Почему вы с семьей не уехали из России?

Мне очень часто задают этот вопрос. Ответ – потому, что здесь лежат все мои предки. Моего прадеда зовут Андрей и я помню, в какой деревне воронежской области он похоронен. Здесь лежит мой дед, который научил меня читать. И второй, что научил выговаривать букву “Р”. Бабушки, благодаря которым я понял, что значит “семейный очаг”. Здесь живут мои родители. Дети. Но, что еще важнее, – здесь я чувствую флюиды рек истории. Они омывают мои глаза каждое утро, когда я просыпаюсь – я напитан и начитан Беляевым, Булычевым, Стругацкими, Пушкиным, Булгаковым, Гоголем, Достоевским, Лермонтовым, Буниным, Тургеневым, Шолоховым, Довлатовым, Водолазкиным… и, надо признать, сотнями мировых писателей, которых я читал по-русски, а потому – считаю своими. Я родился в стране, которой нет, в СССР, которую разрушили на моих глазах, растоптали и унизили, разбили на куски, вооружили и перепрограммировали некоторые ее части, что еще вчера были единым целом, на войну со своим же народом, говорящем на том же языке…

Я помню дворцы пионеров, в которых мне было интересно и, благодаря которым я люблю науку. Я помню, что, будучи ребенком, можно было одному шарахаться по стройкам с друзьями до полуночи и родители знали, – ничего не случится, в крайнем случае, кто-то доведет детей до дома (так и было!). Помню почти полное отсутствие преступности, наркоты и идиотизма – в стране было больше инженеров, чем проповедников, что напрямую сказывалось на способностях делать что угодно: я помню полет “Бурана”, который приземлился сам… робот, машина, аналогов которой не было.

Если я уеду – я забуду все это. Я забуду питерский зефир и микояновскую колбасу, воронежские стейки и мурманскую рыбу, камчатских крабов и астраханскую икру. Забуду о том, как это – зайти в “Дом Книги” на Новом Арбате, потом сесть с книжечкой в кафе, попросить плед и читать всласть, пока не надоест. Забуду как красивы женщины в Москве, Питере, Киеве и Минске весной, и что женщины бывшего СССР – самые красивые во всех вселенных. Я не захочу пересмотреть с сыном “Тайну третьей планеты” – ее заменит Дисней. Я не захочу обсудить последнюю книгу Пелевина, ее заменит шоу с Трэвором Ноа. Я не захочу сесть за руль и тупо безо всякой причины сделать круг по Садовому Кольцу. Я не приеду в Суздальские бани и не нырну в ледяные ключи. Не задохнусь от восторга, стоя на набережной возле Нижегородского Кремля. Я не улыбнусь памятнику Штирлицу во Владивостоке. Не захочу потрогать казан в Казани. Не успею покормить комаров на “доброй воле” в Рязанской области. Не навещу лучшего охотника, рыболова и самого невероятного наставника в лесах Новгородской области. Не покатаюсь на коньках по Байкалу. Не пройду по лугам и лесам Алтайского края. Не нырну в прорубь на Красной Поляне. И еще много “не”, которые я считаю важными.

Я не уехал потому, что не хочу забывать кто я и кто был до меня.

Хочу помнить не только плохое, но и хорошее. И передавать это своим детям. Не просто так я детально описывал процессы, которые происходят в мозгу, про семьи, родовые ценности, вот это все… Чтобы стало понятно – я просто не хочу, чтобы все эти мои воспоминания, знания, ценности и ориентиры… растворились, как слезы в дожде.

Пусть я идеалист.

Но я дома.

И я не одинок.

Дом – не идеален. Нет идеальных стран.

Но для меня страна – как любимая женщина. Всем хочется, чтобы в семье всегда оба партнера выглядели идеально – у мужика кубический пресс, у нее попа как орех и идеально плоский живот. В начале отношений все у всех прекрасно. Но правда в том, что реальная любовь – не в этом. Истинная любовь в том, чтобы любить свою женщину даже тогда, когда она не выспалась и выглядит как потрепанная морковь. Любить, когда она вынашивает твоих детей, набирает 20 килограмм и чувствует себя неуверенно – любить, носить на руках и беречь, ведь если не ты, то кто? Любить, когда она перебрала текилы и блюет в сортире бара, а ты ей держишь волосы. Любить, когда ей хреново, больно или плохо и ты единственный, кто может молча держать ее за руку. Любить, когда ты знаешь, что она облажалась, она знает, что облажалась и от того, чтобы ковырять ей моск никому лучше не станет. И еще в тысяче ситуаций.

Нельзя любить женщину только тогда, когда на ней кружевное белье, улыбка и ни одного физического изъяна. Это что угодно, – влечение, страсть, – но не любовь.

Страна – она как женщина.

Она не идеальна.

Но она – моя. И я ее не брошу, когда ей хреново.

Я помню, как эта страна появилась. Через что она прошла. Какой она была 1000, 500, 300, 100, 30 лет назад и кто она сейчас. Я не питаю иллюзий насчет сложности сегодняшней геополитической ситуации. Именно понимая, как на самом деле все запутано, я писал все эти посты, начиная с этого.

Но я хочу помнить что было.

Хочу запомнить, как есть.

Сделать все, чтобы помочь все наладить и в будущем стало лучше.

Передать все детям.

И умереть, зная, что я максимальному количеству семей и родов постарался помочь стать сильными носителями родной культуры и родовых ценностей. На которых, в сухом остатке, и строится любая страна. Которой нет без людей и того, что они помнят.

Пока я жив, пустой страна не будет. Я не готов делать так, что именно на мне флаги наших отцов навсегда упадут на землю и их никто больше не поднимет. Я не верю в загробную жизнь. Но, если бы верил, – не смог бы смотреть в глаза всем тем, кто умирал когда-то, искренне веря, что мы их не подведем и продолжим пытаться строить лучший мир.

Пока не построили. Но я точно не устану пытаться.

Выбираю действовать. Каждый день делаю для этого хоть что-то.

А когда не станет меня, – мои дети продолжат.

В конце концов… это просто большой цикл.

Я его часть.

И я дома.

Источник: https://blog.cheresh.me/2022/10/14/togo-nottogo/