«Я» не я, я не «Я»

Как вообще можно понять парадокс смены клеток в живом организме человека (да и не только человека)? Как насмешку? Ну ведь меняются клетки ЦЕЛИКОМ каждого, подчеркну, подвида плоти и костей (первые – быстрее, в смысле, чаще, вторые – медленнее, в смысле, реже). И это известно каждому мало-мальски образованному биологу в теме, работающему по профилю.

А как быть обычному человеку, чтобы попробовать даже подступиться к пониманию сей ничего не значащей в его жизни проблемы? Просто не думать об этом? Закрыть глаза на парадокс: когда «Я» меняется от я к какому-то новому я или «Я», но внешне это происходит малозаметно (клетки умудряются сохранять на более масштабных ракурсах свою идентичность по общему виду и содержанию)?

Как этот процесс соотносится с механизмом старения организма? Организм, за жизнь меняя самоё себя раз n-дцать (по разным категориям частей по-разному), умудряется при всём при этом очень ЗАМЕТНО как внешне, так и внутренне СТАРЕТЬ. Или приходить в негодность, что на клеточном уровне выражается в постепенной неспособности/нежелании клеток самовоспроизводиться в достаточной мере, в достаточном своём качестве. Кто командует клетками? Кто их таким образом организует, чтобы в определённый момент жизни запускался механизм старения организма?

На эти вопросы материалистическая «наука» не даёт ответа, а, если и даёт, то ответы эти СМЕШНЫ до колик. Никак не обойтись, увы, без Бога, Божественной силы, или ещё чего подобного, что стоит НАД мiром бренным наших тел, ну и вообще… Вот он, Бог, может давать команды, программировать, вообще быть всесильным, всемогущим и всезнающим. Это очень удобно, кстати, не надо думать над тем, а как всё происходит.

Но люди – существа крайне любопытные (не все, конечно, но очень многие), им подавай суть, им дай такое объяснение, в которое они смогут, если захотят – и поверить (ну и проверить тоже, не без этого).

Одним из объяснений кажущейся алогичности поведения организмов (алогичность заключается в двух одновременно проходящих процессах: первый – смена клеток полная, второй – «отказ» клеток «работать», постепенный такой) является следующее: есть ограничения по материи «живых» организмов, которые построены достаточно сложно, и в них есть «узкие» места, которые необходимо обезопасить, а то и создать условия их воспроизводства на заданное количество времени. Эти ограничения касаются всего в окружающем мiре, кстати, ведь элементы этого мiра разны по своим характеристикам. И взаимно друг друга дополняют.

Это выглядит немного сложно на первый взгляд, но одновременно и не очень, потому что наши машины компьютерного толка уже способны все такие данные слегка обсчитать. Главное, какие данные завести и как. Этими вопросами занимаются, потому что это очевидно – ведь счёт и обсчёт всего, калькуляция – первейшее дело при СТРОИТЕЛЬСТВЕ и ЭКСПЛУАТАЦИИ чего угодно. Данных накоплено с избытком, много, вплоть до генного уровня, а то и ниже (толком не знаю, но, думаю, что уже и гены распотрошили на составляющие и эти составляющие тоже уже исследуют). Но пока есть и другая «беда»: никто пока не знает, а достаточно ли всех этих данных для окончательного диагноза/подсчёта?

Я думаю, что уже достаточно. Но могу ошибаться, ведь, раз таких подсчётов ещё нет, значит, чего-то пока не хватает. Чего именно? Имхо, общей стратегии рассмотрения этого вопроса. Дело в том, что стратегически (или парадигматически, кому как удобнее) пока наша «наука» нацелена строго материально, отсекая по пути все кажущиеся идеалистическими отростки. В общем и целом, «наука», разумеется, права: нет никакой магии и колдовства, нет никакого чародейства, нет ничего сверхъестественного, есть неизвестные пока «науке» процессы и механизмы (а также силы, энергии и прочие элементы и составляющие), млин.

И дорога, тоже в общем и целом, неизменна со времён древних и супердревних – раскрытие каждой тайны окружающего мiра добавляет в копилку знаний человечества те элементы, которые всё более и более способствуют глубокому пониманию и осознанию проблем, задач и тайн. Но зачем-то делают разграничения на материализм и идеализм, на материальное и нематериальное, а какое-нибудь духовное, с подтекстом – шарлатанское. Зачем? Есть ли тому боязнь людей-исследователей прослыть олухами царя небесного? Или это просто торможение психик, вступающих в совершенно неизведанные пока области?

Я думаю, второе. Потому что человек, в среднем, очень смел, зараза. Безбашенно зачастую, гусарски. А вот с психикой дела обстоят совершенно по-другому. Её «не ухватить», потому что она сидит вовнутрях где-то и представляется человеку неотъемлемой часть его самого, восприятия этим человеком окружающего мiра, в общем – ЕДИНСТВЕННОЙ ИСТИНОЙ, которой можно верить (ну раз изнутри исходит самого себя – как ей не поверить). И здесь и лежит основная загвоздка принятия большинством исследователей на веру (или попытку веры) в то, во что ну вот ни хрена почему-то не верится.

Психика бастует. Не мiр строит козни исследователю, мiр-то как раз очень открыт, а его собственное «Я» в преломлении собственных мыслей о чудесатостях каких-нибудь. Бастует, разумеется, не каждая исследовательская психика, есть такие, у которых и горизонт поширше, и глубина поглубже. Но в среднем «по больнице» исследователи, как и другие люди, подчиняются общей статистической тенденции: базу составляют не маргинальщики завзятые (хотя именно на них и приходится прорыв того или иного!), а серая, безликая масса БОЛОТА.

Ситуация поэтому ПАТОВАЯ. Ведь ясен перец, что не может болото самым чудесным образом преобразиться в что-то другое, на всё нужно время и обстоятельства. Всё будет идти так и дальше, своим чередом, пока очередной гений не забабахает что-нибудь из ряда вон выходящее, после чего ещё пара веков, и – глядь! – парадигма долбаная и сменилась, наконец.

Увлекательно подумать о смене «научной» парадигмы в этом ключе. Материализм ведь иссякает, подходя всё ближе и ближе к своему естественному ограничителю: невозможности пока ему заэкспериментировать то, что не нуждается в повторяемости, ибо несёт в себе ЛИЧНОЕ восприятие, разнообразное всегда и во всём. С этим парадоксом материализм, увы, не справится, потому что он ограничен как раз в этом месте. А вот идеализм (ну, или как эту штуку-то ещё назвать – когда неведомое объясняют слегка так запутанно и непонятно для тех, кто не углубляется в тему) на подобные парадоксы поплёвывает. У идеализма с этим нет никаких проблем.

А почему?

А потому что идеализм утверждает иллюзорность всякой и любой материи, ставя главенство сознания, как тот фактор, который всем и «рулит». Ну, вдумайтесь, пожалуйста, ведь, если по идеализму (кретинизму) материя (вместе с временем и пространством, надо добавить) – есть иллюзия, то попытки разобрать тайны материи – есть попытки ВЗЛОМАТЬ сознание, которое мысленно это всё и придумало.

Поэтому смена парадигмы зреет (или будет зреть, если ещё не началась) именно в этом ключе: когда главенство рассмотрения чего угодно будет заключаться в переосмыслении/переосознании своего ЛИЧНОГО опыта. Не повторяемости опытов, при как бы независимом исследователе, а в личном пере-. Согласитесь, это будет что-то! Ну, по крайней мере, мысль будет ярче, а переживания – глубже. Да и будет куда копать до безконечности, ведь «Я» штука страшно безконечная, заканчивающаяся вообще неизвестно где.

Смена парадигмы будет также означать уход от туповатого использования иллюзорной материи через искусственно-вырабатываемые способы получения этой самой иллюзорной материи, но под другим соусом (в другом виде, в другой форме). Философски это означает, что будет существовать ПРЯМОЙ ход всего, и ОКОЛЬНЫЙ, оба равноценны, оба равновелики, а вся разница будет заключаться в том, что ОКОЛЬНЫЙ будет просто по интересу предпочтительнее, потому что дольше, больше, интереснее по пути. А нынешняя парадигма будет считаться детской игрой разума, на который больше никто уже не будет не только возлагать никаких надежд, но и не будет об этом даже размышлять.

И я вовсе не шучу, как может показаться. А говорю про увлекательное будущее: в котором будут попытки СОЗДАВАТЬ нечто ПРЯМО или ОКОЛЬНО, но всегда через мысль, с помощью мысли. Это будет преинтереснейшая картина восприятия мiра. В котором мысль мыслью погоняет, создавая по пути мысли и мыслишки. Причём глубоко личные и разные. Где вообще уход от той же стандартизации будет означать банальность существующего порядка вещей.