Вопрос про советские кооперативные дома

На фото: строительство кооперативного дома серии II-57 на проспекте Вернадского в районе метро «Юго-Западная». Москва, конец 60-х.

Обычно в своих текстах я рассказываю про те или иные детали жизни советской жизни и функционирования СССР, как системы. Но сегодня, наоборот, я обращаюсь к читателям с просьбой ответить на один вопрос, связанный с т.н. кооперативными домами в советское время. Среди моих знакомых возникла дискуссия по этому поводу и выяснилось, что один вопрос, связанный с этими домами, нам непонятен. Суть вот в чём.

В советское время жилой фонд в городах состоял из трёх частей: частные дома, которые ещё каким-то образом уцелели от былых времён. Даже в черте Москвы было некоторое количество таких домов, а в провинции, особенно в небольших городах, частный жилой фонд составлял заметный процент. Правда постепенно людей из этих домов переселяли в квартиры (в этой связи можно смотреть любимый некоторыми фильм «Белые росы»).

Вторая часть городского жилого фонда – это государственные дома. По сути, это скорее первая часть, поскольку большинство домов в советских городах, особенно в крупных, были государственными.

И, наконец, существовали ещё т.н. кооперативные дома, названные так потому, что они были не государственной собственностью, а собственностью тех кооперативов (объединений людей), которые эти дома построили. Кооперативная собственность в СССР считалась разновидностью социалистической собственности, которая от государственной собственности отличалась меньшей степенью обобществления.

Кооперативная собственность в СССР была достаточно распространённой. Собственно, советские колхозы – это и были кооперативы, только сельскохозяйственные. Но городские ЖСК (жилищно-строительные кооперативы) создавались с единственной целью: строительство и эксплуатация за свой счёт в городах благоустроенных жилых домов. Первые прообразы ЖКС появились ещё в 20-х годах. Но полноценное движение ЖСК началось благодаря Хрущёву после выхода 1 июня 1962 года постановления ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об индивидуальном и кооперативном жилищном строительстве».

Деятельность ЖСК регулировалась принятым типовым уставом, а членом мог стать любой гражданин, достигший 18-лентего возраста, постоянно проживающий в данной местности, который нуждался в жилье. ЖСК организовывались при учреждениях или на предприятиях. Для образования ЖСК в Москве требовалось не менее 60 членов. В других городах это число уменьшалось (пропорционально количеству жителей в городе). Каждый член ЖСК вносил пай, размер которого не мог быть меньше сметной стоимости отдельной квартиры, размер которой зависел от числа членов семьи, но не мог по закону превышать 60 квадратных метров. Для строительства ЖСК мог на срок 10-20 лет получить в Стройбанке СССР суду в размере до 60-70% от общей стоимости (с последующим погашением). Проценты по кредиту по нынешним временам были просто сказочные – 0,5% годовых. Это, безусловно, было сильной стороной советского законодательства в сфере жилищно-кооперативного строительства.

Специфической тонкостью советских реалий в сфере жилого фонда городов было управление домами. Большая часть городских домов были государственными, и государство каким-то образом должно было обслуживать эти дома, управлять ими, как и любой другой собственностью. Жильцы этих домов не были владельцами квартир, в которых проживали (чего бы там не фантазировали сегодня советские моделисты-конструкторы, сочиняющие сказки о том, что советским людям государство якобы отдавало квартиры в собственность, да ещё бесплатно). Поскольку государство было советским, то есть форма государства представляла из себя т.н. Советы, то и дома принадлежали этим самым Советам народных депутатов. А управлялись они через исполком Советов, а вернее, через структурные подразделения исполкомов – жилищно-эксплуатационные конторы (ЖЭКи), подчиняющиеся отделам коммунального хозяйства.

Сейчас многие неверное понимают под ЖЭКами некий советский аналог современных управляющих компаний. Однако это в корне ошибочное представление. ЖЭК, собственно, это совокупность всех домовладений, компактно расположенных на некоторой территории. ЖЭК имел единый хозяйственно-финансовый план и единое управление, которое чаще всего и понимается под названием ЖЭК (типовое управление ЖЭКа показано в фильме «Афоня»). Каждый ЖЭК имел свой аппарат и определённое количество сотрудников, задача которых заключалась в обслуживании и ремонте подведомственных домов. Поскольку все дома и все квартиры в этих домах были государственными, то есть, по сути ЖЭК распоряжался и домами, и квартирами в этих домах, то любой ремонт в квартирах жильцы не оплачивали, точно также, как не оплачивали и ремонт в подъезде или подвале. Это была дотационная система – государство само оплачивало все виды ремонта, вплоть до капитального, своего жилого фонда. В разных республиках могли быть свои нюансы, но в целом система обслуживания государственных домов была такой. Именно поэтому советская квартплата была такой низкой.

Но вот кооперативные дома, поскольку они были собственностью не государства, а построившего их ЖСК, государственных дотаций на обслуживание не имели.

Современная система обслуживания домов иная. Каждая квартира в многоквартирном доме (МКД) имеет своего собственника. Соответственно, ремонт внутри такой квартиры сам собственник и оплачивает. При этом, помимо квартир, каждый дом имеет т.н. общедомовое имущество – подъезды, лифты, чердаки, подвалы, кровля и т.п. Это имущество обслуживают обычно коммерческие или муниципальные организации, которые называются управляющими компаниями. В Москве, например, очень много старых советских домов обслуживают не частные УК, а некий монстр под названием ГБУ «Жилищник». Но разница лишь в форме собственности, а не в принципе работы. Обслуживающая организация (УК, ГБУ Жилищник и т.п.) на коммерческой основе взимает с жильцов и собственников суммы, которые совокупно компенсируют все расходы организации по обслуживанию общедомового имущества, плюс некоторую маржу, которая составляет прибыль компании. Это, кстати, приводит к постоянной ругани между собственниками и управляющими компаниями. Собственники обычно уверены, что УК берут с них много, а сами ничего не делают. УК же в ответ заявляют, что часть собственников вообще ничего не платят и они, УК, несут потери, которые надо как-то компенсировать. В общем, спор старый и, похоже, неразрешимый. Но я сейчас не об этом.

Так вот в чём суть моего вопроса. В советских государственных домах не было такого понятия – общедомовое имущество. Просто потому, что весь дом до последнего кирпича, включая все квартиры, принадлежал государству (Советам) и был собственностью государства.

Но вот с кооперативными домами было, как я выше описал, иначе. Они принадлежали ЖСК. А ЖСК – это объединение пайщиков. И каждый пайщик, получается, был владельцем квартиры, за которую он внёс пай. Однако, с другой стороны, он не был полноценным владельцем. Например, он не мог завещать свою квартиру кому угодно после смерти. Если пайщик умирал, то его наследники, которые не жили с ним, могли претендовать от возмещения им от кооператива пая, но сама квартира переходила кооперативу и кооператив сам решал, что с ней дальше делать (и можно себе представить, какая ругань начиналась между членами кооператива в такие моменты). Но для упрощения будем считать, что член кооператива был полным владельцем своей квартиры (по крайней мере до своей смерти).

Но как быть с лифтами, лестницами, внутриподъездным освещением, подвалами, чердаками и всем прочим, что сегодня идёт в строке «общедомовое имущество». Кто оплачивал обслуживание этой части домов? Взимались ли с членов кооператива какие-то дополнительные суммы, типа как сейчас «на общедомовую собственность» или члены кооператива платили единую сумму, только побольше, чем в государственных домах? И, кстати, насколько вообще выше была квартплата в кооперативных домах по сравнению с государственными? Обращаю внимание: я имею в виду квартплату, а не оплату коммунальных ресурсов (вода, отопление, электричество, газ и т.д.). И кто вообще обслуживал кооперативные дома? Ведь ЖЭКи – это были структуры обслуживания государственных домов, а как с кооперативными? Были ли у кооперативных домов какие-то свои аналогичные структуры или кооперативы заключали договора с ближайшим ЖЭКами? Или была какая-нибудь схема типа современных ТСЖ, когда из числа членов кооператива и рекрутировались те, кто осуществлял обслуживание?

Вот такие вопросы, на которые ни я, ни кто-либо из моих компетентных товарищей ответа дать не смог.

А кроме того возник ещё один попутный вопрос. После исчезновения СССР государство стало избавляться от лишней собственности, обслуживание которой требовало колоссальных денег. И тогда большая часть квартир государством была безвозмездно передана жильцам в собственность (приватизация). Но с кооперативной собственностью государство ничего такого сделать не могло. Ведь кооперативные дома находились в собственности ЖСК, а не государства. Так вот попутный вопрос: каков сейчас статус этих бывших советских кооперативных домов?

Вот такие вопросы. Буду благодарен, если кто-нибудь из читателей даст ответы. Равным образом, если кто-то приведёт ещё какие-то детали по поводу советских ЖСК, тоже было бы интересно. Например, каков был минимальный размер пая в рублях. Сколько приходилось ждать окончания строительства дома с момента создания ЖСК. Ну и т.п.