Заметки Чарльза Хэпгуда о конференции с Эйнштейном

В январе 1955 года у меня и Кэмпбелла была возможность встретиться с Эйнштейном на конференции, где мы обсудили несколько важных вопросов, связанных с теорией. Позже я составил заявление и представил его на рассмотрение Эйнштейну. Он подтвердил, что этот отчёт о нашей беседе достоверен, но подчеркнул, что он не должен восприниматься как официальное одобрение с его стороны расчётов Кэмпбелла в деталях, которые он не успел изучить. На встрече были доктор Эйнштейн, мистер Кэмпбелл, миссис Мэри Г.Гранд и я.

"После вступительного слова мистер Хэпгуд пояснил доктору Эйнштейну, что он занимался в основном полевыми исследованиями в области геологии и палеонтологии, а в разработку основных концепций механики и геофизики внес свой вклад мистер Кэмпбелл.

"Далее мистер Хэпгуд заметил, что расчёты мистера Кэмпбелла достигли этапа, на котором, по его мнению, требуется расширенная консультация. Основной вопрос состоял в следующем - достаточно ли значений тангенциальной составляющей центробежного эффекта вращения ледяной шапки для разрушения земной коры? В письме мистеру Хэпгуду доктор Эйнштейн отметил, что земная кора не может смещаться без образования трещин, так как земной шар в полярных областях сжат, и прочность земной коры, препятствующая образованию трещин, является единственной силой, которая, по его мнению, может предотвратить её смещение. Поэтому он предложил сравнить напряжения, вызывающие разрывы в ледяной шапке, с имеющимися данными о прочности пород земной коры.

"Этот вопрос, благодаря расчетам, выполненным мистером Кэмпбеллом, оказался решенным.

"Мистер Кэмпбелл объяснил доктору Эйнштейну принципы, которыми он руководствовался при проведении расчетов: при попытке пересечь экваториальную выпуклость Земли кора будет немного растягиваться, что приведет к разрывам коры. Если разрывающее напряжение явно превышает предел прочности горных пород - можно констатировать тенденцию к разрушению. Д-р. Эйнштейн ответил, что "да, это так". Его также интересовал вопрос о равновесии сил. Мистер Кэмпбелл отметил, что равновесие будет обеспечено тем, что на противоположных сторонах земного шара два противоположных сектора земной коры одновременно пересекают выпуклость.

“Д-р Эйнштейн согласился с этим, но также поднял вопрос о поведении нижнего вязкого слоя выпуклости под корой. Во время обсуждения этого вопроса было решено, что нижний слой под действием центробежного импульса Земли смещаться не будет.

“Кэмпбелл объяснил принцип, как согласно которому тангенциальное усилие, исходящее от ледяной шапки, дополнительно увеличивается. Выпуклость Земли, начинающаяся с нулевой толщины на полюсах и приближающаяся к 6,67 милям толщи на экваторе, физически ведет себя как клин, сопротивляющийся движению земной коры. Поскольку расстояние от полюса до экватора составляет около 6000 миль, соотношение этого клина составляло 1000:1; но существование двух клиньев на противоположных сторонах земного шара уменьшает это соотношение до 500:1. Тангенциальный эффект ледяной шапки, умноженный на 500 и разделенный на количество квадратных дюймов поперечного сечения литосферной оболочки на экваторе (при условии, что толщина земной коры составляет 40 миль), приводит к разрывному напряжению в этой оболочке, равному 1738 фунтам на квадратный дюйм. Доктор Эйнштейн дважды проанализировал каждый шаг в аргументации, после чего у него сложилось впечатление, что принципы верны, и следствия - величины соответствующего порядка. Он заявил, что был бы удовлетворен соотношением 1:100 между разрывным напряжением и прочностью коры (к тому же прочность коры сильно варьируется от места к месту и, соответственно, рваться будет там, "где тонко", т.е. на непрочных территориальных кластерах).

“Мистер Кэмпбелл объяснил эффект, который он часто наблюдал, и которым иллюстрировал процесс. Обычный метод раскалывания гранитного блока заключается в сверлении двух небольших отверстий на расстоянии шести дюймов друг от друга, вблизи центра продольной оси гранита, и забивании клина в каждое из них. Для раскалывания породы требуется усилие разрыва значительной величины. Однако порода раскалывается не сразу. Создается достаточное напряжение, чтобы начать раскалывание блока, но происходит все это не мгновенно. Если вечером вбить клинья, то порода расколется к утру - равномерно по линии, проходящей через два отверстия. За ночь трещина медленно проходит по породе. Усилие, необходимое для раскалывания блока таким образом, составляет лишь малую толику того, что требуется для раскалывания всего блока сразу. Что касается земной коры, то потребуется не вся сила, необходимая для мгновенного раскола, но лишь то её значение, которое послужит началом образованию трещин, постепенно расширяющихся в течение, значительных периодов времени.

"Далее мистер Хэпгуд рассказал о геологических доказательствах существования глобальных систем трещин, пронизывающих земную кору и ослабляющих её, а также отметил удивительное сходство этих структур с теми, что теоретически могли бы образоваться при движении коры. Доктор Эйнштейн проявил глубокий интерес к этим данным.

"Мистер Хэпгуд упомянул выводы Хью и Урри о сроках климатических изменений в Антарктиде в плейстоцене. Доктор Эйнштейн отметил, что метод радиоактивного датирования, разработанный У.Д.Урри, является надёжным. В связи с этим Эйнштейн полностью согласился с тем, что данные из Антарктиды, указывающие на умеренный климат континента в то время, когда большую часть Северной Америки покрывала ледяная шапка, практически вынуждают признать, что произошёл сдвиг всей земной коры.

"Доктор Эйнштейн спросил мистера Хэпгуда, какие возражения геологи выдвигают против этой теории. Хэпгуд ответил, что основная проблема заключается в количестве таких перемещений. Согласно данным Урри, за последние 50 000 лет произошло четыре подобных смещения с неравномерными интервалами. Эйнштейн ответил, что это значительное число. Однако, по его словам, если другие объяснения отсутствуют, придётся принять и такую цифру. По его мнению, распространённые в геологии представления о постепенных изменениях — всего лишь привычка, не всегда подтверждаемая эмпирическими данными.

Далее дискуссия перешла к астрономии. Мистер Хэпгуд не понимал, почему те, кто скептически относится к скорости изменений, предполагаемой теорией движения коры, без колебаний принимают идею о том, что вся Вселенная была создана за полчаса. Эйнштейн сказал, что, к сожалению, имеющиеся данные указывают именно на это. После долгого обсуждения он добавил, что не стоит слишком серьёзно относиться к современному уровню знаний. Будущие открытия могут показать, как прийти к иным выводам. Многое из того, что мы сегодня считаем знанием, в будущем может оказаться ошибкой.

"Ближе к концу интервью доктор Эйнштейн выделил несколько направлений, где необходимы дальнейшие исследования. Он предложил провести гравиметрическое исследование Антарктического континента и изучить, как кора адаптируется к увеличению или уменьшению нагрузки льда. Также он отметил трудности, с которыми сталкиваются сторонники новых теорий, и процитировал слова Планка о том, что теории меняются не в силу убеждений, но потому, что сторонники старых идей постепенно уходят из жизни.