Психоанализ по пятницам

—... Мне рекомендовали Вас как специалиста по снам. Кроме того, женщине легче понять некоторые ситуации.

—И какие же ситуации у Вас возникли?

—У меня случились два очень ярких сновидения, и я не знаю, что делать дальше. В первом случае Она была само совершенство, ангел во плоти. Сначала я нёс Её на руках, потом мы оказались в спальне. Всё в светлых тонах и усыпано лепестками роз. Далее изощрённая прелюдия, переходящая в нечто замысловатое.

      В общем, когда я пришёл в себя, Она уже сидела на кровати, и в её глазах был вопрос: «Что будет в следующий раз?» А мне, кроме фарфоровой ванны с шампанским, ничего в голову не приходит.

—И тут Вы проснулись, причём с чувством глубокого облегчения.

—Да, а как Вы догадались?

—Работа такая, но мы отвлеклись, ведь было ещё одно сновидение.

—Да, было. Формально ужас и кошмар. Сюжет — отвязное голливудское фэнтези. Я с пулемётом отбиваю бесконечные атаки не то орков, не то клонов. Их много, и они не кончаются — ни смысла, ни логики. А вот что касается пулемёта — сплошной гиперреализм до малейших мелочей: звуки, запахи, тактильные ощущения. Я понимаю, из каких глубин памяти это взялось.

—А что делала Она?

—Она снаряжала ленты. Я, по возможности, стрелял короткими очередями, однако с лентами надо было поспевать. Патронов имелось две цинки, но всё рано или поздно кончается. Она подаёт снаряженную ленту и говорит: «Осталось три пачки».

      В общем, пора было сматываться. И вот, прижав напоследок наступающих длинной очередью и забрав те самые три пачки, мы бежим куда-то лесами и болотами.

      Пулемёт тяжёлый, ветки бьют по лицу, грязь и какая-то обречённость. Когда Она начинает отставать, я беру Её за руку, и, как ни странно, мне так бежать почему-то легче.

      Наконец, лес кончился, перед нами заброшенный хутор на пригорке. В каком-то бревенчатом сарае забрались на сеновал, установили пулемёт на случай появления погони, а потом грязные и потные упали на сено. Никаких сил на отражение возможной атаки, и тем более, на продолжение бегства не оставалось. Но потом мы посмотрели друг на друга и оказалось, силы ещё были. А когда всё закончилось, Она вдруг говорит: «Надо снарядить ленту остатками патронов», — и вдруг заплакала. Левая ладонь, которой она досыпала патроны в ленту, оказалась стёртой до крови.

      Вспомнилось всё: курсантские сборы. Рота отрабатывает ночные стрельбы из пулемёта (90 человек и 2 пулемёта ПК). Меня посадили выдавать боеприпасы, а поскольку машинки для снаряжения лент не было, приходилось всё делать вручную, я тоже стёр левую ладонь. Не до крови, но было больно.

      Я взял её ладошку и собрался поцеловать…

—И тут Вы проснулись.

—Да, к сожалению. И я не знаю, что делать дальше.

—Проблема вполне стандартная: у Вас незакрытый гештальт. Нужно эту ситуацию проиграть до конца. У нас в городе есть подходящее стрельбище?

—Ну есть, наверное. А мы там будем закрывать этот, как его, гештальт?

—Нет, сначала Вы научите меня снаряжать ленту.

—…

—Что Вы молчите?

—А можно мне поцеловать Вашу ладошку прямо сейчас?