Гренландия, Гренландия превыше всего! И who is Дания?

Во время ПМВ, пока Дания и США ещё были нейтральными, первые продали вторым острова в Карибском море за $25М, что было равно датскому полугодовому бюджету. Дополнительно американцы сняли возражения по поводу прав Дании на всю Гренландию.

Так что на сегодня опыт продаж у датчан есть. А у американцев есть опыт возражений. Ведь Дания утратила суверенитет во время ВМВ. Американцы завладели послом, которого признали в пику Берлину&Лондону правосубъектным. Это де-юре. А де-факто в том, что Дания не могла защищать Гренландию, и там работали немецкие военные метеостанции.

В общем, обеим сторонам есть, что вспомнить.

Дания – одна из нескольких благополучных стран, которая живёт тихо, богато и очень старается делать вид, что её вообще нет. Плотоядное внимание всего мира, которое к ней приковано сегодня, её страшит не на шутку. А один из самых высоких уровней жизни заставляет всех задаваться вопросом, за что такое счастье.

Ну, посмотрю пристально и я.

Понятно, что страна существует благодаря старинным европейским аристократическим доверенностям, – она вовлечена в единую (и единственную) монархическую систему вторым рангом. За примерное поведение и образцовое послушание ей позволена экономика с высокой добавленной стоимостью, а также выделено политическое место среди европейских отцов-основателей (и матерей тоже, в династическом смысле). Политически страна находится в зависимости от Великобритании и, вероятно, сегодня с Лондоном идут обильные подковёрные консультации.

Развинтили Данию некогда в числе первых. А свинтили в совершенно ином виде, хотя и под той же торговой маркой в 1848. V2.0 выпустили в 1871. Потом перебрали в 1945 в виде V2.1. Оттого люди и путаются. Название – то же, династия – та же, а страны, в общем, нет.

Она потеряла свой суверенитет (наряду со многими другими) в гигантской войне 1792 – 1814, по странной прихоти историков не названной мировой. Да так потом и не нашла. От сих делами в Дании управляли другие. Россия, правда, до своего 1917 входила в число акционеров.

Причём, поначалу Дания даже не воевала. Она просто присоединилась к вооружённому нейтралитету павловской коалиции. Напомню, что первый, екатерининский, опыт был удачным и способствовал поражению Англии. На сей раз рассвирепевший Лондон наплевал на нейтральный статус страны и отправил флот к Копенгагену. После боя Дания была приведена к той же присяге нейтралитета, но на сей раз – разоружённого. (А Россию обезоружили за то же самое успешным покушением на самого инициатора Павла, покусившегося на статус владычицы морей.)

В 1807 году война возобновилась. Кто возобновил? Англичане. Дания обратилась к Франции, и британский флот разбомбил Копенгаген. И – понеслось уже до самого финиша. В итоге Дания потеряла Норвегию и Гельголанд.

А дальше была тема, которая длилась сто лет.

Люди бились за Шлезвиг и Гольштейн.

Ору было – мама дорогая! Кто-нибудь помнит о тех ДНР и ЛНР? А в него была вовлечена вся Европа.

После победы над французами Священный Союз делал всё, чтобы не дать объединиться Германии, потенциальному евро-монстру. Собственно, именно на этой почве удалось сойтись даже России и Англии, хотя для России это была цель №2. И она на десятки лет перевесила всю взаимную неприязненную толкотню в Европе, Азии, Африке и Америке.

В принципе, две великих державы у немцев были. Остальные три: Англия, Россия и Франция считали, что этого в тогдашнем ООНе для «германосаксов» более чем. Отношения между парой старались держать в тонусе, поощряя враждебную конкуренцию за малые земли. Вдобавок Англия, например, контролировала напрямую Ганновер, а Франция влияла на Баварию. Россия же, династически переплетённая с целым букетом мелких ольденбургов, готторпских etc. особенно рьяно топила за права мелких, а по праву спасителя плотно, в два слоя, опекала и саму Пруссию. Даже ничтожной (к тому времени) Дании достались Шлезвиг и Гольштейн.

В принципе, почти все немецкие государства находились на высокой стадии политической культуры, а монархии были сравнительно мягкими, чему способствовали не столько воздушные замки Шиллера, сколько сапоги французских оккупантов.

Отчасти именно потому немцы почти поголовно не нуждались в парламентах, особенно, в их нижних палатах. Накануне 1848 это стало английской проблемой.

Напомню, буза 1848 по всей Европе была затеяна, чтобы резко повысить градус политической зависимости континентальных держав. Особенно, конечно, упирали на крупные. Но и от мелкой скотины годился навоз. Суть революций – заставить европейский истеблишмент играть в парламентскую игру, но не в покер респектабельных верхних палат, а в подкидного дурака нижних. «Думы» набивали платными агентами и полезными дураками из низших классов, которые никогда не жили «от себя» и уже самим своим наличием резко снижали мотивацию карьерной государственной администрации. (Люди полжизни спин не разгибали, а депутаты грудь навыкат и в «дамки».)

В германских землях революции тоже начались по команде, с национальной чёткостью, в марте. Чтобы Франция не вмешалась и не подавила немецких анархистов, её саму подпилили в конце февраля (в этом месте был прокол, выдающий интервентов с головой: французы дождались бы лета).

Для удобства начали с системного южного кластера: Баден, Бавария, Вюртемберг... далее везде. Правительства падали как мухи, места вековых консерваторов заполоняли орды без году неделя либералов, люди толпами переобувались на ходу. Всё как всегда, – с баррикадами, перестрелками, поножовщиной, невинными и сакральными жертвами. Однако несмотря на обескураживающее начало, немецким лидерам удалось сгруппироваться, перехватить вожжи и направить революцию в более-менее приемлемое для всех сословий русло общегерманского национализма – и шпионы остались с носом.

То есть, революции вроде бы произошли, (эрзац-)народное представительство появились, но вместо пинка старым элитам от подставных, Германия неожиданно получила гигантский импульс к объединению. Особенно интересно посмотреть, откуда взялся предпарламент, кто в нём заседал, и как поделились партии. (Прямо сейчас смотреть не буду, и так зашкал.)

Как бы то ни было, этот самый общегерманский предпарламент во Франкфурте сел. Чтобы люди осознали, посадили его там в церкви св. Павла вот под такой иконой:

^{Франкфурт был выбран не случайно. В вольном городе уже заседал Бундестаг Конфедерации. Таких образцовых городов было ещё два: Дюссельдорф и Кассель, все были столицами созданных Наполеоном трёх «модельных» германских государств. Когда император растворился в истории, практичные немцы модели утилизировали в полуподпольном национализме. В Европе только рот разинули.}

Импульс оказался настолько мощным, что к магниту Германии немедленно устремились Шлезвиг и Гольштейн, некогда оставленные союзниками под опекой Дании в рамках целевой программы Св. Союза. Земли потребовали себе немецких прав и прекращения одатчанивания (сразу и не сообразишь, как назвать тамошнюю украинизацию).

Пруссия и Германский Союз за Донецк и Луганск вписались (Гольштейн, как часть ГС, агитировал за себя). Во Франкфурте постановили в Германский Союз принять и Шлезвиг. Датчане протестовали, особенно доставлял вот этот самый крыса-Шлезвиг, так как большинство жителей там было, натурально, датчанами. Пруссия и Германский Союз отправили по дивизии в помощь сепаратистам, у которых имелись и свои карманные армии.

На микроуровне война началась и при полном превосходстве ГС шла два года. Да так ни к чему и не привела.

Освободить мятежные герцогства силой было нетрудно (и немцы проделали это не раз), но датчане не желали идти на такой мир (особенно сильно, напомню, доставлял прости-господи-Шлезвиг с его 3/4 датчан). Для германских же войск было проблемой разгромить Данию на её островах из-за господства на море неприятельского флота, – даже русского и английского было не нужно. Датчане блокировали порты Пруссии и принялись душить её торговлю.

В общем, в условиях тектонических революций гейзер войны был каким-то лишним. Путал геологические карты. Но мелким он только кажется, иначе затыкать его не бросились бы хором. Характерно, что если в революционных делах Европы Россия и Англия занимали противоположные позиции, то в деле Германии легко и тесно объединились: тут была угроза хтоническая. Историки события в Шлезвиге и Гольштейне причисляют к революционным крайне неохотно. Слишком уж те выпадают из благостной картины социального прогресса. Хотя казалось бы...

Немцы, конечно, свои выводы из событий сделали. Они и раньше знали, что их дурят, а тут прошла проверочка боем. Второпях карты посыпались на стол и просыпались под стол. После сделанных выводов и в условиях политической стабильности обе немецкие великие державы в 1864 подошли к делу жёстко и пересдали по-своему. Попытка трёх других великих держав влезть с ногами на стол Дании не помогла. Германия двинулась к своей империи.

(Россия в то время находилась в дипломатической изоляции после Крымской войны. Вроде бы в изоляции, а как дело дошло до германской "оси зла", про то мигом забыли и позвали в концерт держав, – если не подирижировать, то побарабанить.)

Историки прикололи на Российскую империю эпохи революций 1848 – 49 этикетку «Жандарм Европы, сделано в России», ссылаясь на Ленина (который уподоблял жандармам всех союзников по Венской системе). Дескать, мешали национально освобождаться венграм и обретать своих народных представителей от заморских прогрессоров.

Но операция по возвращению Шлезвига и Гольштейна Дании как реакционная не упоминалась. А ведь Россия пригнала к прусским берегам целый флот. И целостность Дании была восстановлена, как и Австрии. Почему? Не потому ли, что Россия в деле против Пруссии выступала на стороне Англии, а в деле Венгрии против?

В 1864 от неё Шлезвиг и Гольштейн таки оттяпали. Не окончательно, но бесповоротно. (В реальном мире так бывает.) Что дальше? Из ВМВ, в которой не были активистами ни разу – вышли наказанными на Исландию. Ведь кто хищник, а кто жертва в политике не важно. Это только на Украине думают, что важно. Пруссаки, забирая Ш-Г, запросили юридическую консультацию в 15 немецких университетах. Ото всех получили неудовлетворительный для себя ответ. И сделали по-своему, по праву завоевателя. Скажут, ну, то когда было!

Вот и посмотрим, что в Дании до сих пор оттуда.

Ну, допустим, монархия – главный враг другой монархии. А США их так за что? Ну, не за короля же, в самом деле.

И тут важно сказать, что обе главные партии страны – левацкие. История их возникновения и ранней эволюции говорит сама за себя. Данией попросту правят рабоче-крестьяне под скипетром. О королях-коммунистах тут.

Либеральная партия «Венстре» (это слово буквально и означает «Левые») была создана безымянными международными радикалами из «Общества друзей крестьян», в 1846, как раз накануне «Весны народов», для революции. (Ну, кто организовывал ту весну, напоминать излишне. Кто «Манифест» писал, где... откуда велась пропаганда...)

Они и Социал-демократы, созданные в 1871 году первым марксовым Интернационалом как «Международный рабочий союз Дании», – держат страну за горло полтораста лет. Поводок там длинный, но ошейник сделан из шил, о чём зиц-короли уведомлены с рабоче-крестьянской прямотой. СД-партия – член сегодняшнего Прогрессивного Альянса, а либералы – Либерального Интернационала (о современных прогрессорах тут – в открытом и закрытом режиме). Что, пользуясь войной, творил Интернационал в тот год в Париже – знают многие (город был сожжён и разрушен, людей убивали за здорово живёшь).

(Поглазев на парижские страсти, в Дании композиторов работяг с бомбами почему-то страшно испугались и поначалу даже арестовали актив: совсем дураков в Европе было мало, – но уже в 1878 они благополучно воскресли и прекрасно чувствуют себя по сей день.)

Так что Данию раздевали не раз, ей не привыкать, и уже вовсю звенит гонг очередного раунда пип-шоу. Действительно, её заморская территория, сравнимая площадью со всей Европой, является дикой архаикой: реликтом, который по нынешним понятиям ей иметь не по понятиям. А ведут себя как в средневековье: «поможите, братья европеоиды». А на дворе не дрова – 21-й век. Ты ж не норман – нормальный фраер. ИЧР битком. Отдай хлам – и ступай с миром. В когнитивный хайтек седьмого уклада. Бьют тя? Чё ты...

«Вам оно зачем?» – простой вопрос, на который ответа они не подготовили. Гренландию они не осваивают и осваивать не хотят. Любое освоение нуждается в гигантских вложениях, что ведёт к потере того самого пресловутого уровня жизни. Да и, положа руку на сердце, кто им позволит?

А прямой ответ на гопнический наезд «зачем вам ваш кошелёк» в мировой политике очень важен. Англичане в борьбе за Фолкленды бросили на чашу весов всё, кроме атомной бомбы – и ставка сыграла ответным хулиганским «надо». Дании на американское «хотим осваивать» (то есть, присваивать) ответить нечем. И дело не в морских пехотинцах. А в праве левых говорить «от себя». Потому они и действуют привычными, но неуместными в эпоху амуниции СД-конституциями, пытаясь говорить от народа, поэтому и выводят толпы сытых бюргеров с плакатами по €29.99. А других технологий уже давно нет, даже риторических. Последнему огрызавшемуся королю дали окорот не чужие нацисты в 1940, а свои социалисты в 1920. Ну, «свои».

Ну так и чего ради, всё это знаючи, республиканским европейцам титульных крыс защищать – ежели король (он же Главком, он же генерал, он же адмирал) «мама» сказать не хочет? И его покровитель молчит. Про Фолкленды я вспомнил не случайно. И в том 1982 континентальные европейцы уж какие кренделя выписывали, старались всячески уклониться от солидарности с Британией. Чего уж говорить про сегодня, когда к ней относятся на уровне близком к ненависти, причём, уже не с той стороны, где любовь, а с той, где «жечь». Наиболее близкая к Дании Германия издевательски отправила защищать царский трон в Гренландию троих «интервентов» на три дня.

Ведь огорошенный пропагандой человек всегда рассуждал так: «За Гренландией стоит никчёмная Дания, но за Данией – великие: НАТО, ЕС, США».

Сейчас как-то неприлично стыдно вскрылось, что, оказывается, никакого НАТО, ЕС и США за Данией-Гренландией нет и никогда не было. Зато из норы чуть показался хвост Лондона.

Не исключаю, что вскоре Данию заставят ещё и праздновать День освобождения от Гренландии. Король в новом клифте и начнёт, по лондонской моде.

Впрочем, нам утешений мало. Плясать на чужих костях будут те, кто радовался лондонским эксам у здешних демо-элит. А в Дании уж как ни крутится ужом эрзац-династия, а своё место и место для своих подданных в жутковатом мире выцыганивает исправно. Почему? Не строят иллюзий, и точно знают, что почём, и как устроено. Дипломатия простая, без выщелка: торговля на вынос и распивочно. Король договорился с сюзереном. Над первым, чтобы не взбрыкнул, бригада контролёров Интернационала. Шаг влево – пожалуйста. А шаг вправо – ну, ясно что: монарх – самая рискованная профессия.

Впрочем, датские монархи последний раз короновались до революции 1848. Происходило это в крупнейших соборах. А потом королей разжаловали. Произошло это в театре с подходящим названием «Казино».

И при чём тут русские американцы русские? Разве, поучить своей рулетке...