Как США завладели Ближним Востоком

5 ноября 1974 года, спустя год после начала «нефтяного шока», вызванного резким ростом цен на нефть, который принес странам-экспортерам нефти беспрецедентную прибыль, глава администрации Белого дома Дональд Рамсфельд направил записку заместителю советника по национальной безопасности США Бренту Скоукрофту. Рамсфельд начал записку с утверждения, что «финансовые, ядерные и космические возможности представляют собой уникальную триаду символов власти в современном мире». Хотя ядерные и космические возможности Соединенных Штатов оставались мощными, «финансовое превосходство Америки уменьшилось… Финансовая мощь будущего, несомненно, принадлежит арабским странам». Следуя этой логике, Рамсфельд предложил Вашингтону сотрудничать с консорциумом арабских стран в разработке арабской космической программы, которая «сделает их практически равными США и СССР в этой области в течение десятилетия» и «будет управляться совместно американскими и арабскими астронавтами». Рамсфельд оценил первоначальные затраты на программу в 7–10 миллиардов долларов, а последующие ежегодные расходы составят 1 миллиард долларов. Финансирование будет поступать из малонаселенных, богатых нефтью арабских государств, а рабочая сила будет в основном привлекаться из более густонаселенных арабских государств, как богатых, так и бедных нефтью. Рамсфельд признал, что это предприятие будет дорогостоящим, но утверждал, что затраты не будут непомерными, поскольку прогнозируемый профицит платежного баланса арабских стран составит не менее 50 миллиардов долларов только в 1974 году, деньги, которые, по словам Рамсфельда, «арабы сейчас отчаянно ищут, как их использовать». Рамсфельд утверждал, что космическая программа будет привлекательна для арабских лидеров как средство модернизации. «Хотя арабы не хотят американизироваться, европеизироваться или христианизироваться, — заявил Рамсфельд, — они хотят модернизироваться — обладать интеллектуальными, а также физическими преимуществами современного западного мира». Космическая программа привнесет в арабский мир новые отрасли промышленности и образование «техников, ученых, инженеров, менеджеров», внедряя современные промышленные, экономические, социальные и политические системы. Рамсфельд также утверждал, что космическая программа предлагает позитивную альтернативу зашедшей в тупик борьбе с Израилем. «Простые люди — феллахи — жаждут начать новую войну, но это, должно быть, последнее, чего хотят рациональные арабские лидеры», — утверждал Рамсфельд. «С их точки зрения, отвлечение интересов от Израиля само по себе сделает космическую программу перспективной». Рамсфельд размышлял: «Помните, как гордились египтяне, когда они сравняли счет в войне Судного дня? Насколько больше они гордились бы тем, что стали мировыми лидерами в космосе. Насколько приятнее нашему шейху чествовать вернувшегося арабского космонавта, чем вернувшегося арабского террориста». Для Рамсфельда главным преимуществом программы для Соединенных Штатов стало бы укрепление связей с более стабильным арабским миром. «В долгосрочной перспективе мы не должны рассматривать арабский мир как наших врагов», — настаивал Рамсфельд. «США должны жить в мире, где арабы не только контролируют нефть, необходимую США для выживания, но и входят в число крупнейших мировых держав, с которыми необходимо иметь дело по любому вопросу. Крайне важно, чтобы мы были дружелюбны к арабам, и это будет возможно только в том случае, если мы дадим им то, чего они хотят и чего им нелегко получить где-либо еще». Совместная космическая программа сделала бы Соединенные Штаты ценным партнером в развитии арабского мира и послужила бы рычагом для получения арабского сотрудничества по таким вопросам, как цены на нефть. Рамсфельд также утверждал, что модернизация арабских обществ уменьшит радикализм в регионе, заявив, что «мулле или муфтию будет сложнее склонить техника-электронщика к какой-либо реакционной политической позиции, чем погонщика верблюдов». Рамсфельд также отметил потенциальные выгоды для экономики США, утверждая, что большинство контрактов по проекту будут присуждены американским фирмам, а арабские расходы могут быть использованы для субсидирования расходов на американскую программу космических шаттлов. В заключение Рамсфельд сослался на холодную войну. «Если бы арабы собирались разработать космическую миссию в сотрудничестве с США или СССР, кого бы мы предпочли?» — риторически спросил он.

По всей видимости, другие представители правительства США всерьез не рассматривали предложение Рамсфельда. В некотором смысле, это была одна из самых экстравагантных идей о том, как использовать арабские богатства. Но в ключевых аспектах это сообщение наглядно демонстрировало реакцию середины 1970-х годов на огромные суммы денег, накапливаемые на Ближнем Востоке, деньги, которые в то время в народе называли "нефтедолларами".

Во-первых, сообщение Рамсфельда показало, как само количество арабских и иранских нефтедолларов, поступающих со скоростью почти 200 миллионов долларов в день, вызывало интерес и даже благоговение у многих американцев. В Белом доме, а также в Конгрессе, федеральных агентствах и канцеляриях губернаторов чиновники обсуждали, как нефтедоллары могут повлиять на их избирателей и изменить глобальный экономический и политический порядок. Предприятия и банки, от транснациональных корпораций до местных учреждений, подсчитывали, как нефтедоллары могут трансформировать их рынки. Новостные и развлекательные СМИ регулярно комментировали, как нефтедоллары меняют мир.

Слова Рамсфельда также отражали надежды и предположения многих американских политиков и бизнесменов относительно нефтедолларов. По их мнению, богатство арабского мира и Ирана значительно увеличило их власть и влияние; то, как арабы и иранцы будут расходовать свои нефтедоллары, будет иметь судьбоносные последствия для глобальных экономических и политических структур. Ключевым моментом, следовательно, было обеспечение того, чтобы арабские и иранские лидеры использовали свои нефтедоллары конструктивно для целей США, а не вопреки им. Для достижения этой цели, утверждали эти американцы, правительство США и американские корпорации должны предоставлять свои передовые технологии и услуги в обмен на денежные депозиты и политическое сотрудничество с арабами и Ираном. Таким образом, арабы и иранцы сами бы оплачивали свою модернизацию под руководством США, привлекая инвестиции и создавая рабочие места в американской экономике, страдающей от инфляции и рецессии (частично вызванной высокими ценами на нефть), а также обеспечивая развитие и образование для ближневосточных обществ, стремящихся к западному уровню жизни. Проекты модернизации, будь то космическая программа или что-то более приземленное, также оказывали бы благотворное политическое воздействие на арабские и иранские общества в отношениях с Соединенными Штатами. Они подтверждали бы и расширяли союзы США с правительствами арабского мира и Ирана в контексте холодной войны. Они способствовали бы формированию умеренных политических убеждений среди рядовых арабов и иранцев, разрешая кризисы, подобные арабо-израильскому конфликту. Они гарантировали бы Соединенным Штатам и их союзникам доступ к ближневосточной нефти по приемлемой цене. Короче говоря, за счет значительной интеграции ближневосточной и американской экономик посредством потоков нефтедолларов, возросшая мощь арабских стран и Ирана, обусловленная нефтедолларовыми богатствами, использовалась бы для сохранения и усиления глобального влияния США.

Однако, сознательно или бессознательно, Рамсфельд в своей записке не осознавал, что его или аналогичные планы модернизации США могут столкнуться с сопротивлением, или что взаимозависимость может привести к непредвиденным последствиям. Арабские и иранские лидеры, «рациональные» или нет, могли бы использовать свою мощь, основанную на нефтедолларах, для более эффективного противодействия США, если бы те, как им казалось, противоречили их собственным интересам.

***

В марте 1965 года Абдулла аль-Тарики выступил на пятом Арабском нефтяном конгрессе Лиги арабских государств в Каире. Ранее Тарики занимал пост министра нефти Саудовской Аравии, где неустанно призывал к пересмотрунефтяных концессий западным транснациональным нефтяным компаниям на условиях, более выгодных для арабских стран. Теперь, выступая как частное лицо, Тарики заявил, что «нынешнее состояние нефтяной промышленности в арабских странах является прекрасным примером экономического колониализма» западных держав; более того, это «колониализм в худшей его форме». Западный колониализм, утверждал он, движим желанием контролировать природные ресурсы Африки, Азии и Латинской Америки и использовать их в интересах западного развития за счет колонизированных народов. Хотя Запад в последние годы был в значительной степени вынужден отказаться от прямого управления своими колониями, он лишь «заменил свою старую форму господства новой… Военная оккупация была заменена союзами, оборонными договорами и экономическими соглашениями, что гарантировало контроль над ресурсами колонизированных стран». В качестве примера Тарики объяснил, что американский нефтяной консорциум Arabian-American Oil Company (Aramco) воспользовался Саудовской Аравией, заключив соглашения, которые искусственно занижали доходы Саудовской Аравии от нефти, минимизировали инвестиции американского капитала в страну, чтобы препятствовать индустриализации Саудовской Аравии, и исключали саудовцев из высокопоставленных должностей, чтобы помешать им приобрести навыки, необходимые для управления важнейшей отраслью страны. Учитывая колониальный характер американских и европейских нефтяных компаний, Тарики пришел к выводу, что «национализация нефтедобычи в арабских странах является необходимостью, продиктованной национальными интересами этих стран». Тарики дал критическую оценку США в регионе Ближнего Востока и Северной Африки с 1920-х годов. Созданная как американскими транснациональными нефтяными компаниями (ТННК), так и правительством США, американская империя в регионе Ближнего Востока и Северной Африки (БПНА) стремилась обеспечить дешевый и обильный поток нефти из региона к западным потребителям. Первоначально Соединенные Штаты обеспечивали свое влияние на БПНА и его нефтяные рынки в основном через своих британских и французских союзников.Однако, начиная с Саудовской Аравии, с 1930-х по 1960-е годы все большее число стран БПНА становились прямыми клиентами Соединенных Штатов. Независимо от того, были ли они в первую очередь клиентами Соединенных Штатов или европейских держав, аналогичная логика действовала и для богатых нефтью стран БПНА, где дружественные элиты получали западную военную поддержку, помощь, доходы и экспертные знания для содействия государственным проектам и укрепления своих режимов в обмен на их приверженность борьбе с коммунизмом и поставкам дешевой нефти. Соединенные Штаты проводили аналогичное и в отношении бедных нефтью стран БПНА с аналогичными целями.

Однако американская и европейские империи на Ближнем Востоке и в Северной Африке порождали народное сопротивление местным режимам-сателлитам и их западным покровителям. Это сопротивление порядку, возглавляемому США, развивалось отчасти из-за плохих условий труда и нарушений прав человека, культурного и религиозного отчуждения и националистических устремлений. Поддержка США Израиля еще больше разжигала недовольство арабского и иранского населения. Со всеми этими проблемами была связана тенденция западных режимов-сателлитов лишать свое население реальных возможностей для политического участия в судьбе своего государства.
Примечательно, что Иран и большинство арабских государств после Второй мировой войны были монархиями, и все эти монархи служили западными сателлитами. В 1950-х и 1960-х годах некоторые из этих арабских монархий были свергнуты левыми националистическими движениями, гораздо менее лояльными к Соединенным Штатам и более тесно связанными с Советским Союзом. Самым могущественным из них был Египет, который все чаще бросал вызов союзникам США, таким как Саудовская Аравия, вплоть до арабо-израильской войны 1967 года. Левый вызов усиливал для Соединенных Штатов и монархий Ближнего Востока и Северной Африки ощущение необходимости политического альянса, в котором первые укрепляли бы вторые посредством помощи в развитии и военной поддержки.
В то же время монархии регулярно сталкивались с транснациональными нефтяными компаниями и Вашингтоном из-за контроля над нефтью. Монархии стремились к увеличению нефтедолларовых доходов для развития экономики своих стран, расширения своего регионального геополитического влияния и повышения своей автономии от Запада. Хотя американские игроки в определенной степени удовлетворяли эти требования, в конечном итоге они действовали против этой цели, поскольку дешевая нефть, контролируемая США, оставалась первостепенной задачей. Эта ситуация все чаще приводила к тому, что богатые нефтью союзники США в странах Ближнего Востока и Северной Африки сотрудничали друг с другом и с другими богатыми нефтью странами, чтобы бросить вызов диктуемым США условиям глобальной нефтяной экономики. Растущая поддержка Израиля со стороны США также все чаще подталкивала союзные США богатые нефтью арабские правительства к присоединению к арабским странам, более враждебно настроенным к Вашингтону, в противостоянии Соединенным Штатам.
***
В целом, сотрудничество между США и их союзниками на Ближнем Востоке в течение двух десятилетий после Второй мировой войны принесло пользу как Соединенным Штатам, так и их союзникам, но также содержало в себе напряженность, которая ставила под угрозу его долговечность. В 1928 году консорциум американских нефтяных компаний, включая Gulf Oil и предшественников Exxon и Mobil, приобрел у европейских фирм British Petroleum, Shell и Compagnie Franaise Ptrole 23,75-процентную долю в их Иракской нефтяной компании (IPC). Европейские фирмы частично согласились на соглашение из-за дипломатического давления со стороны Вашингтона, который стремился обеспечить США стратегический и коммерческий доступ к зарубежным поставкам нефти через американские многонациональные нефтяные компании. Этот шаг создал первое присутствие США в нефтяной промышленности Ближнего Востока. Это соглашение также заложило основу для корпоративного партнерства, которое в значительной степени определяло отношения США с регионом Ближнего Востока и Северной Африки до 1970-х годов, в рамках которого многонациональные нефтяные компании обеспечивали интересы национальной безопасности США, связанные с нефтью, от имени Вашингтона в обмен на дипломатическую и юридическую поддержку правительства США. Эта сделка ознаменовала начало новой эры в отношениях между Ближним Востоком и Северной Африкой и США. Хотя между двумя регионами ранее существовали транснациональные связи, такие как торговля, миссионерская деятельность и иммиграция, американские корпорации в значительной степени избегали прямых инвестиций в регион, а Вашингтон считал этот регион малозначимым с точки зрения стратегического значения.
К 1920-м годам весь арабский мир попал под прямой или косвенный контроль европейских держав, прежде всего Франции и Великобритании. К примеру в Ираке британцы установили новую монархию, династию Хашимитов, которая оставалась подчиненной Лондону даже после того, как Ирак получил де-юре суверенитет в 1932 году. Иран, номинально суверенный под монархией новой династии Пехлеви, также находился под британским господством. Это позволило европейцам контролировать две самые главные нефтяные центры в регионе Ближнего Востока и Северной Африки: британцы монополизировали Иран под эгидой Англо-иранской нефтяной компании (AIOC), а британцы, голландцы и французы делили власть в Ираке под эгидой Международной нефтяной корпорации (IPC). Включение американских компаний в IPC ознаменовало начало конца европейской гегемонии над нефтяной и политической сферами региона Ближнего Востока и Северной Африки.
Вступив в ИПК (Иракский совет по нефти), который доминировал в экономической и политической системе Ирака, американские нефтяные компании стали распространять американскую империю на регион Ближнего Востока и Северной Африки.
Первой страной в богатом нефтью регионе Ближнего Востока и Северной Африки, попавшей под преимущественно американское влияние, стала Саудовская Аравия. Провозглашенная королевством в 1932 году, Саудовская Аавия была создана за предыдущие три десятилетия завоеваниями Ибн Сауда. Саудовский монарх заручился поддержкой религиозных лидеров-ваххабитов, предоставив им теократический контроль над социальными сферами. В 1915 году Ибн Сауд также принял формальный британский протекторат над своими владениями в обмен на военную помощь; и даже после получения британского признания полного суверенитета своего правительства в 1927 году он оставался зависимым от британской поддержки, поскольку его страна де-факто являлась частью империи Соединенного Королевства. Однако в 1933 году король Ибн Сауд решил предоставить нефтяную концессию американской компании, предшественнице Chevron, положив начало многолетней монополии США на влияние в нефтяной сфере Саудовской Аравии. Другая американская компания, Texas Oil (позже Texaco), присоединилась к этому предприятию три года спустя, и совместно (основав компанию Aramco) обнаружив нефть в Даммаме в марте 1938 года, положила начало саудовской нефтяной промышленности.
Критическая роль нефти для военных успехов во время Второй мировой войны укрепила мнение правительства США о том, что нефть Ближнего Востока представляет собой жизненно важный стратегический интерес. Во время войны Вашингтон предоставлял Саудовской Аравии помощь по программе ленд-лиза, чтобы обеспечить стабильность правления Ибн Сауда, тем самым ещё больше ослабляя британское влияние в стране. В Иране и Ираке, напротив, Соединенные Штаты предпочли поддерживать британское превосходство. Эта поддержка распространилась и на решение Лондона свергнуть и изгнать нейтралистского иранского монарха Резу Шаха Пехлеви в 1941 году и заменить его сыном, Мухаммедом Резой Шахом Пехлеви, умным, но неуверенным в себе молодым человеком.
***
В конце Второй мировой войны Советский Союз и Соединенные Штаты стали двумя оставшимися мировыми сверхдержавами. Война убедила большинство американских политиков в том, что жизненно важные интересы безопасности и экономики США требуют восстановления регулируемой глобальной капиталистической экономики, предотвращения доминирования какой-либо одной державы в Евразии и политики неумиротворения в отношении враждебных диктатур. В свою очередь, война вселила в советских лидеров новую уверенность в необходимости постепенного распространения коммунизма по всему миру и, в более непосредственной перспективе, обеспечения безопасности Союза Советских Социалистических Республик путем установления доминирования над соседними государствами. Преследуя конкурирующие идеологические и стратегические цели, Советский Союз и Соединенные Штаты оказались неспособны преодолеть свои разногласия, и к 1947 году вступили в ожесточенную борьбу за мировое господство — холодную войну, в которой большая часть мира, включая страны Ближнего Востока и Северной Африки, разделилась на советскую и американскую сферы влияния.
Администрация президента США Гарри Трумана сделала доступ Запада к ближневосточной нефти одним из главных приоритетов своей стратегии холодной войны по восстановлению глобального капитализма и противодействию Советскому Союзу. Хотя Соединенные Штаты производили две трети мировой нефти и были крупным экспортером нефти в 1945 году, становилось ясно, что страны Ближнего Востока и Северной Африки обладают беспрецедентными запасами нефти, а это означало, что регион будет играть важную роль в развитии мирового энергетического рынка. В то же время компания Aramco стремилась начать крупномасштабный экспорт саудовской нефти, чтобы реализовать потенциал получения прибыли от своих инвестиций. Военные США и Государственный департамент поддержали цель Aramco, стремясь расширить добычу нефти в Восточном полушарии, чтобы обеспечить там достаточные запасы нефти, а также помочь сохранить месторождения нефти в Западном полушарии, которые представляли собой более легко защищаемый стратегический резерв. В 1948 году Aramco, Exxon и Mobil превратились в эдакий партнерский синдикат, чтобы привлечь дополнительный капитал для создания инфраструктуры, необходимой для выхода на европейские рынки. Расширение таким образом Aramco создало взаимосвязанную сеть партнерств между Chevron, Exxon, Gulf Oil, Mobil, Texaco, British Petroleum, Compagnie Franaise Ptrole и Shell через их совместные предприятия в Ираке, Кувейте и Саудовской Аравии. Совместно контролируя подавляющее большинство экспортируемой в мире нефти, восемь многонациональных нефтяных компаний объединили усилия для создания картеля производителей, который регулировал добычу и ценообразование нефти, чтобы избежать дорогостоящей конкуренции друг с другом.
Национальные нефтяные компании также неуклонно наращивали экспорт ближневосточной нефти, что способствовало экономическому росту Соединенных Штатов и восстановлению их основных союзников. Еще в 1948 году исследование правительства США показало, что потеря добычи нефти в арабских и иранских странах, составлявшая, по оценкам, 11 процентов от общего объема добычи в некоммунистическом мире, вынудит Соединенные Штаты либо ввести строгие внутренние нормы потребления энергии, либо рисковать провалом восстановления экономики Западной Европы в рамках плана Маршалла.
В течение следующих двух десятилетий западные экономики строили свою экономику на дешевой и обильной нефти. С 1949 по 1970 год потребление нефти в США выросло на 180 процентов, в Западной Европе — на 1350 процентов, а в Японии — с нескольких тысяч до 4,4 миллиона баррелей в день. Быстрый рост потребления нефти сыграл ключевую роль в феноменальном экономическом восстановлении западных стран после Второй мировой войны. С 1948 по 1973 год совокупный ВВП на душу населения наиболее развитых стран Западной Европы, Северной Америки, Японии, Австралии и Новой Зеландии увеличился более чем втрое. Нефть также являлась крупнейшим товаром, торгуемым на международном рынке, как по стоимости, так и по объему. В десятилетия после Второй мировой войны подавляющее большинство нефти, продаваемой на международном рынке (и экспорт в целом), продавалось в долларах, что связывало стоимость нефти и доллара, и именно поэтому большая часть доходов поступала в нефтедолларах, а не в другой нефтевалюте.
***
Хотя администрация Трумана рассчитывала на транснациональные нефтяные компании для экспорта нефти с Ближнего Востока, она в первую очередь рассчитывала на британцев, и в меньшей степени на французов, в решении местных политических проблем и предотвращении проникновения Советского Союза в регион Ближнего Востока и Северной Африки. В то время как у Москвы в 1945 году не было союзных государств в регионе, британцы и французы сохраняли формальный или неформальный контроль над большинством государств Ближнего Востока и Северной Африки. Британцы также разместили в регионе значительные военные силы; в 1952 году британцы содержали более шестидесяти четырех тысяч военнослужащих и ряд военных авиа- и военно-морских баз от Ливии до Ирака и Южного Йемена.
Хотя администрация Трумана и сохранила Саудовскую Аравию под эгидой США и начала программу военной подготовки в Тегеране, в основном она была довольна тем, что оставила оборону Ближнего Востока британцам в качестве экономически выгодного разделения.
Однако, в то время как администрация Трумана рассчитывала на британцев и французов в защите Ближнего Востока и Северной Африки, европейцы были ослаблены Второй мировой войной и столкнулись с усилением антиимпериалистических движений в регионе, боровшихся за две взаимосвязанные цели: прекращение формального и неформального западного правления и повышение уровня жизни. В Иране политические фракции, оспаривавшие британское политическое и экономическое влияние в стране, набирали силу.
В марте 1945 года Египет, Ирак, Иордания, Ливан, Саудовская Аравия и Сирия образовали Лигу арабских государств с целью установления более тесных отношений между арабскими странами и продвижения дела их независимости и благополучия. Франция и Великобритания, в свою очередь, выборочно отступали от формального имперского влияния в надежде сохранить неформальное. В 1945 году Ливан и Сирия получили независимость от Франции, а Иордания и Ливия — от Великобритании в 1946 и 1951 годах.
***
Вплоть до 1940-х годов многие арабы и иранцы рассматривал Соединенные Штаты как потенциального союзника против европейского империализма из-за отсутствия у США территориальных амбиций в регионе и дружественных транснациональных связей, установленных с американцами через миссионеров, предпринимателей и иммигрантов. Однако после Второй мировой войны поведение американских нефтяных компаний и Вашингтона все больше порождало антиамериканские настроения в странах Ближнего Востока и Северной Африки.
Для арабских и иранских лидеров многонациональные нефтяные компании были неоднозначным явлением. Для правительств стран Ближнего Востока и Северной Африки нефтедоллары, предоставляемые им многонациональными нефтяными компаниями в обмен на нефтяные концессии, представляли собой жизненно важный источник дохода для государственного развития. Администрация Трумана также рассматривала американские нефтяные корпорации как главную движущую силу модернизации в регионе, полагая, что доходы, рабочие места укрепят экономическое и политическое влияние США, и при этом не выпячивать явный американский империализм. Но...
В богатых нефтью странах антиколониальные элиты, недовольные доминированием транснациональных нефтяных компаний над их самым ценным ресурсом и получением большей части доходов, все чаще формулировали идею суверенных прав на природные ресурсы как оправдание для пересмотра нефтяных концессий или национализации транснациональных нефтяных компаний в своих странах. Национальные нефтедобывающие компании (ННК) решительно сопротивлялись этим идеям, поскольку стремились минимизировать объем доходов, распределяемых между принимающими странами, не допускать участия местных органов власти в принятии решений о ценообразовании или добыче, а также запрещать местным гражданам занимать руководящие должности, чтобы сохранить контроль над нефтяной промышленностью и максимизировать прибыль.
Американские транснациональные нефтяные компании ввели расовую сегрегацию на своих нефтедобывающих предприятиях в Ираке и Саудовской Аравии, заставляя арабских рабочих проживать в наихудших, и заниматься небезопасным трудом, при этом имея низкую заработную плату, чем у западных рабочих. В 1945 году произошла первая забастовка против Aramco, когда арабские работники протестовали против плохих условий труда и неравной оплаты. Компания ответила жестоким подавлением забастовки, но это была не последняя забастовка. В Ираке протесты рабочих против IPC в 1946 и 1948 годах были аналогичным образом подавлены с применением насилия и арестов со стороны корпоративных и правительственных сил. Такое жестокое обращение породило антиамериканские и антикорпоративные настроения среди арабских нефтяников и их общин.
***
В начале 1947 года Лондон объявил о скором выходе из-под своего мандата над Палестиной и передаче разрешения арабо-сионистского конфликта новообразованной Организации Объединенных Наций. Большинство арабов считали, что создание сионистского государства в Палестине будет представлять собой пагубную форму западного империализма и несправедливо откажет в националистических устремлениях арабских палестинцев. Администрация Трумана, руководствуясь как гуманитарными соображениями по отношению к европейским еврейским выжившим в Холокосте, так и политическими соображениями по сохранению еврейских избирателей в Америке, активно работала над тем, чтобы ООН одобрила план раздела Палестины, который включал бы сионистское государство, и незамедлительно признала новое государство Израиль после провозглашения им независимости в 1948 году. Поддержка Израиля со стороны администрации Трумана значительно ухудшила отношение арабского населения к Соединенным Штатам и обострила отношения США с арабскими странами, хотя ни одна из богатых нефтью монархий не рисковала разорвать отношения с Вашингтоном, завися от доходов многонациональных нефтяных компаний. Государства-члены Лиги арабских государств объявили войну новообразованному Израилю, чтобы отстоять права арабских палестинцев, но все их армии потерпели поражение, и Израиль расширил свои границы за пределы тех, которые были определены в плане раздела ООН. Этот военный разгром усилил народные националистические убеждения, особенно в вооруженных силах, о том, что нынешние арабские правительства неэффективны и слишком зависимы от западных держав.
С началом Корейской войны в 1950 году администрация Трумана все больше опасалась коммунистического свержения существующих правительств в Африке и Азии, а также того, что коммунисты будут использовать растущий антиамериканизм в странах Ближнего Востока и Северной Африки в этих целях. Таким образом, правительство США вновь уделило особое внимание обеспечению богатых нефтью монархий достаточными средствами для поддержания их стабильности и лояльности. В арабском мире администрация Трумана рассматривала многонациональные нефтяные компании (МНОК) как канал для этой помощи. Арабские лидеры все чаще требовали значительно большей доли доходов от МНОК, которые в конце 1940-х годов выплачивали принимающим странам лишь малую часть прибыли, полученной от продажи их нефти. Под давлением Эр-Рияда и Вашингтона в 1950 году компания Aramco согласилась на разделение прибыли с Саудовской Аравией в соотношении 50/50, но также получила от правительства США сомнительную с юридической точки зрения налоговую льготу на операционную прибыль, которая фактически переложила стоимость увеличения финансирования Саудовской Аравии с Aramco на американских налогоплательщиков. Последствия были незамедлительными: в 1950 году Aramco выплатила 50 миллионов долларов подоходного налога США и выделила 66 миллионов долларов Саудовской Аравии, а в 1951 году Aramco выплатила 6 миллионов долларов подоходного налога США и выделила почти 110 миллионов долларов Эр-Рияду.
При поддержке Вашингтона в 1951 году многонациональные нефтяные компании также согласились на разделение прибыли с правительствами Ирака и Кувейта в соотношении 50/50. Увеличение прибыли от нефтедолларов для арабских государств способствовало решению администрации Трумана выделить Ираку и Саудовской Аравии экономическую помощь в размере менее 1 миллиона долларов в период с 1950 по 1952 год.
Однако в Иране британцы, продолжавшие монополизировать иранскую нефтяную промышленность через AIOC, отказались принять соглашение о разделе прибыли в соотношении пятьдесят на пятьдесят. С 1950 по 1952 год правительство США предоставило Ирану более 83 миллионов долларов в виде экономической и военной помощи, но этого оказалось недостаточно, чтобы предотвратить растущее недовольство иранцев по поводу позиции AIOC. Первоначальная слабость нового шаха, Мухаммеда Резы, перевела власть в руки иранского парламента, создав пространство для плюралистической, демократической политики, отсутствовавшее при авторитарном Резе Шахе. В этой новой политической обстановке широкий круг иранских парламентариев, включая светских левых и исламистов, сформировал коалицию, Национальный фронт, чтобы бросить вызов власти AIOC. Национальный фронт возглавлял премьер-министр Ирана Мухаммед Мосаддык, чья популярность и антимонархические взгляды сделали его противником шаха.
В 1951 году Мосаддык национализировал AIOC после того, как компания отказалась заключить с Ираном соглашение о разделе продукции на пятьдесят процентов. В ужасе от перспективы национализации предприятий со стороны принимающих стран, национальные нефтяные компании скоординировали почти глобальный бойкот иранской нефти, что привело к падению экспорта иранской нефти на 97 процентов, нанесло сокрушительный удар по иранской экономике и создало нагрузку на финансы правительства в Тегеране. Национальные нефтяные компании выиграли, а Мосаддык пострадал, от того, что мировой нефтяной рынок переживал длительный период избытка предложения, и потери иранской добычи могли быть компенсированы другими странами, включая арабских производителей. Несмотря на это, Мосаддык оставался политически популярным, поскольку упорно противостоял западным корпорациям.
Рассматривая национализацию AIOC Мосаддыком как угрозу национальной безопасности, британское правительство начало подготовку к государственному перевороту против Мосаддыка. В августе 1953 года переворот был успешно осуществлен, чему способствовали беспорядки, вызванные экономическим ущербом от нефтяного бойкота. Переворот обеспечил шаху лидерство в Иране, а Мосаддек был помещен под домашний арест до своей смерти в 1967 году. Переворот также утвердил Иран в качестве центра США на Ближнем Востоке. Шах принял Соединенные Штаты в качестве своего главного союзника, чтобы преодолеть как британское вмешательство, так и внутреннюю оппозицию его правлению. Для Вашингтона он обеспечивал бесперебойные поставки иранской нефти на Запад, предоставлял американской разведке пункты прослушивания и подавлял коммунистов. Взамен правительство США значительно увеличило помощь Ирану и в 1954 году способствовало заключению более выгодного для Ирана нефтяного соглашения.
***
Иранский переворот подтвердил власть транснациональных нефтяных компаний на Ближнем Востоке. Они продемонстрировали, что могут парализовать иранскую нефтяную промышленность и вмешиваться в дела правительств. Мосаддык стал предупреждением для других лидеров стран Ближнего Востока и Северной Африки.
Однако, арабский мир, все же, склонялся к антизападной позиции. В 1952 году, на фоне антибританских беспорядков, египетские военные свергли про-британксую монархию в Каире и провозгласили республику. Гамаль Абдель Насер, харизматичный полковник, вскоре утвердился в качестве первого президента Египта. Возглавляя культурно влиятельную и самую густонаселенную арабскую страну, Насер решительно отстаивал панарабский национализм, идеологию, секуляризм и антимонархизм. В 1954 году он добился от Лондона соглашения о поэтапном выводе британских войск из Египта, который был завершен в июне 1956 года.
В том же 1954 году алжирские националисты во главе с Фронтом национального освобождения (ФНО) начали кровавую семилетнюю партизанскую войну против французского правления. ФНО умело освещал свою борьбу в средствах массовой информации по всему миру, вдохновляя на жестокое революционное сопротивление западному империализму.
Одновременно укрепилось сопротивление в Ираке и Саудовской Аравии. В 1953 году иракское правительство объявило военное положение в провинции Басра после забастовки нефтяников, протестовавших против низкой заработной платы и плохих условий труда. Египет проводил в Ираке неустанную пропагандистскую кампанию, критикуя монархию за порабощение иракского народа западными державами посредством военных связей с Соединенным Королевством. В 1953 году тринадцать тысяч рабочих присоединились к забастовке против компании Aramco в нескольких лагерях, требуя коллективных переговоров и политических прав. Для подавления забастовки, парализовавшей нефтяную промышленность на три недели, пришлось задействовать саудовскую армию. Вскоре после этого город Эль-Хобар был завален антимонархическими листовками с изображением серпа и молота, призывающими людей убивать саудовских монархов «за их совместные действия с иностранными империалистами» и эксплуатацию рабочих. «О рабочие!» — гласила листовка. «Избавьтесь от американских свиней и захватите прибыльную (эксплуатирующую) нефтяную компанию… объединяйтесь, потому что Аравийский полуостров принадлежит арабам». В 1955 и 1956 годах Саудовскую Аравию потрясла новая волна забастовок, что побудило саудовское правительство принять более жесткие меры, включая депортацию подозрительных иностранных рабочих, запрет забастовок и сообщения о пытках до смерти профсоюзных лидеров.
Администрация Эйзенхауэра опасалась, что рост арабского национализма может поставить под угрозу доступ Запада к дешевой нефти и подорвать глобальные планы США. Арабские националисты призывали к тому, чтобы арабские нефтяные ресурсы перешли под общий политический контроль всех арабских государств, как богатых, так и бедных нефтью, первоначально под эгидой межарабской нефтяной организации, а в конечном итоге — под единым арабским государством. Такой исход мог привести к тому, что радикально настроенные бедные нефтью государства перекроют поток дешевой нефти из арабских государств Персидского залива.
Стремясь предотвратить угрозу доступа Запада к арабской нефти со стороны арабских националистов, администрация Эйзенхауэра первоначально работала над тем, чтобы включить Насера в систему международной империи США. В 1955 году Эйзенхауэр значительно увеличил экономическую помощь США Каиру, выдвинул новую арабо-израильскую мирную инициативу и предложил включить Египет в новый антисоветский оборонительный альянс с другими государствами Ближнего Востока и Великобританией. Однако продолжающаяся экономическая и дипломатическая поддержка Израиля со стороны США, в сочетании с агрессивными военными действиями Израиля на египетской территории, заставила Насера проигнорировать мирную инициативу США. Желая положить конец британскому военному присутствию в Египте, Насер также отказался от членства в поддерживаемом США альянсе. Когда администрация Эйзенхауэра организовала Багдадский пакт — оборонительный альянс между Великобританией, Ираном, Ираком, Пакистаном и Турцией, в котором Соединенные Штаты играли неофициальную консультативную роль, — Насер публично осудил премьер-министра Ирака Нури ас-Саида как «англо-американского марионетку» и развернул успешную кампанию по предотвращению присоединения к пакту других арабских государств. В 1954 году Сирия подписала первое крупное соглашение о закупке советского оружия, а Насер — в следующем году, стремясь противостоять военной мощи Израиля.
Растущие связи Насера с коммунистическим миром привели к тому, что Лондон и Вашингтон в июле 1956 года отменили совместный пакет помощи Египту в размере 200 миллионов долларов на строительство Асуанской плотины, являвшейся важной частью программы развития Насера. В отместку Насер национализировал принадлежащую Великобритании компанию «Суэцкий канал», доходы которой он намеревался использовать для финансирования проекта строительства плотины. Возмущенная Великобритания разработала секретный план с Францией и Израилем по военному вторжению в Египет с целью возвращения канала — Франция поддержала этот план из-за поддержки Насером Фронта национального освобождения, а Израиль — из-за обострения пограничной напряженности с Египтом. Три страны не раскрыли свой заговор Соединенным Штатам, надеясь оставить Эйзенхауэра с свершившимся фактом.
В конце октября англо-франко-израильские военные начали наступление и быстро разгромили египетские войска на Синае. Несмотря на свою неприязнь к Насеру, двуличие его союзников возмутило Эйзенхауэра, и он опасался, что влияние США в арабском мире будет навсегда утрачено в пользу Советского Союза, если он поддержит вторжение. Опасения Эйзенхауэра усиливались из-за активной поддержки Египта со стороны Москвы, которая даже дошла до публичной угрозы ракетными обстрелами Лондона и Парижа, — угрозы, которую он воспринял всерьез. Стремясь предотвратить глобальную катастрофу и потерю влияния США в арабском мире, Эйзенхауэр оказал масштабное дипломатическое и экономическое давление на Великобританию, Францию и Израиль, чтобы те согласились на немедленное прекращение огня, а затем вывели войска с египетской территории. Это включало в себя эмбарго США на поставки нефти в Западное полушарие Франции и Великобритании в сочетании с прекращением поставок нефти арабскими странами, что вызвало энергетический кризис в Западной Европе. Поняв, что их положение невыносимо, европейцы вывели войска из Египта в декабре, а из Израиля — в марте 1957 года.
Действия Эйзенхауэра действительно повысили уважение арабских стран к Соединенным Штатам, влияние Великобритании и Франции в регионе Ближнего Востока и Северной Африки еще больше уменьшилось, а военные и дипломатические связи Советского Союза с Египтом еще больше укрепились. Кроме того, успешная позиция Насера в противостоянии европейцам и Израилю принесла ему широкую популярность, а его призывы к панарабскому национализму — по всему арабскому миру, поставив под угрозу авторитет других арабских правительств, особенно тех, которые имели тесные связи с Западом.
***
Опасаясь, что распространение панарабизма Насера и идеологии «третьего мира» ослабит влияние США в арабском мире, Эйзенхауэр в январе 1957 года запустил новую масштабную программу безопасности для Ближнего Востока и Севеной Африки. Эта программа, получившая название «Доктрина Эйзенхауэра», обязывала Соединенные Штаты значительно увеличить экономическую и военную помощь Ирану, Ираку, Иордании, Ливии, Марокко, Саудовской Аравии, Ливану и Тунису, а при необходимости — вмешаться в военные действия для предотвращения распространения коммунизма на Ближнем Востоке. Одной из ключевых, хотя и не озвученных публично, целей доктрины было маргинализация арабского национализма Насера, что отчасти проявилось в почти полном прекращении американской помощи Египту. Администрация Эйзенхауэра пыталась представить саудовского короля Сауда, сменившего своего отца, Ибн Сауда, после его смерти в 1953 году, как «исламского папу», способного противостоять светскому национализму Насера, но Сауд оказался неэффективным в этом плане.
Арабское общественное мнение в основном холодно относилось к доктрине Эйзенхауэра и восхищалось панарабизмом Насера. Весной 1957 года королю Иордании Хусейну пришлось отражать попытку его свержения со стороны иорданских и палестинских военных офицеров-насеристов. В феврале 1958 года Сирия объединилась с Египтом, образовав Объединенную Арабскую Республику, президентом которой стал Насер. Арабские националисты ликовали. Стремясь противостоять угрозе, которую Объединенная Арабская Республика представляла для их собственного правления, иракская и иорданская монархии незамедлительно объявили о своем собственном объединении, Арабском союзе, что было поддержано Соединенными Штатами. Однако в июле иракские военные офицеры, выступавшие против тесных связей монархии с Великобританией и Соединенными Штатами, совершили успешный переворот, в ходе которого казнили короля Фейсала II, нескольких членов королевской семьи и премьер-министра Нури.
При новом правительстве Ирак незамедлительно распустил Арабский союз с Иорданией и вышел из Багдадского пакта. Хотя руководство Ирака неоднократно менялось в течение 1960-х годов в результате череды переворотов и смертей, каждое новое правительство поддерживало холодные отношения с Вашингтоном. Ирак, вслед за Египтом, вышел из международной империи США. Однако выход Багдада из англо-американской орбиты не разорвал его отношения с западными нефтяными кампаниями, поскольку Ирак по-прежнему зависел от них в плане выхода на мировые рынки.
***
Независимо от политической принадлежности к Соединенным Штатам или нет, экспортеры нефти из стран Ближнего Востока и Северной Африки сталкивались с одной и той же проблемой: западный контроль над продажей их ресурсов. Кроме того, в 1950-х годах наблюдался избыток легкодоступной нефти, и хотя мировое потребление быстро росло, мировое производство увеличивалось еще быстрее, что приводило к снижению цен. На протяжении большей части десятилетия национальные нефтяные компании частично успокаивали правительства стран Ближнего Востока, наращивая добычу и сохраняя стабильные цены, постепенно увеличивая долю стран Ближнего Востока в мировой добыче нефти. Однако в 1960 году национальные нефтяные компании снизили цену на ближневосточную нефть примерно на 10 процентов в ответ на конкуренцию со стороны дешевого экспорта нефти из Советского Союза. Это привело к значительному сокращению государственных доходов принимающих стран, что стало еще более неприятным для лидеров стран Ближнего Востока, поскольку национальные нефтяные компании часто не консультировались с ними и не предупреждали их заранее, прежде чем объявлять о сокращении добычи. Насер надеялся извлечь выгоду из народного возмущения по поводу снижения цен, организовав под своим руководством панарабский нефтяной картель — результат, которого опасалась администрация Эйзенхауэра, — но иракское правительство, стремясь сохранить свою автономию в арабских делах, сопротивлялось этому плану. Вместо этого Ирак продолжил сотрудничество с Ираном, Кувейтом, Саудовской Аравией и Венесуэлой, которое по-прежнему было в значительной степени ориентировано на Ближний Восток, но приобрело более международный характер.
На встрече в Багдаде в сентябре 1960 года министры пяти государств основали Организацию стран-экспортеров нефти (ОПЕК) с заявленной целью повышения цен на нефть в своих странах. ОПЕК стал ударом по арабским националистическим устремлениям, но одновременно также представляла собой первую значительную попытку стран третьего мира коллективно бросить вызов могуществу западных многонациональных нефтяных компаний. Учась на опыте Мосаддыка, члены ОПЕК также поклялись в солидарности друг с другом, если западные компании введут санкции против какой-либо из них.
Однако сохраняющийся глобальный избыток нефти в первые годы существования ОПЕК ограничивал её влияние. К переизбытку нефти способствовали многочисленные новые месторождения, разрабатываемые по всему региону Ближнего Востока и Северной Африки. К ним относятся месторождения в Ливии, где нефть была впервые обнаружена в 1958 году; в последующее десятилетие небольшие американские нефтяные компании помогли развить нефтяную промышленность страны, а Вашингтон укрепил связи с ливийской монархией короля Идриса. Тем не менее, хотя доля Ближнего Востока в мировой добыче нефти в 1963 году превысила долю США, став крупнейшим регионом по добыче нефти, а к 1967 году членство в ОПЕК расширилось и включило Абу-Даби, Индонезию, Ливию и Катар, глобальный избыток нефти всё ещё перевешивал влияние растущей доли рынка ОПЕК на формирование цен на нефть.
***
К этому периоду, Эйзенхауэр и его преемник Джон Кеннеди пришли к выводу, что попытки США маргинализировать Насера лишь еще больше оттолкнут арабское общественное мнение от Соединенных Штатов, и поэтому стремились к сближению с Египтом, восстанавливая помощь и добиваясь сотрудничества в достижении общих целей, таких как сдерживание роста коммунистических партий в арабском мире, которые Насер считал своими соперниками. Кеннеди, в частности, считал, что Соединенным Штатам необходимо установить лучшие отношения с "неприсоединившимися" странами и поощрять либеральные программы модернизации в этих странах, чтобы их население не было вовлечено в советскую зону влияния.
Насер, тем временем, столкнулся с новыми вызовами. К его разочарованию, новое иракское правительство не присоединилось к Объединенной Арабской Республике, все больше оспаривая лидерство Египта в арабском мире. Еще более пагубным для Насера стало то, что в 1961 году переворот в Дамаске привел к власти партию Баас, конкурирующую с насеристами панарабскую группу, которая немедленно вывела Сирию из Объединенной Арабской Республики. На внутренней политике Насер все больше проводил социалистическую политику для экономического развития Египта, частично финансируемую советской и американской помощью.
В сентябре 1962 года, йеменские военные офицеры, симпатизировавшие Насеру, свергли консервативный имамат Северного Йемена и установили первую республику на Аравийском полуострове. Однако йеменский имам Мухаммад аль-Бадр избежал плена и сплотил пророялистские силы вдоль йеменской границы с Саудовской Аравией, начав гражданскую войну. Насер быстро стал отстаивать идею Йеменской республики как часть возобновившегося панарабского вызова своим монархическим соперникам. «Это мы начали революцию, чтобы избавиться от таких, как [король] Сауд, и чтобы избавиться от феодализма и деспотизма», — публично заявил Насер. «Должны ли мы молча наблюдать, как реакция подавляет революцию в Йемене?»
Эр-Рияд, встревоженный тем, что столица самой густонаселенной страны Аравийского полуострова перешла под власть республиканского режима, начал вооружать роялистов, в то время как Каир направил все большее число египетских войск для защиты республиканского правительства. Угроза, которую насеризм представлял для саудовской монархии, стала очевидной, когда три саудовских пилота дезертировали на своем самолете, перевозившем оружие, предназначенное для йеменских роялистов, в Египет, что привело к приостановке полетов саудовских ВВС. Однако, игнорируя опасения саудовцев, Кеннеди лично посоветовал наследному принцу Саудовской Аравии Фейсалу, решительному и консервативному сводному брату Сауда, не тратить ограниченные ресурсы Эр-Рияда на конфликт в Северном Йемене, поскольку они были необходимы для проведения реформ внутри страны, чтобы редотвратить внутренние беспорядки.
Кеннеди надеялся удерживать поставки американского оружия в Саудовскую Аравию в качестве рычага давления до тех пор, пока Эр-Рияд не продвинется в своих реформах. Однако факт, что египетские военные самолёты всё чаще нарушали воздушное пространство Саудовской Аравии в рамках усилий Египта по поддержке йеменских республиканцев, заставил Кеннеди решить, что он должен оказать саудовцам военную поддержку без каких-либо условий. Таким образом, гражданская война в Северном Йемене заставила Кеннеди отказаться от сближения с Насером и вместо этого безоговорочно поддержать Эр-Рияд.
***
Линдон Джонсон, который относился к Насеру с пренебрежением, после вступления в должность президента после убийства Кеннеди в ноябре 1963 года еще больше расширил сотрудничество США с Саудовской Аравией. Год спустя Фейсал вынудил Сауда отправиться в изгнание и официально принял титул короля. Фейсал, отчасти в ответ на наращивание египетской военной мощи в Йемене, начал быстро наращивать саудовскую армию, главным образом за счет закупок британского и американского оружия. Закупки саудовского оружия у США резко возросли в 1965 году и увеличивались каждый год в течение последующего десятилетия. Саудовцы модернизировали свои военно-воздушные силы и противоракетную оборону, увеличили моторизацию армии и создали новые военные базы. Фейсал также увеличил число арестов подозреваемых левых и шиитских диссидентов, а в 1964 году принял новые законы против забастовок, предусматривающие тюремное заключение сроком до пятнадцати лет. Несмотря на непростое начало при Кеннеди, саудовско-американский альянс достиг беспрецедентного уровня сотрудничества при администрации Джонсона.
Для Эр-Рияда и Вашингтона события на Аравийском полуострове в середине 1960-х годов продолжали вызывать озабоченность. Соединенные Штаты по-прежнему рассчитывали на Соединенное Королевство в вопросах военной защиты полуострова и прилегающих к нему водных путей, но оставшиеся британские военные базы и протектораты в регионе все чаще подвергались нападениям со стороны левых националистов. Вдохновленные, отчасти, созданием республики в Северном Йемене, левые начали вооруженную борьбу за прекращение прямого британского правления в Южном Йемене в 1963 году и косвенного британского правления в Омане в 1965 году. В Северном Йемене гражданская война продолжалась, и в то время как финансируемые Саудовской Аравией йеменские роялисты продолжали партизанскую войну, которая истощала Египет как в плане финансирования, так и внутренней поддержки.
***
Как и в случае с Саудовской Аравией, власти США, веря в то, что программы модернизации могут помочь странам избежать радикальной революции, подобной той, что произошла в Ираке, оказывала давление на Иран с целью проведения внутренних реформ для повышения стабильности его режима. И это дало плоды, когда в 1963 году шах начал «Белую революцию» — государственную программу развития и социальной инженерии, которая еще больше укрепила его авторитарное влияние в иранском обществе. Когда в том же году иранские войска убили сотни иранских протестующих, администрация США в значительной степени приняла утверждения шаха о том, что жестокое подавление протестов было необходимо для сохранения его программы модернизации против коммунистов и реакционных клериков. Из-за этого Вашингтон проигнорировал значение левой и исламистской оппозиции шаху в Иране.
Важным лидером исламистской оппозиции был аятолла Рухолла Хомейни, волевой и уважаемый шиитский религиозный лидер, который выступал против вестернизирующих реформ шаха и укрепления отношений с Соединенными Штатами и Израилем. Когда в октябре 1964 года шах подписал соглашение, предоставляющее американским солдатам, гражданскому персоналу и членам семей военных миссий дипломатический иммунитет в обмен на продолжение поставок американского оружия, кредитов и обучения иранских вооруженных сил, Хомейни публично заявил: «[Иранское] правительство продало нашу независимость, низвело нас до уровня колонии… Если религиозные лидеры имеют влияние, они не позволят этой нации быть рабами Британии сегодня и Америки завтра». В ответ шах сослал Хомейни, который переселился в Ирак, где провел медиакампанию против шаха и поддерживал координацию со своими многочисленными сторонниками, все еще находящимися в Иране.
***
В середине 1960-х годов напряженность между Израилем и его арабскими соседями неуклонно нарастала. Столкновения на границе, палестинские партизанские рейды на Израиль, проводимые из арабских государств, и ответные израильские удары порождали страх и гнев с обеих сторон, усугубляемые растущими экономическими и политическими кризисами в Египте, Израиле, Иордании и Сирии. Кульминацией стало событие в мае 1967 года, когда Насер сосредоточил египетские войска у израильской границы и объявил блокаду израильского судоходства в Тиранском проливе. В ответ израильские военные руководители потребовали от премьер-министра Израиля Леви Эшколя начать первый удар по Египту. 5 июня израильские вооруженные силы начали полномасштабное наступление на египетские войска, положив начало арабо-израильской войне 1967 года.
Израильские военные быстро разгромили египетские ВВС и разгромили египетские армии. Когда Иордания и Сирия атаковали Израиль в знак солидарности с Египтом, израильские войска незамедлительно разгромили и их армии. В течение шести дней война закончилась: три арабских государства согласились на прекращение огня, а израильские армии заняли ранее контролируемые Египтом сектор Газа и Синайский полуостров, контролируемый Иорданией Западный берег (включая Восточный Иерусалим) и контролируемые Сирией Голанские высоты, положив конец территориальному статус-кво последних девятнадцати лет. Миллион палестинцев на оккупированных территориях внезапно оказались под израильским правлением. Израильская общественность была в восторге от этой ошеломляющей победы, в то время как арабский мир пережил серьезный психологический удар. Поражение особенно подорвало доверие арабов к Насеру и его программе светского панарабизма.
Война 1967 года вызвала беспрецедентное напряжение в отношениях США с арабским миром. Многие арабские лидеры и рядовые граждане объясняли победы Израиля многолетней дипломатической, экономической и военной поддержкой сионистов со стороны США. По всему арабскому миру вспыхнули антиамериканские протесты. Алжир, Египет, Ирак, Мавритания, Судан, Сирия и Северный Йемен разорвали дипломатические отношения с Соединенными Штатами.
Хотя арабские монархии не разорвали отношения с Вашингтоном, их правители были возмущены поддержкой США Израиля и опасались, что это может спровоцировать народные восстания против них. На второй день войны эти факторы побудили Кувейт, Ливию и Саудовскую Аравию присоединиться к Алжиру и Ираку в запрете продажи своей нефти Соединенным Штатам и Соединенному Королевству, сначала для того, чтобы заручиться поддержкой Запада в отношении арабской позиции в конфликте, а затем для того, чтобы заставить Запад оказать давление на Израиль с целью вывода войск с арабской территории после окончания войны. Экспорт арабской нефти был дополнительно нарушен или сокращен забастовками и саботажем, проводимыми арабскими рабочими, закрытием арабских нефтепроводов и закрытием Насером Суэцкого канала.
Однако, несмотря на растущую важность арабских поставок для мирового нефтяного рынка за последние два десятилетия, доступных поставок неарабской нефти по-прежнему было достаточно, чтобы компенсировать сокращение добычи в арабских странах, и многонациональные нефтяные компании перенаправляли неарабскую нефть в Великобританию и США, а арабскую — для восполнения дефицита. Понеся убытки без каких-либо результатов, в сентябре арабы сняли эмбарго. Глобальные условия еще не были созрели для того, чтобы государства Ближнего Востока и Северной Африки могли кардинально изменить международный политический и экономический порядок с помощью «нефтяного оружия». Но желание многих арабов сделать это было очевидным.
***
С 1930-х до середины 1950-х годов американские нефтяные компании и Вашингтон все больше создавали империю на Ближнем Востоке и Северной Африки в сотрудничестве с местными монархами и европейскими союзниками, основанную на контроле над нефтью и ее глобальной продаже по относительно низким ценам. Однако с середины 1950-х до середины 1960-х годов этот порядок столкнулся с проблемами. Союзные США арабские и иранские монархии все активнее организовывали кампании по увеличению доходов от нефти, чтобы нарастить свою все еще небольшую экономическую и политическую власть.
Тем временем многие националисты усилили свою борьбу против США и добились успеха в таких странах, как Египет и Ирак.
После 1967 года продолжающийся арабо-израильский конфликт, ослабление власти США в результате войны во Вьетнаме, продолжающийся упадок британского влияния и быстрый переизбыток спроса на нефть в совокупности создали серьезные препятствия и трансформировали американскую империю в странах Ближнего Востока и Северной Африки.

----------------------------------------------

Вынужденое дополнение
Если кратко, но по делу, то в связи с одной стороны отсутствия для меня работы постоянной и малым количеством подработок, с другой долгами по кредитам, я продал своё жильё, и на полученные средства поехать на вахту, но в итоге на месте условия оказались несколько иными, чем по телефону. Потом пробовался на пару иных, но либо тоже самое, либо я не подходил руководству (медленно двигаюсь, не могу поднимать большие тяжести), либо создавали весьма неприятные условия для работы (с оскорблениями, хамством....).

Затем, я некоторое время мог снимать койко-места, или как бывает сейчас, ночую на складах озона, в случае если нет вариантов подработок, дабы как-то копить средства (правда в связи с тем, что мой смартфон сломался, мне пришлось потратить часть имеющихся средств на новый).

Я решил (с целью поиска полноценной и постоянной работы, с целью вернуться к написанию научных статей, с целью по возможности вернуться к гуманитарной помощи мирным жителям) снять комнату. Я нашёл несколько комнат для съёма на долгий срок.

Я подсчитал, с имеющимися у меня небольшими средствами, необходимо 40-50 тысяч. 20-25 тысяч на жилье, и 22-25 тысяч на ноутбук для написания статей а в дальнейшем - для создания роликов по истории.

И я вынужден просить, кто сколько может помочь мне в этом.

Мои реквизиты - Юмани: СБП 89507841806; номеру карты: 2204120123618221
Скрины с примерами цен - https://cloud.mail.ru/public/Qpum/afkPdEjrb

Я буду очень благодарен за любую помощь.

Как только я смогу арендовать жилье - я выложу пост про это, с фото.

-----

Скачивайте файлы из папки или сохраняйте к себе в Облако