Гитлероиды советского разлива

Поскольку вопрос денацификации сейчас стоит весьма остро и кроваво - есть смысл как представляется  вернутся к истории и корням неонацизма на нашей земле. Ибо без знания прошлого не понять настоящего.
И для начала - это все возникло не в 90е и даже не в "перестройку". Самые ранние  сведения о нацистских группах в послевоенном СССР датируются второй половиной  1950-х годов. Начиная с этого времени и до конца 1980-х явление это уже не уходит из сферы внимания  КГБ.   

50-60е. Первые ласточки.

Первая из известных  нацистских организаций –так называемая «Группа Юрченко» возникла в столице УССР в 1957 году.
Возглавил ее вовсе не бывший бандеровец или солдат дивизии СС «Галиция» а киевский десятиклассник из вполне нормальной советской семьи  Юрий  Юрченко  1939 года рождения. По сообщениям сначала они  «играли в   фашистов» (своеобразные предтечи нынешних ролевиков). А затем, так сказать «наигравшись»,  решили создать молодежную нацистскую партию.
Движение в составе десятка человек было создано, и получило претенциозное имя «СС- Викинг». Целью было провозглашено… построения национального коммунизма в СССР и   насильственного построения социализма во всем мире (не смейтесь, читатели, это не смешно). Члены «СС-Викинг» считали   Гитлера гением и величайшим полководцем в истории. Дальнейшая история первой нацистской партии в СССР была  весьма занятна - возбужденное против них уголовное дело было в  декабре 1957 года прекращено, поскольку дескать  дальше игры  участники «Викинга» не зашли.
Конечно, уже на дворе оттепель… Но все же  такой гуманизм кажется, скажем так, странным -диссиденты например получали за вещи более невинные в те годы по 5-7 лет.. Странным, если не сказать больше…
Кстати, о диссидентах - в том же 1957  один из первых диссидентов классического образца Вячеслав   Соленев, отколовшийся от группы Виктора Поленова «Народно-демократическая   партия России»  написал программу «Русской национальной   партии», аналогичную гитлеровской. (Впрочем,  в дальнейшем взгляды Соленева   несколько смягчились, и к концу 1980-х он уже призывал различать вредных и  полезных евреев.)
Куда как более серьезной организацией была  группа Алексея Добровольского, рождения  все того же 1939 года (нет, все же какой-то мрачный символизм в этом есть). Им была создана   «Русская национал-социалистическая партия»,  во второй половине   1950-х в Москве.
  Правда, позже, уже в эпоху перестройки,  Добровольский   отрицал преклонение перед Гитлером. Однако немного спустя он проговорился о   том, что на него произвели  очень большое впечатление «нацистские партийные   жесты и ритуалы, четкость немецкая», а его друзьям нравились «боевитость, жесткие формулировки, дисциплина, подчинение, символика, приветственные жесты   - поднимание руки». То, что практически совсем недавно закончилась война с  нацизмом, на которой погибли их отцы и старшие братья, абсолютно не коробило   членов «партии». Как вспоминал Добровольский, его сторонники (и, естественно,  он сам) считали, что погибшие были на совести не Гитлера и не Сталина, а   кого-то третьего (то есть речь шла о набиравшей тогда в кругах западных правых радикалов  силу концепции, что война была   выгодна США и стоявшему за ними «мировому еврейству» -привет многим  пишущим на АШ).
И показательно, что рассказывая о своем первом лагерном сроке в Мордовии в   1958-1961 годы и отношениях с русскими эсэсовцами, познакомившими его с   концепцией отрицания Холокоста, Добровольский с сожалением роняет, что   Гитлер «был большой либерал».
А по свидетельству вышеупомянутого  Поленова, Добровольский, даже   находясь в лагере, выступал за поголовное уничтожение евреев по гитлеровскому   образцу.
Еще одна пронацистская группа была раскрыта в апреле 1960 года в Баку. В ее состав входили старшеклассники  двух местных школ, обсуждавшие во время
совместных собраний «преимущества» нацизма и «выдающиеся идеи» его лидеров, а  также причины, как они считали, «случайного» поражения Германии.
 Школьники – а  родители некоторых из них занимали достаточно высокое положение (министр  местной промышленности Азербайджана, сотрудник центрального аппарата МВД   Азербайджана) - интересовались биографией Гитлера, собирали нацистские   фотографии 1930-х годов, изготовили флаг со свастикой. Впрочем, для них это в   значительной степени оставалось игрой, и потому максимум, что позволили себе   члены этой группы, - прийти 9 мая в школу с нацистскими повязками под  пиджаками.
Информацию о дальнейшей судьбе членов «Бакинского филиала»  НСДАП проследить автору не удалось, единственное что удалось узнать – история стоила карьеры их родителям.
Парадоксальным образом в состав ее наряду с русскими, входили армяне и азербайджанцы (такое вот своеобразный  извращенный  интернационализм).
  Еще одна группа поклонников Гитлера, похоже, всерьез готовилась воевать. В   1963 году в Воронеже была раскрыта созданная за год до того группа из трех   17-19-летних молодых людей, называвших себя  довольно странно  «ОАС-овцами-национал-социалистами».  Они не только отмечали день рождения Гитлера и носили найденные на полях   сражений «Железные кресты», но и постепенно запасались там же оружием,   намереваясь сражаться с  советской властью в случае начала большой войны.     К   сожалению, документальные свидетельства  о судьбе членов  этой группы после ареста отсутствуют.
Некоторые из уголовных дел тогдашних  нацистов вызывают невольную улыбку.  К примеру, арестованный в марте 1957 года в   Чарджоу М.Ф. Жирохов при аресте, а затем и в милиции кричал: «Да здравствует   Гитлер! Да здравствует фашизм! Да здравствует Америка!». Еще один   подсудимый, арестованный в июле 1958 года, просто выкрикивал «Да здравствует   Эйзенхауэр, да здравствует Гитлер!»  Каменщик Б.С. Блинов из   Москвы,  в январе 1957 года при обсуждении венгерских событий заявил:   «Вот если бы была у нас советско-фашистская партия, я первый бы в нее вступил  и начал бы бить коммунистов». Некий кочегар из города Бабушкина,   арестованный в 1959-м рассуждал следующим образом: «Гитлер умный был человек, хотел освободить русский   народ от рабства».
Бывали совершенно абсурдные случаи – вот, например,  дело трех   тбилисских школьников: армянина, грузина и русского по национальности(!!!) В 1967   году они, решив бороться за «освобождение Грузии от советской оккупации»,  назвали себя «Нелегальной организацией фашистов».
Еще более трагикомично выглядели заявления   осужденного в феврале 1963 года инженера Н. Горохова,   выражавшего сожаление, что Гитлер не завоевал СССР. Трагикомизм ситуации в том, что гражданин Горохов был  евреем.
Как ни может показаться странным, на Западной Украине и в  Прибалтике   организованные нацистские секты и кружки  не обнаруживались(видимо, как люди трезво и вполне европейски мыслящие, латыши и эстонцы осознавали, что КГБ шутить в случае чего не будет.)
Тем не менее, в январе 1962 года группа молодых   эстонцев разбросала по Тарту листовки в защиту судимых там   коллаборационистов. В 1966 году кто-то  нарисовал свастику в аудитории Латвийского   госуниверситета, а в 1967 году двое молодых латышей вывесили флаг со   свастикой на парашютной вышке в Лиепае. Было также ничем не подтвержденное сообщение  что в   апреле 1969 года ансамбль «Пеолео» из Таллина на концерте в одном из колхозов   исполнил строевую песню эстонских легионеров СС.
 Что опять-таки показательно, все это дело рук молодого поколения – о каких то подпольных союзах бывших эстонских и латвийских СС-овцев и коллаборационистов сведений не имеется.

2. 70е –80е. «Коричневые»  диссиденты и  наци школьного возраста.
 

Как бы то ни было, к концу 1960х, русский нацизм вырос из коротких штанишек, и даже породил свою, пусть и малозаметную,  «коричневую линию» в диссидентском движении. Например  диссидент Николай  Браун (р.  1938), арестованный в 1969 году, как вспоминал один из подельников   Брауна - Анатолий Бергер,  всерьез   увлекался Гитлером,  и очень любил, когда знакомые  именовали его  «фюрером».  Б.А. Аверичкин, один из руководителей подпольной антикоммунистической организации, действовавшей  в начале 60-х годов, и угодивший в Мордовские лагеря, тоже выражал сожаление фактом поражения Гитлера, и рассуждал о власовцах, которые  «подняли и с честью пронесли по Европе» русский флаг.   Не исчезли и наци-одиночки, правда, и они старались придать себе политического веса, не ограничиваясь выкриками и разговорами. Так, в  декабре 1970 года в   Николаевске-на-Амуре некий Лентарев расклеивал листовки,   заканчивавшиеся так: «Наш идеал - Адольф Гитлер! Heil Hitler!». Уголовное дело было… прекращено.   В 1981 году в подмосковном Калининграде «Новую рабочую националистическую   партию России» создал ставший скандально известным в 1990-е годы Алексей  Веденкин.   В том же  1981 году, в Твери Сергей Комков  с несколькими  единомышленниками организовал национал-социалистическую группу. «Нашей задачей была подпольная борьба. Мы хотели, чтобы в одно прекрасное время мир понял, что в СССР есть русские  национал-социалисты. Мы уже отчасти знали тогда, что октябрьский большевицкий  переворот 1917 года был осуществлен по сценарию всемирного сионизма» -так скромно сообщает Комков о своих взглядах того времени.        Они начали свою деятельность  с классических приемов: осуществлялись небольшие  акции по городу и в местах еврейских культовых  сооружений, то здесь то там стали часто появляться  свастики, рассылка писем евреям с угрозами и т.д.     Тверские нацисты преследовали тем самым  цель: посеять панику в «гнездах» сионизма.  В том же 1981 году, Комков стал писать свой «Майн Кампф», в котором  попытался переложить опыт и практику германских национал-социалистов «в приемлемой форме» для России. В ней содержалась четкая программа действий, рассчитанная не много ни мало –на 25 лет. Комков планировал в частности
1) Создать в городе нацистскую молодежную группу;
2) Провести агитационную работу по созданию национал -социалистических групп в
некоторых крупных городах России;
3) Осуществить связь с национал-социалистическими движениями в Европе, Америке и
возможно присоединиться к всемирному движению национал-социалистов, «за власть белой расы во всем мире».
4) В назначенный день и час «Х» заявить о себе в ряде городов публичными
выступлениями или демонстрациями, с целью поднять шумиху в зарубежной прессе, о
появлении в СССР национал-социалистических группировок.
Дальнейшие действия не конкретизировались, но предполагалось, что через 25 лет  коммунистический режим в СССР рухнет, сметенный российскими коричневыми штурмовиками.
Впрочем, ничего более об этой программе неизвестно – группа Комкова  была  раскрыта органами КГБ, по доносу одного из членов, и в преддверии ареста кандидат в русские Гитлеры  уничтожил книгу.
Кроме всего этого, в  1970-1980-е годы было раскрыто несколько  «тайных фашистских организаций» школьников. Причем катализатором этого    послужил, по мнению многих  фильм «Семнадцать мгновений весны», одним из первых в советском  кинематографе продемонстрировавший «большой стиль» нацизма и одновременно  «очеловечивший» его.
Наказание большинства «стиляг», чьи группы были   раскрыты партийно-комсомольским начальством, ограничивалось так называемым   профилактированием - то есть беседами в КГБ и райкоме ВЛКСМ.

3. 50-80е. Внешний фактор -неполживцы в гитлеровских лохмотьях.

Тут несколько на первый взгляд невпопад, автор должен сказать об одном стыдливо умалчиваемом нашей либеральной интеллигенцией обстоятельстве. А именно -некоем внешнем источнике из которого незаметно подпитывался вышеописанный коричневый ручеек - эмигрантские центры  собравшиеся вокруг  радио «Свобода». Там  было немало людей, носивших в свое время мундиры вермахта, РОА и СС. (Не только НТС хотя и они тоже)

...Не гневом, ни порицаньем,
Мы больше уже не бряцаем
Здороваемся с подлецами,
Раскланиваемся с полицаем...
 
Трудно сказать, что имел в виду А.Галич сочиняя эти стихи, но он сам блестяще претворил их в жизнь работая на «Свободе» в обществе бывших полицаев и  карателей.

***

Завершая же тему первых десятилетий отечественного неонацизма автор позволит себе сделать небольшое отступление от хронологии, и сделать некоторые промежуточные выводы относительно изучаемого феномена.
Что бросается в глаза??
Прежде всего – достаточная распространенность самого явления – не в плане, слава Богу, абсолютных цифр, но в плане заметного числа проявлений. Как будто мелкие но болезненные фурункулы на коже общества они вскакивают то тут то там -от Сибири до Киева - вроде и без причин...
Второе –то, что ни одна из организаций не была -как отмечал - напрямую связана с гитлеризмом как таковым, и периодом Второй Мировой Войны. Ни разу среди «заводил» не были отмечены не то что коллаборационисты и власовцы, но даже их близкие родственники.
И наконец –удивляет, (и огорчает) та непонятная гуманность, я бы даже сказал понимание с которой компетентные органы реагировали на эти проявления. Из многих десятков участников нацистского подполья в СССР, осуждены были единицы, да и то  в основном за уголовные преступления вроде хранения оружия. Думаю, было бы любопытно проследить причины этого.

***

4. 80е. Призрак выползает из подполья.

  Нацисты 1950-1970х предпочитали действовать в подполье. В начале  1980-х их последователей  потянуло на громкую славу.
В настоящее время    точно известно о двух публичных акциях московских неонацистов. В апреле 1980 года семнадцатилетний нацист, ученик 10-го класса Виктор Якушев  с компанией одноклассников устроил нечто вроде пикетирования московской  синагоги. Из нацистской атрибутики у пикетчиков были только сапоги и темные рубашки. Сам Якушев, правда, заявлял, что он и его друзья, численностью 10-12   человек, «просто посмотрели» и вообще это было «проявление интереса русских   людей к еврейству». Впрочем, эта акция осталась практически   незамеченной.
Зато весьма широкий пар получила другая акция, прошедшая спустя два года, - демонстрация неонацистов на Пушкинской площади. Первая информация  об этом появилась в бюллетене «Вести из СССР», издававшемся в Мюнхене  диссидентом Кронидом Любарским. Согласно ей, «группа старшеклассников   численностью в 10-15 человек, одетых в черные рубашки со свастикой, появлялась  на площади дважды - в 17.00 и 19.00. Двое (по другим сведениям - шестеро)   участников демонстрации были задержаны милицией…»
На самом деле ситуация выглядела не так драматично. По одним сообщениям, на Пушкинской площади собралась большая группа молодых людей: с одной стороны «фашисты»,   коротко остриженные в черных рубашках; с   другой - толпа «болельщиков” различных хоккейных и футбольных команд. О   предполагаемой демонстрации было известно заранее (в московских   школах преподаватели предупреждали учеников, советуя не появляться 20 апреля   на Пушкинской площади; это, естественно, имело обратный результат - на   который, видимо, и рассчитывали власти). По сообщению некоторых очевидцев никакой демонстрации не было, по другим –она не успела начаться, потому что  между «фашистами» и «болельщиками»  завязалась драка, привлекшая внимание прохожих. Милиция долгое время не    вмешивалась, наблюдая за происходящим со стороны но в конце концов, задержала некоторое число дерущихся.
  Если суммировать все  описания, то получается, что демонстрация неонацистов  была довольно жалким зрелищем, практически с самого начала превратившись в  драку между различными группами молодежи, прекращенную милицией только после  того, как появились первые раненые. Несколько человек были арестованы,  но были ли они осуждены - неизвестно.
  Вне зависимости от этого, ситуация произвела громадное   впечатление как на столичную интеллигенцию, так и на западные СМИ. Тут же из   забытья была извлечена информация о пикете Якушева в 1980 году. Одновременно в   «Вестях из СССР» стали появляться сообщения о процессе над 18 участникам   неонацистской организации в Можайске в 1980 году, о том, что 1 ноября 1981   года произошла фашистская демонстрация в городе Кургане, в которой участвовало   более 100 старшеклассников в рубашках с нарукавными повязками с изображением   свастики, несших лозунг: «Фашизм спасет Россию!», о демонстрациях неофашистов   в городах Южно-Уральске, Свердловске, Ленинграде (у Казанского собора) «и в других местах». И хотя эти сообщения, как был вынужден признать  сам Кронид Любарский, ведущий «Вестей из СССР» основывались «на непроверенных сведениях -точнее были полной брехней - но  через  западные «голоса» сообщения об этих демонстрациях и судах расходились по СССР   уже в виде достоверных сведений, порождая молву о могущественном  военизированном фашистском подполье.
 Уже в январе 1983 года люди спрашивали   у лекторов общества «Знание», правда ли, что в Нижнем Тагиле, Свердловске и   почему-то Киеве прошли выступления молодежи «с нацистскими выкриками». В дальнейшем эти слухи привели к тому, что в памяти   некоторых очевидцев событий на Пушкинской площади сформировался их совершенно   искаженный образ. К примеру, в воспоминаниях Александра Рекемчука демонстрация   превратилась в «массовый митинг в честь дня рождения Гитлера ... со всей   атрибутикой: приветствиями «Хайль Гитлер!», нарукавными повязками со   свастикой», что больше соответствует реалиям 1990-х.
 С другой стороны, по свидетельству Владимира Прибыловского, в 1983-1986 годах   в студенческих общежитиях Московского университета каждый апрель перед 20   числом проносился слух, что «на Пушке будет демонстрация фашистов», и наиболее   активные первокурсники собирались у памятника поэту «бить фашню».
Но никого,  кроме милиционеров и дружинников, обычно не находили. Бывало,   что студентов самих  задерживали и отправляли в отделение, где происходил следующий
  диалог:
«Ты чего здесь, уж не день ли рождения Гитлера празднуешь?
- Нет, мы,   наоборот, приехал бороться с фашистами!  
- В СССР фашистов нет. А   если хочешь с ними бороться, запишись в комсомольский оперотряд».
Все это породило вполне  понятые слухи,  что к ситуации с неонацистами  приложил руку КГБ. Тем более, что, по устной информации, полученной от людей,   соприкасавшихся в те годы с органами внутренних дел, представители   спецслужб   еще в конце 1970-х прямо запрещали МВД принимать меры в   отношении существовавших фашистских групп, утверждая что борьба с ними –прерогатива  госбезопасности.
Как бы то ни было, но власти использовали возникший в обществе страх перед призраком неонацизма  в своих целях. Так, в 1983 году, когда  был издан указ  о запрете   обучения карате,  распространяемые ранее слухи о спортивных секциях   как о «кузнице кадров для фашистов» стали важным  аргументом. Вот  еще характерный  полуанекдотический случай - «под раздачу» бдительных борцов с фашистами едва не попала как раз   только-только начавшая выступать в 1982 году рок-группа «Странные игры».  Публику шокировала  их манера одеваться,   поскольку ходил слух о том, что нацисты носят галстуки-«селедки» и выбривают   виски. В результате «Странным играм» пришлось даже на время убрать из   репертуара маршевые композиции, чтобы не усиливать подозрения в собственном   нацизме.
 
Эпилог. Новое время -старые песни.

К середине 1980-х нацисты стали устойчивой частью городской мифологии Москвы и   Ленинграда. Были даже некие детские страшилки об ужасных фашистах.
  Но документальные данные о ленинградских неонацистах первой половины 1980-х,    отсутствуют, кроме одного загадочного свидетельства о группе  хулиганов в куртках со свастиками, повредивших в июне 1982 года статуи в Летнем саду.
И вот настал момент когда коричневое подполье заявило о себе открыто и недвусмысленно. Это был 1987 год. 20 апреля, в день   рождения Гитлера, две колонны молодых людей 17-22 лет, одетых в черные  рубашки, со свастиками на рукаве, промаршировали по Невскому проспекту и   окрестностям метро «Площадь Восстания». В тот же день такая же демонстрация  прошла в Петергофе. Неонацисты отметили свой «выход на поверхность» массовым   осквернением еврейских могил на кладбищах. 17 и 20 апреля было разрушено или осквернено полторы сотни надгробий. А 25 апреля 1987 года группа подростков с криками    «Бей жидов, спасай Россию!» пыталась разгромить Ленинградскую синагогу. Среди  участников этих акций преобладали учащиеся ПТУ, которые были отданы под суд -но не по политическим статьям а  за  тривиальное  хулиганство.
Еще можно вспомнить обвинения - не уголовные но медийные - в симпатиях к нацизму в отношении рок-музыкантов - например К.Кинчева - завершившееся довольно таки заметным скандалом и извинениями журналистов.
…Последнее уголовное дело против советских фанатов Гитлера  было заведено летом 1988 года в Таллине. По иронии судьбы(в этой истории вообще как мог заметить читатель - немало иронии и абсурда), единственным обвиняемым по нему оказался русский - некто  С.   Жолдин, планировавший создать  «Эстонскую национал-фашистскую партии». Но вскоре дело  было   прекращено «в связи с изменившейся обстановкой».
Обстановка и в самом деле изменилась. Пришло новое  время – время  рассуждений о том что «Если бы нас победила Германия мы бы сейчас пили баварское пиво», восхваления власовцев по ТВ, митингов под знаменами с «коловратом» в считанных сотнях метрах  от Кремля,  и  «Майн Кампф», открыто продающегося в книжных магазинах.