Aftershock

Вход на сайт

Облако тегов

АШ-YouTube

ЦБ: перспективы развития экономической ситуации

Аватар пользователя Далёкий

Ключевые факторы неопределенности для российской экономики на  среднесрочном горизонте связаны с  внешними условиями. Это, в  частности, неопределенность относительно дальнейшей динамики цен на  нефть, темпов роста мировой экономики, изменения денежно-кредитной и  внешнеторговой политики ключевых экономик, а  также развитие ситуации с санкциями в отношении российской экономики.

С  учетом этого Банк России продолжает рассматривать два основных сценария среднесрочного прогноза, различающихся в части внешних условий: базовый сценарий и сценарий с  высокими ценами на  нефть.

 

Предпосылки и  ключевые параметры этих сценариев в основном не претерпели значимых изменений по  сравнению со  среднесрочным прогнозом, опубликованным в  октябре. Несколько скорректирована только траектория цен на  нефть в  базовом сценарии на  горизонте 2019 года. Она была немного понижена с  учетом наблюдаемых изменений баланса спроса и предложения на  мировом рынке нефти.

 

Однако это существенно не  повлияло на  прогноз инфляции и экономической активности с учетом сглаживающего воздействия механизма бюджетного правила.

 

В базовом сценарии и сценарии с высокими ценами на нефть за счет влияния разовых факторов, таких как повышение НДС и  постепенный перенос в цены произошедшего в 2018 г. ослабления рубля, инфляция временно ускорится и составит 5–5,5% по итогам 2019 года. С  учетом принятых решений по  денежно-кредитной политике, которые позволят предотвратить устойчивое закрепление инфляции на  уровне, существенно превышающем цель Банка России, квартальные аннуализированные темпы прироста потребительских цен замедлятся до 4% уже во втором полугодии 2019 года.

 

Годовая инфляция вернется к  4% в  первой половине 2020 г. и сохранится вблизи этого уровня до конца прогнозного горизонта. Это создаст условия для смягчения денежно-кредитной политики в  конце 2019  – начале 2020 года. Темпы роста экономики в  обоих сценариях останутся вблизи потенциальных и будут плавно ускоряться в 2019–2021 гг. по мере постепенной реализации запланированных правительством налогово-бюджетных мер и повышения пенсионного возраста. Кроме того, дополнительно Банк России рассматривает рисковый сценарий, в котором заложено выраженное ухудшение внешних условий. Оно окажет неблагоприятное влияние одновременно на ценовую динамику и экономическую активность: в  2019  г. может произойти существенное отклонение инфляции от 4% и выход прироста ВВП в отрицательную область.

 

Однако это влияние будет краткосрочным с учетом повысившейся устойчивости российской экономики к изменению внешних условий, сглаживающего эффекта бюджетного правила и своевременного ужесточения денежно-кредитной политики.

 

Уже в 2020–2021 гг. основные макроэкономические параметры прогноза в  рамках рискового сценария, а  соответственно, и  траектория ключевой ставки Банка России приблизятся к  уровням базового сценария. Оценка Банком России внутренних инфляционных рисков, связанных с  динамикой заработной платы, возможными изменениями в  потребительском поведении, бюджетными расходами, существенно не  изменилась. Эти риски остаются умеренными. В  то  же время сохраняется высокая неопределенность относительно дальнейшей динамики инфляционных ожиданий, в том числе масштаба и продолжительности их реакции на реализовавшиеся и будущие проинфляционные факторы.

 

В целом баланс рисков остается смещенным в  сторону проинфляционных рисков, особенно на краткосрочном горизонте. Принятое 14 декабря 2018 г. решение о повышении ключевой ставки до  7,75% годовых направлено на ограничение инфляционных рисков. Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего повышения ключевой ставки, принимая во  внимание динамику инфляции и  экономики относительно прогноза, а также учитывая риски со стороны внешних условий и реакции на них финансовых рынков.


 

 

2.1. Базовый сценарий

Предпосылки прогноза Предпосылки базового сценария Банка России значительно не изменились по сравнению с базовым сценарием, опубликованным в октябре. Главное отличие заключается в уточнении траектории цен на нефть на горизонте 2019 г. (рис.  2.1). Оно в первую очередь обусловлено текущей ситуацией на мировом рынке нефти (см. раздел 1.2), а также бóльшим, чем предполагалось ранее, расширением добычи нефти на прогнозном горизонте, прежде всего в США. Более высокий уровень предложения, чем предполагалось ранее, связан также со смягчением ограничений на импорт нефти из Ирана. Эти факторы ограничат поддержку ценам на нефть со стороны продления соглашения ОПЕК+ (см. раздел 1.2).

 

В результате в базовом сценарии Банк России по-прежнему исходит из  постепенного снижения цен на  нефть марки Urals до 55 долл. США за баррель, однако несколько быстрее, чем ожидалось ранее. В  предпосылках прогноза среднегодовая цена на нефть снижена с 63 до 55 долл. США за баррель в 2019 г. и сохранена вблизи этого уровня в 2020–2021 годах. Набор прочих внешних и внутренних предпосылок базового сценария остался неизменным по сравнению с базовым прогнозом, опубликованным в октябре. В части ключевых внешних предпосылок, помимо траектории цен на нефть, Банк России также исходит из небольшого замедления экономического роста и  сохранения невысокого инфляционного давления в  основных странах – торговых партнерах, постепенной нормализации денежно-кредитной политики в  развитых экономиках, а  также предполагает сохранение введенных в отношении России в 2014–2018 гг. международных санкций.

 

Международные организации в октябре-ноябре несколько понизили свои прогнозы темпов роста мировой экономики в  ближайшие годы с учетом текущей ситуации в ключевых экономиках (см. раздел 1.2). Это, однако, не потребовало уточнения предпосылок базового сценария Банка России, так как изначально они были несколько более консервативными, в том числе с учетом сохраняющихся рисков ужесточения торговых ограничений. В  2019–2020  гг. Банк России по-прежнему предполагает дальнейшее увеличение базовой ставки в США, однако скорость повышения будет зависеть от баланса проинфляционных рисков в  экономике и  на  рынке труда и  дезинфляционных рисков, которые могут сформироваться в  результате замедления мировой экономики и роста волатильности на финансовых рынках.

 

Повышение ключевой ставки ЕЦБ в соответствии с заявлениями его представителей ожидается не ранее конца 2019 г. (см. раздел 1.2), что учтено в базовом сценарии Банка России. В  части ключевых внутренних предпосылок Банк России учитывает влияние на условия проведения денежно-кредитной политики мер других видов экономической политики: повышения базовой ставки НДС с 18 до 20% с 1 января 2019 г.; планируемых изменений акцизов на отдельные товары, входящие в потребительскую корзину; проведения нефтегазового налогового маневра; поэтапного повышения пенсионного возраста; планируемой реализации комплекса мер налогово-бюджетной политики, направленных на смягчение существующих в  настоящее время структурных ограничений в российской экономике, а также действия бюджетного правила.

 

Прогноз

Прогноз основных макроэкономических показателей в  рамках базового сценария Банка России в 2019–2021 гг. в целом не изменился по  сравнению с  базовым сценарием, опубликованным в  октябре. По  прогнозу Банка России, в 2019 г. годовая инфляция временно ускорится до 5,0–5,5% с 3,9–4,2% по итогам 2018 г.. Наиболее значимое влияние на  динамику потребительских цен в  2019  г. окажет повышение базовой ставки НДС, вклад которого в  годовую инфляцию, по  оценкам Банка России, составит около 1  процентного пункта. Также на  инфляцию, преимущественно в  первой половине 2019 г., продолжит влиять произошедшее в 2018 г. ослабление рубля.

 

Эффекты НДС и курсовой динамики будут отражаться на годовой инфляции до конца 2019 г., при этом квартальные аннуализированные темпы прироста потребительских цен (с поправкой на сезонность) замедлятся до 4% уже во втором полугодии 2019 года. Инерционные показатели инфляции, включая скользящую среднегодовую инфляцию, в течение всего 2019 г. останутся выше, чем в 2018 году. Относительно более быстрое, чем в  опубликованном в октябре базовом сценарии, снижение цен на нефть привело к пересмотру вклада налогового маневра в  годовую инфляцию. В 2019 г. он составит -0,1 п.п., после чего на фоне стабилизации нефтяных цен будет постепенно увеличиваться: в 2020 г. сложится на уровне вблизи нуля, в 2021 г. будет небольшим положительным (см. приложение «Об  оценке влияния налогового маневра в нефтяной сфере на потребительскую инфляцию»). Совокупный вклад в годовую инфляцию увеличения акцизов на  отдельные товары, входящие в  потребительскую корзину, в  2019  г. может составить около 0,3–0,4  п.п. (см. приложение «Влияние изменения ставок акцизов на инфляцию в 2019 году»).

 

Этот эффект ранее уже был учтен Банком России в  базовом прогнозе инфляции 5,0–5,5% на конец 2019 года.

 

Сохраняющаяся высокая чувствительность инфляционных ожиданий к  влиянию разовых факторов может усиливать воздействие курсовой динамики и  повышения НДС на  динамику потребительских цен. Денежно-кредитная политика в 2019 г. будет направлена на ограничение масштаба и  длительности этих вторичных эффектов повышения НДС и произошедшего ослабления рубля. Банк России сохранит консервативный подход к  проведению денежно-кредитной политики, придавая большее значение проинфляционным факторам и  рискам. Это предполагает проведение Банком России более жесткой денежно-кредитной политики, чем в ситуации отсутствия влияния упомянутых разовых факторов на  инфляцию. Такой консервативный подход к денежно-кредитной политике создаст условия для ее смягчения в конце 2019 – начале 2020 года.

 

 

По прогнозу Банка России, с учетом принятых решений по  денежно-кредитной политике годовая инфляция вернется к 4% в первой половине 2020 г., когда эффекты произошедшего ослабления рубля и  повышения НДС будут исчерпаны, и останется вблизи 4% в дальнейшем . Стабилизации инфляции вблизи 4% будет способствовать проводимая Банком России денежно-кредитная политика. Повышение Банком России ключевой ставки в декабре 2018 г. позволит предотвратить устойчивое закрепление инфляции на  уровне, существенно превышающем цель Банка России. Прогноз темпов роста российской экономики и  денежно-кредитных показателей в  2019–2021  гг. также не  изменился по  сравнению с базовым сценарием, опубликованным в  октябре. В  условиях действия бюджетного правила более быстрое снижение цен на нефть будет оказывать ограниченное влияние на российскую экономику.

 

В свою очередь динамика внутреннего спроса на  всем прогнозном горизонте не будет оказывать повышательного давления на инфляцию. В 2019 г. темп прироста ВВП несколько снизится и  составит 1,2–1,7% после 1,5–2,0% в 2018 году. На горизонте 2019 г. сдерживающее влияние на  динамику внутреннего спроса окажут повышение НДС (преимущественно в начале года), замедление роста доходов экономики от экспорта в результате снижения цен на нефть, а также некоторое замедление роста кредитования на фоне произошедшего во второй половине 2018 г. ужесточения денежно-кредитных условий ввиду ухудшения внешнеэкономического фона. В то же время сдерживающее воздействие повышения НДС в 2019 г. во многом будет компенсировано ростом инвестиционного спроса в рамках реализации запланированных правительством налогово-бюджетных мер и повышением пенсионного возраста, которое смягчит влияние демографических ограничений на темпы экономического роста.

 

В  2020–2021  гг. рост российской экономики ускорится до 1,8–2,3% и 2,0–3,0% соответственно . Этому будут способствовать постепенное накопление положительного эффекта от запланированных мер налогово-бюджетной политики и  структурных реформ при их успешной реализации. Более высокие темпы роста российской экономики при этом не будут формировать дополнительного инфляционного давления со стороны спроса и препятствовать сохранению инфляции у  цели, так как будут обеспечены расширением производственного потенциала экономики.

 

Кредитная активность в  2019–2021  гг. продолжит увеличиваться темпами, соответствующими повышению платежеспособного спроса и не создающими рисков для ценовой и финансовой стабильности. Неценовые условия кредитования будут смягчаться постепенно, отражая сохранение консервативного подхода банков к  оценке заемщиков и  принятию рисков. Кредит останется основным драйвером изменения денежного предложения. Ключевые тенденции в  прогнозе показателей платежного баланса в  2019–2021  гг., связанные с  динамикой внутреннего и  внешнего спроса, изменением мировых цен на нефть, в целом соответствуют тем, что были заложены в базовом сценарии, опубликованном в октябре.

 

По  прогнозу Банка России, в  условиях постепенного снижения цен на  нефть сальдо счета текущих операций платежного баланса останется устойчиво положительным на  всем прогнозном горизонте (около 5% ВВП в 2019 г. и  около 3% ВВП в  2020–2021  гг.). Однако по итогам 2019 г. оно сложится чуть ниже, чем предполагалось ранее, ввиду более быстрого снижения цен на нефть к уровню 55 долл. США за баррель (рис. 2.6).

 

В то же время постепенное сворачивание договоренностей стран – экспортеров нефти, а также меры правительства, направленные на стимулирование несырьевого экспорта, поддержат рост физических объемов экспорта, что смягчит эффект от  падения цен на нефть. Сальдо финансового счета по  частному сектору будет снижаться в 2019–2021 гг. (около 1% ВВП в 2019 г. и несколько ниже 1% ВВП в  2020–2021  гг.) на  фоне уменьшения выплат по  внешнему долгу и  некоторого ухудшения возможностей российских компаний для зарубежного инвестирования в условиях снижения цен на основные товары российского экспорта (рис. 2.7). В 2019–2021 гг. также продолжится пополнение международных резервов в рамках реализации механизма бюджетного правила.

 

При этом Банк России планирует возобновить регулярные покупки иностранной валюты (после их приостановки в сентябре) с 15 января 2019 года. Решение об осуществлении отложенных в 2018 г. покупок иностранной валюты на  внутреннем рынке будет приниматься Банком России после возобновления регулярных покупок. Исключительно для модельного расчета базового сценария Банк России использует допущение об осуществлении отложенных в 2018 г. покупок равномерно в течение всего прогнозного горизонта – в 2019–2021 годах.


 

 

2.2. Сценарий с высокими ценами на нефть

Предпосылки прогноза

Предпосылки сценария с  высокими ценами на нефть совпадают с предпосылками опубликованного в октябре сценария с неизменными ценами на  нефть, название которого было скорректировано с учетом изменения текущей конъюнктуры мирового рынка нефти (см. раздел 1.2). Основным отличием от базового сценария является траектория цен на  нефть, которые складываются на более высоком уровне в  течение всего прогнозного горизонта  – около 75  долл. США за  баррель. В  основе такой динамики лежат преимущественно факторы со  стороны предложения энергоносителей: в сценарии с высокими ценами на нефть предполагаются более значительные ограничения добычи в  рамках договоренностей ОПЕК+ после 2018 г. по сравнению с базовым сценарием. Прочие внешние и внутренние предпосылки в целом совпадают с базовым сценарием. Применение бюджетного правила продолжит сглаживать влияние динамики цен на нефть на российскую экономику на прогнозном горизонте.

Прогноз

Прогноз основных макроэкономических показателей в  рамках сценария с  высокими ценами на нефть остался в целом без изменений по сравнению со сценарием с высокими ценами на нефть, опубликованным в октябре. Его основное отличие от базового сценария по-прежнему заключается в динамике экономической активности в 2019 году. На фоне более благоприятных внешних условий, которые окажут дополнительную поддержку деловым настроениям, потребительской и  инвестиционной активности, темп прироста ВВП в 2019 г. будет немного выше и составит 1,5–2,0%.

 

Несколько более быстрое расширение внутреннего спроса, чем в базовом сценарии, окажет небольшое повышательное давление на инфляцию в 2019 году.

 

Кроме того, в связи с более высоким уровнем цен на нефть в 2019 г. вклад нефтегазового налогового маневра в  динамику годовой инфляции будет положительным в отличие от базового сценария и составит 0,3 процентного пункта. Однако влияние этих факторов на  инфляцию компенсируется понижательным давлением через эффект переноса курсовой динамики, так как рубль, по  оценкам Банка России, будет несколько крепче, чем в базовом сценарии. По  итогам 2019  г. инфляция сложится вблизи уровней базового прогноза и составит 5,0–5,5% под влиянием повышения НДС и произошедшего в 2018 г. ослабления рубля.

 

В условиях высокой чувствительности инфляционных ожиданий к разовым проинфляционным факторам денежно-кредитная политика в этом сценарии также будет близка к  проводимой в  базовом сценарии. Она будет направлена на ограничение инфляционных рисков и стабилизацию инфляции вблизи 4%. В  2020–2021  гг. динамика основных показателей будет практически полностью совпадать с оценками базового сценария: предполагается возвращение инфляции к уровню вблизи 4% и сохранение темпов экономического роста около потенциальных. Отличие показателей платежного баланса от базового сценария будет связано с выраженным положительным влиянием более высоких мировых цен на  нефть на  стоимостные объемы экспорта.

 

Сальдо счета текущих операций (рис.  2.10) на  всем прогнозном горизонте превысит уровень базового сценария и  составит около 8% ВВП в 2019 г. и около 6–7% ВВП в 2020–2021 годах. Отрицательное сальдо финансового счета  по частному сектору также сложится выше, чем в базовом сценарии, и составит 2% ВВП в 2019–2021 годах. Этому будет способствовать несколько большее расширение иностранных активов российских компаний и  банков в  условиях более существенного роста доходов от  экспорта. В  сценарии с неизменными ценами на нефть ожидается более значительное увеличение международных резервов по сравнению с базовым сценарием за  счет существенного объема покупок иностранной валюты в рамках бюджетного правила в условиях более высоких цен на нефть.

 

 

 

2.3. Оценка рисков

 

Баланс рисков остается смещенным в  сторону проинфляционных рисков, особенно на  краткосрочном горизонте. Сохраняется высокая неопределенность относительно дальнейшего развития внешних условий и их влияния на цены финансовых активов. Основными источниками неопределенности в  части внешних факторов являются перспективы развития мировой экономики в целом и ситуации в странах с  развивающимися рынками, в  том числе под влиянием изменения в  дальнейшем международных ограничений во внешней торговле, а также геополитические факторы. Кроме того, с учетом развития ситуации на мировом рынке энегроносители (см. раздел 1.1) возросли риски превышения предложения над спросом на рынке нефти в 2019 году.

 

Банк России продолжает в дополнение к основным сценариям прогноза рассматривать также рисковый сценарий. Предпосылки рискового сценария остались неизменными по  сравнению со  сценарием, опубликованным в  октябре. Они предполагают существенное неблагоприятное изменение внешних условий, причинами которого может быть одновременное ухудшение ситуации по нескольким внешним факторам, отмеченным выше, приводящее к существенному росту премии за риск на российские активы и увеличению оттока капитала из России. В  рисковом сценарии закладывается также устойчивое снижение мировых цен на нефть до 35 долл. США за  баррель в  результате более слабого мирового спроса на энергоносители, чем в базовом сценарии, на фоне замедления глобальной экономики. Действие бюджетного правила будет сглаживать влияние ухудшения условий торговли на государственные финансы, экономику и валютный курс. Рисковый сценарий прогноза в целом остался неизменным по сравнению с рисковым сценарием, опубликованным в октябре.

 

Ухудшение внешних условий приведет к ускоренному оттоку капитала в 2019 г. и окажет понижательное давление на  текущий счет. Это может привести к  краткосрочному сокращению внутреннего спроса, ослаблению рубля, росту курсовых и инфляционных ожиданий. Инфляционные риски обусловят необходимость ужесточения денежно-кредитной политики для ограничения роста инфляционных ожиданий и  стабилизации финансового рынка. В 2019 г. при условии реализации рискового сценария вероятно более существенное ускорение роста цен, чем в базовом сценарии, а также выход темпов прироста ВВП в  отрицательную область. В  дальнейшем по  мере адаптации к  изменившимся внешним условиям темпы прироста совокупного выпуска в экономике вернутся в положительную область и в 2020–2021 гг. будут близки к уровням базового сценария.

 

Инфляция к концу 2020 г. приблизится к целевому уровню Банка России и сохранится вблизи 4% в дальнейшем. В  случае реализации рискового сценария Банк России будет внимательно отслеживать уровень рисков для финансовой стабильности, которые могут быть связаны с повышенной волатильностью на  финансовом рынке, и  будет готов в  случае необходимости задействовать все имеющиеся в его распоряжении инструменты для их ограничения. Оценка Банком России внутренних инфляционных рисков, связанных с  динамикой заработной платы, возможными изменениями в  потребительском поведении, бюджетными расходами, существенно не  изменилась. Эти риски остаются умеренными.

 

В  то  же время сохраняется высокая неопределенность относительно дальнейшей динамики инфляционных ожиданий, в  том числе масштаба и продолжительности их реакции на  повышение НДС в  начале 2019  г., а  также на  произошедшее в  2018  г. ослабление рубля. Сохраняющаяся инерционность инфляционных ожиданий и их чувствительность к разовым проинфляционным событиям могут повышать вторичные эффекты этих событий и  усиливать действие других проинфляционных рисков в случае их реализации. Принятое 14 декабря 2018 г. решение о повышении ключевой ставки до  7,75% годовых направлено на ограничение инфляционных рисков и позволит предотвратить устойчивое закрепление инфляции на  уровне, существенно превышающем цель Банка России. Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего повышения ключевой ставки, принимая во внимание динамику инфляции и экономики относительно прогноза, а также учитывая риски со стороны внешних условий и реакции на них финансовых рынков.


 

 

 

Экономическое положение регионов России

Инфляция и ценовые ожидания

Региональная неоднородность инфляции в сентябре-ноябре 2018 г. оставалась высокой. Устойчивыми факторами, определяющими неравномерность темпов роста цен в стране, оставались неодинаковый эффект переноса изменений курса рубля (из-за различий в структуре потребительской корзины и географии стран – поставщиков импортной продукции), структурные особенности в динамике производительности разных секторов экономики, а также неоднородность предложения сельскохозяйственной продукции (с учетом географического положения и специализации регионов). Кроме того, краткосрочные отклонения инфляции в регионах от общероссийских трендов возникают под влиянием немонетарных факторов, таких как несовершенная конкуренция и наличие барьеров входа на рынок сбыта, неоптимальное тарифное регулирование, недостаточное развитие логистической инфраструктуры и ресурсные ограничения на отдельных сегментах. Значения годовой инфляции в регионах в ноябре находились в широком интервале – от 1,6 до 5,4% – при среднероссийском значении 3,8%.

 

Наибольшие темпы роста цен были характерны для большинства регионов Центра и Дальнего Востока с более высокими доходами населения; Республики Крым, где происходит выравнивание цен относительно уровней других регионов России; некоторых регионов юга Сибири . В группу субъектов с наиболее низкими годовыми значениями роста цен входят регионы Урала и Западной Сибири с пониженной долей импорта в потреблении, республики Северного Кавказа и некоторые южные регионы с развитым агропромышленным комплексом. Наиболее значительные региональные различия в ноябре сохранялись в динамике продовольственной инфляции. При этом по  сравнению с  октябрем региональная неоднородность инфляции продовольственных товаров несколько уменьшилась за счет исчерпания действия временных факторов на Северном Кавказе (в октябре годовая динамика цен в регионах округа замедлилась из-за смещения на более поздний срок сбора урожая овощей открытого грунта).

 

В то же время распределение субъектов по уровням инфляции услуг и непродовольственных товаров к октябрю-ноябрю приобрело относительно однородный вид (рис. 3). Влияние на цены временных региональных колебаний предложения продовольствия будет последовательно снижаться. Ожидается также некоторое выравнивание региональной ценовой динамики на рынке услуг, в том числе медицинских и образовательных услуг, услуг пассажирского транспорта. В то же время в ближайшие месяцы будет проявляться действие ряда факторов повышения региональной неоднородности. Это различный перенос в цены произошедшего ослабления рубля и роста цен на моторное топливо (влияние этого фактора будет уменьшаться после произошедшей стабилизации темпов роста цен на бензин), а также ожидаемого повышения ставки НДС. В наибольшей степени эти эффекты будут отражаться на динамике цен непродовольственных товаров.

 

Влияние указанных факторов на инфляционную динамику будет более выражено для относительно высокодоходных регионов с более низкой долей товаров, облагаемых по льготной ставке НДС (социально значимых товаров и услуг), и большей долей импорта в структуре потребления (крупнейшие регионы европейской части страны), а также для отдаленных регионов с более высоким уровнем транспортных издержек (северные и дальневосточные регионы). Отмеченные общестрановые инфляционные факторы уже нашли отражение в изменении краткосрочных ценовых ожиданий предприятий в большинстве регионов, которые в сентябре-октябре 2018 г. продолжали расти. В отраслевом разрезе увеличение ожиданий в октябре наблюдалось по всем видам экономической деятельности, в региональном – во всех федеральных округах, кроме Уральского и Северо-Западного, где происходило некоторое снижение показателя относительно высоких значений августа. По мере приближения общероссийской инфляции к 4% до конца года и превышения ею этого уровня в первой половине 2019 г. (текущие месячные темпы роста цен вернутся к 4% уже в середине 2019 г.) будет увеличиваться количество регионов с инфляцией выше 5%. В то же время в ряде субъектов уровень инфляции, несмотря на ее повышение, может остаться ниже 4%, прежде всего – в регионах Северного Кавказа и Урала (в первую очередь в силу действия отмеченных выше устойчивых структурных факторов).


 

 

Потребительский спрос

Динамика спроса оставалась умеренной и  не  оказывала значимого проинфляционного влияния во  всех федеральных округах. Замедление роста спроса в  годовом выражении, отмеченное по России в целом, в сентябре-октябре в значительной мере определялось локальным спадом в регионах Северного Кавказа, тогда как в большинстве крупных макрорегионов, напротив, происходила стабилизация или восстановление динамики розничной торговли и платных услуг. В региональном разрезе наиболее сдержанная динамика спроса на товары и услуги наблюдалась в Северо-Кавказском и Южном федеральных округах. Это определялось негативной динамикой доходов населения в годовом сопоставлении на фоне снижения общей экономической конъюнктуры в аграрных регионах в III квартале с учетом результатов сбора урожая текущего года (см. пункт «Экономическая активность»)

 

 

Кредитование

Условия банковского кредитования в  большинстве регионов менялись сонаправленно. По кредитованию физических лиц, по данным обследования условий банковского кредитования Банка России, в III квартале продолжилось смягчение как ценовых, так и неценовых условий (в наибольшей степени – для ипотечных ссуд). Вместе с тем к концу квартала наметилась стабилизация или разворот в динамике процентных ставок по потребительским кредитам в большинстве округов. В сегменте кредитования крупных корпоративных заемщиков во всех округах в III квартале также произошло некоторое ужесточение ценовых условий кредитования банков (после продолжительного смягчения). В то же время неценовые условия кредитования компаний в регионах смягчались. В целом условия корпоративного кредитования характеризовались банками преимущественно как нейтральные во всех регионах.

 

При этом баланс оценок был несколько смещен в сторону жестких в центральной части и на юге России. Темпы прироста кредитования физических лиц в  III  квартале 2018  г. во  всех федеральных округах оставались относительно высокими. В дальнейшем их стабилизации будет способствовать исчерпание восстановительного роста и насыщение рынка с точки зрения долговой нагрузки заемщиков. В четырех федеральных округах со средним уровнем доходов (Северо-Западном, Поволжском, Уральском и Сибирском) уровень кредитной нагрузки населения, рассчитанный как отношение размера ежемесячных платежей по всем кредитам заемщика к уровню его дохода, уже находится вблизи верхней границы нейтрального уровня (30–35%1 ).

 

На Дальнем Востоке и Северном Кавказе догоняющий рост кредита может быть связан с эффектом низкой базы и более низким уровнем долговой нагрузки. Однако, с другой стороны, сдерживать рост кредитования населения в этих регионах будет сохранение более высоких кредитных рисков. Доля резервов на возможные потери по ссудам2 от общего объема требований по ссудам физическим лицам в сентябре в Северо-Кавказском федеральном округе составляла 25%, в Дальневосточном – 28% при среднероссийском значении 9%.

 

Динамика кредитования корпоративных заемщиков на протяжении текущего года остается неоднородной в региональном разрезе. Устойчивые темпы роста корпоративного кредитного портфеля в последние два года демонстрируют большинство центральных, южных и уральских регионов. В III квартале расширению кредитования в них способствовала главным образом реализация крупных инвестиционных проектов и программ государственной поддержки. На Дальнем Востоке и Северо-Западе положительная динамика установилась с конца 2017 – начала 2018 года. При этом в Сибири снижение кредитования юридических лиц продолжается с весны 2017 года. На Северном Кавказе и  в  Приволжском округе динамика корпоративного кредитования неустойчива и в последние месяцы находится преимущественно в отрицательной зоне, что обусловлено временными факторами (погашением задолженности рядом крупных заемщиков)


 

 

Об оценке влияния налогового маневра в нефтяной сфере на потребительскую инфляцию

Налоговый маневр в нефтегазовой отрасли предполагает постепенный отказ от экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты в пользу роста налога на добычу полезных ископаемых. Это может оказать влияние на инфляцию в 2019–2024 гг., масштаб которого во многом будет зависеть от динамики мировых цен на нефть. Это воздействие реализуется как напрямую через непосредственный вклад в инфляцию изменения стоимости бензина и дизельного топлива, так и косвенно – за счет влияния изменения внутренних цен на нефть и нефтепродукты на издержки производства товаров и услуг.

 

1. Параметры налогового маневра и механизмы его влияния на инфляцию

Налоговый маневр предполагает следующие преобразования в  сфере налогообложения нефтегазовой отрасли. К 2024 г. планируется постепенное снижение экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты до нуля1 . В то же время налог на добычу полезных ископаемых (далее – НДПИ) будет постепенно повышаться, что позволит компенсировать потери бюджета от налоговых поступлений по экспортному каналу. Кроме того, с 1 января 2019 г. до 2024 г. планируется поэтапное введение акциза на нефтяное сырье, направляемое на переработку, и налогового вычета по указанному акцизу2 . Рост НДПИ и снижение экспортных пошлин на нефть могут привести к росту ее внутренней цены.

Первая мера – за счет увеличения себестоимости добычи. Вторая – за счет сокращения разрыва между экспортной и внутренней ценой нефти. Вследствие увеличения внутренней цены нефти возрастет себестоимость производства нефтепродуктов, что будет оказывать повышательное давление на их цены. Кроме того, налоговый маневр предполагает снижение экспортных пошлин на нефтепродукты, что, как и на рынке нефти, будет способствовать росту их цен. С  целью уменьшения влияния снижения экспортной пошлины и  роста НДПИ на  внутренние цены нефтепродуктов правительство планирует ввести возвратный акциз, который предполагает компенсацию производителю части стоимости нефти, направляемой на переработку. Это должно отчасти покрыть затраты на поставку нефтепродуктов на внутренний рынок и способствовать меньшему давлению на их цены.

 

2. Каналы влияния на потребительскую инфляцию

При формировании базовых оценок Банка России основным каналом воздействия налогового маневра на инфляцию выступило снижение экспортной пошлины на нефть . Расчеты исходят из предположения о том, что динамика внутренних цен на нефть в значительной мере определяется мировой конъюнктурой (ценой нетбэк) и полностью переносится в производственные затраты и  цены нефтепродуктов. В  расчетах также учтено компенсирующее влияние возвратных акцизов на издержки производства моторного топлива, но не заложено влияние факторов налогообложения, напрямую не относящихся к налоговому маневру (например, изменение ставок акцизов на бензин и дизельное топливо). Влияние налогового маневра на инфляцию по другим каналам, обозначенным на схеме ниже, оценивается как менее существенное.


 

 

Ситуация в строительной отрасли

Формирование экономической конъюнктуры строительной отрасли обладает определенной спецификой – она характеризуется высокой инерционностью, процессы спада и восстановления в  ней могут быть существенно растянуты во  времени. Такое запаздывание становится особенно заметно в  период экономических колебаний. После спада оживление нового строительства, как правило, начинается только после восстановления экономики и устойчивого роста доходов. При этом до завершения строительства и соответствующего повышения показателей ввода зданий и сооружений может проходить еще несколько лет. Продолжительный спад в строительстве, наблюдающийся в последние годы, связан с объективным фактором – сохранением осторожного отношения к инвестициям в основные средства предприятиями и в недвижимость населением с учетом динамики доходов и ожиданий. При этом текущие значения показателей ввода зданий и сооружений в большой степени еще являются отражением кризисного спада инвестиций 2015–2016 годов.

 

Вместе с тем отдельные индикаторы строительной отрасли в 2018 г. на фоне восстановления доходов населения и общего оживления экономической активности демонстрируют некоторое улучшение ситуации . В следующем году на отрасль будет действовать совокупность факторов, в том числе динамика строительства во многом будет зависеть от реализации запланированных государственных проектов в строительстве жилья и инфраструктуры.

 

Несмотря на то что темпы роста строительства в целом остаются в отрицательной области, можно отметить, что со второй половины 2017 г. начался рост в индивидуальном строительстве жилья и строительстве нежилых зданий . Частное строительство быстрее, чем многоквартирное, реагирует на начавшееся восстановление доходов населения. Дополнительным фактором, повлиявшим на частное строительство в конце 2017 – начале 2018 года стала планировавшаяся отмена с 1 марта 2018 года «дачной амнистии»1 . Положительная динамика строительства нежилых сооружений отражает происходящее восстановление инвестиционной активности. Строительство зданий составляет около 40% всего объема строительных работ, однако оно также в значительной степени определяет ситуацию в других секторах строительной отрасли: строительстве инженерных сооружений (дорог и коммуникаций) – 40% всех работ в строительстве, отделочных и монтажных работах (вместе с работами по разборке и сносу – 20% от всего строительства).

Рост индивидуального жилищного строительства, происходивший во второй половине 2017 – начале 2018 г. на фоне продолжавшегося спада в строительстве многоквартирных домов, определил региональные различия в динамике строительства жилья в целом. Рост площади вводимых жилых домов происходил преимущественно в южных регионах с преобладанием индивидуального домостроения, а также в центральных и северо-западных регионах, где расположены крупнейшие агломерации Москвы и Санкт-Петербурга2 . С III квартала 2017 г. возобновился также и активный рост ипотечного кредитования, обусловленный, помимо восстановления доходов, снижением процентных ставок. Рост ипотечного кредитования в последние полтора года сопровождается выравниванием региональной неоднородности по  уровню долговой нагрузки. Более высокие темпы роста задолженности наблюдаются в регионах с относительно низкой базой развития этого сегмента: республиках Северного Кавказа, Крыму и Севастополе, отдельных регионах юга Сибири, Дальнего Востока.

 

В урбанизированных поволжских, центральных, северо-западных и сибирских регионах с более высоким уровнем долговой нагрузки темпы роста ниже. В дальнейшем можно ожидать сохранения региональной неоднородности динамики ипотечного кредитования, формируемой с учетом изменения уровня долговой нагрузки и условий кредитования. В ближайшие 1–2 года ситуация в жилищном строительстве будет зависеть от действия нескольких разнонаправленных факторов, в  том числе от  реализации государственных проектов. Значимым фактором будет адаптация строительных компаний к изменениям в законе о регулировании строительства с долевым участием, направленным на снижение рисков в этой отрасли.

 

В результате принятых поправок изменится структура финансирования многоквартирного строительства: деньги дольщиков заменят банковские кредиты , что приведет к некоторому росту издержек строительных компаний. Однако для большинства крупных и средних застройщиков эти изменения не станут критичными, хотя, по оценкам экспертов и представителей отрасли, отдельным небольшим строительным компаниям может быть сложно к ним адаптироваться. При этом риски монополизации отрасли из за ухода с рынка части застройщиков невелики: в большинстве субъектов отрасль жилищного строительства достаточно конкурентна (исключение составляют некоторые небольшие регионы, где значительная часть ввода жилья приходится на 1–2 строительные компании).

 

Адаптация к новым нормам может потребовать времени. Поддержку строительству окажет начавшееся восстановление доходов населения, эффект от которого для многоквартирного строительства проявится через 1–2 года (рост спроса на жилье уже отражается в ценах первичного рынка жилой недвижимости, которые возобновили рост с II квартала 2017 г.). Способствовать росту жилищного строительства в среднесрочной перспективе также призван национальный проект «Жилье и городская среда», наиболее значимый эффект от реализации которого ожидается в 2020–2024 гг. (к 2024 г. ввод жилья должен достичь 120 млн м2 по сравнению с 80 млн м2 в 2017 г.) за счет повышения доступности ипотеки, облегчения административных процедур для застройщиков, государственной поддержки при строительстве объектов инфраструктуры, расселении аварийного жилья и ряда других мер. Динамика всей строительной отрасли в 2019–2024 гг. будет также во многом зависеть от исполнения Комплексного плана модернизации и расширения магистральной инфраструктуры, расходы по которому за шесть лет превысят 6 трлн руб., в том числе 3 трлн руб. составят частные инвестиции (для сравнения: общий объем работ, выполненных в строительстве в 2017 г., был равен 7,5 трлн руб.).

 

Наибольший вклад от реализации этого плана в динамику строительной отрасли ожидается после 2019–2020 гг., когда предусмотрены наиболее значительные расходы на его финансирование. В территориальном разрезе значимость плана для экономики, в том числе инвестиций и строительства, выше в отдельных центральных и поволжских регионах (строительство и  реконструкция автодорог и  коммунальной инфраструктуры), севера европейской территории, Сибири и Дальнего Востока (развитие аэропортовой и портовой инфраструктуры).

 

 

Доклад полностью  тут.

 

Авторство: 
Копия чужих материалов
Комментарий автора: 

Принятое 14 декабря 2018 г. решение о повышении ключевой ставки до  7,75% годовых направлено на ограничение инфляционных рисков.

 

Банк России будет оценивать целесообразность дальнейшего повышения ключевой ставки, принимая во  внимание динамику инфляции и  экономики относительно прогноза, а также учитывая риски со стороны внешних условий и реакции на них финансовых рынков.

В общем если инфляция  быстро побежит вверх, то быстро задушат опять .

 

 

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя basil10
basil10(5 лет 6 месяцев)(09:36:01 / 06-01-2019)

Как это делается:

Подняли НДС придушили экономику

Ай яй яй вырастет инфляция. Подняли ставки придушили повторно.

Платежеспособный спрос не растёт.  Нет смысла что то строить. Например ВСМ Москва Казань. 

Ничего не построили нет налогов. Нет налогов надо их повысить и так по кругу.

Комментарий администрации:  
*** Оператор вентилятора ***
Аватар пользователя mamomot
mamomot(7 лет 8 месяцев)(12:44:56 / 06-01-2019)

Нет смысла что то строить. Например ВСМ Москва Казань.

Ее нет смысла строить и без повышения НДС или ключевой ставки!

А так да: как увидишь, кто дрочит на ВСМ, сразу видно поганого тролля! 

Базиль! Ты жить не можешь без ВСМ? Или без ее упоминания кураторы денег не платят?

Вообще тебя пора уже выпиливать! Так долго срать на Россию нельзя!

Аватар пользователя basil10
basil10(5 лет 6 месяцев)(13:23:20 / 06-01-2019)

Ишь прорвало то как! Наступил выходит на больную мозоль.

Если её строить смысла нет зачем её в стратегию развития транспорта включили? Вот то то. А когда обвалить экономику так мастерски мелкими, но удачными шагами убыточным становится все кроме вывоза товаров на экспорт.

И очень желательно чтобы за так. Не только нефть за так, но и зерно за так, металлы за так.

Комментарий администрации:  
*** Оператор вентилятора ***
Аватар пользователя Нехороший
Нехороший(4 года 4 месяца)(11:15:25 / 06-01-2019)

Люблю я эти формулировки: рост в отрицательной зоне.

Так, какой сценарий выберем?

Комментарий администрации:  
*** Отключен (розжиг, провокатор, горы инфомусора) ***
Аватар пользователя Далёкий
Далёкий(5 лет 2 месяца)(11:23:50 / 06-01-2019)

Конечно базовый.

Оценка Банком России внутренних инфляционных рисков, связанных с  динамикой заработной платы, возможными изменениями в  потребительском поведении, бюджетными расходами, существенно не  изменилась.

 потребительское поведение  же оценено

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год