Восстановление православной киевской митрополии в 1620 г.

Восстановление православной киевской митрополии в 1620 г. стало важным событием в истории межконфессиональных отношений в Речи Посполитой. Митрополия, которую возглавил Иов Борецкий, очень скоро стала центром идейного сопротивления политике распространения католицизма и унии на белорусских и киевских землях. Не признанная польским правительством, митрополия должна была вести тяжелую борьбу за существование, опираясь на поддержку Запорожского войска ("криющись под криле христолюбивого воинства черкасских молодцов", как писал сам Борецкий царю Михаилу Федоровичу).

Находясь в таком положении, киевская митрополия довольно скоро начала искать поддержки и помощи у русского правительства. Существенный шаг в этом направлении был предпринят в августе 1624 г., когда митрополит направил в Москву с важной политической миссией луцкого епископа Исаакия Борисковича. Остановившись по пути в Путивле, епископ охарактеризовал положение на Украине как чреватое конфликтом: коронная армия собралась под Баром "и хотят, де, ити на казаков запорозских, чтобы их побить и вера хрестьанская разорить", а казаки собираются "с поляки за веру битца", когда эта армия придет к Киеву ¹. В преддверии наступающего конфликта епископ Исаакий, как видно из сохранившихся фрагментов записи переговоров в Москве ², просил о том, чтобы Запорожскому войску "отпустили вины их и преступленье, которое они учинили против царского величества и Российского государства" в годы Смуты. Царь "для прошенья митрополита Иова и всех православных епископов" "отпустил" запорожцам их вины с тем, чтобы "они б за то царскому величеству служили".

В этом отношении поездка Исаакия подготовила почву для приезда в Россию в начале следующего, 1625 г. уже официального посольства от самого Запорожского войска, которое оформило принятие запорожцев на царскую службу и получило жалованье из царской казны ³. К этому времени киевский митрополит вступил в открытый конфликт с польскими властями, призвав запорожцев в Киев для борьбы с поддерживавшими униатов городскими властями ⁴.

Для Иова Борецкого и деятелей его круга, по-видимому, примирение Москвы и Запорожья должно было явиться прологом к заключению направленного против Речи Посполитой союза между киевской митрополией, Запорожским войском и Русским государством. Не случайно епископ Исаакий просил в критической ситуации дать приют на русской территории Запорожскому войску и православному духовенству. Он же, как видно из сохранившихся документов переговоров, настойчиво обращал внимание русских собеседников на то, что "казаков столько не будет, чтоб им

[144] стояти против поляков бес помочи", что первые правильно поняли как просьбу выслать на помощь запорожцам царские войска. Вмешательство России должно было предотвратить поражение казаков, за которым по общему убеждению разных кругов населения Украины последовало бы искоренение здесь православия. Пойти на это русское правительство не решилось, но дверь для последующих переговоров оставалась открытой. "А нечто вам вперед от поляков в вере будет утиснение, а у вас против их будет соединенье и укрепленье... и царское величество и святейший патриарх будут о том мыслити, как бы православную веру и церкви божии и вас всех от еретиков во избавленье видети", — говорилось в ответе на инициативу киевской митрополии.

28 мая 1625 г. в Путивль прибыли новые посланцы Борецкого Василий Полочанин и Данило Балакирев с грамотами царю, патриарху Филарету, боярину И.М. Воротынскому и думному дьяку И.Т. Грамотину, главе Посольского приказа ⁵. К сожалению, запись их переговоров в июле 1625 г. с И.Б. Черкасским и И.Т. Грамотиным не сохранилась ⁶. О том, что происходило, можно лишь отчасти судить по двум симптоматичным деталям. В Путивле по дороге в Москву посланцы митрополита сообщили, что гетман коронный С. Конецпольский идет с войском против запорожских казаков к Белой Церкви ⁷. Эти опасения не оправдались, но очевидно, что киевская митрополия остро ощущала приближение конфликта и искала выход из создавшейся ситуации. В одной из отписок путивльских воевод конца 1625 г. встречается очень интересное упоминание о царской грамоте в Путивль от 8 июля, в которой воеводам (в случае приезда новых посланцев митрополита) предписывалось встречаться с ними лично и тайно, не допуская к этим разговорам никого другого ⁸, — свидетельство серьезности ведшихся переговоров.

По отношению к последующему времени, когда так долго ожидавшаяся война между коронной армией и запорожскими казаками наконец разразилась, в распоряжении исследователей до сих пор не было никаких данных ни о реакции митрополии на происходившие события, ни о ее контактах с царским правительством осенью — в начале зимы 1625 г. Единственный известный ученым источник — "речи" посланца Иова Борецкого, попа Филиппа, приехавшего в Путивль в декабре 1625 г., — не содержал сведений ни об участии митрополита в событиях, ни о его связях с русской стороной в предшествующие месяцы ⁹.

По непонятным причинам не привлек пока внимания исследователей сохранившийся в составе материалов одного из столов Разрядного приказа комплекс документов, содержащий отписки воевод пограничных городов в приказ с августа 1625 по май 1626 г. ¹⁰ Среди этих материалов и были обнаружены публикуемые ниже отписки путивльских воевод, дающие важные сведения о том, как киевская митрополия реагировала на происходящее и какой она искала выход из создавшейся ситуации.

Помимо свидетельств этого рода, издаваемые документы содержат интересные данные о казацком восстании 1625 г. — первом крупном выступлении казачества в защиту не только своих "вольностей", но также "русского" народа и "русской" веры. До настоящего времени основную информацию об этом важном событии украинской истории давало описание похода на Украину, составленное офицером армии[145] С. Конецпольского, которое лишь в отдельных деталях дополнялось сведениями из речей" попа Филиппа.

Все документы, заимствованные из одного архивного дела (Разрядный приказ. Приказной стол. Стб. 2518), публикуются по правилам издания русских документов XVI-XVII вв. Даты, указанные в заголовках воеводских отписок, означают время поступления документа в Разрядный приказ