Отчёт республиканца Майка Гарсиа в Конгрессе США по поводу финансирования Украины

Пока Конгресс обсуждает законопроекты о ежегодных ассигнованиях, президент Байден и его администрация ждут своего часа со своей просьбой о дополнительном значительном пакете помощи Украине (прямая военная помощь, а также экономическая и гуманитарная помощь). Эти 24 млрд.$ (сумма может измениться) станут последним обязательством США перед Украиной, расходы на которую на сегодняшний день превышают 100 млрд.$. Администрация направила письмо спикеру Палаты представителей Кевину Маккарти 10 августа 2023 года, в котором говорилось: «...Президент подтвердил, что мы будем поддерживать Украину, поскольку она защищает свой суверенитет, столько, сколько потребуется; это стратегия, которая успешно объединила наших союзников и партнеров...» Далее в письме говорится, что финансирование будет направлено на поддержку Украины, «...а также стран и уязвимых групп населения по всему миру, пострадавших от (вторжения) России...»

Президент также описывает этот последний многомиллиардный запрос как то, что необходимо для поддержки операций на Украине в течение двух месяцев, что составляет 12 млрд.$ в месяц. До этого последнего запроса, за последние 19 месяцев, средний уровень расходов составлял всего 6 млрд.$ в месяц. Это означает, что последний запрос представляет собой увеличение расходов примерно в 2 раза. Это увеличение происходит на фоне патовой ситуации между украинскими и российскими силами на местах в восточном регионе Донбасса и новой войны в Израиле. Этот последний запрос также поступает на фоне полного отсутствия убедительной, всеобъемлющей и проверенной стратегии победы как у президента Зеленского, так и президента Байдена. Нынешняя позиция президента Байдена «чего бы это ни стоило, и как можно дольше» не является разумной стратегией победы. В лучшем случае, это увязание в том, что все больше и больше выглядит как затянувшийся тупик без какой-либо стратегии выхода вообще.

Противостояние политики «открытого чека» президента Байдена и политики нескольких членов Конгресса «ни на доллар больше» является очевидным. Любой сторонний наблюдатель может увидеть ослабление поддержки будущей помощи Украине не только среди членов Конгресса, но и среди американского народа. Утверждение президента Байдена о том, что его стратегия «чего бы это ни стоило» «успешно объединила наших союзников и партнеров», по иронии судьбы, привело к разделению американского народа и его представителей. Я считаю, что отсутствие прозрачности и подотчетности со стороны исполнительной власти в сочетании с отсутствием последовательной стратегии достижения победы и пути к миру является движущей силой этой эрозии. И по мере того, как те, кто поддерживает лозунг «чего бы это ни стоило», напирают, то же самое делают и те, кто находится в лагере «ни долларом больше». Два лагеря создали поляризующий дискурс, который, по-видимому, не дает разумной золотой середины, наилучшим образом отражающей волю американского народа. Любые военные действия, финансируемые американскими налогоплательщиками, должны пользоваться поддержкой и пониманием налогоплательщиков и их представителей в Конгрессе.

Поддержав ранние инвестиции в военные усилия Украины, я обнаружил, что не могу поддерживать следующие запросы на финансирование без гарантий адекватной прозрачности, подотчетности и четко сформулированного пути к победе и устойчивому миру. Первые поставки в основном состояли из избыточных систем, стоявших на вооружении нашей армии, таких как ракеты «Джавелин» и «Стингер», срок действия которых истекал в ближайшие 2-3 года и которые в конечном итоге были израсходованы на российские цели, для которых они и были предназначены. (Стингеры были разработаны для российских вертолетов Ми-24, а Джавелины - для российских танков T72 и T52). Эти первоначальные поставки привели к тому, что украинские силы отразили российские войска в Донецкой и Луганской областях, и эффективность их действий с февраля 2022 г. по ноябрь 2022 г. была впечатляющей. Именно благодаря этим стратегическим инвестициям Украина все еще существует сегодня, а Зеленский и его правительство остаются при власти. Именно поэтому председатель КНР Си притормозил планирование аннексии Тайваня, и именно поэтому такие страны, как Южная Корея, Тайвань и Япония, удвоили или утроили размер свох инвестиций в оборону по отношению к их ВВП.

Это значительная отдача от инвестиций, которую США получили в результате нашей поддержки Украины на сегодняшний день. Усилия на местах в Украине застопорились с ноября прошлого года после ухода России из Херсона. Теперь обе стороны оказались втянутыми в войну с тактикой, которая напоминает Первую мировую войну больше, чем любое современное сражение. Войска вынуждены применять тактику позиционной войны под прикрытием значительных интегрированных систем противовоздушной обороны, таких как системы С300 и С400, которые препятствуют какой-либо значимой немедленной поддержке с воздуха. И хотя предыдущая отдача от наших инвестиций значительна как для нашей страны, так и для наших союзников, она также привела к некоторым негативным последствиям.

Требования «опережающих контрактов» для лучшей поддержки Украины негативно сказываются на программах производства отечественных систем вооружения, программах иностранных военных продаж (которые используются для поддержки Тайваня) и иностранных военных фондах/финансировании (которые используются для поддержки Израиля). Мы сокращаем наши собственные запасы и производственные мощности, чтобы обеспечить поставки для Украины без учета взаимозачетов для достаточного пополнения казны. «Чего бы это ни стоило», по-видимому, включает в себя проблемы, негативно влияющие на наш собственный потенциал и готовность. На фоне продолжающейся войны в Израиле, призрака агрессии КПК и того, что выглядит как неминуемая угроза в Южно-Китайском море, это опасные компромиссы. Россия - это медленный и высокий снежный ком; Китай - это прямой удар в лоб, к которому мы должны быть постоянно готовы. Параллельно мы должны обеспечить безопасность Израиля и адекватную поддержку нашего союзника в борьбе с иранской угрозой и их террористическими ставленниками, ХАМАСОМ и Хезболлой.

Нынешняя тупиковая ситуация на Украине неоспорима. В то же время президент Байден ожидает бессрочной и увеличенной финансовой поддержки военных усилий со стороны Конгресса без какой-либо намеченной стратегии или обозримого пути к переговорам. Это должно стать сигналом тревоги для всех нас. Любой ответственный законодатель сегодня должен задавать конкретные и обоснованные вопросы, прежде чем поддержать увеличение помощи налогоплательщиков Украине. Любой ответственный руководитель в Белом доме и канцелярии министра обороны должен «напрячься», чтобы ответить на эти вопросы. Американский народ имеет четкое и логичное право и обоснование сказать «больше не надо» до тех пор, пока на эти вопросы не будет получен адекватный ответ, особенно в разгар кошмарного пограничного кризиса в нашей собственной стране. Они заслуживают ответов и имеют право скептически относиться к нашему бесконечному участию во внешней войне, без навешивания ярлыков «сочувствующих Путину» или «пророссийских».

Я допустил бы упущение, если бы не признал, что такого рода информация и поставка критических элементов для успешной военной кампании обычно являются обязанностью исполнительной власти, а не законодательной. Я пишу это не потому, что хочу выполнять работу президента Байдена или министра обороны Остина, а потому, что я твердо убежден, что Украина в конечном счете падёт - либо в результате растущей тенденции США к изоляционизму, либо из-за презумпции бесконечной, бесцельной стратегии «открытого чека», - если эти на эти вопросы не будут даны ответы президентом Байденом и его администрацией. Как человек, который провел большую часть своей взрослой жизни, тренируясь воевать с русскими, я лучше, чем большинство, понимаю ценность победы над Россией в этом конфликте и последствия поражения Украины в этой войне. Хотя мы не можем изменить людей в Белом доме, мы можем заставить их изменить поведение, потребовав убедительных ответов на разумные и необходимые вопросы, прежде чем выделять дополнительные средства на усилия, в которые уже вложено более 100 млрд.$ в виде налогов.

Нам также необходимо использовать этот последний запрос в качестве средства для принуждения наших союзников по ЕС и НАТО к изменению поведения. В то время как многие страны, такие как Польша, сделали все возможное, чтобы помочь Украине в денежном и военном отношении, а также предоставив жилье миллионам беженцев, факт остается фактом: основная масса членов НАТО и ЕС не «справились со своей задачей» с точки зрения прямой поддержки Украины, прямой поддержки НАТО или инвестиций в свои собственные оборонные бюджеты (в % от ВВП). США не может быть основным плательщиком по счетам НАТО и оплачивать непредвиденные расходы, которые прямо связаны с безопасностью европейских партнеров по НАТО и ЕС. Президент Байден и Конгресс должны требовать от наших союзников увеличения инвестиций в миссию и интересы НАТО.

Вот обзор расходов США на поддержку Украины на сегодняшний день:

Из приведенной выше диаграммы ясно видно, что почти половина расходов США направлена на гуманитарную помощь и поддержку функций правительства Украины, а не на поставку систем вооружения, боеприпасов и другие неотложные военные нужды. Хотя нет никакого способа узнать наверняка, эта цифра вызывает вопрос, как выглядело бы поле боя сегодня, если бы мы оставили гуманитарную и правительственную помощь нашим союзникам и партнерам на европейском континенте и сосредоточили наши усилия на предоставлении Украине подавляющей материальной и оружейной поддержки, чтобы уничтожить российские войска, не дав им шанса успеть окопаться.

Ниже приведена диаграмма, показывающая среднюю помощь, оказываемую в неделю по каждому из предыдущих пакетов помощи.

Как вы можете видеть, этот последний запрос обходится дороже в неделю, чем помощь, которую мы предоставляли в начале войны, когда Украина еженедельно добивалась существенных успехов. Сравните это с медленной, изнуряющей войной, которую мы наблюдаем сегодня на местах, и конца которой не видно. Только по этой причине мы должны услышать от исполнительной власти и Министерства обороны о том, как наша помощь нарушит нынешний паритет и продвинет украинские позиции значимым образом.

Величина текущего запроса, который не содержит объяснения драматически возросшей скорости сжигания капитала, требует более тщательного рассмотрения и надзора со стороны Конгресса. Параллельно мы должны требовать большего от наших европейских союзников. США должны прекратить оказание гуманитарной помощи и прекратить любое финансирование, которое субсидирует украинских правительственных чиновников и рабочих. Если мы хотим эффективно поддерживать продвижение военных усилий, я убежден, что Америка должна избегать своего вовлечения в то, чтобы обеспечивать убийство русских на линии фронта. Это означает предоставление необходимых систем вооружения и тактики для победы, а не для ничьей.

Такой объем бюджета был бы гораздо более доступным и привел бы к победе гораздо раньше. Если мы продолжим смешивать и разбавлять военную помощь гуманитарной, мы не поддержим победу, мы создадим зависимость от американских налогоплательщиков и ничью на поле боя. Мы бы зашли в дорогостоящий и недоступный по цене тупик, в котором нет ни ощутимых критериев выхода, ни четко определенной «стратегии выигрыша». Прежде чем я обозначу ключевые вопросы, которые должны решить Белый дом и министр обороны, прежде чем мы будем готовы поддержать будущие инвестиции в Украину, я думаю, важно выделить ключевые стратегические ошибки и просчеты на сегодняшний день. Все эти ошибки либо помогли начать, либо увековечили эту войну.

Я выделяю эти ошибки, потому что у нас есть две критические исторические закономерности, которые не являются положительными показателями будущего успеха. Первая историческая закономерность заключается в том, что Россия имеет долгую историю начала и ведения затяжных войн, не считаясь ни с кровью, ни с ценой, ни со временем. С 1917 года Россия участвовала в 20 конфликтах средней продолжительностью 7,7 года. Восемь из этих конфликтов продолжались более четырех лет. А с 1980 года Россия участвовала в шести конфликтах средней продолжительностью пять лет. Это демонстрирует готовность России играть в долгую.

Вторая и более тревожная историческая закономерность - это длинный список неудач в области национальной безопасности и международной дипломатии за 2,5 года пребывания у власти администрации президента Джо Байдена. Он и его команда продемонстрировали склонность принимать абсолютно худшие решения в этих вопросах, особенно во время вывода войск из Афганистана, который войдет в историю как самая катастрофическая военная операция в истории Америки.

Эти две закономерности не сулят ничего хорошего для немедленного и доступного урегулирования конфликта на Украине. Они являются предвестниками дорогостоящего и потенциально обостряющегося конфликта с Россией, чреватого будущими стратегическими ошибками США. Я предсказываю будущие стратегические ошибки, усугубленные чередой стратегических ошибок, уже совершенных при этой администрации. Вот стратегические ошибки администрации Байдена на сегодняшний день:

1. Июль - сентябрь 2021 года. Разрушительный вывод войск президента Байдена из Афганистана продемонстрировал миру беспрецедентный уровень военной и дипломатической слабости. Это привело к гибели сотен мирных афганцев и 13 военнослужащих США, а также к потере важнейшего стратегического плацдарма на аэродроме Баграм (который находится на задворках Китая). Это также продемонстрировало готовность США отказаться от партнера и уступить важнейшие стратегические ресурсы почти в одночасье. Это послужило зеленым светом для Путина, когда он начал накапливать войска на границе Украины с Россией.

2. 19 января 2022 года. В ответ на передвижение войск Путина вдоль границы с Украиной президент Байден заявил, что «...реакция зависит от того, что [Россия] сделает. Одно дело, если это незначительное вторжение, и нам придется спорить о том, какие [санкции] применять, а какие не применять». Если есть утверждение, прямо противоположное «миру через силу», то это оно. Этот уровень «стратегической двусмысленности» подготовил почву для вторжения Путина всего четыре недели спустя, которое началось в качестве «незначительного вторжения» перед нападением на столицу Украины Киев всего несколько дней спустя.

3. Декабрь 2022 - настоящее время. США и союзники придерживаются умеренного подхода к санкциям против России, освобождая три основных источника доходов страны-агрессора. Хотя экономический ущерб ощущался на раннем этапе, российская экономика смогла восстановиться в результате действующих льгот на нефть, зерно и редкоземельные минералы. Эти льготы в конечном счете стали источником дохода для финансирования путинского вторжения.

4. Январь - февраль 2022 года. США решили соблюдать Конвенцию Монтрё 1936 года, которая ограничивает и запрещает заход военных судов в критическое и стратегическое Черное море (критическая береговая линия для Украины, Крыма и России). США выполнили это соглашение и вывели все корабли ВМС США из Черного моря, несмотря на настоятельную необходимость присутствия военно-морских сил США в качестве формы сдерживания и, возможно, что еще более примечательно, несмотря на тот факт, что США вообще не подписывали Конвенцию. Этот шаг позволил силам российского флота на раннем этапе установить господство на море вокруг Крыма и Одессы, которое сохранялось в течение первого года войны.

5. Январь - июль 2022 года. Старшие военные советники, включая председателя Объединенного комитета начальников штабов и министра обороны, допускают три критические ошибки в оценке:

а) Они верили, что Украина падет в течение нескольких недель. Это явно оказалось очень ошибочным.

b) Они недооценили способность украинских военных изучать, перенимать и применять новые системы вооружения. Повторяющиеся отговорки «На их обучение и оснащение уйдет слишком много времени» и «к тому времени, когда они получат это оружие, война уже закончится» в конечном итоге стали ответом по умолчанию в течение первых 4-6 месяцев войны.

c) Они приняли политику отправки Украине ровно столько оружия, сколько нужно для выживания, опасаясь эскалации. В начале конфликта это было обоснованное опасение, но угрозы Путина об эскалации уже давно оказались пустыми. Этот стратегический просчет обошелся нам гораздо дороже в долгосрочной перспективе и нанес украинцам огромный и ненужный ущерб. Поведение, основанное на страхе, привело к серьезным препятствиям в первые 6-9 месяцев войны.

Сочетание этих трех ошибок привело к неспособности и отсутствию желания наращивать военные усилия на Украине. Такие поставки фронту позволили бы создать менталитет «шока и трепета» и перейти в контрнаступление, поскольку динамика изменилась и российские войска отступали на востоке и юге.

6. Февраль 2022 - настоящее время. Администрация Байдена отдает приоритет необоснованной чувствительности к эскалации конфликта, а не обеспечению подавляющей победы Украины. Несколько систем вооружения, которые могли бы «изменить правила игры» на поле боя, не были поставлены Украине из-за опасений, что предоставление таких систем приведет к эскалации напряженности в отношениях с Россией. Такая инверсия приоритетов приводит к «медленному ослаблению» санкций и несвоевременным поставкам критически важных систем вооружения, которые в противном случае могли бы привести к урегулированию путем переговоров в результате установки на максимальное давление на Путина. Раннее агрессивное давление всегда является более сильным сдерживающим фактором, чем запоздалая и не приводящая в восторг сила.

7. Февраль 2022 - настоящее время. Президент Байден и министр обороны Остин придерживаются умонастроений «открытого чека» и «чего бы это ни стоило», что ни на кого не налагает ответственности, практически гарантируя патовую ситуацию. Эта «стратегия» порождает обоснованное противодействие дополнительному финансированию, когда не определён путь (или попытка) к победе и миру.

8. Январь 2023 - настоящее время. Президент Байден и госсекретарь Блинкен не проявляют никакого интереса к тому, чтобы заставить Украину и Россию сесть за стол переговоров для обсуждения мирного урегулирования. Все войны заканчиваются за столом переговоров, но в настоящее время нет пути для проведения этих дискуссий.

После этих критических стратегических ошибок и из-за этих неудач мы, как члены Конгресса, обязаны обеспечить, чтобы этот Белый дом был более тщательным и подотчетным американским налогоплательщикам. Мы обязаны искать путь к победе, чтобы мы могли сосредоточиться не только на разгроме России, но и переориентировать наш аппарат национальной безопасности на «прямой удар в лоб», грозящий от КПК Китая. Неспособность задать эти вопросы и сохраняющаяся на сегодняшний день готовность Конгресса предоставить этот карт-бланш, по моему мнению, является неисполнением долга и прямым путем к катастрофе, которая приведет к поражению Украины и усилению китайской агрессии.

Вопросы можно разделить на три стратегические группы: Стратегия победы; Прозрачность и подотчетность; и путь к прочному миру.

1. Президент Байден и президент Зеленский должны предоставить Конгрессу США реальную стратегию победы. Простые заявления «мы с вами пока не победим» или «мы должны победить» не являются стратегией победы. Как Украина может победить и сколько времени это займет? Эти оценки не обязательно должны быть точными, но мы должны понимать конечные цели и критерии выхода.

2. Какова предполагаемая цена, связанная с реализацией стратегии победы? Выборочное раскрытие информации и дополнительные запросы в среднем на 12 млрд.$ в месяц недоступны, нежизнеспособны и неприемлемы.

3. Президент Байден и министр обороны Остин должны четко информировать американский народ о состоянии войны на Украине. Это включает информирование общественности о прогрессе, достигнутом Украиной на сегодняшний день, изложение причин, приведших к нынешнему тупику, а также предоставление обновленной информации о состоянии «весеннего контрнаступления».

4. Президент Байден и министр обороны Остин должны объяснить, почему будущие инвестиции США необходимы. Это включает в себя описание того, какое именно вооружение направляется, и как это конкретное вооружение поможет выиграть войну, а не просто продолжить ее. Кроме того, важно получить оценку того, какое оружие не было направлено, но могло бы изменить траекторию войны до сегодняшнего дня.

5. Президент Байден и министр обороны Остин должны предоставить Конгрессу список вооружений, которые не были отправлены Украине, но могли бы эффективно изменить нынешнюю патовую ситуацию. Нынешняя политика администрации «медленного вливания» только продлила страдания Украины, и Конгресс должен сыграть свою роль в решении вопроса о том, какие дополнительные возможности следует предложить Украине.

6. Президент Байден и министр обороны Остин должны объяснить, что произойдет, если американские инвестиции в Украину прекратятся. Считаем ли мы, что страны ЕС и НАТО тоже отказались бы от помощи Украине? Сможет ли Украина в этом случае выжить и победить? Если нет, то почему? Какой основной военный экспорт был бы необходим?

7. Министерство финансов и торговли США должны отчитаться перед Конгрессом об уровне выполнения и соблюдения уже утвержденных санкций против России. Никто не предоставляет Конгрессу регулярной и обстоятельной информации о действующих санкциях.

8. США и все члены НАТО должны принять полноценную политику санкций против России, включающую ВСЮ нефть, зерно и редкоземельные полезные ископаемые. Эти три критически важных экспортных товара пока не испытывают значительного влияния глобальных санкций, а они составляют основную часть экспортных поступлений в Россию.

9. Президент Байден и министр обороны Остин должны дать четкое объяснение, почему запрашиваемые ресурсы действительно служат победе.

10. Согласуются ли цели миссии США и Украины по Крыму? Желание Украины вернуть Крым реалистично? Это обсуждение должно быть засекречено.

11. Президент Байден и президент Зеленский должны продолжать предоставлять Конгрессу полный отчет - по возможности - о системах вооружений, которые были отправлены и использовались на сегодняшний день.

12. Президент Байден должен предоставить обязательства и доказательства того, что его администрация не ставит под угрозу график и стоимость критически важных отечественных программ вооружений или обязательств, которые мы взяли на себя перед тайваньскими программами FMS и израильскими программами FMF. Мы не можем каннибализировать мощности для нашей собственной дееспособности – или для других наших стратегических партнерств – ради выполнения обязательств перед Украиной.