Меняем макулатурку на урановые месторождения

Урановый холдинг «Атомредметзолото» госкорпорации «Росатом» поднялся с пятого на второе место по объемам запасов урана. Об этом заявил глава «Росатома» Сергей Кириенко в входе заседания президиума правительства. «На сегодняшний день наша компания „Атомредметзолото” является по запасам уже второй в мире. И мы уверенно понимаем, в какой логике мы должны выйти на первое место в мире. У нас самая дешевая структура запасов, причем сегодня мы владеем 20% запасов США, что трудно было представить некоторое время назад», – сказал он. Это означает, что российская атомная корпорация обеспечила ядерным топливом свои работающие, строящиеся и планируемые к строительству как в России, так и за рубежом атомные станции (АЭС) минимум на 100 лет вперед (на первое января этого года запасы урана «Росатома» составили 726,5 млн тонн). «Даже если представить на секунду, что нам никто не продаст ни грамма урана, то сегодняшними запасами мы полностью обеспечили все станции, которые мы строим в стране, и все, на которые мы подписали межправсоглашения за рубежом, ураном на сто лет вперед», – заявил Сергей Кириенко.

В России сложилась довольно специфическая структура производства и потребления урана как топлива для АЭС. Нашей стране его ежегодно требуется, по разным источникам, 8-9 тыс. тонн (с учетом экспорта топлива на зарубежные АЭС, но без учета экспорта низкообогащенного урана). При этом самого урана производится в России только около 3,5-4 тыс. тонн в год – так сложилось исторически, когда основной объем урана добывался, например, в Казахстане, а заводы по его переработке находились в России. Конечно, Россия могла бы сама резко увеличить добычу урана на своей территории – запасы одного только Эльконского месторождения в Якутии составляют 346 тыс. тонн, и оно могло бы ежегодно выдавать на-гора по 15 тыс. тонн урана в год. В свою очередь, и власти Бурятии который год настаивают на том, чтобы рудник «Хиагда», находящийся в опытной эксплуатации, был наконец-то выведен на промышленный режим с уровнем добычи до 5 тыс. тонн урана в год.

Но «Росатом» поступил хитрее. Корпорация не стала форсировать работы ни в Якутии с Бурятией, ни на нынешних промышленных месторождениях в Забайкалье и Курганской области, а начала скупку урановых месторождений за пределами евразийского континента. Самая известная сделка – покупка «Атомредметзолото» (АРМЗ) в прошлом году контроля над канадским добытчиком урана Uranium One (U1), имеющим лицензии на добычу этого элемента в ЮАР, Намибии, Казахстане, Австралии и США. Это дало возможность АРМЗ прибавить к своим имеющимся 546 тыс. тонн запасов урана половину сырьевой базы U1 – 75 тыс. тонн (общий объем запасов компании на тот момент составлял 150 тыс. тонн). Менее известны другие сделки АРМЗ. В июне этого года российская компания, например, закрыла сделку по приобретению австралийской публичной компании Mantra Resources, флагманским проектом которой является освоение месторождения Mkuju River в Танзании. В начале прошлой недели U1, которая стала оператором этого проекта, сообщила о том, что в результате дополнительной геологоразведки общий размер минерально-сырьевой базы этого проекта вырос с 101,4 млн до 119,4 млн фунтов закиси-окиси (около 45,9 тыс. тонн урана). «Это не конец – мы продолжаем работу вместе с правительством Танзании. Уверены, что еще нарастим там запасы», – сказал после этого членам правительства глава «Росатома» Сергей Кириенко. Кроме того, известно, что ряд ураносодержащих участков в Африке купили и несколько не связанных с «Росатомом» крупных российских компаний.

Очевидно, что на фоне очередной «волны» нестабильности в мировой экономике «Росатом» постарается еще более увеличить свои запасы урана за пределами России. В российской корпорации считают, что это даст ей несомненное преимущество перед другими крупнейшими компаниями мира, прежде всего перед канадской Cameco и французской Areva. «Крупнейшие мировые компании Cameco и Areva после 2024 года ждет спад производства из-за истощения крупнейших рудников „Макартур Ривер”, „Сигар-Лэйк”, „Акута”. Остаточные запасы составят 38% от первоначальных», – еще летом прошлого года говорил журналистам заместитель генерального директора АРМЗ Александр Бойцов. Тем более что «Росатом» расценивает добычу атомного сырья не только как составляющую цепочки, верхом которой является строительство и эксплуатация атомной станции, но и как самостоятельный бизнес. Еще год назад АРМЗ стал крупнейшим мировым поставщиком низкообогащенного урана, поставляя его не только в почти всю Юго-Восточную Азию и Европу, но и в США.

На этих запасах урана «Росатом», видимо, будет держаться до той поры, пока себестоимость их добычи будет ниже российских. А снизиться себестоимость добычи урана, например, на Эльконе, может только в двух случаях – либо российские ученые предложат какой-то баснословно дешевый метод его промышленного освоения, либо климат в Якутии станет таким же, как в Танзании или Намибии. Поскольку это вряд ли произойдет в ближайшие годы (хотя вечная мерзлота сейчас отступает на север куда более быстрыми темпами, чем раньше), то главной ресурсной базой «Росатома» все это время и будут зарубежные урановые месторождения.

При этом, правда, российская атомная корпорация интенсифицировала и деятельность по созданию условия для формирования в нашей стране замкнутого ядерного цикла (ЗЯТЦ), когда топливом для АЭС может стать не только обогащенный уран, но и отработанный. Но когда реакторы на быстрых нейтронах станут полноценной заменой нынешних АЭС, не могут пока сказать ни в России, ни в Китае, ни в Индии (по сути, только в этих трех странах сейчас сохранился интерес к этой теме).

ИСТОЧНИК

==================

Комментарий: Целенаправленно создаются условия для атомного энергетического прорыва цивилизации - под управлением России. Теперь у нас не только ключевые технологии, но и большинство урановых запасов.

Не все полимеры просрали, оказывается.