Пять ступеней осознания войны в романсе Ц. А. Кюи, на слова Е. Дмитриева

Во времена Русско-Японской войны Цезарь Антонович Кюи (талантливый русский композитор, музыкальный критик, член "Могучей кучки", Беляевского кружка, профессор фортификации и инженер-генерал) составил замечательный вокальный цикл военных романсов под названием "Отзвуки войны". Многие из этих произведений писались по "горячим следам" и стали прямой и глубокой реакцией на происходящие события. 

Об одном из романсов этого цикла я рассказал вам совсем недавно. И если "Варяг" был горячо пронизан чувством русского патриотизма, то романс "Война" скорее философский и христианский. Не смотря на кажущуюся простоту, текст является настоящей картой уровней осознания процессов, происходящих во время любой войны. И тому, кто дойдёт до самого последнего и глубокого уровня, откроется сама суть и смысл происходящего. Всего в романсе пять уровней-четверостиший.

Давайте вместе с текстом, написанным Е. Дмитриевым, все эти ступени пройдём, поднявшись от самой первой и низкой, до самой последней пятой. 

"Война" (октябрь 1904 года)

I

Война - это слезы невинных страдальцев; 
Война - это голод, болезнь, нищета, 
Толпы разоренных, бездомных скитальцев, 
Ряды безымянных могил без креста! 

Это первая нормальная человеческая реакция. Жалость, чувство несправедливости, только боль и отчаяние, и больше ничего. Людям на этой ступени осознания хочется, чтобы всё поскорее закончилось как страшный сон. Либерда, как вы знаете, дальше этой ступени никогда не продвигается. А та, что поумнее, хочет, чтобы все мы оставались только на ней. 

II
 

Война - это грозный огонь-разрушитель, 
Сжигающий села, губящий плоды, 
Слепой и бесстрастный, безжалостный мститель, 
Чудовище мрака и демон вражды!

Вторая ступень очень похожа на первую, но здесь мы обращаем своё внимание не на жертв, не на их страдания, а на сам процесс. Да, процесс кажется жестоким и разрушительным, но уже есть понимание того, что это именно процесс, "слепой и бесстрастный". Здесь тоже есть эмоции, но это скорее эмоции гнева, созвучные самой войне. А не бессмысленный страх со слезами и жалостью. 

III

Война - это кротость улыбки сердечной 
У ложа больного склоненной сестры 
И трепет молитвы любви бесконечной, 
Надежды и веры святые дары.

На третьей ступени взгляд на войну становится уже более христианским. Приходит осознание того, что даже такие события не отнимают у людей истинной человеческой любви к ближнему. Напротив, эти события могут пробудить в людях всё лучшее, что в них есть. Даже неожиданно для них самих. И главное, война снова возносит нас к мыслям о высшем смысле, даже если мы его пока не замечаем.

IV
 

Война - то порыв бескорыстной отваги, 
Победа над смертью, победа над злом; 
Война - это гордо шумящие флаги 
Над гибнущим судном в огне боевом! 

А дальше, после третьей ступени, где человек понимает, что война это не просто что-то плохое и глупое, что война может также и очищать, приходит "осознание героя". Осознание возможности бессмертия в героическом подвиге. Осознание возможности слиться с этими высшими процессами и силами, стать их частью. Глубокая гордость принадлежности к стороне правды. Разоблачение и победа над страхом. Люди с таким осознанием сами становятся войной. 

V

Грозой пролетая над грязью вседневной, 
Корысти, заботы и пошлых утех, 
Война - это ангел прекрасный и гневный, 
Судящий неправду, карающий грех. 

На последней, пятой, ступени осознания человек наконец получает ответ на вопрос, что же такое война, и зачем она вообще нужна. И заметьте, тут уже нет ни слова о том, что кто-то в войне по-настоящему прав, а кто-то виноват. Просто война это "ангел прекрасный и гневный, судящий неправду, карающий грех".

Запись романса. 

В моей коллекции пластинки с записью "Войны" нет, но мой коллега Андрей Лаврешников выкладывал оцифровку такой пластинки на сайт "Russian Records", где Вы её можете послушать и скачать. Только советую установить в плеере сайта скорость "72" оборота в минуту, иначе скорость будет слишком высокой. По умолчанию стоит стандартная "78". 
Кнопки выставления скорости указал красным.

 

На мой взгляд, исполнение Николая Артемьевича Шевелева 1905 года далеко от удачного, но другого у нас пока нет.