Опять о газе. Газовая резня: Катар выходит на тропу войны с Россией и США

Алексей Ильяшевич

Катар — крупнейший в мире экспортер сжиженного природного газа — терпит огромные убытки из-за падения спроса на энергоносители. Вскоре страна окажется перед тяжелым выбором: сократить объемы производства СПГ или пойти по стопам Саудовской Аравии, которая после развала сделки ОПЕК+ решила повоевать с конкурентами за рынки сбыта своей продукции. Если выбор падет на второй вариант, то цены на «голубое топливо» в Европе могут опуститься до отрицательных значений, пишет Bloomberg. Для «Газпрома», разумеется, это тоже не сулит ничего хорошего.

С 2019 года Катар не состоит в организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), поясняя это желанием сосредоточиться на добыче газа. До начала эпидемии коронавируса он вынашивал прямо-таки наполеоновские планы: если сегодня эмират способен производить 77 миллионов тонн СПГ, то к 2024 году намеревался дойти до 110 миллионов, а к 2027 году — до 126 миллионов.

По словам министра энергетики Катара Саада бен Шрида Аль-Кааби, необходимая ресурсная база для этого имеется. Источником огромных объемов «голубого топлива» станут новые участки массивного Северного месторождения в районе города Рас-Лаффан. «Исследования и испытания скважин также подтвердили возможность получения больших объемов газа из этого нового сектора», — утверждал Аль-Кааби.

По большому счету, его заявление уже можно было расценивать как объявление ценовой войны. «План Катара по увеличению мощностей СПГ на 64%, вероятно, усилит глобальный избыток топлива, — утверждал Bloomberg в ноябре прошлого года. — Страна стремится отбиться от соперничества со стороны конкурирующих производителей, таких как Австралия и США, которые увеличили производство и разрушили историческое доминирование государства Персидского залива на рынке».

Зимой конкуренция обострилась еще сильнее. Ввод в эксплуатацию новых СПГ-проектов происходил на фоне замедления роста спроса в Китае и аномально теплой погоды в Европе. К тому же, риск остановки украинского транзита заставил европейцев накопить рекордные запасы газа, которые им в итоге не пригодились. Цены на «голубое топливо» попали под пресс, в Европе и США газ торговался на самом низком сезонном уровне с 1999 года.

«Газовый рынок не может переварить избыток предложения и теплую погоду», — предупреждал в январе основатель газового хедж-фонда Statar Capital LLC в Нью-Йорке Рон Озер. Через несколько недель к этому «несварению» добавилась еще одна напасть — эпидемия коронавируса. Вслед за нефтью цены на «голубое топливо» полетели в пропасть. Это, впрочем, не помешало России и Катару включить в борьбу за передел газового рынка Европы. В марте они увеличили объемы поставок СПГ на этом направлении, пошатнув позиции американцев. «Эти два экспортера начинают вторгаться туда, где доминируют США, нынешний лидер рынка», — отмечало специализирующееся на сырьевых рынках информационное агентство S&P Global Platts.

У Катара, по сути, не было другого выбора. Что делать в условиях обвального падения спроса на энергоресурсы в Азии? Переключиться на Европу. Но коронавирус добрался и сюда. К тому же, на европейском рынке Катар уже не является главным законодателем мод в сфере СПГ — пальму первенства перехватили Соединенные Штаты, заметно усилился российской «Новатэк».

Но американский энергоэксперт Саймон Уоткинс утверждает, что в нынешнем кризисе Катар видит возможность вновь утвердить свое доминирующее положение в иерархии СПГ. Это подтверждает недавнее заявление Аль-Кааби, в котором заключается вся суть стратегии эмирата в газовой войне: «Если я бурю скважины и покупаю корабли, я не отступаю». Под покупкой кораблей, вероятно, подразумевается согласованная в конце апреля сделка Qatar Petroleum с дочерней компанией Китайской государственной судостроительной корпорации Hudong-Zhonghua Shipbuilding Group: Катар зарезервировал большие мощности по строительству танкеров в КНР до 2027 года. Это также подтверждает, что эпидемия коронавируса не заставила Доху корректировать планы по наращиванию добычи газа.

«Если вы посмотрите на то, что произошло в этом году, многие люди отложили проекты СПГ, и это дает нам, возможно, преимущество в долгосрочной перспективе», — предполагает Аль-Кааби. Размышления в стиле Сечина: мы выдержим, а конкуренты обанкротятся. Но хватит ли у Катара запаса прочности?

Очевидно, потребление газа и нефти восстановится до предкризисного уровня в лучшем случае через год (если вообще восстановится). В этих условиях вести ценовую войну означает нести большие убытки. Хотя потери будут в любом случае. Сокращение экспорта означает сокращение доходов государственного бюджета и риск того, что Австралия все-таки перехватит у Катара статус крупнейшего в мире поставщика СПГ. Если снизить цены для захвата новых рынков сбыта, то даже производители с низкими издержками могут уйти в минус.

Bloomberg прогнозирует, что в конечном итоге это может опустить цены на газ ниже нуля, как это произошло в прошлом месяце на нефтяном рынке США, когда потоки «черного золота» перегружали мощности в центре хранения Кушинга, штат Оклахома. «Если они (катарцы — прим. ред.) начнут завозить грузы в Европу, мы получим точно такие же цены, как и в Кушинге, то есть отрицательные», — утверждает Тьерри Брос, специалист по энергетике Дэвисского центра российских и евразийских исследований Гарвардского университета.

Примечательно, что Россию до эпидемии коронавируса уличали в использовании той же стратегии. В конце прошлого года S&P Global Platts со ссылкой на опрошенных трейдеров утверждало, что наша страна собирается «убить» цены на газ в Европе, чтобы потеснить конкурентов и захватить их рынки сбыта. Не потому ли даже на фоне позитивных сдвигов в переговорах с Украиной «Газпром» продолжал заполнять хранилища в Европе?

Один из экспертов даже предположил, что немалые объемы транзита, которые Россия оставила на украинском направлении, тоже являются частью хитрого плана Кремля. Чем больше топлива «Газпром» будет прокачивать в Европу, тем сильнее упадут цены. «В этом году будет настоящая резня. Цены будут убиты.

Я думаю, что в конечном итоге «Газпром» добьется успеха с 10−20-летним доминированием", — предполагал анонимный трейдер, которого цитировало агентство S&P Global Platts. Но в декабре еще никто не представлял масштабы надвигающейся катастрофы. Убивать «цены» сегодня не имеет смысла — с этой задачей отлично справилась эпидемия коронавируса.

По факту война между странами-экспортерами газа уже идет. Все они терпят убытки, но никто не желает оказаться «слабым звеном», сократить добычу и отдать свою долю рынка конкурентам. К тому же, у производителей газа нет своего картеля, подобного ОПЕК. Элементарно нет площадки, на которой можно было бы договориться о скоординированных действиях для стабилизации ситуации, как это сделали в прошлом месяце экспортеры нефти. Возможно, эпидемия коронавируса будет стимулировать создание такой площадки, но пока что на повестке дня этот вопрос не стоит.

Потенциально самые большие проблемы должны возникнуть у США. «Отрицательные цены на газ были бы особенно вредны для американских операторов, которые только недавно начали добычу и все еще обременены большими расходами. Минусовые цены могут также привести к задержкам в реализации любых проектов по сжижению газа, которые еще не обеспечены финансированием», — отмечает Bloomberg.

Очевидно, в споре с Америкой Катар может рассчитывать на успех (европейские компании уже отказываются принимать американский СПГ, законтрактованный на июнь). А вот потеснить Россию вряд ли удастся. Как ни крути, прокачивать газ по трубам дешевле, чем сжижать его и поставлять танкерами. У «Новатэка» тоже есть серьезное конкурентное преимущество — короткое транспортное плечо, по которому он доставляет свою продукцию в Европу.

Эмиру Катара Тамиму бин Хамаду Аль Тани нужно хорошенько подумать, стоит ли форсировать события. К чему это может привести, наглядно видно на примере соседней Саудовской Аравии.