Курс «Сильный Путин»: экономика России сегодня и 20 лет назад

Круглые даты часто используются для подведения каких-нибудь итогов. Сталин, как известно, принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой. Учитывая популярность темы «Россия при Путине», самое время оценить динамику и результат жизни страны за прошедшие два десятка лет. 

Самое простое — сравнить размер ВВП, как наиболее удобного интегрального показателя. На закате СССР в 1992 году он, по паритету покупательной способности, составлял 11,48 тыс. долл. США на человека при общем размере экономики в 290,23 млрд долларов.

Отойдя от шока «благословенных» 90-х, в 2000 году российская экономика почти вернулась к исходному советскому уровню, добравшись до 11,17 тыс. долл. на человека или 278 млрд долл ВВП в целом. И пошла расти дальше, несмотря на все пертурбации и прочие сложности. Если считать в валюте, то ВВП РФ вырос (по итогам 2018, так как точных данных за 2019 еще нет) в 5,86 раза (1,6 трлн долл).

Впрочем, сегодня ВВП как критерий часто критикуют и, надо признать, не без оснований. Например, из-за влияния курса доллара, благодаря которому разница в бумажках ФРС США оказывается сильно меньше, чем она же, но в российских рублях (7,3 трлн рублей в 2000м и 103,62 трлн — в 2018 году).

Да и паритет покупательной способности тоже штука спорная. По нему, при почти неизменной численности населения и очевидном росте экономического размера государства, ВВП по ППС на душу населения изменился всего в 2,5 раза, хотя в номинале разница больше — почти в 7 раз. 

Потому, наверное, будет вернее забраться в детали и посмотреть, как изменилась структура российской экономики в целом. Тем более, что сегодня продолжает сохранять определенную популярность мысль, что мы по сей день живем на промышленном наследии СССР, так сказать, доедая последнего советского ежа. После чего точно все окончательно развалится. Особенно часто такая позиция звучит в адрес сырьевого сектора, в первую очередь нефтянки. Вот с нее и начнем.

Принято считать, что Россия традиционно сидит на нефтегазовой игле. В действительности это неверно. На рубеже 2000 года нефтегазовые доходы составляли всего 18% федерального бюджета страны. Лишь к концу 2011 года их долю удалось довести до 54%. А все потому, что в «славные» ельцинские времена крупный частный бизнес налогов практически не платил.

Формально в РФ на рубеже веков добывалось чуть более 300 млн тонн нефти и газового конденсата. При этом сюда явно не входят объемы компании «ЮКОС», придумавшей шикарную схему торговли «скваженной жидкостью», позволившей укрыть от налогов 350 млн тонн нефти с 1998 по 2003 год. Что соответствует практически 20% национальной нефтедобычи страны.

Так что преследование Ходорковского имело не личностный, а самый что ни на есть экономический характер. И вообще наведение порядка в отрасли дало не только рост собственно прямых объемов добычи черного золота в 1,82 раза за 18 лет, но и повысило глубину переработки сырья с 72,1 до 82,1%.

Это к вопросу гипотетического отсутствия вложений в расширение и модернизацию промышленных мощностей, а также примитивности торговли углеводородами как таковыми. Россия в большинстве своем экспортирует не нефть, а продукты ее переработки, что уже относится к категории промышленных товаров, а не просто сырья. 

Но важнее тут другое. За двадцать лет удалось наладить два параллельных процесса. Во-первых, расширить объемы производства в отрасли в целом. Уровень добычи СССР был достигнут примерно к 2012−2013 годам и дальше уже превзойден. Чему не смогли помешать даже «крымские» санкции.

Во-вторых, государство сумело сократить долю первичных полезных ископаемых в совокупном ВВП с 44,5% в 2000 году до 18,7% в 2012. Нет, конечно, если брать, к примеру, все, что делается из нефти, включая мазут, высококачественный бензин, смазочные масла и прочие сложные продукты, то общая доля подобного «просто сырья» по прежнему остается на уровне 45−49%. Однако остается непонятным, куда глубже можно переработать, например, авиационный керосин или 98-й бензин.

Впрочем, и это тоже еще не все. К примеру, из 15,182 трлн рублей доходной части федерального бюджета РФ за 2018 год 2,5 трлн составили налоговые поступления одной «Роснефти», еще 1,8 трлн принес «Газпром», 1,03 трлн — дал «ЛУКОЙЛ», а первая пятерка крупнейших нефтегазовых компаний страны вместе дала 5,83 трлн рублей или 38,8% доходов национального бюджета. Тогда как два десятка лет назад вся отрасль обеспечивала лишь четверть в процентах и в пять раз меньше в абсолютных цифрах.

Тут самое время вспомнить популярный мем — они все равно платят мало! Правда, при этом критики учитывают лишь прямые налоги, без ренты и всего прочего обязательного к уплате. Тогда как, если их считать, одни лишь нефтегазовые компании принесли в бюджет 10,5 трлн рублей или 2/3 всех собранных денег.

Более того, по данным ФНС на 1 января 2019 года, добыча нефти и газа обеспечивает 97% всех поступлений от НДПИ (то есть той самой сырьевой ренты за эксплуатацию общенародного достояния) — 5,96 трлн из 6,127 трлн всего НДПИ и 15% доходов по налогу на прибыль (600 млрд из 4 трлн рублей в целом по экономике страны).

Если же оценивать всю сырьевую составляющую, то в доход государству уходит 52,5% итоговой выручки. При себестоимости добычи на уровне от 22 до 30% получается, что на все, включая не только прибыль в карман мироедов олигархов, но также на модернизацию и расширение основных средств, геологоразведку и инвестиции в новые направления, сырьевая отрасль оставляет себе всего 17,5% совокупной выручки. Для справки, в конце ельцинской эпохи эта цифра превышала 60%.

  Можно ли такой результат именовать нефтяной иглой? Вполне. Но стоит ли его стыдиться — вопрос по меньшей мере странный. Все сильнейшие страны мира ищут любые способы, чтобы на той же игле оказаться. США уже объявляют санкции против собственных союзников в Европе, лишь бы только не пустить туда российский газ в пользу расширения продаж собственного.

И вообще, помимо денег, Россия за два прошедших десятилетия активно строилась. В результате индекс промышленного производства поднялся с 72 до 120% по стране в целом, а в ряде отраслей, например в пищевой промышленности, он удвоился. Особенно в отраслях, являющихся промышленным фундаментом.

Например в металлургии, теоретически формирующей всего 5% национального ВВП, но при этом обеспечивающей жизнедеятельность промышленности, строительства и топливно-энергетического комплекса, в сумме дающих уже 58% ВВП РФ.

Про импортозамещение даже говорить не стоит. Нам удалось решить задачу, с которой не сумел справиться даже СССР — обеспечить продовольственную независимость и занять лидирующие позиции по ключевым направлениям сельскохозяйственного экспорта, в частности, по зерну. Правда, тут нам сильно помогли западные санкции — надо сказать им за это спасибо.

Как все это отразилось на населении? Неоднозначно. Под занавес СССР на одного человека приходилось 13,4 кв метров общей площади жилья, сейчас эта цифра составляет 24,4 метра.

На пике, в 1987 году, во всем СССР было введено в строй 74 млн кв. метров жилья. К 2000 году эта цифра упала до 32 млн. А уже в 2014 одна только Россия ввела в строй 86 млн. общей площади жилья. То есть нам, России, удалось превзойти уровень всего Советского Союза.

В 1995 году на тысячу человек в РФ имелось 92,3 легковых автомобиля. В 2016 их было уже 293,8. В ряде регионов их и того больше. В С. Петербурге — 319, в Москве — 307, в Самаре — 334. Прирост в разы — очевиден.

По мобильным телефонам и бытовой технике сравнивать затруднительно. В СССР смартфоны отсутствовали как класс, однако надо отметить, что в 2018 году общее количество проданных в России мобильных телефоном (смартфонов) составило 41 млн штук. При общей численности населения страны в 148 млн.

Безусловно, существуют и свои сложности. Сильно, в разы, вырос уровень закредитованности населения. Правда, тут не совсем понятно, это плохо или хорошо. В нулевых банки массово кредитов не выдавали по банальной причине — низких доходов населения в целом. Раз пошли кредиты, значит появилось, под что их выдавать.

Обострилась проблема пенсионного обеспечения. С одной стороны, пенсии постоянно индексируют и их нижнюю планку уже довели до прожиточного минимума, чего в нулевых не существовало в принципе, но в то же время накопительная часть заморожена, а пенсионный возраст повышается.

Словом, текущих рабочих вопросов хватает. Как реальных, так и откровенно тенденциозных, например, таких, как размер реального дохода населения. По словам критиков он у нас постоянно падает, но при этом объем выручки сферы продаж из года в год продолжает уверенно расти.

Доля населения с доходами ниже прожиточного минимума в 1992 году составляла 33,5%, в 2000 году — 29%, а в 2017 они опустилась до 13,2%. При этом профессиональные защитники обездоленных из года в год повторяют мантры о неуклонном росте нищеты в России.

Однако в целом за два десятка лет приходится признать значительный прогресс как минимум в экономической сфере. Неудивительно, что он послужил серьезным толчком и в политических переменах как внутри страны, так и на международной арене. Но об этом мы поговорим отдельно.