О спирте, бродячих собаках и природных аномалиях (на этот раз точно пятничное)

Случай из моей армейской молодости.  

Как-то раз возвращались мы после обеда  на аэродром.  Сидя в кузове тягача вдруг увидели, как позади дорогу перебегает стая бродячих собак. Приличная - где-то, с десяток особей. Увидеть стаю бродячих собак днём было большой редкостью. Но бросилось в глаза, одна из собак была какая-то… не такая. В голове, вроде, вспыхнули какие-то знакомые ассоциации. Но всё произошло так  быстро,  а тут ещё один из сослуживцев крикнул «Во! Мутант!», и ассоциация угасла, так и не дав вспомнить, «где я это уже видел». 

Бродячие собаки были проблемой. К лету все стаи, как правило,  распадались, собаки разбредались по близлежащим посёлкам, и было не понять – бродячая собака или нет. Но к зиме снова собирались. Хлопот доставляли немало. У кого кур покрадут, у кого козу загрызут. На людей, вроде, нападений не было. Днём их  не видели, где-то отсиживались. «На дело»  выходили, обычно, по ночам. Поэтому увидеть стаю вот так, средь бела дня, было весьма неожиданно.

Второй раз эту же стаю повстречали  весной. Пошли отмечать 1-е мая на Ею, и увидели, как на противоположный  берег выбежала стая собак. Собаки понимали, что мы им ничего не сделаем, поэтому чувствовали себя в безопасности. Две из них подошли к воде и стали пить. Но,  интересное дело - одна,  как положено, лакала. А вторая просто прильнула к воде, и  оставалась неподвижной. Издалека казалось, что она воду нюхает. Потом выпрямилась,  отскочила в сторону. Повадки, движения вроде собачьи. Но во внешнем виде, в пропорциях тела явно было что-то не так. И хвостом махала как-то… «по-свинячьи».

«Да это же… поросенок?» - неуверенно воскликнул  один из нас, и тут же  всё  встало на свои места. Конечно, «открытие» ошарашило,  мозги поначалу отказывались верить.  Но постепенно реальность  таки проникла в  сознание – один из членов стаи   явно был из породы свиней. Причём, не какой-нибудь дикий кабан, а обычная домашняя свинья. Видимо, «собачий» образ жизни серьёзно изменил повадки этого представителя парно-копытных – так, что сразу в глаза данный факт  не бросался.  Поросёнок  был каким-то длинноногим, жилистым, с собачьими повадками,  что и делало его издалека  мало-отличимым от собак. В то,  что это на самом деле  поросенок, просто не верилось, что такое вообще может быть.  Свинья в стае бродячих собак! Хрен же кто поверит. 

Так вот, господа-товарищи, у  этого «природного феномена»  внезапно оказалась довольно замысловатая предыстория…

Один мой маёвский однокашник, несущий вместе со мной тяжкое бремя армейских тягот на аэродроме  станицы Кущёвской (той самой), спелся с таким же двухгодичником, окончившим Уфимский  авиационный институт (Маратом звали). Область общих интересов – жидкости с содержанием C2H5OH.  Оба были большими любителями, на спирте  они и погорели - за «нарушение общественного порядка в нетрезвом виде» их наказали. Не помню, что они тогда отмечали…  Какой-нибудь «день взятия Бастилии», поди.  Да и какая, хрен,  разница, что отмечать – главное,  чтоб было, «чем».

Короче, душа у друзей развернулась, и они пошли учить вьетнамских курсантов ходить  строем по коридору гостиницы  - в  час ночи  под  «Славянку» (точнее, под её малоизвестную вариацию, слов из которой я благоразумно приводить не буду). Дежурному  по полку (этажом ниже) ночной парад мешал «дежурить», и он решил их «арестовать», об чём и доложил начальнику штаба, подняв того с постели. Короче, обоих лейтенантов наказали. Ну, как «наказали»  - вышвырнули в отпуск от греха подальше.  В конце ноября планировалось подведение итогов, и присутствие на них сразу двух «штрафников» было не комильфо.

Марат тут же засобирался домой,  и уже хотел было ехать в Ростов покупать билет на самолёт до Ёбурга (тогда Свердловск).  Сам Лёха  был из Новосиба, и тоже всегда летал самолетом. Его мать всю жизнь проработала в новосибирском аэропорту, он знал все тайные тропы Аэрофлота так, что ему иногда даже удавалось летать зайцем (если знакомый экипаж, и не в сезон, естественно). 

Но тут Лёха задумал  исполнить операцию «немыслимое». Он предложил Марату совершить совместное путешествие  «альтернативным образом»,  на поезде:  Марату -  аккурат,  до его Красноуфимска, а Лёхе дальше, до Новосиба. Смысл торопиться, если  дорога в отпуск не входит? Туда-сюда-обратно, лишняя неделя к отпуску - поди, хреново! Расположиться в купе, как белые люди. Под стук колёс и хорошую закуску…  Дальше Лёха уточнять не стал, хотя имел в виду спирт,  бережно собранный с матчасти  МиГ-21 тяжким умственным трудом  в количестве «одна канистра» ( 10-и литровая). Батя у Марата строил гараж, и Марат хотел таким образом облегчить бремя строительства  «жидкой валютой».

Тут надо сделать важное уточнение. Все запасы спирта были сделаны, отнюдь, не Лёхой, а  исключительно  Маратом.  Марат  был  техником по РЭО, и спирт у него списывался всегда – и  на полётах, и на каждой предварительной подготовке. По чуть-чуть -  грамм по 100-150. Зато  с каждого самолета и регулярно.

А Лёха был «эСДэ-шником – техником самолета. Спирт по его части функциональных обязанностей  шёл только по линии борьбы с обледенением. Но по давней традиции предназначенная для этого  техническая жидкость списывалась другими должностными лицами ещё до того, как поступала в эскадрилью. Ясно, что в виду данных обстоятельств не только совместное путешествие, но и, вообще, дружба Лёхи  с Маратом  помимо «духовной связи» имела  ещё и крепкий материальный фундамент.

Поэтому вопрос, провести ли хорошо время в поезде, сам по себе был риторическим. Ну, и как знаток аэрофлотовского «андеграунда»,  как бы между делом, Лёха выразил обоснованные сомнения, что канистра со спиртом сможет таки долететь до пункта назначения в целости и сохранности, даже будучи упакованной в чемодан.  Чемодан – да, доедет. Но без канистры.

В общем, аргументы были услышаны, предложение принято, что было закреплено покупкой двух ж/д билетов на текущую дату. А чего время терять? Нищему собраться – только подпоясаться. Собравшись «по тревоге», они успели вернуться на вокзал в полном предвкушении. Поезд, который ездил между Новосибирском и Адлером,  уже стоял на перроне…

Проводница посмотрела билеты, с некоторым сомнением оглядела пассажиров. Лёха уже готов был задать вопрос, но как раз в этот момент  выражение лица у неё изменилось на что-то вроде «хрен с вами, проходите», и друзья оказались в поезде.  Вагон был практически пустым (вторая половина ноября, сезон давно кончился). Расположившись, тут же «сервировали» стол и стали дожидаться, когда поезд тронется. Ну, так договорились – пока не тронется, ни-ни.  Поезд, естественно, тронулся, томительные минуты ожидания прошли. Друзья-сослуживцы тут же выпили «на ход ноги»,  потом «за отпуск», потом «за хорошую дорогу». Потом перекурили, и не сговариваясь пришли к мнению, что инженер эскадрильи майор Никишин правильный мужик, и достоин того, чтоб за него выпить.  В Ростове планировали ещё выйти покурить-подышать, что следовало понимать, как небольшую передышку «между делом».

Вообще, когда дело касалось подобных «мероприятий», Лёха проявлял чудеса организации и управления процессом, всегда был очень изобретателен.  Еще со студенческой скамьи его мозг хорошо заточился на решение задачи из «трёх количеств» - бухла, участников и выделяемого на мероприятие времени.  В текущих условиях (10 литров спирта, два участника и полтора суток до Красноуфимска) задача сводилась к максимальному облегчению ёмкости в означенное время. Но поскольку спирт имел целевое назначение,  предполагались определенные трудности с обоснованием его «перерасхода». Для решения этой «подзадачи»  мероприятию требовалось придать черты перманентности и обоснованности.

 После ознакомления с расписанием движения поезда, Лёху посетила мысль, что приурочить  тосты к «знаменательным событиям» - форсированию Дона, Волги и Камы – будет самым правильным. Дон – сегодня, Волга – завтра, потом Кама, и «на посошок» проводить Марата в его родном Красноуфимске. Вкратце ознакомив спутника с планом мероприятий и не получив возражений, Лёха дал проводнице пятёрку, чтоб утром обеспечила пивом и не возмущалась курением в купе. Засим продолжил реализовывать добровольно взятую на себя «общественную нагрузку». Но так получилось, что тост за предстоящее форсирование водной акватории «Дон» оказалось последним осознанным  действием в тот вечер…

……

Утром Марат открыл глаза, и увидел в открытой двери Лёху. Тот держал во рту  не прикуренную  сигарету  и озадаченно разглядывал пейзаж за окном. Поискав глазами и не найдя пива, Марат окликнул спутника. Лёха  повернулся к нему лицом. Лицо  Марату не понравилось.  Он вопросительно дёрнул подбородком.  Вместо ответа Лёха тревожно кивнул в окно:

- Водоём, однако…

Только сейчас Марат обратил внимание, что за окном, насколько хватало глаз,  раскинулась водная гладь. Марат встал, подошёл, и тоже с интересом стал смотреть. Водоём, по берегу которого двигался состав,  не имел видимых пределов во все видимые стороны. Водной акватории подобных размеров их путешествие как бы не предусматривало. Из относительно крупных водоёмов предполагались, как уже сказано,   только река Дон в Ростове, который они должны уже были проехать,  Волга  в Казани, до которой они ещё не должны были доехать, и Кама.  Особенно напрягало плавсредство, стоявшее в этом водоёме на якоре, на глаз  нескольких тысяч  тонн водоизмещением - совсем не речного класса.  Нехорошие подозрения стали одолевать спутников…

Поезд «Новосибирск – Адлер» проходил весь маршрут за трое суток. Одновременно на линии  находилось три состава. Понятно, что при таком графике движения каждый  состав встречался со своим «близнецом»  дважды.  И как раз одна из таких встреч оказывалась  в Кущёвке, где была довольно длительная стоянка у обоих поездов.  Ну, не стали мужики на радостях  вникать, какая там  последовательность слов на вагоне - «Новосибирск – Адлер» или «Адлер – Новосибирск».  Кто ж мог подумать, что тут сразу два одинаковых поезда сошлись с разных сторон.  Проводница намётанным взглядом  сходу просчитала «платёжный потенциал» клиентов, и не стала утомлять пассажиров лишними расспросами. Не дети же, в конце-концов. Так они и доехали до самого Адлера, наслаждаясь видами Чёрного моря…

А как приехали, тут  же понеслись в аэропорт за билетами. Когда Марат нашёл воинскую кассу, Лёха уже мило беседовал с двумя стюардессами  - как выяснилось, с Красноярска. Земляки! Услышав знакомый авиационный сленг, те согласились быть приглашенными в ресторан «двумя молодыми лейтенантами». А тут ещё и распогодилось – летнее тепло вернулось в благодатный Сочи. Тёплый курортный вечер на берегу моря с галантными кавалерами, умеющими в интеллигентный юмор, совсем не мелочными и не жадными. Романтические настроения и обстановка  подействовали на вчерашних студентов радикальным образом. Задача «из пункта А в пункт Б» была отнесена на самые  задворки их жизненных планов. Сочи! Когда ещё тут окажешься во второй раз…  

Короче, задержались наши отпускники в Адлере на неделю. Нашли «занедорого» квартирку, погудели-погуляли-повеселились.  Кабаки, такси, девочки … Через неделю посчитали финансы, и поняли -  выход один,  надо возвращаться.  Уладив бутылкой спирта конфликт с хозяином квартиры (оторвали прилипший к полу стол вместе с краской), они уехали к месту службы с сильно полегчавшей канистрой (на автобусе «Сочи – Ростов», чтоб не было соблазна). Ни о каком продолжении отпускных планов речи уже не шло, финансов оставалось впритык.

После прибытия домой и  обмытия  внезапного  «черноморского  тура»  друзья вспомнили, что надо чем-то питаться.  Из воинской гостиницы их за тот проступок  турнули, они сняли флигелёк в Кущевке. Лётная  столовая была от него в 4 км. Три марш-броска в день  на «завтрак-обед-ужин», ежу понятно,  это не отпуск.  В магазинах  с мясными продуктами тогда было плоховато, поэтому друзья решили пойти на рынок, по дороге преисполнившись желаний приготовить мясо каждый по своему рецепту. А уж под такую-то закуску…

Но по неопытности пришли к шапочному разбору. Рынки на Кубани начинали работать ещё затемно, и  к полудню уже пустели. Мясо оказалось распроданным, из всех вариантов был только один непроданный поросёнок, за живой вес которого просили вдвое дешевле.  Выторговав  дополнительную скидку в виде ящика, в котором тот существовал, «братья по счастью» поспешили домой. Ящик, правда, пришлось выкинуть – поросёнок по дороге его обгадил (прямо в автобусе).

Но дома случилась незадача - ни у кого не хватило духу умертвить животину. Как-то, вот, не подумали они о таком исходе. Не желая признаваться  друг другу, они ухватились за «спасительный» аргумент: зачем прямо сейчас забивать скот, если за пару-тройку месяцев его можно откормить,  и вернуть деньги с прибылью,  при этом ещё и обеспечить себя пропитанием?  

Решено! Работа закипела, и к вечеру в сарае, что стоял в отдалении от флигеля,  появился загон для скота, сделанный, как сейчас бы сказали, «из говна и палок», а тогда -  «из подручных  материалов». Понятно, работа двух дипломированных инженеров – механика и электронщика – не могла не увенчаться триумфом. Загон соответствовал всем требованиям теоретической механики, сопромата и закона Кирхгофа (даже свет туда провели).  Ну, и ясен пень, завершилось всё «праздничным ужином». До следующего отпуска был целый год,  и смысла беречь «жидкую валюту» уже не было никакого. Посему праздничный ужин затянулся ещё на неделю - пока остатки  спирта не были  исчерпаны полностью.

 В очередное похмельное утро  при пересчитывании  скудной наличности внезапно обнаружилась дыра в балансе – довольно значительная, чтоб списать «на погрешности». Быстрый перебор возможных не запланированных трат – водка-девки-кабаки – отпал сразу. И тут оба вспомнили про недельной давности «покупку». Между прочим, свиньи имеют особенность звереть от голода…

Загон был пуст… Дверь была порядком изгрызена, но на месте. Стены-потолок тоже. Весь пол изрыт,  под стеной  выкопано несколько  нор, одна из которых оказалась сквозной. Картина маслом…

Дом, в котором они жили, стоял на окраине Кущёвки (специально искали, чтоб подешевле). За оградой была объездная дорога, а перед ней помойка.  Похоже, на той помойке  и состоялась «встреча на Эльбе» бродячих собак с озверевшим  от голода поросёнком. Неожиданно агрессивное  поведение домашнего животного, видимо, сбило собак с толку.   Внешний вид и запах, вроде бы, соответствовали параметрам  потенциального ужина. Но агрессия доведенной до отчаяния животины, видимо,  была столь яростной, что поневоле включала  в собаках инстинкт самосохранения, похожий на тот, что возникал в процессе их внутренних разборок.   Поскольку поросёнок, по ходу дела,  на место вожака не претендовал, собаки «по совокупности обстоятельств»  приняли порося за своего, смирившись с  наличием в стае мутанта…

Вот такие прозаические  бывают причины у некоторых «природных аномалий» в отдельные периоды жизни вчерашних студентов…