Комсомольский отряд в боях на Хасане

Вспомним всех поимённо (героям хасанских событий посвящается)

“Бурьян в человеческий рост, глина и булыжник, едва не засыпавший обелиск. Убогость и запустение. С трудом читается надпись: “Героям Хасана”. Вокруг – признаки активных строительных работ. Ещё немного – и груда земли обрушится на могилы советских воинов. И это в год, когда отмечается 70-летие Хасанских событий”, - пишет Любовь Берганская в газете “Владивосток” за 14. 03. 2008 год.

“На кладбищах Владивостока покоятся 49 военнослужащих и добровольцев, принимавших участие в боях на озере Хасан и умерших от ран в 1938 г. Их фамилии известны, но где находятся могилы большинства – загадка”(газета “Золотой Рог” № 31 от 31 июля 2008 года, стр. 3-4).

Эти две газетные статьи заставили меня, ученика 10 класса, вздрогнуть по двум причинам: почему я так мало знаю о Хасане, событиях, произошедших в 1938 году?

Почему допустили, и кто допустил до того, что памятник, поставленный героям, зарос бурьяном?

Мне кажется, в этом есть и наша вина, вина учеников, которые мало интересуются прошлым, значит, где-то обрывается нить, связывающая поколения. Хасанские события меня увлекли.

Я пересмотрел материал на эту тему в Интернете, отыскал литературу в библиотеке, больше всего её оказалось в музее пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю, где нашёл не только литературу, но нашему классу дали возможность прикоснуться к архивным документам, к рукописям, либо собственноручно написанным самими участниками Хасанских событий, либо записанных с их слов: Иван Мошляк (“У озера Хасан”) пишет сам, о младшем командире Иване Чернопятко пишет Г. Корский; о лейтенанте Терёшкине - пограничник В. Колыбельников, об одиннадцати пограничниках, первыми принявшими бой, подготовил материал участник Великой Отечественной войны И. Касияненко.

Цель статьи: восстановить в памяти события, произошедшие на Приморской земле у озера Хасан 70 лет назад. Рассказать о героических подвигах участников Хасанских событий. Не дать кануть в забвение памяти о героях.

У нас собран большой материал о героях-хасанцах.

Я остановлюсь на подвигах пяти пограничников, первыми получившими звание Героя Советского Союза, и Ивана Никоновича Мошляка, водрузившем знамя на сопке Заозёрной.

                                    ⭐  ⭐  ⭐

                      Вспомним всех поимённо

Этот августовский день 1938 года был ненастным. Ливень обрушился на Владивосток. И все, кто шёл в похоронной процессии от Дома офицеров флота до нового эгершельдовского кладбища, вымокли до нитки. Но никакие погодные условия не могли нарушить скорбный ритуал: ведь Владивосток хоронил красноармейцев, погибших в боях у озера Хасан.

Хасан – озеро, находящееся в самой южной части Приморья, примерно в ста тридцати километрах юго-западнее Владивостока, стало известно в 1938 году всему миру. Именно здесь, между озером Хасан и рекой Тумень-Ула, находятся сопка Заозёрная и Безымянная, которые стали причиной вооружённого конфликта между СССР и Японией.

В июле-августе 1938 года подразделения Посьетского пограничного отряда, части и соединения 1-й Приморской армии Дальневосточного фронта отразили агрессивное нападение японских сил и защитили нашу землю, преподав захватчикам небывалый урок. Неувядаемой славой в этих боях покрыли себя сотни бойцов и командиров, проявив образцы мужества, самоотверженности и воинской доблести. Со взрослыми рядом находились и дети.

Озеро Хасан, сопки Заозёрная и Безымянная, имена героических защитников Алексея Махалина, Петра Терёшкина, Дорофея Левченко и многих других в считанные дни стали известны по всей стране. Двадцати шести воинам - хасанцам было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

На их подвигах воспитано не одно поколение воинов-дальневосточников.

Двадцать пять пограничников погибли у озера Хасан в июле-августе 1938 года.

Около трёх тысяч бойцов было ранено. Пароход “Ильич” переоборудовали под плавучий госпиталь. На нём перевозили раненых во Владивосток, где размещали их в госпитале Тихоокеанского Флота. Через госпиталь прошло 40% всех тяжелораненых, при этом носилочные раненые составили 85% госпитализированных. Возвращено в строй 97,2% военнослужащих. Всего в госпиталь в период боёв у озера Хасан в августе 1938 года поступило две тысячи восемьсот пять раненых.

8 августа 1978 года в честь памятных событий была открыта мемориальная доска на травматологическом отделении госпиталя. Раненые также размещались в школах № 13 и 75.

Всего погибло, включая умерших от ран после окончания боевых действий, три тысячи двести семьдесят девять человек (статистика по книге “Гриф секретности снят” к 65-й годовщине Хасанских событий).

---

На великой Родине, на Руси великой

Сколько было горечи, трудно перечесть,

И друзей, и недругов видимо-невидимо

Но одна особенность у России есть:

Сопка Заозёрная, сопка Безымянная –

Под свинцом и грохотом яростных атак

Не роняли чести мы, не роняли знамени,

В край наш заповедный не пробился враг.

(В. Рой)

---

 

Их было одиннадцать (Подвиг Алексея Ефимовича Махалина)

Озеро Хасан тёплое, тихое, в жёлто-зелёном одеянии густых зарослей камыша и кустарника, с белыми кувшинками и алыми лотосами на сонной зеркальной глади воды, редко тревожимой даже всплесками вёсел, раскинулось оно привольно и просторно восточнее сопок Безымянной и Заозёрной.

С июня 1938 года, когда стало ясно, что японцы замышляют какую-то провокацию в этом районе, советские пограничные посты усилили наблюдение. Было увеличено, хотя и незначительно, количество пограничных нарядов. Одиннадцать человек охраняли сопку Безымянную, а на сопке Заозёрной находилась группа пограничников численностью до роты. Группу пограничников на сопке Безымянная возглавлял помощник начальника заставы “Подгорная” лейтенант Алексей Махалин. В три часа дня 29 июля сквозь рассеивающийся туман пограничники увидели, что прямо на сопку, с которой они вели наблюдение, движется отряд японцев численностью до роты. Рота до зубов вооружённых самураев против одиннадцати пограничников, имевших на вооружении девять винтовок, два ручных пулемёта да ручные гранаты.

- Не стрелять! Без команды не стрелять! – приказал лейтенант Махалин и снял трубку полевого телефона, чтобы доложить о создавшейся обстановке на заставе.

Японцы шли открыто, не таясь. Пограничники, сжав зубы, ждали команды. Ждать больше не имело смысла, так как по сопкам ударил японский крупнокалиберный пулемёт.

- Японцы численностью до роты идут в атаку двумя группами. Будем стоять насмерть. Отомстите за нас! - повторно доложил на Заозёрную Махалин.

Боеприпасы кончались. Первым был убит пулемётчик Емцев. Зарядив последний оставшийся диск, Махалин сам лёг за пулемёт.

С фронта донёсся яростный крик: “Банзай!” - и густая толпа японцев лавиной устремились на окопы.

- За Родину, вперёд!

С этим возгласом повёл бойцов в атаку Махалин. Пули, высекая искры из камней, поднимали белые фонтанчики у их ног. Махалин сделал шаг, другой и вдруг почувствовал резкий удар. Острая режущая боль пронзила грудь. Он упал и уже не поднялся. Перед смертью он успел сказать своим боевым товарищам, чтобы они бились до конца.

Лейтенанту Алексею Махалину первому из пограничников в Советском Союзе было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, сопка Безымянная была названа его именем, застава “Пекшекори” носит имя героя. Имя героя увековечено в названии корабля, железнодорожной станции в Приморье. Во Владивостоке есть улица Алексея Махалина.

Подвиг Махалина увековечен в картине М. Мальцева “Подвиг Махалина”.

---

БАЛЛАДА О МАХАЛИНЦАХ.

Над тяжёлой моросью туманной

Хмурый полдень тучею навис,

А наряд на сопке Безымянной

Напряженно всматривался вниз.

Шли японцы огненной подковой,

Чтоб её концы смертельно сжать.

Высоту махалинцы готовы

До последней пули защищать.

Эхо боя в сопках грохотало,

Серебрились травы сединой.

Только цепь орудий замолчала –

Перешли к атаке штыковой.

Дрогнул враг под натиском, а парни

До конца остались на посту,

Умирали, падая на камни,

Закрывая грудью высоту.

И хотя от взрывов не остыла,

Перед этим мужеством в бою

Высота признательно склонила

Голову зелёную свою.

Вновь туман над сопками клубится,

Снова травы летние шумят.

Навсегда запомнила граница

Боевых защитников отряд.

(Ковалёва С. В. )

---

                                   🌟  🌟  🌟

          Младший командир Иван Чернопятко

Глубокой ночью пять вооружённых бойцов-пограничников осторожно выбрались из окопа, пригибаясь к земле, двинулись вперед к темневшей на горизонте сопке. Густой туман поднимался над озером, белесыми волнами расплывался по долине. Порой где-то в стороне раздавались сухие винтовочные выстрелы и дробь пулемётных очередей. Пограничники медленно и осторожно продвигались вперёд, готовые каждую минуту во всеоружии встретить врага, дерзнувшего нарушить советскую границу.

Только вчера банда японских солдат во главе с офицерами напала на пограничный наряд. Этот налёт дорого стоил зарвавшимся японцам. Одиннадцать славных пограничников до последнего бились против наседавших японцев. Каждому красному бойцу противостоял десяток охмелевших японцев. Герои-пограничники удержали свои рубежи до подхода подкрепления.

30 июля на границе было сравнительно тихо, но японцы явно что-то замышляли, снова готовили разбойничий налёт.

Командир части послал Ивана Чернопятко с четырьмя бойцами в ночную разведку.

- Разведать обратный скат высоты Заозёрной, - приказал командир, отпуская бойцов.

И вот молодые пограничники (старшему из них Ивану Чернопятко всего двадцать четыре года) под покровом тумана и ночи отправились в обход своего участка.

Пока всё было спокойно. Вдруг откуда-то слева донёсся тихий, едва уловимый шорох. Сомнений никаких не было. “Японцы”, - пронеслось в голове командира разведки.

- Кто идёт?! – раздался оклик Чернопятко. Японцы притихли, но продолжали двигаться. Они уже находились совсем близко – в семи-восьми метрах от пограничников.

- Огонь! – скомандовал Иван Чернопятко, и почти в тот же миг багровое пламя взорвавшихся гранат осветило мрак ночи. Одна за другой рвались гранаты.

Японцы оторопели от неожиданности, а потом, увидев, что их атаковала дерзкая пятёрка советских пограничников, перешли в атаку, начали окружать их со всех сторон.

Кольцо врага сжималось всё тесней и тесней. Вот-вот замкнётся круг. Силы были неравные. Японцы заходили с тыла.

Во мраке невозможно было определить численность врага. Чернопятко отважился на необычайную дерзость: он решил атаковать врага, посеять панику в его рядах. Пятеро смельчаков пошли наперерез противнику. Стоны раненых показывали, что гранаты пограничников попадали в цель. Японцы открыли беспорядочную стрельбу по неуловимым пограничникам. А тем временем Иван Чернопятко отходил к своим частям, вступившим в бой с японцами, которые пытались ночью застать врасплох советских пограничников. В пылу боя Чернопятко не заметил, как остался один. Возле его окопа беспрестанно рвались гранаты. Банда налётчиков начала окружать мужественного бойца. Покинув окоп, смелый пограничник начал отходить к своим, обстреливая врага. Но с тыла двигался новый отряд японцев. Чернопятко успел заметить, где группируются подкрепления японцев. Пробравшись сквозь ряды врагов в свою часть, он доложил обо всём командиру. Сведения, полученные пограничником, позволили выяснить планы налётчиков. Решительным ударом пограничники смяли японцев.

В ночном бою с 30 на 31 июля Иван Чернопятко проявил воинскую доблесть. Своей отвагой он обеспечил победу пограничникам. Одним из первых он был представлен к высшей правительственной награде. В наградном листе, составленном командованием на бойцов и командиров, проявивших особое мужество и героизм при защите Родины в боях у озера Хасан, перед графой младшего командира взвода Ивана Давидовича Чернопятко было написано:

“Один из героических участников боёв за высоту Заозёрную. Неоднократно ходил с группой бойцов в боевую разведку. Уничтожил разведывательные группы японцев. Вывел из окружения десятки раненых бойцов”.

В 1941 году Иван Давидович Чернопятко закончил Военную академию имени М. Ф. Фрунзе, до 1947 года работал в главном управлении погранвойск СССР. Осенью 1947 участвовал как свидетель обвинения в работе Международного военного трибунала в Токио.

Майор Иван Давидович Чернопятко трагически погиб 11 декабря 1947 года во время авиакатастрофы вместе с Героем Советского Союза Гильфаном Абубекеровичем Батыршиным.

Художник Соловьёв М. М. запечатлел героический подвиг Чернопятко в бою на высоте Заозёрной.

---

 Друзья

Посвящается Ивану Давидовичу Чернопятко и Гильфану Абубекеровичу Батаршину.

 

Трудом шахтёрским и любовью,

Границе отданной сполна,

Войной жестокой, потом, болью

Была их дружба скреплена.

Пройдя сквозь смерть, людское горе,

Друзья не ведали о том,

Что мирный рейс над спящим морем

Последним станет рубежом.

За стон земли, за кровь Хасана,

За скорбь в глазах солдатских вдов,

В чужой земле, за океаном

Шёл суд, бесстрастен и суров.

Взметнулась память, обжигая,

Из глубины горящих лет,

Прошла допроса нить сухая

Сквозь боль утрат, сквозь горечь бед.

Закончен суд, подобный бою,

Во имя павших и живых,

И вот желанный мир покоя

Коснулся каждого из них.

(Ковалёва С. В. )

---

                                    🌟  🌟  🌟

                          Лейтенант Терёшкин

Он лежит на чистой, госпитальной кровати, окружённый заботой и вниманием, уже выздоравливающий от ран, весело улыбающийся. Вот пришли с подарками жёны командиров и колхозники. Тишину молчаливых палат нарушают радостные голоса приветствий и поздравлений.

- Где лейтенант Терёшкин? – спрашивает пожилая колхозница, пришедшая в палату с большим свёртком подарков, перевязанных шелковой лентой.

- Родимый мой, так вот какой ты, сокол! – восклицает она, подходя к прославленному герою Заозёрных боёв.

Словно родного сына, она обнимает его, передаёт подарки.

По городам, селам и стойбищам Дальнего Востока прокатилась слава о герое-богатыре, бесстрашном воине-лейтенанте Петре Терёшкине. Это он с небольшой группой пограничников своей заставы принял первый удар японских налётчиков на гребне высоты Заозёрной в ночь на 31 июля. Застава была готова к встрече “непрошенных гостей”. В ту ночь наглые бандиты испытали на себе силу и мужество наших доблестных пограничников, мощь советского оружия.

Горстка пограничников и полчище японских солдат - таково было соотношение сил этого первого сражения.

- Японцы зашли с тыла, - сообщили Терёшкину.

- Передайте своим, чтобы они отошли сюда ближе, - отдал приказание Терёшкин и приготовился к взрыву фугаса, который был заложен как раз в том месте, к которому приближались японцы. Их было свыше пятидесяти человек.

- Принимайте гостинцы, гады! – крикнул Терёшкин и включил ток. В небо взлетели черный столб земли, горная порода, разорванные в клочья тела японцев.

Дважды раненный, храбрый начальник заставы не уходил с поле боя. Из левого рукава гимнастёрки сочилась кровь. Пальцы отказывались служить. Ключица левой руки была перебита.

- Товарищ лейтенант, вы ранены, - увидев кровь, сказал боец Шмаков, находившийся у пулемёта Терёшкина.

- Я буду стрелять другой рукой, живее продёргивайте ленту!

Только после восьмого ранения отважный лейтенант согласился покинуть поле боя. Сообщив об этом лейтенанту Христолюбову, Терёшкин пополз в лощину. Преодолевая тяжёлую боль, он спускался к озеру Хасан. Изнемогая от слабости, Терёшкин упал. К нему подбежали командир Батаршин и комсорг Спесивцев. Они перевязали ему раны, понесли его под пулями врага. Пройдя три с половиной километра, они встретили танк, на котором доставили его на перевязочный пункт.

В 1941 году Пётр Фёдорович Терёшкин окончил Военную академию имени М.Ф. Фрунзе, в 1941-1943 годах – офицер штаба партизанской бригады полковника Гришина. Осенью 1947 года был свидетелем обвинения в Международном военном трибунале в Токио по делу главных японских военных преступников. В послевоенные годы и до ухода в отставку полковник Пётр Фёдорович Терёшкин работал в Главном управлении погранвойск СССР.

                                    🌟  🌟  🌟

Подвиг Гильфана Абубекеровича Батаршина

Мужество и бесстрашие проявил в боях за высоты Безымянная и Заозёрная 29-31 июля 1938 года командир отделения Посьетского пограничного отряда Гильфан Абубекерович Батаршин. Его отделение отразило несколько яростных ночных атак противника, нанеся ему серьёзный урон. Организовывал выведение из окружения нескольких десятков раненых пограничников. Лично сам Гильфан Батаршин вынес из-под огня раненого офицера и переплыл с ним через озеро Хасан. После этого он эвакуировал через озеро ещё восемь тяжелораненых бойцов. Сам, получив ранение и контузию, остался в строю, показывая пример в выполнении долга перед Родиной.

Перед Великой Отечественной войной учился в Военной академии имени М.Ф. Фрунзе. В годы Великой Отечественной войны командовал батальоном в одном из полков войск НКВД. В 1946-1947 годах – старший помощник начальника отделения Главного управления пограничных войск СССР.

Осенью 1947 года участвовал как свидетель обвинения в работе Международного военного трибунала в Токио.

Гильфан Абубекерович Батаршин погиб в авиационной катастрофе 11 декабря 1947 года при возвращении из Токио вместе с Чернопятко.

“Гильфан Батаршин” – так называется один из рыболовных траулеров. На его родине, в Кировске, его именем названа улица.

                                         🌟  🌟  🌟

Подвиг Василия Михайловича Виневитина

Во время экскурсии по Хасанским местам в село Краскино мы проезжали через посёлок Виневитино, названный так в честь Героя Советского Союза, участника Хасанских событий.

Звания Героя Советского Союза посмертно был удостоен начальник инженерный службы Посьетского погранотряда Василий Михайлович Виневитин. В боях у озера Хасан он активно руководил инженерными работами пограничников и армейских подразделений. Фугасные поля, заложенные им, причинили неприятелю огромный урон. Они вошли в историю погранвойск под названием “сюрпризы Виневитина”. Получив ранение в голову, он остался в строю и водил бойцов в контратаки. Не долечившись, добровольно возвратился из госпиталя на фронт. Погиб в бою 1 августа 1938 года.

Имя Виневитина присвоено железнодорожной станции в Приморье и рыболовному судну. В городе Бобров имеется улица Виневитина, школа носит его имя.

---

Лейтенант Виневитинов

Был подтянут он, русоволос,

С добротой и смекалкой во взгляде.

Безотказно, талантливо нёс

Инженерную службу в отряде.

Затаились, зарывшись в земле,

Наводящие ужас фугасы

И тревожно застыли во мгле,

Как судьба, в ожидании часа.

И “сюрпризы” нещадно рвались

Вместе с пламенем камни взметая,

От земли поднимая их ввысь,

И бежали назад самураи.

Он упал, когда в вихре тревог

Было поднято Красное Знамя,-

И отважное сердце его

Сжала смерть ледяными руками.

Чуткой совести колокола!

Наши души набатом будите

Будет вечная память светла

О тебе, лейтенант Виневитин.

(Ковалёва С. В. )

---

                                      🌟  🌟  🌟

У озера Хасан (Подвиг Ивана Никоновича Мошляка)

Бессмертный подвиг совершил ответственный секретарь партийной организации 118-го стрелкового полка 40-й стрелковой дивизии лейтенант Иван Никонович Мошляк.

Во время сражения 6 августа 1938 года он заменил выбывшего из строя командира батальона и возглавил атаку. Об этом он вспоминает так:

Третий батальон продолжал наступление.

Выбыл из строя командир батальона – его тяжело ранило. После него я был старшим в батальоне. Раздумывать в бою некогда, я крикнул:

- Слушай мою команду!

С этой минуты ответственность за батальон легла на меня. Мы приближались к склонам Заозёрной. Был уже вечер. Проволочные заграждения нас не остановили – мы их резали ножницами, рвали гранатами и шли вперёд. У самого подножия Заозёрной мы наткнулись на телеграфный провод, натянутый невысоко над землёй. Зачем? Право, не знаю. Может быть, японцы думали, что в темноте бойцы будут спотыкаться о него и падать. Но я просто наступил на него ногой, и мы перешли эту преграду.

Крутизна была большая, пришлось карабкаться ползком по высокой траве. В темноте можно было неожиданно нарваться на врага или случайно обстрелять своих. Шли осторожно. Но та же темнота помогла нам - японцы потеряли из виду батальон и сосредоточили главные силы в другой стороне.

Наконец мы выскочили на вершину. Коротким штыковым ударом, гранатами отбросили японскую часть назад, на склоны сопки.

- Давайте флаг! – закричал я.

Откуда-то появилось длинное древко с заостренным концом и полотнищем. Я схватил флаг и крикнул:

- Ура! – закричали бойцы.

Я с размаху вонзил древко флага в землю.

 

^{Лейтенант Иван Мошляк устанавливает знамя на сопке Заозерная у озера Хасан. Август 1938 года}

 

Над сопкой Заозёрной, над отвоёванной нами родимой советской землёй развевался опять алый флаг Родины.

Мы кричали: “Ура!”. Мы никак не могли прийти в себе от радости.

Минут пятнадцать это продолжалось, и никто не стрелял – ни мы, ни японцы. Самураи, по-видимому, одурели, растерялись оттого, что были сброшены с вершины Заозёрной, которую считали неприступной.

Но уступить её без боя не хотели. Придя в себя, японцы начали контратаку Чтобы не попасть в окружение, я решил посмотреть, как дела на левом фланге, и побежал туда.

Вдруг меня сильно ударило по каске. Потрогал я лоб рукой – чувствую: мокро и липко. Ранен, что ли? Голова не болит, на ногах держусь, значит, еще годен. Вдруг у самых моих ног разорвалась граната. Я почувствовал только сильный толчок в левое плечо. Через несколько шагов у меня как-то странно ослабли колени, я сел на камень. Пощупал грудь – мокро. Левая рука не действовала. Бойцы сделали мне перевязку и хотели нести в медицинский пункт, но я чувствовал, что в силах добраться сам. Посидел немного, отдохнул и пошёл потихоньку. К утру добрался до медицинского пункта. Там мне сделали хорошую перевязку, посадили на машину и отправили в тыловой лазарет.

Через месяц повезли в Москву, в клинику, где рано утром 25 октября врач, войдя в палату, улыбнулся и сказал:

- Поздравлю вас со званием Героя Советского Союза и орденом Ленина.

Я так растерялся, что сразу ему невпопад ответил:

- Ничего не знаю.

- Зато я знаю.

И подаёт мне газету. А там Указ Президиума Верховного Совета СССР. Двадцать шесть командиров, политработников, врачей и красноармейцев удостаивались высшей награды – звания Героя Советского Союза. Среди них моя фамилия.

Впоследствии Иван Никонович Мошляк закончил Военную академию имени М.В. Фрунзе, в боях под Москвой командовал полком московских ополченцев. В 1942 году командовал стрелковой бригадой, а с марта 1943 года – 62-й стрелковой дивизией. Дивизия отличилась при форсировании Днепра, Буга и Дуная, в ликвидации корсунь-шевченковского и будапештского котлов, в овладении городом Вена.

В 1952 году И. Мошляк окончил Военную академию Генерального штаба. С 1964 по 1969 год был заместителем начальника Военной академии М.В. Фрунзе. Последние годы жизни Иван Никонович жил в Ленинграде, где и написал книгу "Вспомним мы пехоту...".

В 1984 году общественность Ленинграда отдала генерал-майору Ивану Никоновичу Мошляку последние почести.

В память в селе Мишурин Рог, что под Киевом, одна из улиц и школа названы именем Ивана Никоновича Мошляка.

---

 МОШЛЯК

Сопки спят в седом тумане

Но запомнил лютый враг,

Как сражался на Хасане

Командир, парторг – Мошляк.

А когда в разгаре боя

Знаменосец пал без сил,

Древко крепкою рукою

Он тотчас же подхватил.

И прошедшее с боями,

Как несломленный солдат

Трижды раненое знамя

Гордо вьётся на закат.

И стоял Мошляк у края

Под смолкающим огнём,

Словно пахарь, отирая,

Пот обильный рукавом.

В бой идя на Заозёрной,

Испытавший все сполна,

Он не знал, что тучей чёрной

Впереди была война,

Что сквозь дым, огонь и стоны,

День за днём, из года в год,

По дорогам опалённым

Он с победою пройдёт,

Что солдатскою отвагой

Будут орды сметены,

Что взовьётся над рейхстагом

Знамя мира и весны.

(Ковалёва Е. В. )

---

                                     ⭐  ⭐  ⭐

                 Священная память о них жива

Такие они – герои Хасана. Большинства из них сейчас уже нет с нами. Воины, уцелевшие в Хасанских боях, увенчаны высшей наградой – символом геройства и отваги.

Одни из них сложили свои головы в боях и сражениях Великой Отечественной, других вырвало из наших рядов быстротечное время. Но все они до конца своей жизни были верны Родине, партии, своему воинскому долгу, и потому священная память о них жива.

И вот ведь что закономерно: все Герои Советского Союза из числа красноармейцев и младших командиров, удостоенные этого звания в боях у озера Хасан, впоследствии пополнили сплочённые ряды славного советского офицерского корпуса. И в этом – своеобразная традиция: офицерами становятся лучшие из лучших воинов, те, кто готов ради безопасности и неприкосновенности границ нашей любимой Родины на всё. Так было тогда. Так есть и сейчас.

Там, на Хасанских ветрах, рождалась боевая слава Героев Советского Союза Маршала Советского Союза Сергея Леонидовича Соколова и маршала авиации Георгия Васильевича Зимина. У сопок Заозёрная и Безымянная начинался боевой путь многих других офицеров, ставших впоследствии видными военачальниками.

Бывший командир дивизии Николай Эрастович Берзарин со времени боёв у озера Хасан вырос в крупного военачальника. Кроме многих боевых наград, ему присвоено звание Героя Советского Союза. После капитуляции гитлеровской Германии генерал-полковник Берзарин был первым советским комендантом Берлина.

В наши дни службу по охране границы в Приморье несут наследники славных Хасанских традиций. Сутки у воинов нынешнего поколения начинаются с боевого расчёта. Затем солдаты берут оружие, останавливаются в минутном молчании перед обелиском Героев и уходят в тишину границы. Неторопливо, по-хозяйски шагают они по тропам, которые проложили их деды и отцы, чтобы беречь покой Отчизны и множить её боевую славу.

И, наверняка, в суровый час они сумеют отстоять честь и независимость нашего государства.

А на океанских просторах гордо плывут навстречу штормовым ветрам корабли “Гильфан Батаршин”, “Василий Виневитин”, “Пётр Овчинников”.

Электровозы, замедляя ход, салютуют гудками станциям Блюхер, Хасан, Бамбурово, Провалово, Виневитино.

Праздничные колонны трудящихся проходят с цветами и алыми стягами по улицам Чернопятко, Махалина, Хасанской, Винокурова, Боровикова, Гвоздева Как вечные часовые стоят у неприступной дальневосточной границы нашей Отчизны сопки Штерна, Махалина, Аникина, названные именами героев Хасана.

Есть и ещё одна сопка, к которой не зарастёт народная тропа. Это высота Крестовая. У её подножия широко раскинулся приморский посёлок Краскино. На вершине Крестовой – монумент, установленный в августе 1968 года в связи с 30-летием Хасанских боёв.

 

 

Бронзовый красноармеец (прототипом послужил Мошляк) сжимает в руках древко победоносного Знамени.

Обелиск и поныне гордо возвышается там, где 70 лет назад стояли насмерть воины-пограничники и бойцы Красной Армии, отстаивая священные рубежи нашей Родины.

На памятнике высечено всего два слова: “Героям Хасана”. Монумент виден издалека, за десятки километров.

Совсем недавно мы побывали на этой священной Крестовой сопке в селе Краскино. (Михаил Краскин - командир взвода РККА, погибший вместе с тремя его бойцами и пограничником Фёдором Крайновым в Хуньчуньском конфликте в 1936 году. Героев с почестями похоронили в посёлке Новокиевском, после Хасанских событий его переименовали в Краскино. В сквере установили обелиск, который сохранился до наших дней)

Это не громкие слова, но большинство из нас испытали внутреннее волнение от сознания того, что мы находимся на исторической земле, о которой знает весь мир.

---

Приятно сегодня сообщить, что памятник “Героям Хасана”, о котором я говорил в начале своего выступления на дальнем Эгершельде, полностью реставрирован, и даже каска, куда-то исчезнувшая, вернулась на своё место.

Будем надеяться, что мы, горожане не допустим глумления над памятью людей, отдавших свои жизни за то, чтобы сегодняшнее поколение ощущало свою защищённость, спокойствие семьи. Пусть подвиги героев-хасанцев вдохновляют молодёжь на новые свершения во имя любимой Родины.

Мы побывали в музее Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю в городе Владивостоке на экскурсии “Герои-хасанцы”, на четырнадцати часовой экскурсии в посёлках Славянка, Краскино “Этих дней не смолкнет слава”, где посетили местный музей, посвященный памяти героев, о чем свидетельствуют представленные фотографии. Экскурсоводы Андрей Андреевич и Марина Александровна сообщили нам столько информации, что у большинства из нас появилось желание побывать на экскурсии “На дальних рубежах России”, созданной Владивостокским турцентром “Афина-Паллада”, чтобы увидеть сопку Заозёрную(по-китайски Чанкуфын) со стороны КНР: именно отсюда шли японцы. Посетить музей-мемориал Дахуангоу на местах сражений китайцев с японскими захватчиками.

На осенних каникулах ребята 8-10 классов нашей школу побывали в Хуньчуне ( в переводе с маньчжурского “Конец реки”) в Яньбане – Корейском автономном округе.

Дорога из Хуньчуня на китайскую пограничную заставу заняла около двух часов, хотя до места можно добраться гораздо быстрее, но как проедешь мимо Камня Мира на пересечении трёх границ: России, КНР, КНДР - монумента героям сопротивления – тем, кто боролся против японских захватчиков. Памятник поставлен по решению ООН.

С обзорной площадки, устроенной на крыше административного здания заставы, видна река Туманная (по-китайски Туменьцзян, по-корейски Туманган), по фарватеру которой проходит 17,5 километровая граница между Россией, Северной Кореей и Китаем, а если посмотреть на другую сторону от заставы, то открывается панорама на озеро Хасан и сопку Заозёрную

Побывали в музее на китайской пограничной заставе недалеко от Хуньчуня.

После возвращения из Китая поставили цель побывать и на озере Хасан, чтобы своими глазами увидеть те священные сопки Заозёрную и Безымянную, защитниками которых были герои, чьи имена прозвучали в моей работе.

Молчаливые горы стоят над Хасаном,

Как тяжёлые створы гранитных дверей,

И повиты вершины белесым туманом,

И разбиты утесы огнем батарей.

И на склонах исхлестанной пулями сопки

На камнях обомшелых, в покое немом,

Под косыми дождями ржавеют осколки

От визжавших снарядов с японским клеймом.

Угасает закат, ночь идёт на заставы.

Грозовое молчанье тревогу таит.

Нерушимой навек, будто памятник славы,

Высота Заозёрная гордо стоит.