Борьба за Антарктиду

Автор : Грегори Копли

"Борьба за Антарктиду” постепенно набирает обороты, и это не является чем-то несвязанным с новой “борьбой за Америку”. Последствия для Индо-Тихоокеанского региона и, по сути, для глобального стратегического баланса также глубоки.

К 2024 году в Антарктиде насчитывалось по меньшей мере 82 базы из более чем 30 стран. У Китая пять баз, три построены за последнее десятилетие (последняя в феврале) и три с круглогодичным персоналом.

Антарктида сама по себе является домом для многих минеральных и океанических богатств, но она также является ключом к ряду военных, навигационных и других ресурсов. Возрождение интереса к системам дробной орбитальной бомбардировки глобального радиуса действия (FOBS), например, основанным на доставке гиперзвукового оружия на полярную орбиту, зависит от наличия активов в обоих полярных регионах. Регион может обладать определёнными свойствами, которые идеально подходят для сбора разведывательных сигналов.

Но случай с Антарктидой особенно интересен, потому что это, по сути, “ничейная земля”, поистине нулевая земля - это последний крупный массив суши, который, по сути, находится вне сферы “собственности” национальных правительств.

Примечательно, что "борьба за Африку”, достигшая своего апогея в 19 веке, теперь сталкивается с перспективой широкомасштабного и не обязательно мирного “уничтожения", поскольку великие державы всесторонне теряют там свое влияние. Но это уже другая история. Что сейчас важно, так это соперничество крупных держав и других за господство в Антарктиде, и это связано с интересом к Арктике.

Изменения во всех глобальных системах управления ускорялись в течение 2024 года, при этом основное внимание уделялось внутренним разногласиям большинства обществ, снижению доверия, или престижа, почти ко всем национальным государствам и их управлению, а также распаду транснациональных органов управления. В макроэкономическом плане это период конфликта между глобалистским тоталитаризмом и национализмом.

Но если Африка воспринималась в 19 веке и ранее как регион, созревший для завоевания и эксплуатации, и многие районы мира тогда только начинали открываться новому, индустриально развитому миру, то Антарктида сегодня является великим сокровищем, открытым для захвата, хотя бы потому, что в ней нет коренных жителей, способных постоять за себя.

Принципы Договора об Антарктике 1959 года в значительной степени соблюдаются с нарушениями. В договоре в первую очередь прописана демилитаризация континента. Хотя это правда, что там нет официальных вооружённых сил, неправда, что территория свободна от военного и стратегического использования. Договор об Антарктике, первоначально предложенный Соединёнными Штатами, был принят в 1959 году 12 странами: Австралией, Аргентиной, Бельгией, Чили, Францией, Японией, Новой Зеландией, Норвегией, Южной Африкой, СССР, Соединённым Королевством и Соединёнными Штатами. Ряд других стран присоединились к договору, среди которых Бразилия (тогда) Западная Германия, Индия и Польша были наиболее активно вовлечены в исследования Антарктики. Предположительно, этот договор гарантировал немилитаризацию континента и свободу научных исследований.

В документе 1959 года говорилось, что ничто в договоре не должно толковаться как “отказ или умаление какой-либо Договаривающейся стороной каких-либо оснований для притязаний на территориальный суверенитет в Антарктике”. Таким образом, семь стран, у которых есть нерешённые (и часто пересекающиеся) претензии на Антарктиду, расходящиеся во все стороны, как ломтики пирога: Аргентина, Австралия, Чили, Франция, Новая Зеландия, Норвегия и Великобритания могут питать надежды на международное признание своих претензий “в какое-то время в будущем”.

Это будущее началось.

Претензии были предъявлены, и в следующем десятилетии некоторые из этих претензий могут стать конкретными. На момент заключения Договора об Антарктике Соединённые Штаты и Союз Советских Социалистических Республик (СССР) заявили о праве приобрести всю Антарктиду. Российская Федерация, пришедшая на смену СССР, не отказалась от этого варианта.

Широко распространённая, но не устоявшаяся концепция, согласно которой страны имеют территориальные права на Антарктиду, основана на суверенной доступности суши на континенте. Таким образом, экспозиция определяется с помощью “круговой диаграммы”, набора линий от Южного полюса до восточной и западной оконечностей обращенного к нему массива суши. Согласно этому соглашению, Австралия является крупнейшим заинтересованным лицом в Антарктиде, а британские территории в Южной Атлантике, такие как Фолклендские острова и Южный Джордж, предоставляют Соединённому Королевству доступ к континенту. Чили, Аргентина, Новая Зеландия и Франция также имеют претензии по этой формуле. Для Южной Африки не было бы неожиданностью предъявить претензии по этому соглашению.

Но до сих пор всё это основывалось на Договоре 1959 года и “договоренностях”. Конквестом или всё более хрупкими “международными судами” ничего не было определено и проверено. Мы живём в эпоху, когда договоры времен холодной войны и после неё отбрасываются, часто разумно, потому что их обогнала история, в то время как мы всё глубже погружаемся в эпоху, когда договоры, предположительно имеющие обязательную силу, интерпретируются как “предложения”. Механизмы глобального управления, такие как Организация Объединённых Наций и региональные организации, неспособны остановить одностороннее проецирование силы.

Примечательно, что коммунистический Китай рассматривает Антарктиду не изолированно, а как компонент своей глобальной и глобалистской проекции.

7 февраля Китай открыл свою научно-исследовательскую станцию недалеко от региона моря Росса, американской станции Мак-Мердо, а также станцийНовой Зеландии, Южной Кореи, Италии, Германии и Франции, впервые начав работу на аванпосте в части Антарктики к югу от Австралии и Новой Зеландии. Персонал станции Циньлин будет работать круглый год, а помещений будет достаточно, чтобы разместить до 80 человек в летние месяцы. У Китая есть ещё четыре исследовательские станции в других частях Антарктиды, построенные с 1985 по 2014 год: Чжуншань, Тайшань, Куньлунь и Великая китайская стена, с двумя круглогодичными станциями, такими как Циньлин.

Китайский ледокол “Сюэлун”, или "Снежный дракон", отправляется из порта Шанхая 8 ноября 2017 года. 8 ноября Сюэлун отправилась на юг из Шанхая, направляясь в Антарктиду, чтобы основать новейшую базу Китая, поскольку Пекин стремится стать полярной державой. (STR / AFP через Getty Images)

Строительство Циньлин началось в 2018 году, но её запуск был отложен из-за пандемии COVID-19. В ноябре 2023 года Китай направил на объект свой самый большой антарктический флот и более 460 человек личного состава, чтобы помочь достроить станцию.

Однако в более широком смысле 2020-е годы стали свидетелями развала этих договоров времен холодной войны и сразу после неё, особенно в Северном полушарии, во многом потому, что они сдерживали западный альянс и Россию, но не накладывали ограничений на Пекин.

В результате мир вступает в эпоху, когда распадаются не только формальные договорённости, регулирующие поведение военных, и отвергается так называемый мировой порядок, основанный на правилах (особенно китайским режимом), но и влияние региональных организаций, таких как Африканский союз (АС), Организация американских государств (ОАГ) и так далее.

ОАГ, по сути, потеряла смысл. Это связано с вопросом об Антарктике, потому что Китай не только наращивает свой полярный потенциал, но и построил связанные установки в Южной Америке для своих космических мощностей.

Китайская станция Espacio Lejano, которая, согласно Википедии, “является радиостанцией, расположенной в департаменте Лонкопуэ, провинция Неукен, Аргентина, и управляется Национальным космическим управлением Китая как часть Китайской сети дальнего космоса в сотрудничестве с Национальной комиссией Аргентины по космической деятельности (CONAE). Китайская сеть дальнего космоса управляется Генеральным управлением по запуску и отслеживанию спутников Китая (CLTC), которое подчиняется Силам стратегической поддержки Народно-освободительной армии [НОАК].” Никому из аргентинских официальных лиц, в том числе из CONAE, не разрешён доступ на объект площадью 200 гектаров, который работает с 2018 года.

Сообщалось, что в 2024 году новый президент Аргентины Хавьер Милеи стремился обеспечить аргентинцам доступ к базе. Известно также, что Китай использует Южную Америку для другой деятельности, связанной с космосом.

Новый президент Аргентины Хавьер Милеи обращается к толпе с балкона правительственного дворца Каса Росада в день своей инаугурации в Буэнос-Айресе 10 декабря 2023 года. (Сезаро де Лука / AFP через Getty Images)

Конгресс Аргентины не одобрял 50-летнюю аренду Китаю земли под станцию до февраля 2015 года, но работы на ней уже начались в 2013 году и были завершены в 2017 году.

Тем временем проникновение китайского режима во всю сеть малых стран Карибского бассейна, а также на большую часть Западного полушария к югу от Соединённых Штатов, уже некоторое время завершено. Старая американская доктрина Монро, инициированная в 1823 году, чтобы дать Вашингтону “право” не пускать европейские державы в южную Америку, полностью уступила влиянию Пекина.

Итак, что произойдёт, когда Китай стратегически развалится, и как это произойдёт ?

Китай всё больше озабочен внутренними трудностями и угрозами. Его экономика, которая никогда не была такой крупной, как утверждал Пекин в последние годы, сейчас в руинах. Тот факт, что Коммунистическая партия Китая (КПК) рассматривает внутреннюю угрозу как более серьёзную, чем внешний вызов, подтверждается тем фактом, что она тратит больше на силы внутренней безопасности, чем на Народно-освободительную армию.

Наращивая свои золотые резервы для диверсификации с целью отказа от доллара США (Пекин потихоньку выходит из своих долговых обязательств США), Китай сталкивается с нехваткой средств и, в любом случае, сталкивается с перспективой борьбы за лидерство. Это предвещает открытый вопрос, но ясно то, что можно ожидать периода хаоса.

Может быть правдой, что Соединённые Штаты постепенно осознали влияние снижения зависимости от китайского рынка и фондов, но остальная Америка этого не сделала, и Австралия, например, тоже. В период трансформации Китай вполне может предпринять какие-то внешние авантюры, которые могут положить конец нынешним стратегическим рамкам. Это вполне может подорвать особый статус Антарктиды.