добьются. В конце концов речь идет о чисто технической задаче. Другой вопрос, что заплатить за успех придется дороговизной самого оборудования и высокими издержками его эксплуатации. Так что даже при самом дешевом угле, создаваемое электричество все равно останется дорогим. Слишком дорогим для японской промышленности и экономики в целом. Настолько дорогим, что про всякие “электрические инновации”, вроде перевода страны полностью на электромобили, им придется забыть навсегда.

Прошу заметить, все рассказанное выше ни разу не домыслы, а констатация уже свершившихся фактов. Отключение атомной генерации действительно обрушило японскую внешнюю торговлю, привело к возникновению дефицита больше чем в 100 млрд. долл. в год, и заставило потратить около 40 млрд. долл. на всякие там плавучие солнечные парки. И еще потребует по меньшей мере 60 млрд. долл. на программу строительства угольных электростанций установочной мощностью в 28 ГВт. И все равно экономический баланс по энергетике оказывается стабильно в минус.

Дальше я конечно фантазирую. Весьма вероятно, дело обстояло не так, и слова звучали другие, и наверняка даже формулировки выглядели куда изящнее в своей выверенной отточенности. Однако, убежден, суть, тем не менее, была именно такой.

Приехал премьер-министр Японии Синдхо Абэ в китайский город Ханчжоу на встречу глав “Большой Двадцатки” искать решения сложных вопросов. С Пекином надо их планы по закупкам сырья обсудить. Уж слишком явно они на мировые цены влияют. С Австралией хорошо бы попробовать продавить скидки на СПГ. Как-никак, крупнейший поставщик. Хорошо бы еще об этом поговорить с Катаром и Малайзией, но эти в G20 не входят. Так что пользоваться надо теми возможностями, которые есть.

Фото: vestifinance.ru

И тут подходит к нему Владимир Владимирович… С пониманием соглашается, что времена нынче настали непростые, перемены прут просто косяком, хлопот вокруг никак не обобраться… Однако, не найдет ли уважаемый Абэ-сан пары десятков минут прогуляться вон в ту чудесную беседку, чтобы оценить непревзойденное мастерство местных парковых садовников? Ну и, коль сочтет уместным, обсудить одни, в общем, пустяковый вопрос. Мы ведь с вами соседи. Вот, хотелось бы предупредить. У нас на Сахалине запланировано строительство второго блока местной ГРЭС. Пока небольшого, всего на 360 МВт установочной мощности. Но в общем, в близкой перспективе его и до 1 ГВт будет совсем не сложно довести. В общем, там строительная техника малость погремит, строители  пошумят, может кто где в сердцах и матом ругнется. Мы конечно постараемся шум всемерно минимизировать, но, сами понимаете, строители люди простые. Каждому на роток не накинешь платок. Вы уж неудобства потерпите, сделайте милость. Мы быстренько.

Да, кстати, у вас, как мне сказали, с энергетикой сложности. Да, Фукусима, такая неприятность. Кто бы мог подумать. Ужасно. Так может вам, это, электричества подкинуть? Там от нашего Сахалина до вашего Хоккайдо чуть больше 40 километров морем. Кабельщикам из “Интер РАО” и “Русгидро” максимум на месяц работы. Для начала можно линию где-нибудь гигаватта на два. А там, если вам понадобится, можем и до пяти гигов довести. В конце концов, кроме Сахалина, у нас там еще на материке Майская ГРЭС, Амурская и целых три блока Комсомольской ТЭЦ имеются. Если  надо, я позвоню, они не откажут. Хорошие, душевные люди, опытные профессионалы. В цене договоримся. Свои же люди, давние соседи. И уж точно у нас будет дешевле чем на ваших угольщика и тем более, на этих плавучих солнечных радиаторах.

Так оно там было или не так. Про кабели они говорили или тонкости составления хайку обсуждали, то мне неведомо. Но судя по тому, что создание межправительственной группы официально объявлено, по главному стратегическому вопросу главы государств таки договорились. Дальше остается доработать технические и юридические мелочи. Дело то действительно новое и в регионе еще совсем не опробованное. И японской правовой базы действительно нет. Впрочем, что-то мне подсказывает, уж она-то сейчас точно главное преградой не станет.

А так то да. Совсем ужасно миром изолированная и технически отсталая страна едва выживающая на нефтяной игле. Но уж больно интересные у нее предложения. И кабеля того действительно нужно 49 километров всего. Ну ведь сущие же пустяки!

Источник: Геоэнергетика.Ru