Англия использовала коммунитаризм в своем собственном делегировании полномочий, когда она была колониальной державой.

И, когда произошла деколонизация, Англия хотела разделять и властвовать и все еще немного косвенно контролировала ситуацию, и она обеспечила, чтобы колонизация проходила в условиях разделения и господства.

Сегодня мы поговорим об английском мультикультурализме, английском мультикультуралистском и общинном проекте и провале этого проекта, о том, что Англия оказалась во многих ловушках. В частности, с 2024 года много говорилось о 25-летнем явлении, которое я изучал с 2013 года, а именно: более 10 лет назад массовые изнасилования произошли в Бефорте, Ледаде и многих других английских городах. Массовые изнасилования, которые в течение очень долгого времени не освещались в прессе, чтобы не противоречить мультикультурализму, чтобы не подвергать стигматизации пакистанскую общину. Это лишь один из многих элементов.

Мы также увидим, как развивается Лондонистан.

Я был в Лондоне в конце августа, и то, что я смог увидеть, гуляя часами по всем районам, было довольно впечатляюще. Конечно, не только по центру, но и по пригородам. Это эволюция Англии в условиях полностью неконтролируемого и несбалансированного мультикультурализма, потому что мультикультурализм, если вы имеете в виду мультикультурализм как явление - это то, во что я верю: масса бразильских, португальских, филиппинских, китайских, индийских кварталов и, среди многих других, алжирских кварталов, пакистанских кварталов на границе - это настоящий мультикультурализм, который может быть гармоничным, но в данном случае это мультикультурализм, фактически монокультурный, где существует только одно большое сообщество, которое бросает вызов национальному сообществу.

Зачем?

Потому что возникает массовый эффект: когда вас слишком много, вы больше не интегрируетесь. И я даже возьму пример, который я знал в своей семье. В Тунисе было много итальянцев, и в какой-то момент в Тунисе стало так много итальянцев, что они не стали ни арабами, ни французами. Тунис был французским, но итальянцы оставались итальянцами, потому что их было много. Это можно также увидеть во многих Чайнатаунах в Азии или в некоторых европейских странах. Так что влияние количества на среду очень важно.

Я возвращаюсь к английскому опыту.

Английский коммунализм, или коммунизм, как говорят англичане, - это эксперимент с самого начала, который совершенно не является результатом толерантности или английской системы, которая была самой толерантной в мире, первой демократией в мире.

Помните, в 90-е годы англичане очень гордились тем, что даже самые жестокие исламисты могли оскорблять, угрожать смертью политикам в знаменитом парке в центре Лондона, где право на свободу слова было неограниченным во имя единой концепции либеральной демократии? Англия и в самом деле продвигала мультикультуралистическую систему, которая исходит из того, что называется коммунализмом, по чисто имперским соображениям и абсолютно не из-за толерантности.

Я объясняю.

Когда Англия владела Индией, она изобрела систему самоуправления и делегирования полномочий правительству, потому что идея заключалась не в том, чтобы быть империализмом, который управляет всем. Это было слишком дорого и вызывало восстания. Идея заключалась в том, чтобы делегировать сообществам своего рода косвенный империализм. Империализм, который был менее агрессивным, чем французский империализм.

Француз - он всегда был идеалистом. В конце концов, он слишком искренен. Француз, когда он занимался империализмом, он хотел передать (втюхивал) свои ценности всем - кто этого не хотел или кто этого хотел (это не совсем "искренность", конечно). Но француз хотел сделать своего рода передачу своих (особо ценных) ценностей. Он хотел передать откровенность другим. Англичанин же никогда не стремился к этому (ой).

Итак, посмотрите на все английские колонии, которые впоследствии стали Австралией и Канадой. С одной стороны была такая-то раса, а с другой - другая раса. Существовали сообщества, которые накладывались друг на друга, но не смешивались, и, прежде всего, совершенно не стремились превратить коренного жителя в англичанина. Им было делегировано самоуправление со своими собственными законами.

Так это было еще до раскола между Пакистаном и Индией: Англия очень активно поощряла исламский феномен, который впоследствии станет первым исламистским движением, которое, кстати, вдохновит Братьев-мусульман - это пакистанская модель, в основе которой, во-первых, исламская лига, а, во-вторых, исламская религия. Мусульманская лига, а затем движение Джамара Ислами.

Англия выдвигала на первый план исламскую идентичность, изначально чисто общинную, затем еще одну исламистскую политику, направленную на разделение Индии, чтобы не допустить, чтобы индуистская Индия контролировала всю Индию.

Идея заключалась в сепаратизме.

Итак, во-первых, Англия использовала коммунитаризм в своем собственном делегировании полномочий, когда она была колониальной державой и когда произошла деколонизация, когда Англия хотела разделять и властвовать и все еще немного косвенно контролировала ситуацию.

Что ж, она обеспечила, чтобы колонизация проходила в условиях раскола, как она это сделала на Кипре, настроив турок-мусульман против греков-киприотов, помогая турецким ирредентистским движениям захватить весь север страны и четко и ясно помогая турецким службам в обучении ополченцев, которые, по ее мнению, должны были захватить весь север страны. Затем были совершены массовые убийства, которые привели к новым массовым убийствам, и мы пришли к гражданской войне на Кипре, а затем к турецкой интервенции, в результате которой 37% острова Кипр сегодня оккупировано Турцией.

То же самое Англия сделала в Индии.

Таким образом, это была система коммунализма в имперской логике разделения быть империей.

Затем Англия ввела коммунитаризм на своей собственной почве - такой же, который она выработала для управления империей. И она, в конце концов, скажет себе, что собирается воспользоваться преимуществами Содружества, Глобальной Британии, Содружества - вот что заставляет Англию рассматривать себя как империю, даже когда у нее больше нет империи или ее остатков, она все еще видит себя чем-то отличным от Европы: Мы собираемся компенсировать континентальную Европу, которую, кстати, мы попытаемся разделить. Мы вернемся в Европейский Союз, когда это нас устроит. Мы выберемся из этого, когда это нас больше устроит. Тем временем мы заберем все, что нас интересует, и не оставим то, что нас не интересует, где-нибудь.

Почему бы и нет ? Это английский суверенизм.

Но идея в том, что Англия имеет глобальное измерение, которое мы очень хорошо видим в английской пропаганде, особенно в Джеймсе Бонде.

Джеймс Бонд, что это такое ? Я люблю смотреть на Джеймса Бонда уже 50 лет, но на самом деле Джеймс Бонд - это огромная пропаганда британской модели. Вы заметили, что сценарий о Джеймсе Бонде - это всегда суперанглийский, немного кокетливый, немного, конечно, очень мужественный, чемпион по убийству всех в одиночку против 50. Это типичная англосаксонская вещь, которая заставляет мечтать. Но подсознательное послание всего Джеймса Бонда - это Англия, она терпелива, у нее уникальная модель демократии. Даже секретные службы США в восторге от совершенствование как английской модели, так и ее либеральной демократии, которая войдет и скрестит шпаги с плохими парнями. И в Джеймсе Бонде всегда есть злодей, который прячется в пещере под океаном или который хочет отправиться на Марс и который хочет взволновать обоих великих людей, Америку и Советскую Россию, как это часто было во времена холодной войны и даже сейчас. И появляется суперангличанин, первая в мире демократия, толерантный и мультикультуралист, и он предотвратит мировую ядерную войну, убив негодяя. Это послание Джеймса Бонда.

Существует настоящая глобальная мягкая сила Англии, и эта Англия считает, что, поскольку она не правит континентом, который она пытается разделить в лучшем случае, Англия правит глобализмом.

Вот почему Англия была первой державой, выдвинувшей идею глобального правительства до того, как Америка взяла эту мягкую власть в свои руки.

И поэтому Англия сказала себе, что, поскольку мы потеряли наши колонии, мы будем продолжать быть колониалистами, но у себя дома. И она ввезла массу бывших жителей Содружества. И чего она не предвидела (и в этом вся моя геополитическая доктрина), так это того, что геополитика никогда не может быть полностью отделена от цивилизации, от идентичности.

Когда вы создаете геополитическую доктрину, основанную на интересах, на России, на бизнесе, на Содружестве, на бывших имперских связях, почему бы не заняться бизнесом, нефтью, английскими и американскими мейджорами, которые много работали в начале прошлого века, вплоть до наших дней. Сегодня необходимо управлять денежными потоками из нефтегазовой отрасли. Все это очень интересно и придает силовое измерение. С другой стороны, геополитика абсолютно не учитывает фактор идентичности.

Что ж, я подхожу к своей теме. Мы обнаруживаем текущую проблему в Англии, где недавно, несколько дней назад, активист, который был инициатором раскрытия скандала с тысячами девушек, изнасилованных пакистанскими сетями, Робинсон, призвал к очень большой демонстрации. По данным властей, 160.000 человек. По мнению других наблюдателей, возможно, 1 миллион. Улицы по всей столице Лондона, по всему центру Лондона были заполнены протестующими, пришедшими, чтобы остановить неконтролируемую иммиграцию. 

Это были даже не расистские демонстрации, как об этом говорили в сми, которые приходили заявить, чтобы все иммигранты уехали, совсем нет. Когда многих из них опрашивали, они критикуют неконтролируемую, полностью неконтролируемую миграционную систему, неуправляемые потоки и иммиграцию, которая больше не выбирается, а переносится. И это результат жадности английских правителей, которые сказали себе: "Мы собираемся возродить у себя имперскую систему с дворянством, английской элитой, которая не смешивается, которая находится в своих прекрасных кварталах и которая строит из себя что хочет, когда ее народ должен страдать от полностью неконтролируемой иммиграции и обнищания".

И, кроме того, я пользуюсь возможностью, чтобы ответить многим сторонникам Brexit. Многие французы идеализировали Brexit. Они ничего не поняли. Когда французы, которые больше поддерживают цивилизационные ценности христианской Европы, поддерживают Брексит, они забывают одну вещь. Брексита хотели дворянство и английская элита, в том числе английская монархия.

Почему английское глубинное государство не предотвратило Брексит? Потому что Брексит был направлен на деевропеизацию Англии, чтобы сделать ее менее скованной законами, правилами, которые, тем не менее, очень обременительны. Это явление европейской инерции и замена европейской Англии глобальной Англией, Глобальной Британией, что для английского дворянства гораздо больше укрепит его власть, и оно продолжит оставаться империей, а не будет ограничена европейскими правилами, директивами.

Глобальная Британия, сделав ставку на Содружество, сумела соблазнить английский народ, заставив его проголосовать за Брексит и мотивировать английский народ. Мы не говорим правду о том, что мы хотим оставаться столицей мировых финансов, что логика очень финансовая, она многонациональная, это имперская логика, многонациональная и транснациональная. Мы солгали английскому народу. Мы сказали английскому народу, что Brexit - это единственное решение избежать неконтролируемой иммиграции.

Но элита не гоаорила то, чего хочет достичь на самом деле, продвигая Брексит. Я помню, в Европейском парламенте Фарадж очень настороженно относился к дебатам в стиле исламской иммиграции, радикального исламизма, неевропейской иммиграции. Он был очень, очень подозрителен, более чем подозрителен, хотя обычно он может быть чрезвычайно смелым и очень популистским. Почему он был очень подозрителен? Потому что сторонники Глобальной Британии просто хотят заменить Европейских мигрантов, прибывающих с европейскими правами из стран-членов Европейского Союза - прибалтов, чехов, поляков -  которые становятся проблематичными. Английская власть больше не поддерживала иммиграцию, я бы сказал, определенного качества, европейскую иммиграцию, иммиграцию, которая прибывает из стран Европейского сообщества с правами на свободное передвижение, в том числе на создание собственных предприятий, в страну Европейского Союза. И на самом деле сторонники Брексита хотели обуздать европейскую христианскую белую иммиграцию, прибывающую из Восточной Европы, в основном, в пользу пакистанской, индийской, африканской или ямайской иммиграции, прибывающей из англосаксонских стран или стран Содружества. И в результате последние демонстрации, прошедшие в Лондоне, заставили тех, кто придерживается более идентичных геополитических взглядов, понять, что суверенитет не обязательно является идентичностным.

Некоторые правители не всегда выступают в защиту христианской европейской цивилизации. Доказательством этого является то, что сторонники Брексита хотели полностью ограничить иммиграцию, совместимую с европейскими, христианскими, мы называем это как хотим, или славянскими ценностями - как хотите. Совместимые, поскольку это европейские народы, происходящие из одной культуры, одной религии, к тому же входившие в Европейский союз с довольно легким свободным передвижением.

А что произошло после Брексита ? Англия по-прежнему нуждается в рабочей силе. Люди, которые стояли у истоков Брексита, в том числе Борис Джонсон, очень известный тем, что помешал Зеленскому подписать мир с русскими, и который частично стоит за украинскоц драмой, Борис Джонсон всегда был сторонником пакистанского лобби, но также и выступал за то, чтобы сделать мир лучше.

Борис Джонсон и другие участники Брекзита были главными сторонниками иммиграции из стран Содружества, которая абсолютно не европейская, не христианская и гораздо менее легкая. Итак, она не просто мусульманская, но она в значительной степени мусульманская.

Итак, я подхожу к концу своего выступления. Зачем я все это сказал? Английская империя в Индии, кажется, очень далека от всего этого. Коммунизм времен мусульманской лиги в Пакистане, создание Пакистана в 1947-1948 годах - все это былт очень давно. Ост-индский дивизион, Содружество, Брексит - это чрезвычайно логичный путь.

Эта империя не считает себя европейской империей. Англия видит себя отдельным континентом или, скорее, отдельным мировым Островом. Она видит себя глобальной британкой. Английская элита - та, которая находится у власти очень и очень долгое время - считает себя универсальной, она считает себя глобальной. Интересы английского дворянства и английской буржуазии сводятся к тому, чтобы Англия долгое время оставалась христианской, белой, европейской. Они усиливаются, но до такой степени, что вы и представить себе не можете. Единственная их цель - это глобальная глобалистская власть.

И поэтому Англия предпочла Брексит, который делает ее совместимой с дальнейшей историей, английской империей, и Британское Содружество является прямым результатом этого, а не европейской судьбой (то есть, это было сделано целенаправленно). И именно поэтому люди несколько дней назад вместе с Томми Робинсоном вышли на улицы Лондона на демонстрацию против неконтролируемой иммиграции и против иммиграции с пониженным уровнем сахара в крови, или иммиграции преимущественно пакистанцев и исламистов, которая стала причиной роста радикального исламизма в Лондоне во всех районах во всем Лондоне, в том числе и в самых изощренных формах.

Сейчас это явление, которое английская буржуазия считала возможным сдерживать, располагая его в определенных кварталах, чтобы не заразить другие. Сейчас практически все районы Ондре охвачены исламизмом. Так что, конечно, в популярных районах это будет недорогой пакистанский исламизм с небольшими продуктовыми магазинами, малым бизнесом и довольно пролетарской иммиграцией. За исключением того, что в богатых кварталах это будут люди в паранджах, как в эмирате, Катаре, Саудовской Аравии или в странах Залива.

В любом случае, у вас есть Исламское лобби в нижних и верхних кругпх, которое происходит из стран Персидского залива или из пролетарской иммиграции, но которое объединяется в стремлении применять законы шариата и изменить нравы, законы и правила страны, которая была первой либеральной демократей в мире. Страны, которая изобрела свободу слова без каких-либо ограничений.

Лично я никогда не был сторонником богохульства. Но в Англии, когда появилась история с карикатурами на Мухаммеда, все английские СМИ получили приказ от английского правительства не воспроизводить и не показывать карикатуры. В Англии, стране свободы слова, где каждый имел право говорить то, что хотел, без каких-либо ограничений, сегодня есть закон, карающий богохульство, он де-факто восстановлен в Лондоне. В Лондоне больше ни один авторитет, ни одно официальное СМИ не осмеливается публиковать датские карикатуры или карикатуры Charlie Hebdo. В крайнем случае, если мы против карикатур, если нам не нравятся карикатуры богохульного типа, как в моем случае, некоторые этому только рады, но это показывает, что Англия восстановила де-факто законы, которые не в угоду христианству, они запрещают богохульство. Это потому, что Исламское лобби вышло из-под контроля.

Исламское лобби очень мощное. Я сам недавно был на Уэмбли на концерте Colplay. Это было очень интересно, потому что с социологической точки зрения Уэмбли находится в самом центре района с очень, очень высокой иммиграцией. Я часами гулял от Уэмбли до центра и от центра до Уэмбли, района Уэмбли, где находится знаменитый стадион, на котором проходил этот концерт.

Я встречался с одним аналитиком английской разведки 25 или 27 лет назад, сотрудником МИ-6, когда я проходил стажировку в качестве государственного служащего, и он в течение недели рассказывал нам о реальности исламизма в Англии. И я помню, что много-много лет назад этот английский чиновник хвастался тем фактом, что Лондон стал лондонистаном. Человек, который является слугой английского государства, хвастался и усердно учил нас этому. Оказалось, что большинство исламистских движений были представлены в Лондоне, и я буду помнить это всю свою жизнь. Он был очень, очень горд, заявив, что англичане, в отличие от французов, не занимаемся этими светскими священниками-размазнями. Англичане уважают бородатых, уважают исламистов, в том числе.

И он хвастался, что в Англии приветствуются, в том числе, самые злобные, самые преследуемые, самые запрещенные исламисты в мусульманских странах. Оказалось, например, что "Хизбу Тахрир", которая была признана экстремистской организацией "Хас", и, представьте себе - она была тогда запрещена в странах Залива, которые в то время финансировали "Аль-Каиду" и "Братьев-мусульман". А Англия хвасталась, что приветствовала все движения радикального исламизма суннитского толка. И он нам говорил, что у них поэтому никогда не будет терактов. Типа, "мы терпимы, поскольку у нас толерантная система, мы не богохульствуем. Мы не против религиозного. Мы принимаем даже что, если женщина-полицейский - мусульманка, они имеет право носить паранджу. Принимаем, что государственные служащие могут даже носить паранджу, полностью скрывающую их тело, не Афганскую, но близко к этому, то есть, это действительно исламская униформа на государственной службе. Мы толерантны и, конечно, во всем обществе богохульство запрещено. Мы никогда не будем оскорблять или критиковать ислам в английских СМИ, и поэтому у нас никогда не будет террористических атак. Все будет вот так хорошо, просто отлично. И, поскольку мы за коммунитаризм, поскольку мы даем мусульманам много прав в их собственном районе, ну, враждебности никогда не будет, поскольку мы толерантны".

На самом деле, "исламизм нетерпим только когда мы ему что-то не разрешаем, когда мы его запрещаем" - это тезис Оливье Руаяля во Франции, типа "радикальный исламизм здесь или в мусульманских странах нанесет удар только потому, что его преследовали бы миряне у нас или националисты-арабы в мусульманских странах". И это был главный тезис англичан и американцев на протяжении всех 80-х, 80-х, 90-х и 2000-х годов.

А затем произошло возвращение к реальности 2005 года, к теракту исламистов, в результате которого погибло 60 человек, и, наконец, 50 с небольшим в Лондоне. И тогда англичане столкнулись с первым крупным исламистским терактом в лице "Эль-Каиды". Затем в течение нескольких лет происходили очень короткие нападения с применением ножей, своего рода интифада с применением ножей, которую мы наблюдали в Израиле несколькими годами ранее. И начиная с 80-х годов 2010-х, 2014-х, 2015-х годов, после арабской весны, у нас была серия терактов меньшего масштаба, но регулярных - каждый день, каждую неделю, когда иногда сыновья беженцев, у которых было все, которые извлекли выгоду из всего, они получали приют от программ помощи, толерантность, программы по борьбе с расизмом для интеграции, например, людей, которых английские спецслужбы обучали в Ливии для борьбы с Каддафи. У них были семьи, которые воспользовались этой программой помощи МИ-6 в Ливии для борьбы с противниками Каддафи. И затем их дети совершили теракты на английской земле.

Так что англичане были шокированы. Те, кто недавно вышел на демонстрацию, сказали: "Мы проявляем безграничную терпимость на том же уровне, что и шведы или бельгийцы. А нам вообще никакой благодарности! У нас терактов было больше, чем в некоторых странах, которые, тем не менее, открыто выступают против иммигрантов, таких как Польша или Венгрия, где никогда не было исламистских нападений. Мы принимали их, мы пропагандировали исламизм, мы помогали братьям-мусульманам с момента их создания, с 1928 года. Мы помогали всем исламистским движениям, которые были возможны! Мы всегда были великими союзниками Саудовской Аравии, Катара, Кувейта. Мы даже защищали Кувейт от светского Саддама Хусейна вместе с американцами. Мы приветствовали всех у нас дома. Мы были первыми, у кого появились антирасистские организации, которые осуждают исламофобию и ведут решительную борьбу с ней, в то время как Англия совершенно терпимо относится к христианофобии! И в итоге нам не ответили тем же! У нас нападения происходят ежедневно, еженедельно. У нас были массовые изнасилования, не имеющие аналогов ни в одной западной демократии".

Тысячи британских девушек в период с 2012, 2013, 2014 по 2017 год были изнасилованы. И Стармер, нынешний премьер-министр, возглавлявший прокуратуру, заставил ее замять эту операцию. Полиция, которая была не лучше судей, заставила сотрудников замять эту ситуацию.

И тем лучше для человека, который раскрыл эту историю, Томми Робинсона. Конечно, он бывший хулиган (не знаю, общалась с ним в ФБ в 2015м - нормальный чел, патриот своей страны). Так что, конечно, все, что он говорил, объявили неправдой. В течение многих лет, с 2013 года и до тех пор, пока Маск Элон Маск не раскрыл эту историю о массовом изнасиловании, ходили слухи, что это была пропаганда английских крайне правых, поскольку это был человек крайне правого происхождения, который раскрыл эту историю (фигня! Томми мне сам выслал ссылку на британские сми, писавшие об изнасилованиях 1800 девочек пакистанцами). Я слышал это от него в Европейском парламенте, он приехал выступить до того, как у него начались судебные разбирательства, он рассказал эту историю. Я и сам иногда думал, может быть, он преувеличивает, он из другого мира и так далее. А потом его посадили в тюрьму.

Вы понимаете, почему Робинсон был заключен в тюрьму? Потому что он раскрыл личности нескольких имамов и пакистанских исламистов, которые были частью сети, которая совершала акты насилия и организовывала массовые изнасилования, узаконивая их, передавая акты насилия, которые позволяют снять с мусульманина вину, если он изнасиловал неверную.

Часто это были девочки, которых забирали в приюты для сирот из крайне неблагополучных семей, дети алкоголиков, которые были наполовину на улице. И поэтому для них де-факто они были неверными. У них не было особой высокой морали. Часто это были девочки, наполовину оказавшиеся на улице, некоторые из которых были почти брошены, или сбежали из сиротского приюта, или были алкоголичками, или употребляли наркотики. И поэтому в Британии были массовые изнасилования.

Мы нашли сцены, как в фильме Токена с участием, как вы знаете, албанской мафии, где девушек насиловали по 100 раз в день, когда они находилась в общежитии с парнями, которые стояли в очереди на это промышленное изнасилование. Все это скрывалось в течение многих лет, чтобы не вызывать недовольства пакистанского лобби, потому что мы нашли имамов, которые входили в состав британского Мусульманского совета Британского национального лобби, и мы обнаружили связи между официальным англо-пакистанским происламским лобби и некоторыми имамами, которые издавали фатои, оправдывающие массовые изнасилования. Так что, если бы было раскрыли слишком много из этой истории о массовых изнасилованиях, это могло бы полностью дискредитировать всю политику Англии в течение многих лет, которая поддерживала в своей собственной стране огромное, чрезвычайно радикальное пакистанское исламистское лобби.

Чтобы привести вам пример, официальное лобби, терпимое к пакистанским, мусульманским и английским властям, поощряло заговор против Салмана Ружи, который призывал убить индийского мусульманина, который написал знаменитую книгу "Сатанинские стихи". Вы понимаете, это лобби, которое уже было чрезвычайно радикальным.

И в итоге, мы заключили в тюрьму человека, который просто снимал это на видео, выходя из здания суда через заднюю дверь здания суда. Он раскрыл личность, лицо, имя, фамилию ряда пакистанских обвиняемых, которые участвовали в этом ужасе промышленного изнасилования более 10.000 тысяч молодых английских девушек пакистанского происхождения, пойманных пакистанскими сетями.

Здесь были таксисты, мелкие торговцы, безработные, хорошие люди, студенты, старики, женатые мужчины, холостяки, сексуально голодные люди, и другие, которые говорили себе: "хороший план, это не очень дорого".

И это все длилось много лет, пока Элон Маск не раскрыл это (а как же статьи за 2015й-17й, которые мне Томми показывал? Удалили их, что ли?) И тогда мы снова сказали: "Раз это Маск так говорит, то это, вероятно, неправда". За исключением того, что английские СМИ в конечном итоге ухватились за эту историю, и мы узнали, что все это правда, и все оказаломь даже хуже, чем то, что сказали первые люди, которые раскрыли это дело. Изначально предполагалось, что это 1000 человек (я помню первую статью от Томми про 1200 или 1800), а на самом деле примерно от 5000 до 6000 молодых девушек в течение многих лет подвергались массовым изнасилованиям в общей сложности, и - я повторяю - это при попустительстве полиции, которая не хотела, чтобы что-то подобное вскрвлось. Подобно тому, как Сартр говорил, что не стоит говорить о ГУЛАГе, потому что это разочарует людей, голосующих за коммунистов, и он похоронит текущий обсуждаемый закон.  Тогда мы будем замалчивать реальность, чтобы это не имело политических последствий, противоречащих нашей идеологии.

Вот что произошло, и я прихожу к выводу, что Англия находится в полной растерянности.

Я часами гулял по всем буржуазным и популярным кварталам, там, в том числе, есть дорожки, по которым хочется пройти быстрее. Я повсюду видел надписи на арабском языке. Меня это не смущает. Мне нравится арабский язык. Я изучал его. Это само по себе  не смущает. Но я повсюду видел чрезвычайно активное Исламское лобби. Исламские магазины. Так что и там люди имеют право есть халяльную пищу. Меня это нисколько не смущает. Но чувствуется присутствие не только исламского, но и чрезвычайно важного исламистского лобби.

И в последние годы ряд наблюдателей, в том числе мусульмане в Англии, выступили против того, чтобы английское правосудие терпимо относилось к исламским судам. Это означает, что сегодня существуют параллельные суды, которые, конечно, не имеют такого же значения, как английский суд, но которые являются консультативными судами. Что, если два человека, которые хотят развестись, например, в пакистанской или другой мусульманской паре, то просто оба соглашаются с приговором исламистского судьи. Я говорю именно про исллмистов, потому что часто ислам в Англии не представлен умеренными исламскими движениями, часто это пакистанские, алжирские, турецкие, индийские группы, очень, очень известные своими очень исламскими корнями. Это движения, близкие к Джамайе Ислами или Деобанди. Движение деобанди - это юридическая школа Талибана, или это люди, близкие к салафизму Персидского залива или братьям-мусульманам.

Таким образом, именно исламистские движения взяли под свой контроль большинство мечетей в Англии. И когда исламский судья знаменитого Исламского суда говорит, что женщина не права, джентльмен может уйти с детьми, что случается очень часто, и женщина вынуждена отказаться от своего ребенка. И очень часто это суды, о которых англичане говорят нам, что они носят консультативный характер. Но как только оба человека соглашаются, из-за английской судебной системы, которая не является правовой системой, подобной нашей, наполеоновской или римской, с единым правом для всех, в судебной системе всегда можно дополнить существующее право новыми источниками, которые со временем развиваются, с решениями, с соотношением сил, а также с изменением социальной структуры. И поэтому все чаще мы сталкиваемся с прецедентной практикой и терпимостью обычных судов по отношению к исламским судам, которые принимают решения, полностью противоречащие всем традициям Англии, которая была одной из первых стран, выступавших за свободу женщин, за сексуальное освобождение, за права геев, за права женщин. право на богохульство, свободу мысли без каких-либо ограничений. Все это сегодня ставится под сомнение мультикультурализмом.

Короче говоря, мой вывод таков: английский мультикультурализм не является мультикультурным. Единственная община сегодня, которая бросает вызов национальному сообществу - это община, я бы сказал, не мусульманская, потому что есть мусульмане, которые абсолютно беспроблемны в том смысле, что они хотят спокойного ислама. Семейный Ислам, Ислам, предполагающий отправление культа, право на отправление культа, похороны, почему не халяльная еда и так далее. Но в Англии именно радикальный исламизм имеет политический проект. И политический проект радикального исламизма проходит под прикрытием.

И мы сможем показать на этой картине лицо мистера Пателя. Патель - исламист из этого англо-индо-пакистанского лобби, который был назначен руководителем английской школьной системы. И это совершенно невероятно, когда знаешь его происхождение, что кто-то из радикального исламистского лобби занимаетл официальную должность в системе национального образования Англии.

Таким образом, английский мультикультурализм является монокультурным. Это исламистский монизм, который пытается навязать свои нормы, правила, а также соотношение сил в районах по причинам проникновения, но также и по причинам численности.

И это наглядно показывает, что когда вы больше не контролируете иммиграцию, вы подвергаетесь ей. И когда вы сталкиваетесь с иммиграцией, это результат безответственности политиков, которые, как я пришел к выводу, с чего я начал, имели неосторожность разделить интересы или определить свою геополитическую стратегию. Они убрали из своей стратегии, из своих стратегических или геополитических рассуждений любой фактор идентичности. Они недооценили цивилизационный фактор и фактор идентичности (это то, что я называю синдромом Катара).

И в итоге у вас есть страна, которая является союзником, потому что она ведет с вами бизнес. Есть газ, есть соглашения, есть футбол, есть мягкая сила, есть инвестиции и так далее. Это экономический партнер, который является союзником во многих вещах. Есть стратегические базы, в частности, американские и английские базы в странах Залива. Это Эмираты, но тут мы видим страну, которая является стратегическим и экономическим союзником, потому что она состоит в деловых сетях, военных организациях или соответствующих альянсах. С другой стороны, это вполне может быть цивилизационная динамика, полностью противоречащая Вашим интересам и на самом деле желающая сокрушить вас, поскольку план исламистов состоит в том, чтобы сокрушить не только Англию, но и все неверующие общества, которые в один прекрасный день должны будут должны быть не только религиозно исламизированы, но они должны быть исламизированы социально-юридически и политически.

Тоталитарная система исламизма направлена на то, чтобы сокрушить все другие общества: Индию, Китай, Иран. И кстати, последние теракты, совершенные ДАИШ (запрещенная в России), были совершены не во Франции, а в России и Иране. Это хорошо показывает, что проект исламистского тоталитаризма носит глобальный характер, и те, кто уже привлек слишком много иммигрантов из числа исламистов, совершили ошибку.

Но, кроме того, если бы исламизм объединил их с помощью волюнтаристской политики интегративного патриотизма, которая требует отделения от политической религии на пределе, все могло бы быть хорошо. Нет, они бросили их на произвол судьбы. Они предлагали их исламистским агитаторам и исламистским предпринимателям, которые могли иметь на серебряном блюде общины, которые иногда были более исламистскими в Англии, Франции, Италии, Бельгии, Швеции или Германии, чем их собственные родители в странах происхождения. И здесь это напоминает нам о том, что сказал министр внутренних дел Объединенных Арабских Эмиратов в видео, которое вы можете просмотреть. Недавно он сказал, что настанет день, когда радикальный исламизм политического, тоталитарного и тоталитарного типа станет намного сильнее и будет иметь гораздо большую силу и вредную силу в вашем доме, чем в наших собственных исламских обществах.

P.S.: Если в Британии до сих пор такие крутые аналитики, которые привели страну к данному положению вещей, пожелаем им доброго здоровья, долгих лет жизни и успешной карьеры!