Рапира бьет по хохлам…

Фронтовая зарисовка от Платона Маматова (доброволец с 2022-го года):

---

Рапира бьёт по хохлам. Хохлы бьют по Рапире. Кусок леса вокруг выгорает. Артелы, матерясь, перетягивают пушку на новую точку. 

Артиллерийская дуэль похожа на морской бой. А5 – промазал. Ход переходит к другому игроку. 

По ухабам прыгает переделанная в багги нива. Багажник набит ящиками со снарядами. В ниве трое. За ней в метре от земли идёт фипик.  

Поток мотоциклов и багги по грунтовке. «Безумный Макс» на максималках. Показывают друг другу большие пальцы вверх.

– Это че, типа лайк?
– Ну ты блогер, глядь. Тебе показывают: небо чистое, ехай спокойно. 

Рапира бьет по хохлам.

Хохлы бьют по Рапире.

Штурма идут по лесной тропинке. Потные, замученные, злые. Некоторые без зубов. Почти все или по третьему разу седые, или ещё безусые.

Навстречу штурмам катят тележки эвакуации. На одной раненый, на другой - мертвый. Первый от второго с виду отличается только тем, что на нём пока нет черного пластикового мешка. 

Сквозь кусты ковыляет тип, припадая на раненую ногу. Автомат использует вместо костыля. 

Рапира бьет по хохлам.

Хохлы бьют по Рапире.

Артелы делятся с соседями бензином и хлебом. Подвоз соседей не доехал. «Если мы друг другу не поможем, нам никто не поможет».

Напиши на дроне «За Ермака», говорит один из них. Год воевал, потом с госпиталя на фронт сбежал, до сих пор тело не нашли. 

Шагают двое. У одного два рюкзака и два синяка под глазами. Он хромает. Второй идёт налегке, с двумя автоматами. Кивает на первого: «пятисотый, сука. Удрать хотел».

Рапира бьет по хохлам.

Хохлы бьют по Рапире.

На позицию выходит молодой пацан. Просит сигарету. Глаза пустые, рубаха и рукав в крови. Двойной открытый перелом, вырвало кусок мяса.

«Я Её услышал. Потом Её увидел. А спрятаться некуда. Сел за пенек, руками обнял. Ударила. Руке <капец>. Обратно полз, воды просил. Не дает никто. У одних пить вообще нету, другим самим мало».

Воду все пьют так часто, как могут. Мочиться, однако, почти не ходят. Всё выходит с потом и иногда – с кровью. 

Раненый слышит над головой жужжание винтов и его колотит в ознобе. «Спокойно, братан, это свои. Наша птица».

Режем рукав. Достаем нефопам. «Не надо, пацаны, я уколов боюсь».

Рапира бьет по хохлам.

Хохлы бьют по Рапире.

К жужжанию дронов и треску стрелкотни добавляется свист мин. «У нас это называется «пятница», - смеется черный от пороха артел.

Воздух пахнет немытыми мужиками, дерьмом, бензином, гарью, сигаретным дымом.

Птица стриж запуталась в рыболовной сети, растянутой между деревьями. Бойцы с руганью вырезают его из ловушки. Стриж в солдатских руках дрожит, как тот парень со сломанной в двух местах рукой. 

Мотоциклист ловит лицом натянутую через дорогу леску оптоволокна. Это значит, злодеи дотянулись до дороги проводными дронами.   

Фипик догоняет таки нашу ниву и ныряет в пике, метя в ящики с боекомплектом. Сидящий на них верхом боец бросает автомат, хватает ружье, стреляет трижды «тах-тах-тах», дрон взрывается в воздухе. Стрелок суёт мне дробовик. Мол, перезаряди.

Экипаж хохочет и матерится.

Рапира бьет по хохлам.

Хохлы бьют по Рапире.