Мелитопольский налог

       В вооруженном конфликте двадцать второго года произошло событие, которое не стало достоянием общественности, прессы или социальных сетей. Оно могло коренным образом изменить ход боевых действий и даже прекратить их полностью, но осталось незамеченным  большинством из нас.
       Речь идет о задержании разведывательно-диверсионной группы, двигавшейся по трассе М-14 из Мелитополя в Мариуполь. На КПП в районе Приморска ехавший в необычном в тот день направлении автомобиль был остановлен. При проверке документов выяснилось, что транспортное средство угнано. Водитель и пассажиры были задержаны.
       Ими оказались подполковник СБУ Микола Чичкан, профессор, физик-теоретик Киевского университета имени Шевченко Ольга Подоляк и доцент кафедры прикладной математики Олесь Бович из Харьковского национального университета. Странная компания имела своей целью совершение террористического акта на бензоколонке, расположенной между двумя городами, — так решил следователь военной полиции, проводивший дознание. Троица двигалась навстречу потоку беженцев и периодически расспрашивала, где находится ближайшая заправка.
       Микола Чичкан при задержании оказал сопротивление, от сотрудничества со следствием отказался. Ольга Подоляк и Олесь Бович, напротив, были словоохотливы, если не сказать болтливы. Парочка интеллигентов, по мнению работников военной полиции, пыталась заговорить следствие и несла околесицу.
       На третий день задержания следователь сверил протоколы допросов и обнаружил, что, несмотря на их странное содержание, они идентичны. Даже если физик и математик излагали «легенду», придумана она была убедительно, а главное, полностью и до мельчайших деталей согласована.
       Следователь, чье имя я назвать не могу по соображениям военной цензуры, приступил к составлению докладной записки, над которой проработал два с половиной часа. После этого он стер всё напечатанное, кроме шапки и нескольких строк.
       На экране компьютера осталось следующее.
       «В Министерство обороны Российской Федерации, отдел 51. Секретно. Согласно инструктивного письма, предписывающего мне сообщать о применении новых видов вооружений и оружия, созданного на неизвестных физических принципах, докладываю:
       Двадцать первого марта две тысячи двадцать второго года в районе КПП Приморское задержаны два украинских ученых. По их утверждению, они пытались остановить боевые действия путем…»
       Дальше следователь ничего придумать не смог. Любое дописанное слово казалось бредом, жгло мозг и доставляло физическую боль.
       Следователь закурил и задумался. Он попытался вспомнить первый допрос. Перед глазами прошли сотни лиц, десятки трагических судеб.
       В отличие от многих, Ольга Подоляк была полна оптимизма. Её глаза горели надеждой и энергией. Профессор полагала, что будет отпущена, стоит только рассказать свою историю. Но следователь ожидаемо ей не поверил.
       — За кого вы меня держите, дамочка? — спросил он вульгарно.
       Ольга не обиделась. Она подалась вперед, чтобы быть ближе к своему истязателю, и проникновенно спросила:
       — Неужели вам не хочется, чтобы все это скорее закончилось?
       — Хочется, — ответил следователь устало, — но пока я не вижу ни одного аргумента в поддержку вашей версии.
       — Даже если это ускользающе-малая вероятность, — сказала женщина, — ее необходимо использовать.
       — Убедите меня, — попросил мужчина, — и я отпущу вас на все четыре стороны.
       Профессор поджала губы. Она выпрямила спину и, махнув копной кудрявых волос, сказала:
       — Я не знаю, как это рассказать популярно. Любые интерпретации в бытовую логику будут чудовищны.
       — А вы постарайтесь, — подбодрил следователь.
       — Ну хорошо, — согласилась женщина. — Я попробую… Вы же знаете, с чего началась первая мировая война?
       — С убийства наследника австро-венгерского престола в Сараево?
       — Да, — согласилась Подоляк. — И это было событием, которое привело к эффекту домино. Следом за ним случились другие, менее и более значимые, но ни одно из них не могло произойти без первого — триггерного события.
       Известен ли вам тот факт, что стрелявший в эрцгерцога Франца Фердинанда и его жену Софию сербский гимназист был лишь одним из шести террористов? Часом ранее на кортеж уже совершалось покушение, но брошенная в автомобиль граната отскочила от тента. Шнур оказался слишком длинным, и бомба взорвалась лишь под третьей машиной. Еще минутой ранее террорист по фамилии Мехмедбашич провалил свою атаку, у него попросту сдали нервы. Если бы не водитель Франца Фердинанда, поехавший по обратной дороге, покушение не состоялось бы вовсе. Однако один из офицеров охраны закричал, чтобы водитель изменил маршрут и возвращался, минуя центр города. Это случилось на узкой улочке, где автомобиль сбросил скорость, чтобы совершить поворот. Там же и оказался Гаврило Принцип. Более удачное стечение обстоятельств для атаки трудно себе вообразить.
       До сих пор историков поражает череда странных нелепостей и случайностей, окруживших этот террористический акт. А если бы патрон в пистолете Принципа дал осечку, или он заболел, или вообще не родился?
       Мой коллега занимается построением математических моделей. Если можно так сказать, разматывает клубок времени. Олесь научился производить потрясающие расчеты, вычленяя причинно-следственные связи, порой не видные невооруженным глазом. Он рассчитывает их с абсолютной точностью и в событиях, которые сейчас происходят с Украиной, определил то самое триггерное событие. Иными словами, мы знаем, с чего все началось. Место, время и действующих лиц.
       — Хотите сказать, — растянул следователь, — что это вам поможет изменить прошлое?
       Подоляк нервно потрясла головой.
       — Я же говорила, что это сложно.
       Женщина сделала несколько вдохов и, успокоившись, продолжила:
       — Нет, мы не можем изменить прошлое. Машины времени у нас нет, но по большому счету в этом и нет необходимости. Потому что времени — тоже нет… Вам не знаком опыт Юнга с двумя щелями?
       — Что-то помню из физики, — уклончиво ответил следователь.
       — Суть его заключается в следующем, — заметила Подоляк. — Если сфокусировать свет на экран через две щели, расположенные параллельно, то мы должны будем получить два солнечных зайчика, повторяющих форму этих щелей. Однако на практике мы увидим множество бликов, образовавших дифракционную решетку. Потому что свет является электромагнитной волной и, проходя сквозь отверстия, он интерферирует. Ну, грубо говоря, взаимодействует сам с собой. Юнгом было разработано устройство, испускающее элементарные частицы низкой интенсивности.
       Если объяснять извращенно на пальцах, то Юнг изготовил лампочку, которая светит по одному фотону в момент времени. Он стал облучать пластину со щелями и получил тот же самый дифракционный рисунок.
       — И что это значит? — поинтересовался следователь.
       — Лишь то, — ответила Ольга, — что свет может взаимодействовать сам с собой, даже являясь одним фотоном. Иными словами, пока элементарная частица не достигает цели, она может находиться везде. Даже не так: она находится везде, и все эти бесконечные варианты взаимодействуют.
       — Вы не могли бы привести более простой пример?
       Подоляк задумалась.
       — У вас есть оружие?
       — Разумеется, — усмехнулся следователь.
       — Представьте себе, что вы выстрелили в мишень и попали в десятку, а затем второй. Но пуля не хочет ложиться в то же самое отверстие. Она как будто сопротивляется — почему?
       — Потому что у меня дрогнула рука?
       — Нет, потому что в параллельных вселенных вы тоже выстрелили в мишень, и тысячи пуль летят параллельными трассами. В воздухе так тесно, что некоторые пули сталкиваются и идут на рикошет. Однако взаимодействие между вселенными настолько мало?, что вы этого просто не замечаете.
       Следователь тактично улыбнулся в усы и спросил:
       — А что нам это дает?
       — Если поставить на одну из щелей регистрирующее устройство, — ответила Подоляк, — и фиксировать каждый пролетающий фотон, то солнечные зайчики на экране станут похожими на две параллельные щели. Другими словами, свет потеряет волновую структуру и превратится в материальный объект. Это впервые доказало, что наблюдатель влияет на систему измеряемого объекта. Понимаете? Мы изменяем мир, просто наблюдая или отворачиваясь от него. Опыт Юнга был проведен более ста лет назад, но ничего фундаментальнее за это время не случилось. Я и мои коллеги занимались развитием этого эксперимента, в первую очередь масштабируя его.
       — Что это значит? — перебил следователь.
       — Мы проводили опыты с тремя и четырьмя щелями, двумя и тремя регистрирующими устройствами. Грубо говоря, мы вводили в систему наблюдателей и фиксировали, как изменяется мир, если о событии известно одному человеку, двум, трем и более. Что произойдет, если один наблюдатель узнает или не узнает о других наблюдателях? И так далее… Дальше мне рассказывать еще сложнее, потому, что я не в состоянии это описать языком.
       — Как же вы справлялись раньше?
       — Математика способна объяснить то, что мы не в состоянии выговорить, — ответила Ольга. — Олесь сделал невозможное и описал континуум взаимодействия, где время было сокращено. Оно не участвовало в расчетах, потому что вселенная в любой момент времени свободна. То есть в любую секунду может произойти любое событие, как бы невероятно оно ни было.
       — А чей Крым? — неожиданно спросил следователь.
       — Украинский, чей же еще? — ответила Подоляк.
       — Ответ неверный. Крым наш. Но в исторической ретроспективе турецкий, затем русский и советский. Хрущев же передал его Украине в залог дружбы между украинским и русским народами. Как вы понимаете, дружбе конец и договор ничтожен.
       — Зачем сейчас были эти лозунги? — спросила Ольга.
       — Затем, что вы не можете построить элементарную логическую цепочку. В вашем понимании русские захватили полуостров, потому что испытывали фантомные боли по имперским амбициям. Но это не так. Крым нам подарили Соединенные Штаты. Именно они гарантировали отсутствие сопротивления среди украинских силовиков. Именно Штаты надавили на Киев и спровоцировали предательство и бегство. А первопричиной этой бесспорно политической акции стал ваш тиран Янукович, отправившийся в Китай и заключивший с поднебесной контракты на строительство глубоководных портов в Крыму. Формирование нового шелкового пути наверняка укрепило бы связи Китая с Европой, а следовательно — ослабило зависимость последней от США. Передача Крыма России полностью нивелировала эти планы. Более того, начавшиеся боевые действия сделали и обходные маршруты шелкового пути опасными. И в заключение вспомним, а с чего все началось? Почему Янукович отправился в Китай за инвестициями? Да из-за неудавшейся евроинтеграции, которая грозила обрушением экономики Украины. В итоге получается, что Крым Украина потеряла из-за евромайдана.
       По лицу профессора было видно, что она в отчаянии. Объяснять солдафону основы квантовой физики казалось невозможным. Но женщина в очередной раз глубоко вдохнула и продолжила:
       — Вы правы, и я права. Так бывает, потому что мы живём в параллельных вселенных. В вашей — Крым наш, в моей он по-прежнему украинский, и это возможно.
       — А в вашей вселенной вас допрашивают? — с издевкой спросил следователь.
       — Меня допрашивают во всех вселенных, — спокойно ответила Ольга, — но вот результат допроса всегда разный. В одной вселенной меня расстреливают, в другой отпускают.
       — Смело, — похвалил мужчина.
       — Причинно-следственная связь, — продолжила Ольга, — также существует везде. Но вот чтобы она заработала, потребуется сквозной наблюдатель. Нужно поставить регистратор на одну из щелей, и тогда свет перестанет быть электромагнитной волной, превратившись в поток фотонов.
       — И что же произойдет на материальном уровне?
       — Крым перестанет быть одновременно наш и не наш. Он будет признан всеми.
       Следователь изобразил гримасу, как бы говоря: «А знаете, ваш рассказ меня тронул».
       — Для этого просто отпустите нас, дайте нам выполнить свою миссию, а лучше — помогите.
       — Ну хорошо, — согласился следователь, — допустим, я вас отпущу. Какими будут ваши дальнейшие действия?
       — Мы отыщем бензоколонку, расположенную между Мариуполем и Мелитополем, и людей, работавших там в две тысячи тринадцатом году. Именно на ней произошло триггерное событие, запустившее эффект бабочки.
       — А можно подробнее?
       — Приблизительно в июне того года, — продолжила Подоляк, — на заправке остановилась женщина. Она ехала отдыхать к морю и решила пополнить запас топлива. В ее баке плескалось около десяти литров бензина. Пустой вмещал сорок пять, максимум пятьдесят. Однако на колонке ей умудрились залить еще шестьдесят пять литров. Понятно, что женщина расстроилась и попросила решить вопрос. Но для местных жителей проезжающие туристы были основной статьей дохода. Они везли пачки денег, которыми должны были сорить направо и налево, а мелкое жульничество в виде обвеса или недолива не должны были замечать.
       Так происходит в туристической отрасли. Работающие в ней люди постепенно начинают привыкать к необоснованной щедрости клиентов и нередко принимают это как должное. Им становится невдомек, что люди целый год, а может, и больше копили на долгожданный отпуск. И, отправляясь в него, хотели чувствовать к себе уважение. А еще женщина оказалась профессиональным психологом, прекрасно разбирающимся в поведении людей. И те приемы, которые работники бензоколонки попытались применить для усмирения строптивого покупателя, показались ей особенно унизительными.
       В сердцах женщина пообещала наказать работников заправки. Через месяц она вернулась в Москву и ввела так называемый «Мелитопольский налог». Консультируя своих клиентов, она настраивала их на враждебное отношение к Украине, а так как среди них оказался высокопоставленный чиновник, произошло падение первой костяшки домино. Далее процесс развивался лавинообразно и в конце концов привел к вооруженному конфликту. 
       Было множество второстепенных событий и игроков, но самое первое — триггерное событие — произошло именно на заправке.
       — Не хочу показаться наивным, — заметил следователь, — но не разумнее ли было найти эту женщину и решить вопрос с ней?
       — Мы давно это сделали, — заметила Ольга. — Женщина успела забыть о произошедшем и с трудом вспомнила о «Мелитопольском налоге». Она искренне переживает, наблюдая ужасы и страдания, обрушившиеся на нашу страну, и раскаивается за свое поведение.
       — И? — спросил следователь.
       — Событие, — ответила профессор, — имеет две стороны и похоже на брошенный в воду камень. Круги от него расходятся в разные стороны и если встречают преграду, то огибают ее вокруг. Физически невозможно остановить волнение, но можно бросить новый камень так, чтобы создать противофазу предшествующему событию.
       — Я уже чешусь, — заметил следователь, — перебирая в голове варианты тех зверств, которые вы приготовили заправщику, но мне кажется, что даже его четвертование не восстановит дружбу между нашими странами.
       — Дружбу — нет, — согласилась Подоляк, — но войну — остановит. И никаких зверских убийств и наказаний. Мы просто объясним этому человеку или этим людям, что они натворили. Так сказать, введем наблюдателя в систему координат.
       Следователь отмахнулся от своих воспоминаний и решительно напечатал:
       «Пытались остановить боевые действия путем проведения флешмоба, объясненного как психологический эксперимент».
       Палец нерешительно потянулся к клавише с крестиком, и курсор побежал в обратную сторону, начисто стирая строку.
       «Дамочка — энергичная женщина, — подумал следователь, — в отличие от молодого человека, источающего меланхолию».
       Харьковский математик Олесь Бович похож именно на математика, доцента вуза в тонких очках, с растрепанными волосами, узким подбородком и тонкой шеей. Где-нибудь в Химках его непременно называли бы «задрот». Но Бович был гением, и следователь сразу это почувствовал.
       — Я строил математические модели рынков, — начал объяснения Олесь. — Чтобы принимать решения по продаже и покупке активов. Дело в том, что человеку сложно справиться с подобной задачей. Трейдер, каким бы опытным он ни был, остается эмоционально вовлеченным человеком. Следовательно, беспристрастное принятие решений невозможно. Машина же не справляется с обработкой огромного количества данных, потому что на рынке всегда присутствует белый шум — события, которые не оказывают влияния на рынок, но оказывают его на человека.
       — Как же вы справились? — поинтересовался следователь.
       — Я изменил принцип, — ответил математик. — Знаете, чем шахматы отличаются от игры в го? Го слишком сложна, в отличие от шахмат, ее невозможно просчитать из-за большого количества комбинаций. Но, несмотря на это, играть в нее проще, потому что вы можете выиграть, используя лишь единственный принцип — улучшения.
       — Как же это работает? — спросил следователь.
       — Да очень просто. Вы мысленно кладете камень на поле и оцениваете, насколько это улучшает ваше положение на доске. Постоянно совершенствуя свое тактическое положение, вы приходите к стратегической победе. Я применил такой принцип к торговле на рынке Форекс и добился неплохих результатов. После чего меня заметили в Киеве и привлекли к проекту стратегического планирования. Там я составлял модели развития, а позже познакомился с Ольгой Подоляк.
       — Почему же ваши прогнозы привели к войне? — удивился следователь.
       — Вы, как и все вокруг, — ответил Бович, — путаете причину и следствие. Но знаете, я не удивлен, потому что уже давно привык к этому.
       — Расскажите, — попросил следователь.
       Математик задумался.
       — Центр стратегического планирования создан при институте будущего Украины. Единственная задача этого объединения — прогнозирование последствий принятых решений. Основной принцип — упрощение условий и улучшение положения. При кажущейся простоте это очень сложная задача, так как в политике все запутано. Нам предстояло определить реально происходящие события и упростить их до формул и констант, способных войти в математическую модель.
       Несколько лет ранее я писал алгоритм поиска, даже не программу, для одной известной поисковой системы. Необходимо было усовершенствовать релевантность, то есть вычленять из массива данных информацию, которая соответствует запросу. По понятным причинам грубое сравнение текстов приводит к ошибкам. Комбинаторика слов требовала огромных вычислительных ресурсов, и тогда я подумал: «А почему бы не создать из поискового запроса примитив?» Да, перевести слова на такой упрощенный эсперанто, где фраза, предположим: «Стоит ли вступать в половую связь с незнакомкой, подвыпившей в баре?» — звучала бы как: «Опасен ли незащищенный секс?».
       Оказалось, что в большинстве поисковых запросов уже содержится ответ. А еще, что запросы являются как бы листьями на деревьях, где есть ветки и ствол, о которых говорить и спрашивать не принято. Более того, некоторые темы являются для нас табу, например, как религия, где мы можем задеть чувства верующих, задав банальный вопрос, как «является ли Бог мужчиной?».
       Упростив политику до примитивов и ставя простые вопросы, я стал неудобным сотрудником. Хотя моей заслуги здесь нет, потому что примитивы формировала программа. Но даже произношение многих из них сводило с ума.
       Для чего Украине нужна евроинтеграция? По официальной версии — чтобы вернуться в европейскую семью, частью которой ощущает себя каждый украинец. Однако машина решила, будто человеку свойственна лень, жадность и желание доминировать. Так как в кровь при этом вбрасываются гормоны, вызывающие блаженство, а в глубине души украинцы больше хотят походить на граждан Прибалтики или Польши. Стран-витрин европейского союза, существующих исключительно на дотации.
       Я сейчас не говорю, что это правда, и не утверждаю, что украинцы об этом знают, даже наоборот. Но любой политик, объявлявший о развороте Украины на запад, вызывал в крови своего электората выработку дофамина. Если упростить еще сильнее, то, когда на горизонте вы видите тенистое дерево, под которым собираетесь укрыться от солнца, в вашем организме происходит точно такая же химическая реакция. События разные, но реакция одна, понимаете?
       — Пока нет, — ответил следователь.
       — Ну как же, — воодушевился Бович, — это же значит, что, замеряя химию, мы можем маркировать события. Другими словами, события становятся не важны. Важен контекст, вызывающий те или иные химические изменения.
       Ну вот яркий тому пример: мы записали в конституцию, что стремимся стать членами НАТО. С точки зрения большинства украинцев, это приблизило нас к Европе, а с точки зрения улучшения этой цели — наоборот. Возникает логичный вопрос: а что важнее — двигаться в сторону достижения цели или создавать иллюзию движения в сторону ее достижения? Для человека вопрос странный, но не для машины. Потому что на создание иллюзии всегда требуется меньше ресурсов.
       Мои расчеты показали, что, улучшая перспективы вступления в ЕС, мы значительно сократим выработку дофамина у населения. Грубо говоря, тяжелая работа не способствует хорошему настроению, в отличие от хулиганских выходок.
       И тогда мы начали махать тряпкой перед мордой русского медведя, маскируя этим крохотный реальный шажок. Я сам делал расчеты, чтобы Украина не пересекла красную черту, добравшись до цели раньше, чем это вызовет реакцию со стороны восточного соседа. Хотя, конечно, и тогда, и сейчас я отдаю себе отчет, что часть расчетов, а возможно, и большая их часть, не доходила до руководства. Может так случиться, что их вообще никто там не читал.
       — Вы не ответили на мой вопрос, — заметил следователь.
       — Вооруженный конфликт не должен был произойти, — ответил Олесь. — Потому что в нем нет никакого смысла. Я сейчас полагаюсь на мнение экспертов, так как сам не силен в этом. Но на протяжении многих лет боевые действия прогнозировались широким кругом аналитиков. Есть разные оценки, но в одном они единодушны: России не достичь победы военным путем.
       Разумеется, российская армия мощнее и больше, что позволит нанести поражение ВСУ, но что может последовать за этим? Международное признание? Снятие санкций? Развитие экономики? Повышение качества жизни?
       — Позвольте, я вам кое-что объясню, — сказал следователь. — Вернее, расскажу. Притчу или историю, о которой наслышан.
       Речь пойдет о том, как подразделение российских войск попало в плен во время второй чеченской войны. Столкнулось с превосходящими силами противника в одном населенном пункте, как говорится, лоб в лоб. Если бы это была атака или разведка, то, безусловно, привела к огневому контакту с противником. Однако ни офицер, ни солдаты не оказались к этому готовы. Тогда командир, чтобы выиграть время, решил переговорить с противником. А пока он беседовал, подразделение плотно окружили. Начало боя в измененных условиях означало бы не просто поражение, а неминуемую гибель, и офицер, переступив через гордость, выпросил коридор для отхода личного состава взамен на сдачу оружия. Как только произошло последнее, он сам попал в плен, вместе со своими подчиненными.
       Для чего я это вам рассказал? Хоть вы и не любите шахматы, военная политика придерживается строгих правил этой игры. Вы расставляете фигуры, занимаете стратегическое положение, шаг за шагом ослабляете противника и, когда он остается без защиты, ставите мат.
       Расширение НАТО на восток — совершенно безобидное с точки зрения Украины явление. Ну подумаешь — в Черном море плавают военные корабли, будут строиться базы, под Харьковом появятся ракеты, которые за четыре минуты долетят до Москвы. На самом деле, никому же это не угрожает. Всегда можно пойти на маленькие уступки, как командир описанного мной выше подразделения. И погубить всех. Надеюсь, я понятно объяснил, почему вооруженная операция на Украине оправдана?
       — Знаете, — сказал математик, — я не решил одной очень важной проблемы. У популярного сейчас в России писателя есть такие строки: «Миром правит не тайная ложа, а явная лажа». До сих пор я не могу понять, насколько это утверждение верно.
       — А это важно? — удивился следователь.
       — Это очень важно, — заметил Бович. — Давайте я вам объясню, как строится математическая модель. Берется широкая историческая ретроспектива... Или даже нет, забудьте. Чтобы проще объяснить, возьмем теорию игр. Ведь известно, как ведет себя большинство игроков. Начиная новое сражение или игру, большинство из них укрепляют оборону, накапливают резервы и лишь после этого приступают к экспансии или атаке. — Бович развел руки, показав тонкие ладони. — Спорить с этим бессмысленно так же, как бессмысленно спорить с установленными историческими фактами. Любой правитель, император, президент, приходя к власти, начинает сохраняться. Уничтожает оппозицию, укрепляет вертикаль, запускает своих людей в законодательную и судебную власть, подкармливает силовиков. Игрок же просто нажимает на кнопку «Save». Потому что это естественно: не сделавшие этого вовремя геймеры не переходят на следующий уровень.
       Машинная логика выстраивается именно по этим лекалам. Имея в виду, что президентом может стать человек с высоким интеллектом, здоровым прагматизмом и аналитическим мышлением. Случай с журналистом Гонгадзе ярко это демонстрирует. Вы можете осуждать, однако для машины это рациональные и вполне логичные решение.
       После первичного сохранения наступает период накопления капитала. Возникают аффилированные компании, дети и жены становятся успешными предпринимателями, деньги страны пилятся и уплывают за рубеж. Это не обязательно должны быть материальные или денежные накопления, почет и титулы также могут выступать в качестве активов. На данном этапе все завесит от личности игрока и его амбиций, но рано или поздно на горизонте появляется следующий этап — финальное сохранение.
       Так как время игры ограничено, президенту необходимо подготовить своего преемника, который не накажет его за растрату казны и злоупотребление властью. Одним из вариантов финального сохранения может стать и пролонгирование властных полномочий. Однако игру невозможно продлевать бесконечно.
       Таким образом, машина считает поведение глобальных игроков предсказуемым и логичным. Но в две тысячи двадцатом году что-то пошло не так. Мои расчеты с началом пандемии стали бессмысленны, а действия руководителей стран — деструктивными. Например, вакцинация населения способствовала росту заболевания. Согласно открытым данным, смертность от модного в двадцатом году заболевания тем ниже, чем меньше с ним боролись.
       Тогда, ни с кем не посоветовавшись, я изменил алгоритмы расчетов и ввел в матрицу новый вектор, предположив, будто над всеми национальными государствами возникла некая могущественная структура, лишившая президентов субъектности.
       — Любопытно, — растянул следователь, — что же может лишить президентов суверенных стран субъектности? А тем более всех одновременно?
       — Давайте представим, — сказал Олесь, — одну из крупнейших стран мира, президент которой управляет ею многие годы. У него есть всё, то есть не просто всё, а абсолютно всё. Наверняка на черный день припрятаны несколько монет, но для человека, вкусившего власть, деньги перестают быть главным приоритетом. Оставить след в истории — вот его голубая мечта. И не просто так, а чтобы это было на уровне с заметной исторической фигурой. Однажды в его кабинет входить консультант по науке и говорит, что учеными был полностью расшифрован геном. А это значит, что через какие-то тридцать лет человечество получит в свое распоряжение бессмертие. В принципе, его механизм уже известен сегодня. Нужно всего лишь прекратить перетирание теломер — это концевые участки ДНК на концах хромосом. Но до того наука не знала, какой из генов ответственен за конструкцию. Осталось только отредактировать геном — технология, существующая уже сейчас, нужно только чуть-чуть её доработать. Какие-то два десятка лет — а уже через три лекарство от старения будет доступнее аспирина.
       У нашего воображаемого президента нет этого времени. Он уже не молод и может попросту не дождаться. Тогда советник по науке предлагает обратить внимание на своих зарубежных коллег. И оказывается, что большинство сильных мира сего ожидают генный эликсир бессмертия с минуты на минуту.
       По понятным причинам многих в этот клуб не зовут, ибо нефиг, да и цена вхождения невероятно высока, а именно — глобальное сокращение населения. В разы. Потому что спустя каких-то пятьдесят лет шило в мешке будет не утаить. Элита перестанет умирать, и рано или поздно правда о бессмертии станет известна широкому кругу лиц. Тогда каждый захочет жить вечно, что категорически невозможно для такой маленькой экосистемы, как Земля. Выход — геноцид населения путем пандемии, стерилизации и войны.
       Следователь расхохотался.
       — Вам бы фантастические романы писать, — сказал он, вытирая слезы. — Ну насмешили!
       — Позвольте, — возразил Олесь, — я привел вам точные медицинские факты. Конечно, я не знаю, какова причина безумия наших президентов, но она может быть и таковой.
       — А может не быть? — спросил следователь.
       — Может, — ответил Бович, — но тогда мы возвращаемся к исходному вопросу. А именно: почему наши президенты ведут себя иррационально? Ведь тогда получается, что решение на самом верху принимают недалекие, ограниченные люди.
       — Вы, Бович, напомнили моего внука, которому сейчас три года. Он любит мороженое, а дочь, или его мама, — ЗОЖница. Когда мне удается поиграть с ребенком, тот сразу же говорит: «Сегодня пойдем гулять и купим мне мороженое». Увидев на улице ларек со сладостями, внук бежит ко мне и кричит: «Деда, купи мороженое!». «Нет», — говорю я строго. Тогда внук обижается и бурчит: «Ну я же тебе обещал».
       Американские советники утверждали, что российская армия возьмет Киев через двое суток. Теперь украинская пропаганда вменяет нам это в вину. Они почему-то решили, что наши планы по проведению специальной операции разваливаются. Но я вам так скажу. Они просто не знают наших планов. Как и вы. Так что обсудим рациональность после завершения.
       Вы лучше мне объясните: как?.. Убеждение, раскаяние, внушение, или что вы там собираетесь делать, одного или нескольких человек, сможет остановить боевые действия? Вы только что говорили мне о рациональности, так покажите ее.
       Математик не просто притих, он потух. Ощутил бесполезность дальнейшего разговора, потому что вяло сказал:
       — Вам бы лучше расспросить об этом профессора Подоляк.
       — А я ее версию уже знаю, — сказал следователь. — Теперь хочу услышать от вас.
       — Я математик, а не физик, поэтому моя интерпретация может показаться шероховатой.
       — Ничего, — разрешил мужчина, — я потерплю.
       — Вам известна теория струн? Это физическая гипотеза о существовании одиннадцати измерений, таких как время и пространство. Сейчас есть около ста версий, из них — тридцать основных. Согласно некоторым, время и пространство являются абстрактными измерениями. Грубо говоря, их нет, потому что будущего еще нет, прошлого уже нет, и пока я говорю эти слова, настоящее стало прошлым. Перемещаясь в пространстве, мы не меняем вселенную, мы лишь изменяем угол зрения. В данное время суток европеец видит Солнце, американец — Луну, и мир кажется ему холодным и темным. Но что, если надеть на него виар-очки и транслировать то, что видел европеец год назад? Американец даже не сможет отличить иллюзию от реальности. И получается, что время и пространство не важны. Что же действительно важно? Наше отношение к происходящему. Важен наблюдатель, потому что именно он меняет мир вокруг.
       По просьбе нашего центра институт будущего проводил многочисленные опросы и тщательно фильтровал данные. Более того, у респондентов брались пробы крови. По ним отношение к нашему восточному соседу можно сформулировать двумя предложениями. Это нетрезвый дикарь, постоянно размахивающий дубиной и требующий уважения к себе лишь за силу и то обстоятельство, что родился на территории, богатой природными ресурсами. При упоминании России в крови опрашиваемого резко снижался уровень серотонина — гормона, ответственного за доминирование и спокойствие. Вам наверняка знакомо это чувство, когда вы выезжаете с заправки с полным баком бензина. Такое спокойное удовлетворение, мол, конфета лежит в кармане, и я в ближайшее время не буду голоден. Обратная реакция на недостаток серотонина — это когда лужайка у соседа более зелена и ухожена.
       Бович криво улыбнулся:
       — Простите за американизм. Пусть это будет обезличенная зависть к соседу или школьной подруге. Можно сколько угодно говорить, что это не так, раздувать щеки и бить себя кулаками в грудь, но анекдоты про «хохлов» кто-то придумал. И анализ крови это убедительно доказывает.
       А как вы думаете, почему одним достается все, а другим — ничего? Почему одни люди паразитируют за счет других, ведь в природе существует баланс, есть закон сохранения энергии и вещества?
       Ответ очень прост — за счет мультивселенных. В параллельных мирах происходят похожие события. Однако, чем дальше мы отходим в сторону, тем сильнее меняется реальность, потому что волны событий расходятся по мирам и затухают. Это очень похоже на резервную валюту, которую страна эмитент может печатать, не задумываясь о последствиях. Инфляцию поглотит третий мир, и именно в нем возникнет бедность и голод. Вот только ресурсы земли конечны, а мультивселенных — нет.
       Если верить физикам-теоретикам, пропагандирующим теорию струн, существует около десяти в пятисотой степени параллельных миров, а это чертовски много. Для сравнения: количество атомов в видимой вселенной — десять в восьмидесятой степени. То есть пространства достаточно, но самое приятное, что все реальности проходят через наблюдателя, и наблюдатель…
       Бович сделал паузу:
       — Один. Ольга, наверняка вам рассказывала, как масштабировала эксперимент Юнга. Ее исследования доказали, что введение в систему наблюдателя, преобразует все волновые процессы в линейные. Другими словами — невозможно быть наполовину беременным.
       Осталось дело за малым — убедить наблюдателя изменить точку зрения. Но на самом деле задача совсем не легкая. Вы не задумывались, почему люди никогда не меняют свое мнение? Даже у вас в России есть закоренелые коммунисты и либералы, придерживающиеся противоположных точек зрения. Как люди могут существовать в одной реальности и видеть, а главное, чувствовать совершенно разные вещи и явления?
       — Как? — заинтересовался следователь.
       — Представьте себе, что мы с вами встретились по дороге из Бухареста в Стамбул. В моем понимании реальность — Стамбул. В вашем мировоззрении всё — Бухарест. В точке нашей встречи произошло настоящее, и, если мы расскажем друг другу о городах, где были, возникнет будущее. Однако в моей реальности Бухарест будет похож на Стамбул, а у вас все наоборот.
       Реальность похожа на песочные часы, и все песчинки проходят сквозь крохотное отверстие под условным названием «настоящее». Там коммунисты и либералы бьются не на жизнь, а на смерть, после чего каждый отправляется в свое будущее из собственного прошлого. Их больше ничего не объединяет и не связывает. Каждый из них по-своему страдает и охает, — захихикал Бович, — так как вырабатывает серотонин на разные события.
       Они никогда не смогут поменять свои взгляды и будут винить во всех бедах противоположную сторону. Потому что каждая следующая точка времени будет тонким отверстием в песочных часах, и у нее будет новое прошлое и новое будущее. Через секунду ситуация изменится, настанет обновленное прошлое: если вы коммунист — коммунистическое, если либерал — либеральное. Но и это всего лишь ловушка разума. Потому что времени не существует. В реальности ничего не происходило и не будет происходить, так как мир состоит из единственного мгновения, в котором находятся все ваши воспоминания и мечты.
       Следователь нахмурился; казалось, он потерял терпение и вот-вот выругается.
       — Это и сложнее всего понять, — продолжил Олесь, — потому что наш разум всячески этому сопротивляется. Мы с вами на самом деле не разговариваем, это я сейчас переживаю единственное мгновение, вспоминая допрос, на котором описывал свою миссию следователю, чтобы встретиться с работниками заправки и убедить их раскаяться. Даже нет, не раскаяться, а просто понять, что их жадность привела к гибели людей.
       Возможно, это вы фантазируете сцену в прошлом, а описанные события еще не случились и находятся в далеком будущем. В принципе, это не важно. Важно триггерное событие, которое существует во всех реальностях и во всех временах. Это как волос, случайно попавший в песочные часы. Нужно его достать, чтобы вновь разделить потоки у либералов, у коммунистов, у зеленых и голубых.
       — То есть гибель людей повлияла на ход истории меньше, чем банальный недолив?
       — Вы играете в бильярд? — спросил Бович.
       — Ну допустим.
       — Вот я не играю и уверен, что вы дадите мне фору. Но если я поставлю вам одно условие, вы никогда не сможете меня победить.
       — Какое? — поинтересовался следователь.
       — Вы пропускаете первый удар. Формально это очень слабая фора, но для вас каждый удар будет первым, и в итоге вы даже не сможете приблизиться к столу…
       Математик на некоторое время замолчал. 
       — Удар кия по бильярдному шару происходит в пространстве и времени. Но это ничто по сравнению с правилом, которое не материально. Казалось бы, оно существует в виртуальном пространстве наблюдателя. Но и вся партия тоже.
       Представьте себе, что мы с вами вводим правило первого удара после того, как начали игру, — задним числом. К каким материальным последствиям это приведет? К аннулированию результатов. Получится, что вы нарушили правило и должны быть дисквалифицированы. Но где же на данный момент находится уже сыгранная часть нашей игры? Только в нашей памяти.
       Я надеюсь, что профессор Подоляк смогла вам разъяснить, как происходят неопределенные события. И то, что они реализуются одномоментно с нашим прошлым и будущим. К сожалению, я не такой хороший популяризатор, простите.
       Следователь кашлянул и неспешно стал заполнять казенный бланк протокола.
       Спустя сутки мужчина закрыл полевой ноутбук, не отправив и не сохранив файл с докладной запиской. В министерстве обороны не узнали об украинских ученых. Дальнейшая их судьба покрыта мраком.
       По одной версии, все трое задержанных были осуждены за подготовку террористического акта и отбывают наказание в исправительной колонии.
       По другой, или, если пользоваться терминологией профессора Подоляк, в другой параллельной реальности Олесь и Ольга были отпущены и даже сопровождены до заправочной станции в предместье Мелитополя. К сожалению, никого из работников им найти не удалось. Бензоколонка была закрыта и частично разрушена, персонал на работу не вышел.
       Еще в одной мультивселенной физик и математик оказались несколько удачливее. Им удалось встретиться и поговорить с инженером заправочной станции, работавшим на бензоколонке летом тринадцатого года. Пожилой, грузный мужчина, чем-то напоминавший Тараса Бульбу, сначала очень обрадовался, но позже долго не понимал, почему именно он, пострадавший от войны пенсионер, должен раскаяться за давно забытое мелкое правонарушение. Профессор Подоляк провела в разъяснениях и уговорах несколько дней. Продолжительное время спустя инженер сообщил профессору, что начал улавливать причинно-следственную связь.
       Однако, когда автомобиль с учеными скрылся из вида, мужчина пробубнил в усы:
       — Клятые москали.
       Подоляк и Бович решили, что ошиблись в своей теории. Потому что боевые действия в той реальности не прекратились и еще долго сопровождались гибелью людей и множественными разрушениями.
       Привело бы изменение мировоззрения одного человека к прекращению огня? Остановило бы это кровопролитие? Для меня осталось загадкой.
       Одно могу сказать уверенно и определенно: такая попытка почти наверняка должна была произойти.
       И она того стоила.
       
       Тольятти март 2022г.