Мой товарищ, в смертельной агонии
Не зови понапрасну друзей.
Дай-ка лучше согрею ладони я
Над дымящейся кровью твоей.
Ты не плачь, не стони, ты не маленький,
Ты не ранен, ты просто убит.
Дай на память сниму с тебя валенки.
Нам ещё наступать предстоит.
Автор Ион Лазаревич Деген.
Если хотите поверить в чудеса, посмотрите на жизнь этого Человека.
Поздравляю всех с наступившим Праздником Величайшей Победы всех времён и народов!
Это не какой-нибудь Новый год...
Комментарии
Вот их то и непобедят
Зачем, товарищь старшина? А затем, что боец босой.
Чего то не так с этим стихом.
Потому что киевский еврей написал. Чувствуется "фундаментальный эгоизм". (Превосходящий "обычный уровень")
пильпулизм это
У автора стиха даже не возникает мысль о том, что "он (может быть) следующий..."
Почему ?
Автор грел руки над ранами павших товарищей и снял валенки. А чего не сожрал, чай голодно было, а ему наступать?
Блять! Ну и стишки у вас! Мародерские.
Шпингалет от окон Овертона.
Автор, спасибо за стихотворение!
Когда первый раз прочитала (но другой вариант...их много есть, и авторские, и переделанные народом), то аж пронзило – вот как так-то, просто, буднично, но так страшно???
Автор стихотворения прошел войну. Был танкистом. Кавалер орденов (в т.ч. Красного знамени).
По стишку непонятно, кто убил "товарища" ...
Враг убил. Точнее, смертельно ранил. У стихотворения есть предыстория, а у раненого бойца – прототип.
Автор пишет "... друзей не зови..."
То есть, автор погибшему "не друг".
А кто ?
Я не верю, что вас забанили в Гугле или Яндексе. Это стихотворение разбирали не одну сотню раз, даже в Википедии про него есть. И про автора, и про мнение о стихотворении других поэтов (Симонова, Орлова, Евтушенко и др) есть. И про рассказ об умирающем бойце, который отказался от перевязки лоскутами рубашки, мол, не рви, отдай живым, – тоже есть. Всë это можно найти.
Со стихом всё не так. Не по-русски и не по-христиански мыслил автор. Вообще иной культурный и этический код. Валенки можно и с убитого врага взять. А товарища необходимо проводить в последние секунды, дать ему понять, что он не один, не брошен.
Оскотинивание это называется. Начальная стадия. Так и появилась вырусь.
Что ж, вот ещё одно стихотворение от фронтового поэта.
Привычно патокой пролиты речи.
Во рту оскомина от слов елейных.
По-царски нам на сгорбленные плечи
Добавлен груз медалей юбилейных.
Торжественно, так приторно-слащаво,
Аж по щекам из глаз струится влага.
И думаешь, зачем им наша слава?
На кой х...й им наша бывшая отвага?
Безмолвно время мудро и устало
С трудом рубцует раны, но не беды.
На пиджаке в коллекции металла
Ещё одна медаль ко Дню Победы.
А было время, радовался грузу
И боль потерь превозмогая горько,
Кричал «Служу Советскому Союзу!»,
Когда винтили орден к гимнастёрке.
Сейчас всё гладко, как поверхность хляби.
Равны в пределах нынешней морали
И те, кто блядовали в дальнем штабе,
И те, кто в танках заживо сгорали.