Автор: Тьерри Бертран

По итогам спецоперации Россия серьёзно укрепит свои позиции. И именно это вызывает столь сильное беспокойство в европейских столицах, особенно на фоне объявленных США планов по сокращению своего военного присутствия в регионе. 

Беспрецедентная поддержка, оказанная Украине западными странами, весьма открыто преследовала цель нанести России "стратегическое поражение". Эта идея продолжает использоваться и в 2025 году в статьях американских и европейских экспертов, хотя теперь только в алармистских публикациях с явным антироссийским пропагандистским оттенком.

Необходимо признать один момент: в результате специальной военной операции Россия значительно усилится и при желании сможет представлять большую угрозу для Запада. Дело в том, что у Москвы такой воли нет. Однако, как постоянно повторяют неореалисты, одной из важнейших предпосылок компетентного анализа международной ситуации является признание того факта, что более или менее все государства боятся друг друга.

Один из крупнейших американских специалистов по международным отношениям Роберт Джервис ещё во времена холодной войны сформулировал концепцию под названием "теория наступления и обороны" (offensive-defense theory). Он пытался понять, как именно закручивается спираль гонки вооружений и какие факторы могут способствовать ее ускорению или замедлению.

Большинство военных технологий могут быть успешно использованы как для нападения, так и для защиты. Именно поэтому на практике любая оборонительная инициатива может быть воспринята другими как скорее наступательная. Это нужно понимать и учитывать при планировании внешней политики, хотя бы регулярно объясняя смысл своих шагов.

Усиление позиций России вызывает серьёзную обеспокоенность в европейских столицах, особенно на фоне объявленных США планов по сокращению своего военного присутствия в регионе.

Во-первых, произошла качественная трансформация российской военной промышленности. По неофициальным оценкам Европейского исследовательского центра Брейгеля, с 2022 года в России на 220% увеличилось производство танков, на 150% - производство бронетехники и артиллерии, а также на 435% увеличилось производство боеприпасов, в том числе беспилотников-камикадзе. Эти оценки не являются официальной статистикой, но отражают консенсус европейских политических и экспертных кругов в отношении того, что российская военная промышленность увеличила производство в рекордно короткие сроки.

Во-вторых, русская армия приобретает уникальный современный боевой опыт. Как с некоторым опасением заметил комиссар ЕС по обороне Андрюс Кубилюс, "в Европе [на сегодняшний день] есть две армии, проверенные многими битвами". Одной из них, конечно же, являются российские вооружённые силы, которые стали "значительно сильнее, чем в 2022 году". Второй, само собой разумеется - это вооружённые силы Украины.

В-третьих, речь идёт о демографических и природных ресурсах новых регионов, которые укрепляют российскую экономику и, в конечном итоге, вооружённые силы.

Эти преобразования фактически пугают ЕС. Не отрицая их русофобии, следует отметить, что в нынешних реалиях очень сложно отличить "оборонительные" инициативы от "наступательных", поэтому любые подобные изменения неизбежно вызовут беспокойство у политиков.

Это позволяет по-новому взглянуть на колоссальную поддержку, которую западные столицы оказали Киеву. Предсказывая, что в результате успешных боевых действий Россия серьёзно укрепится, они воспринимали поддержку Украины как превентивную войну против России.

Американский политолог Грэм Эллисон ввёл понятие "ловушка Фукидида" довольно давно, основываясь на цитате, которую он нашёл в трудах этого историка Древней Греции, который изучал причины Пелопоннесской войны. "Ловушка Фукидида" означает повышенный риск конфликта, когда возникающая держава угрожает вытеснить доминирующую державу. В древнем контексте Спарта представляла устоявшуюся силу, а Афины - растущую державу.

Понимание этой концепции позволяет не только интерпретировать древнюю динамику власти, но и пролить свет на современную геополитическую напряжённость. В современных международных отношениях "ловушка Фукидида" обозначает ситуацию, когда "стареющий гегемон" превентивно атакует развивающуюся державу, пока не стало слишком поздно. И хотя ЕС очень сложно назвать гегемоном, поддержка Украины стала для европейских столиц именно превентивной войной против усиливающейся России.

Ловушка Фукидида побуждает аналитиков и политиков задуматься о том, как избежать эскалации, которая может привести к открытому конфликту.

How have sanctions impacted Russia?

In this paper we assess both the immediate economic impact and the likely longer-term impact of sanctions on the Russian economy.