США против Китая: модели сдерживания и завоевания в «серой зоне»

Автор: Лоренцо Мариа Пачини

Сохранение контроля

В отсутствие прямого конфликта с применением обычных вооружений США заинтересованы в сохранении контроля над Китаем, его нарративом и военным участием.

Для этого американцы применяют сдерживание, действуя в «серой зоне» с привлечением партнёров и союзников, используя различные модели операций.

Во-первых, предпринимаются видимые действия, направленные на то, чтобы бросить вызов суверенитету Китая, особенно на Тайване, и укрепить свободу судоходства, включая проведение учений, транзитных операций и поддержание присутствия в китайских водах. Затем наращивается потенциал союзников и партнёров за счёт финансирования, совместных программ и прямого участия в принятии некоторых стратегических решений, чтобы США никогда не действовали в одиночку. После этого следует чёткое и точное информирование о событиях в «серой зоне» посредством официальных заявлений, доступа СМИ и распространения фото- и видеоматериалов. Три действия находятся исключительно в ведении региональных государств, обладающих суверенитетом над определенными морскими объектами и территориями, а именно: производство арестов и сохранение или расширение островных аванпостов. Тем временем региональные государства продолжают свою экономическую деятельность в пределах своих исключительных экономических зон.

Таким образом, Соединённые Штаты лучше понимают «красные линии» Китая и постепенно приучают Пекин к ожиданию сопротивления, тем самым повышая порог его ответной реакции. В то же время укрепляется вера в приверженность Соединённых Штатов и их союзников, что усиливает внутреннюю и международную поддержку контрмер. Расширение возможностей партнёров способствует как повышению оперативной эффективности, так и укреплению политической воли, позволяя им отстаивать свои интересы, несмотря на вмешательство Китая.

В Стратегии национальной обороны США, главном приоритете Министерства обороны (Уточнение: пиндосы перестали стесняться и теперь это Министерство войны - Mike1975), перечислен ряд стратегических целей, которые необходимо последовательно реализовывать в «серой зоне»: укрепление альянсов, совершенствование сдерживания и консолидация конкурентных преимуществ напрямую способствуют достижению этих целей, равно как и усилия по противодействию попыткам Китая утвердить своё господство и изменить статус-кво. Способность союзников эффективно защищать свой суверенитет также служит сдерживающим фактором и обеспечивает стабилизацию.

Обе стороны, Китай и США, стремятся продемонстрировать свою власть и контроль с помощью конкретных действий, хотя Китай действует более агрессивно и допускает эскалацию (Смешно про агрессию и эскалацию, учитывая, что авианосца Китая не ходят у берегов СГА, а с их соседями у Китая нет никаких военных альянсов, в отличие, ЭДПН - Mike1975). Обе стороны также придают большое значение формированию нарратива, очевидно, по-разному, в соответствии со своими интересами. Ключевое различие заключается в том, что США стремятся расширить возможности своих союзников и партнёров, в то время как у Китая нет сопоставимых региональных партнёров, за исключением, возможно, периферийных игроков, таких как Камбоджа. Тем не менее обе стороны стремятся заставить другую сторону отступить, сохраняя при этом собственную оперативную свободу и сводя к минимуму сопутствующие риски.

Размышления о рисках, целях и результатах

Риск пронизывает всю американскую логическую модель. Соединённые Штаты стремятся снизить опасность для себя и своих партнёров, перекладывая риски на Китай, в том числе защищая корабли союзников с помощью сопровождения и укрепляя национальный потенциал для предотвращения посягательств на суверенитет. Явная демонстрация решимости США повышает вероятность репутационных или операционных издержек для Китая. В некоторых случаях снижение рисков и их навязывание происходят одновременно, например, с помощью нелетальных технологий, которые выводят из строя корабли и вынуждают их унизительно отступить.

Издержки, которые несёт Китай, можно классифицировать как операционные, финансовые или дипломатические. Изменения в спорных регионах и в восприятии общественного мнения можно отслеживать с помощью экспертного анализа и опросов. Тем не менее такие элементы, как сдерживание и пороговые значения ответных мер, по своей сути трудно поддаются количественной оценке, и их не следует рассматривать как точные параметры успеха или провала США, учитывая, что цели стратегического уровня остаются за рамками измеримой оценки, поскольку они отражают более широкие цели Министерства обороны (ранее — Министерства безопасности) и проводимой политики.

Неудивительно, что для американцев так важно открыто говорить о скрытом и непрекращающемся конфликте с Китаем. Для них крайне важно подчёркивать важность деятельности Соединённых Штатов, их союзников и партнёров в «серых зонах». Всегда будут возникать проблемы с ресурсами и потребность в использовании активов в других областях, а также сомнения в целесообразности такой деятельности из-за потенциальных рисков для персонала, кораблей или дипломатических отношений. Чтобы убедиться, что эти мероприятия проводятся с нужной периодичностью, важно понимать и чётко объяснять, почему они важны, каких целей они позволяют достичь на разных уровнях и как они связаны со стратегическими задачами. Измеряя влияние различными способами, аналитики могут предоставить лицам, принимающим решения, инструменты для оценки эффективности их усилий, что поможет в составлении будущих планов и распределении ресурсов.

В последние десятилетия, несмотря на неоднократную смену стратегий, Соединённые Штаты всё чаще сталкивались с трудностями в поддержании эффективной конфронтации с Китаем, который продемонстрировал высокую способность к интеграции традиционных и нетрадиционных инструментов, сочетая экономическое влияние, дипломатию принуждения, целенаправленные кибератаки и кампании по дезинформации, зачастую более эффективные, чем у США.

Китайская стратегическая модель основана на долгосрочном планировании и межведомственной координации, что позволяет точно и непрерывно координировать гибридные операции. Централизованная и иерархически скоординированная государственная структура Китая способствует проведению кампаний, охватывающих одновременно несколько сфер, включая манипулирование информацией, экономическое запугивание и использование негосударственных субъектов. В отличие от Китая, Соединённые Штаты часто ограничены идеологическими рамками, внутренней критикой военных операций и необходимостью координировать действия огромного количества гражданских и военных субъектов с разными интересами, чтобы сохранить свою власть. Эти структурные и культурные различия приводят к тому, что США систематически не могут обеспечить такую же гибкость и стратегическую согласованность, как у Китая, в «серой зоне».

Несмотря на значительные инвестиции в цифровые технологии, возможности анализа данных и стратегические коммуникационные программы, усилия США зачастую носят частичный, фрагментарный или даже контрпродуктивный характер. Информационные кампании США, направленные на сдерживание влияния Китая или продвижение нарративов, выгодных региональным союзникам, как правило, воспринимаются как внешнее вмешательство или пропагандистские инструменты, что значительно снижает их эффективность. В то же время Китай разработал стратегии нарративной войны и «принудительной мягкой силы», которые задействуют культуру, экономические связи и транснациональные сети и зачастую оказывают более продолжительное и глубокое воздействие. Прежде всего, Китай продолжает расти, в то время как США продолжают приходить в упадок.

Кроме того, операции США в сфере информационной войны проводятся неравномерно на разных институциональных и географических уровнях. Необходимость координировать действия между военным министерством, спецслужбами и Госдепартаментом приводит к задержкам в работе и несогласованности в коммуникации, что позволяет Китаю оказывать давление, не встречая немедленного сопротивления. Отсутствие последовательной и адаптивной стратегии в сочетании с нежеланием предпринимать рискованные наступательные действия в информационной сфере ещё раз подтверждает, что США структурно сложно поддерживать паритет с Пекином в гибридных сферах.

Подводя итог, можно сказать, что разрыв между Соединёнными Штатами и Китаем в том, что касается «серых зон» в Восточной Азии, сегодня очевиден и носит структурный характер. Китай, благодаря комплексному планированию и способности сочетать военные, экономические и информационные инструменты, может действовать непрерывно и последовательно, в то время как Соединённые Штаты ограничены институциональными и правовыми рамками, что приводит к фрагментарным, неполным и зачастую неэффективным кампаниям. Этот дисбаланс подчёркивает необходимость переосмысления стратегий США не только с технологической точки зрения, но прежде всего с точки зрения организации и стратегической сплочённости.