Не обольщайтесь: конфликт Трампа с Китаем – подлинная война с вероятностью жесткого финала для всех

Торговая война между США и Китаем не может не вселять в нас страх. Как она скажется на нашей повседневной жизни? Не увенчается ли новым глобальным спадом или даже геополитическим хаосом?

Чтобы сориентироваться в существующей неразберихе, нам следует вспомнить несколько фундаментальных фактов. Торговый конфликт с Китаем — лишь кульминация войны, стартовавшей несколько лет назад пробным залпом Дональда Трампа по крупнейшим торговым партнерам США. Тогда он принял решение о введении пошлины на импорт стали и алюминия из ЕС, Канады и Мексики.

Трамп разыгрывал собственную популистскую партитуру классовой войны: заявленной целью стала защита американского рабочего класса (а разве работники сталелитейных комбинатов не являются одним из символов традиционного рабочего класса?) от «бесчестной» европейской конкуренции во имя спасения американских рабочих мест. И теперь по тому же сценарию он выстраивает отношения и с Китаем.

Импульсивные действия Трампа — не только выражение его индивидуальных причуд: это реакция на закат очередной эпохи глобальной экономической системы. Экономический цикл подходит к завершению — речь идет о цикле, стартовавшем в начале 70-х годов. Именно тогда на свет появилось то, что Янис Варуфакис именует «Глобальным Минотавром» — монструозный двигатель, толкавший мировую экономику вперед с начала 1970-х до 2008 г.

На закате 60-х экономика США уже полностью утратила возможность отправлять свои излишки на переработку в Европу и Азию: американские излишки трансформировались в дефицит. В 1971 г. правительство США отреагировало на спад отчаянно дерзновенным стратегическим решением: вместо обуздания неуклонно растущего дефицита государства предприняло шаг в прямо противоположном направлении — принялось наращивать дефицит.

А кто же заплатит за американцев? Да весь остальной мир. Как? Посредством постоянного перетока капитала, хлынувшего через два великих океана в Америку — финансировать ее дефицит.

Неуклонный рост отрицательного торгового баланса наглядно демонстрирует: США превратились в ничего не производящего хищника. На протяжении последних десятилетий Америке приходилось ежедневно поглощать примерно по $1 млрд., поступающему из других стран  в качестве компенсации потребительского поведения США. В итоге Америка по сути является тем самым универсальным кейнсианским потребителем, поддерживающим мировую экономику на плаву.

И этот денежный поток, фактически аналогичный десятине, достававшейся Риму в древности, или дарам, принесенным древними греками в жертву Минотавру, зиждется на сложном экономическом механизме: США пользуется безусловным доверием как безопасный и стабильный центр, а потому все остальные (от нефтедобывающих арабских государств до Западной Европы и Японии, а теперь даже Китая) вкладывают избыточную прибыль именно в США.

Поскольку упомянутое доверие формируется в первую очередь идеологическими и оборонными факторами, а не экономическими соображениями, США постоянно сталкиваются с проблемой необходимости оправдывать свою имперскую роль. Америка нуждается в постоянной угрозе войны, и ей приходится предлагать себя в качестве универсального защитника всех остальных «нормальных» (читай — не «изгоев») государств.

Впрочем, эта мировая система идет ко дну еще с 2008 г. При президенте Обаме председатель Федеральной резервной системы США Пол Бернанке сумел вдохнуть в нее новую жизнь. Безжалостно эксплуатируя статус доллара США — глобальной валюты, он финансировал импорт за счет стремительного включения денежного печатного станка.

Трамп избрал иной путь решения проблемы: не обращая внимания на хрупкость равновесия глобальной системы, он все внимание акцентировал на темах, которые можно подать как «несправедливость» в отношении США — к примеру, чудовищные объемы импорта, провоцирующие сокращение рабочих мест в стране.

Но ведь то, что Трамп критикует, именуя «несправедливостью», — лишь часть системы, игравшей на руку США: Америка фактически грабила мир, импортируя товары и расплачиваясь за них долговыми обязательствами и свежеотпечатанными банкнотами.

Соответственно, разыгрывая карты своих торговых войн, Трамп жульничает: он хочет сохранения за США статуса глобальной сверхдержавы, но отказывается выплачивать даже номинальную цену за такое благо. Он следует принципу «Америка прежде всего», безжалостно выводя интересы США в число важнейших приоритетов и одновременно выступая в роли глобальной силы.

Даже если часть доводов США против Китая и методов ведения торговли Пекином и может показаться разумной, эти доводы, несомненно, остаются однобокими. США откровенно наживались на ситуации, которую Трамп именует вопиюще несправедливой, но при этом он жаждет наживы уже и в новых условиях.

Иными словами, у всех прочих государств остается один единственный выход: на определенном базовом уровне им следует объединиться ради подрыва ключевой роли США как глобальной сверхдержавы, обеспечиваемой американской военной и финансовой мощью.

В этой борьбе следует действовать так же безжалостно, как и Трамп. Стабилизировать наше общее затруднительное положение возможно лишь коллективным навязыванием нового мирового порядка — но уже без США в роли его лидера.

Бить Трампа следует отнюдь не имитацией его поведения («Китай прежде всего», «Франция превыше всего» и т.п.), а организацией глобального отпора и отношением к нему, как к непристойному изгою.

И это вовсе не подразумевает отпущения всех грехов тем, кто противостоит США. Трамп совершенно прогнозируемо заявил об отсутствии интереса к демократическому бунту в Гонконге, назвав происходящие там события внутренним делом Китая.

Восстание можно было бы и поддержать, но с величайшей осторожностью ради того, чтобы эти события потом не использовались в качестве довода для вступления США в торговую войну с Китаем: не следует забывать, что в конечном итоге Трамп в этом вопросе займет сторону Китая.

Так следует ли радоваться мысли о том, что текущая торговая война — это лишь очередная экономическая баталия? Следует ли тешить себя надеждой на завершение этой войны неким перемирием, о сути которого договорятся правители наших экономик?

Нет. Уже вполне осязаемые геополитические перетряски способны в одночасье взорваться реальными (пусть и локальными) войнами. В основе любой настоящей войны лежат торговые баталии. А наша глобальная ситуация все более и более напоминает обстановку в Европе за несколько лет до первой мировой войны.

Вот только пока все еще не ясно, где именно полыхнет наше Сараево, где в итоге вспыхнет война — в Украине, в Южно-Китайском море или поближе к США.

Перевод Константина Василькевича

Источник: The Independent