Укро-журналист Владимир Бойко дает статистику по дезертирам в ВСУ и делает свои выводы

Операторы дронов.

Те, кто не успел сбежать.

Поляки, румыны, колумбийцы

Том третий «Мёртвых душ» (Типа)

Глава I. О беглецах и бегущих

Велика и необъятна земля наша, но ещё необъятнее число тех, кто, заслышав зов трубы воинской, предпочитает раствориться в туманных просторах её, словно души неприкаянные.

Вот сидит в канцелярии некоей части, что где-то меж Киевом и Житомиром, писарь Федот Петрович, человек сухопарый, с лицом, напоминающим вымоченный в рассоле гриб. Перед ним — груда бумаг, а в них — цифры, цифры, цифры…

— Сто семь тысяч шестьсот семьдесят два! — воскликнул он вдруг, будто прочитав заклинание.

— Чего-с? — отозвался дежурный, молодой ещё хлопец, более похожий на перепуганного зайца, чем на воина.

— Дезертиров, голубчик! За полгода! — Федот Петрович шлёпнул ладонью по бумагам, отчего облачко пыли взметнулось к потолку. — Сто семь тысяч! Да если б их выстроить в шеренгу — от Киева до самого… до самого…

— До самого Львова? — робко предположил дежурный.

— До самого ада! — поправил писарь.

И задумался.

А за окном меж тем шумела весна, цвели сады, и где-то там, в этих самых садах, прятались, должно быть, те самые «недостающие» воины, коих числится в частях, но коих нет в строю.

Глава II. О законе и беззаконии

А закон, между тем, как всегда, шёл своим путём — кривым и запутанным.

Раньше, бывало, сбежит солдат — ну, ищи его, лови, тащи в часть, пусть отвечает. Теперь же, по новому уложению, беглец числится на службе, хоть сам он уже давно где-нибудь в Карпатах коз пасёт.

— Гениально! — воскликнул какой-то чиновник, когда придумывал сию норму. — Теперь у нас все части укомплектованы!

И действительно — на бумаге всё прекрасно. В ротах полный штат, в батальонах — порядок, в бригадах — дисциплина. А на деле?

На деле — пустота.

Глава III. О тех, кто остался

Но кто же тогда воюет?

— Операторы! — отвечают знающие люди.

— Какие ещё операторы?

— Те, что дронами управляют!

И вправду — сидят где-то в бункерах молодые люди с джойстиками в руках и гоняют по небу железных птиц, а пехота…

— Какая пехота? — смеются старые служаки. — Её нет!

Ну, или почти нет.

Глава IV. О причинах

А причины-то — как на ладони.

Вот едет по Европе капитан Вакарчук — поёт, концерты даёт. А где-то под Авдеевкой рядовой Иванов окопы роет.

Вот сержант Жадан стихи читает на каком-нибудь фестивале. А где-то под Бахмутом солдат Петренко под обстрелом лежит.

— Почему так? — спрашивает солдат.

— Так надо! — отвечает система.

И бегут солдаты. Бегут, потому что не хотят умирать за чужой пиар.

Глава V. О будущем

А будущее — как туман над Днепром: смутное, неясное.

Если и дальше так пойдёт — не удержать фронт.

Но кому какое дело? На бумаге-то всё в порядке!

Послесловие

Так и крутится колесо: одни бегут, другие делают вид, что ничего не происходит, третьи пишут отчёты.

А души мёртвые тем временем множатся.

И нет им числа.

Часть первая: Мертвые души на службе

В маленьком украинском городке, где каждый знал, кто куда уходит и с кем возвращается, жил-был чиновник по имени Ефим Сидорович. В его обязанности входило вести учет всех военнослужащих, и именно он был ответственен за статистику по дезертирам. Как истинный патриот, Ефим Сидорович вел свои дела честно, однако по своей природе был мастером манипуляций.

Каждое утро, подыскивая себе подходящее настроение, он отправлялся в местное кафе, где за чашкой крепкого кофе обсуждал с приятелями последние новости. И вот, однажды, за обсуждением новостей о дезертирстве, ему пришла в голову гениальная мысль. «А если я просто начну убирать дезертиров из реестра, как будто их и не было?» — размышлял он.

Часть вторая: Статистика и манипуляции

Сидорович взялся за перо и, не желая тратить время на лишние бумаги, стал вносить в реестр лишь тех, кто сам возвращался в ряды. «Зачем мне лишние хлопоты? Пусть самовольные оставляют свои части, а я буду записывать только тех, кто вернулся!» — думал он, потирая руки в предвкушении спокойной жизни.

Так и пошло. Каждый месяц он подносил на стол начальству отчеты, полные оптимистичных цифр. «Вот, дескать, смотрите, у нас таких-то дезертиров, а вернулось столько-то! Как прекрасно укомплектована наша армия!» — радовался он, не ведая, что за его спиной растет черная статистика.

Сидорович даже не догадывался, что в это время в окрестных лесах прятались тысячи солдат, которые, оставив свои части, искали спасение от боевых действий. И только старые деревья были свидетелями их страданий, их разговоров о том, что «душа не может больше служить такому режиму».

Часть третья: Парадокс и ирония

Как-то раз, в разгар лета, в кабинет к Ефиму Сидоровичу заглянул его давний знакомый, лейтенант Григорий. «Слушай, Ефим, а ты не слышал, что у нас на фронте, похоже, пехоты не осталось?» — с недоумением спросил он.

Сидорович, не смущаясь, ответил: «Как это не осталось? У нас же в отчетах все в порядке! Пехоты — хоть пруд пруди!» — и показал ему свои бумаги, где в графах красовались только положительные результаты.

Григорий, посмотрев на отчеты, закатил глаза. «Но ведь это же не правда! Ты же сам знаешь, что многие просто не возвращаются!» — упрекнул он друга.

«Не возвращаются? А кто их видит? Я пишу, что они на службе, вот и все! Будем считать их мертвыми душами, но не нашими!»

Часть четвертая: Последствия и выводы

В конце концов, на горизонте замаячила беда. Сидорович, уверенный в своей правоте, продолжал подносить начальству радостные отчеты. Но вдруг, на одном из заседаний, где обсуждались проблемы с комплектованием, один из генералов, сканируя бумажки, недовольно спросил: «А где же наши солдаты? Почему на линии фронта так мало людей?»

И тут Сидорович, которого уже не спасали отчеты, понял, что его манипуляции обернутся против него. Рынок мертвых душ оказался не таким безобидным, как он думал. Волнение и страх охватили его, когда генерал, глядя на него, произнес: «Так вот она, настоящая армия! Мертвые души, живые мертвецы!»

Сидоровичу стало не по себе, и он понял, что его игра с цифрами привела к тому, что реальность оказалась куда жестче, чем он мог себе представить. И так закончилась его карьера, как и жизнь многих, кто, устав от войны и системы, предпочел уйти в тень.

Эпилог: Возвращение к жизни

А в деревнях, где прятались дезертиры, росли новые истории, полные надежды и страха. Они были живыми мертвецы, мечтающие о мире, и каждая их душа искала своего спасителя, который сможет вернуть их к жизни и справедливости.

И, как водится в Гоголевских повестях, остаётся только ждать, что же будет дальше: либо над миром снова воцарится свет, либо вновь опустится тьма, поглотившая всех, кто не смог найти своего пути.

(p.s. это gpt-o4-mini)

Точно так. При капитализме именно так оно и работает.

Одни собирают последние копейки с граждан для покупки бойцам дронов и мотоциклов.

Другие пополняют списки Форбс и выплачивают себе и своим домочадцам рекордные дивиденды, попутно грозя государству остановкой плавильных печей.

Кому война, а кому - мать родна. Что было, то и будет.

Что ты там чиста на своей шкуре... Как наша арта по вам хохлам долбит успешно.. ты об этом "окопник"?