Как Китай перекраивал свои союзы, и кого стесняется РФ

Часто приходится слышать, что отношения СССР с КНР были безоблачными, пока Хрущёв не разругался с Мао из-за каких-то пустяков. В духе, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. Обвинив предшественника в волюнтаризме, наследник Брежнев, тем не менее, ругаться с Мао продолжил, после чего произошло нечто фантастическое. И, конечно, дело не в Брежневе.

Но посмотрим-ка чуть пристальнее. И не из СССР, а из Китая.

В начале 1949 в обстановке глубочайшей секретности к Мао в деревню Сибайпо был послан с партийным визитом Микоян (под фамилией Андреев), максимально далёкий от госуправления член Политбюро (в то время министр внешней торговли, а после визита лишили и того).

[Отдельный разговор об этой ставке Мао. Как можно было из этого тайного убежища долгие годы чем-то и кем-то управлять, скажем, в Шанхае или Гуанчжоу, не объясняется. В этом плане история китайской революции свёрстана гораздо хуже, чем русская, отчасти потому, что верстал её Мао единолично. Ленин со товарищи в 1906 сидел на финской даче хотя бы рядом со столицей. Управлять он тоже ничем не мог, но видимость присутствия имелась.]

Перед этим, в январе, состоялся обмен телеграммами двух вождей. Оба учили друг друга искусству дипломатии. Тогдашняя дипломатия по детскости лепета совпадала с сегодняшней и точно так же была направлена на срыв последних мирных инициатив США и Гоминьдана. В чьих интересах? Вопрос.

Отмотаю ещё чуть назад, ибо только так послевоенный Китай и можно изучать.

10 октября 1945 после полуторамесячных переговоров под эгидой США в Чунцине было заключено соглашение о разграничении между КПК и Гоминьданом: первые признали вторых законной властью, а КПК утвердили как оппозицию. Замечу, что во время переговоров начались боевые действия со стороны КПК для усиления переговорной позиции, но на американцев это не произвело впечатления: столкновения велись гомеопатическими силами, часто уклонявшимися и бежавшими друг от друга. По американской идее, после периода обменов территориями, в предельном варианте это должно было привести к разделу Китая на протектораты США и СССР по аналогии с Кореей. В принципе, такой вариант устраивал и СССР (который желал предотвратить вступление США в войну на стороне Чана) и самого Мао, не имевшего сил для оккупации всего Китая. Оба варианта не устраивали лишь Британию, которую выковыривали из жирного Юга отовсюду, кроме Гонконга. Она предпочитала играть не партии США и СССР, а две свои партии. И конечно, само существование агитационно-шпионской структуры КПК как парламентской партии было невозможно. Люди не умели управлять хотя бы на уровне наркокартеля, и у них даже торговля опиумом оказывалась убыточной.

Коммунисты начали свой второй Великий поход под контролем международной общественности.

В СССР (да и сейчас в РФ) из-за банального щёконадувания деятельность КПК всегда старались привязать к СССР, обуславливая его решающее влияние близостью территорий и общей границей, через которую шли поставки оружия и идей. Но ничего подобного не было. Оба Великих передела, 1934 и 1945 годов вытесняли боевиков с ЮГА на север. На север-то на север, но вовсе не к границам СССР. Первый Великий поход (а до него была ещё несколько ретирад) завершился юго-западнее Пекина. Второй полностью не завершился вообще, но соприкосновение произошло в результате встречного движения советских войск, а не китайских, – лишь в оккупированной СССР Маньчжурии.

Соприкосновение – да, но советское командование братков-коммунистов в Маньчжурию не пустило. Вот так.

А как они на юг попали? А они там... были. Самозардилась-то опухоль в районах Шанхая и Кантона, а на север коммунисты впервые откочевали в середине 30-х. (Для тех, кому интересны аналогии: именно так раньше произошло с Демократической партией США, после поражения в вооружённой части войны за Юг.) Ну, а в 1945 власть они получали после уходивших японцев. Те сматывали удочки так стремительно, что в образовавшийся вакуум наперегонки засасывало всех подряд, и многое зависело от реакции местных начальников. Не будет большим преувеличением провести аналогию от поспешной передачи власти большевикам уходящей немецкой армией в конце 1918. Лишь кое-где цепочка была ненадолго прервана разномастной петлюрой, но в точности то же было и в Китае-45: помимо КПК и Гоминьдана там прозябло множество региональных группировок, ориентировавшихся на различные иностранные силы.

Мао стал гигалидером именно благодаря нескольким... отступлениям, причём, не фигуральным, политическим, а самым что ни на есть физическим, в седле. Великое бегство 1934 вообще возвели в ранг культа. И этот как бы кутузовский метод реализовался вполне: пока прочие внутренние конкуренты расходовали ресурсы, у Мао сохраняли пропагандистский костяк ЦК и ЧК, который потом выставили и США и СССР.

Но вопрос, а как такое возможно? Мастер капитуляций Сталин – и тот удивлялся, мол, своеобразный коммунист этот Мао, ходит по деревням, городов избегает, и ими (там, где рабочие) не интересуется. Но это возможно, если есть кто-то, наступающий сбоку. Интересующийся городами, – пока Мао занимался художественным свистом, сочиняя свой Краткий курс.

Микоян докладывал, что из недели визита первые два дня Мао заставил их слушать свою версию исторических событий. Всё бы ничего, но большевики, утвердившие некогда свою историю, делали это уже после своей Гражданской, а чуть позже волею вещей и вовсе принуждены были обратиться к русской славе, когда дело дошло до края. У маоистов дело было совсем плохо, однако великий кормчий уже тогда озаботился и своим культом и своей историей. В общем, понятно, что Микоян делал большие глаза. Было очевидно, что Мао поручили роль скандального яркого жуира с деревенским притопом для отвлечения внимания от армии невидимок, захватывавших столицы провинций.

У США, как известно, был свой кандидат на пост главы Китая. Но модно считать, что Мао не был и сталинским протеже, и кормчий-де это знал. Оттого и отношения не складывались. Сталинским ставленником считают некоего Ван Мина. Советские историки и помыслить не могут, что СССР мог не иметь прямого влияния в Китае вообще.

И Ван Мин кандидатура на эту роль удобная. Он учился, долго жил и умер в СССР, здесь осталась его семья, устроились дети. Только...

Учился он в коминтерновском ликбезе, а потом, когда стучал из Китая на Мао, адресовал письма Димитрову, а не Сталину. Мао, – тот хотя бы в копию Сталина ставил, а не в игнор.

И выходит, что и противник Мао вовсе не был сторонником большевиков Союза, – обе фракции КПК принадлежали Коминтерну, по типу консерваторов и лейбористов, входящих в монархический круг. Но группу Вана для маскировки прозвали «московской». Арбитром теперь выступал Коминтерн. Различия между националистом Мао и интернационалистом Ваном были как между Сталиным и Троцким, то есть, для простого обывателя близкими к нулю.

Так же как поэт и танцор Мао (при партизанском дворе Мао много танцевали), Ван Мин был, конечно, тоже поэтом, и понятна ревность к нему кормчего, на которого он писал в Коминтерн стихотворные доносы в духе Васисуалия Лоханкина («Птибурдуков, тебя я презираю...») Димитров приказал помириться. Контрданс закончился античной сценой deus ex machina: Мао не открывал заседания съезда партии в 1945, пока больного (полуотравленного) Ван Мина торжественно не внесли в зал на носилках.

(Что Димитрова, что Ван Мина травили ртутью. Вообще, для ангсоца это норма, и сейчас неурочные трупы там от греха жгут, но тогда за границей иногда становилось известно при жизни или эксгумации. Только первый персонаж на фоне устрашающего алкоголизма помер, а второй вылечился, сбежав в СССР.)

И вот именно этот «советский» Ван Мин под предлогом лечения своей смерти нагло поселился в Москве в 1953 вскоре после смерти Сталина (которого презирал) и «пролечился» два десятка лет, приложив все силы к разжиганию и поддержанию советско-китайского конфликта. Дул на огонь, типа, сбиваю пламя. Забавно, но в его отсутствие КПК послушно и упрямо избирала масона в свой ЦК, и даже после острейшей критики Мао, заклеймившего его предателем, не исключила его из своих рядов, по сути, игнорируя бешенство вождя: поэты-на! (Поэтом был и предшественник Мао на посту генсека партии Ли Лисань.)

Поясню, чтобы не осталось недопонимания. После роспуска Коминтерна в Москве окопалась коминтерновская крыса. Которая и после Коминформа точила и без того хрупкие связи двух конкурирующих ультралевых режимов.

Но никакого коммунистического протеже у Сталина, конечно, не было. Точнее, им был конвенциональный Чан Кайши. Историков плющит от простого факта: Мао был для Сталина тёмной лошадкой, ломающей забег. При этом, «очевидно», что поддерживать он должен был товарища-коммуниста. А не поддерживал.

Следует признать, что в рамках тайной структуры транснациональной социал-демократии Чан Кайши изначально был «в деле». И имел градус, примерно равный самому Сталину и Ленину (будучи посвящён в дело китайским лениным Сунь Ятсеном). Напомню, что биологический сын Чана был приёмным сыном сестры Ленина Анны и воспитывался под фамилией её мужа Елизарова, у него была русская жена и, соответственно, выводок полукровок. Этот ленинский племянник в конце 1945 к Сталину приезжал, вёл беседу. Сталин посоветовал его отцу работать... с американцами, так как у Союза не имелось экономических ресурсов для подъёма Китая. Более того, Сталин заявил, что коммунисты Китая не подчиняются русским коммунистам, прямые советы игнорируются, а Коминтерна больше нет. Сталин недоволен действиями коммунистов на переговорах в Чунцине и отозвал из их ставки всех своих трёх представителей. Более того, он не понимает, почему переговоры потерпели неудачу.

Историки считают, что Сталин Елизарова водил за нос. На самом деле, хозяева СД-лавки водили обоих. Те переговоры в победном году вели люди не при делах.

Будь СССР посубъектнее, Елизаров был бы, конечно, идеальным кандидатом. Тут без преувеличений русские и китайцы стали бы одной семьёй племенем. Вообще-то, именно наследный трюк англичанами и затевался: так строятся правильные политические династии. Однако перевернув альянсы и перейдя на сторону США, Чан (с нисходящим потомством) стал рассматриваться англичанами как ренегат. О чём, конечно, Сталину забыли сказать.

Без прикрытия СССР проводить переворот в Китае англичанам было не комильфо, а Сталин всё отказывался контактировать с Мао в духе договора 1945 года о дружбе и союзе с Китайской Республикой (Чан подписывал его под нажимом США). Но... в итоге СССР оказался первой державой, признавшей КНР, как бы расписавшись в поддержке ненужного, вредного и убыточного КПК.

^{1945: Подписание договора о дружбе и союзе с Китаем Чан Кайши}

Впоследствии СССР, заимев Китая врагом, строго следовал британской технологии раздела сфер влияния. Во-первых, влияние в коммунистическом мире было поделено по английскому принципу в духе «соглашения о процентах», как 50/50. Во-вторых, СССР зачем-то вёл английскую политику на присоединение Тайваня к материковой КНР (а на Тайване как раз правила ленинская династия Чанов). В-третьих, в самый пик противостояния истерически поддерживал мировую английскую клаку на смену КР на КНР в ООН.

А добившись своих целей в 1971, Мао, не сказав спасибо, хлопнув (уже закрытой) дверью, перевернул альянсы и в 1972 отбыл в направлении к США. А ведь ещё шла война за коммунизм во Вьетнаме.

^{Две любви товарища Мао}

Капитуляция СССР по отношению к КНР произошла не в хрущёвские, а в горбачёвские времена. До того у КНР было 3 требования: вывод войск из Монголии, из Афганистана и из Камбоджи (вьетнамских). Китайцы – не милитаристы и в действительности требовали не многого. МНР, например, взад не требовали.

СССР тогда отношения нормализовал, и китайцы это оценили: первыми приехали в формате главы МИД в 1988, впервые за 30 лет. Власть проамериканской команды Дэна подходила к концу, англичане готовили возвращение КПК в «родную обитель». Одновременно по частям был туда же отправлен почти весь Союз. Антиамериканский союз принялся крутиться как бы сам как бы ко взаимному удовольствию.

Но.

Урок Китая в РФ не используют. Главные дипломаты считают, что данное какому-то заграничному прыщу слово надо держать сто и ещё сто лет. Грести за них, ультрарадикалов, в ООН. Иначе, дескать, о нас подумают плохо. А о нас и так думают плохо. А подумают ещё хуже ("себя не уважают, топят за чужой интерес, ну их от греха"). Что сейчас Китаю до того, чем какие-то бугры СССР его когда-то поливали? А перевернув свой альянс КНР вырвалась в торговые лидеры и ультрарадикально подняла уровень жизни своих людей.