Самая северная в мире пустыня. На Белом море. ТРАФИК!

Аватар пользователя skif-99

Село Шойна было основано в 1933 году неподалеку от устья одноименной реки, впадающей в Белое море. Через 20 лет здесь был процветающий колхоз с населением более 1500 человек. В советские времена в Шойне базировался внушительный рыболовецкий флот. Но варварский вылов рыбы тяжелыми тралами полностью уничтожил придонную растительность. В результате на Шойну стали наступать песчаные дюны, намываемые Белым морем. Сегодня пески медленно, но верно погребают поселок. Теперь намываемый морем песок превращается в высокие дюны, которые потом разрушаются под действием ветра, засыпая постройки. 

Давайте узнаем как там живут люди подробнее ...


Фото 2. 
0_1e1b2d_7142ffca_orig.jpg

Вот что писали несколько лет назад в Новой Газете про этот поселок:

Последний год в старый дом метеоролог Наташа Широких заходила через чердак: вырезала в крыше люк, поставила стремянку. Получилось удобно: вылез из люка сразу на землю — и пошел. «Самое плохое — мама парализованная была, как ее через чердак вынесешь? Лежит, окна заколочены, словно в могиле. И врач к нам ходить отказывался: что я вам, говорит, Карлсон?»

Перебираться в другой дом решили, когда у соседей Ермолиных в одну ночь занесло гараж и дровяной сарай. Дрова-то ладно, а когда в гараж лезли, непонятно было: то ли мотоцикл спасут, то ли самих задавит. «Мы едва последние вещи из дома вынесли. Ветер подул — и даже крыша под песком скрылась, — говорит Наташа. — Словно нас ждало».

Фото 3. 
0_1e1b3f_258c5049_orig.jpg

…В 30-е дома будущей Шойны ставили прямо в тундре, на мхах. Песок появился позже, но особенно не мешал: наметал дюну на берегу за поселком, шуршал под мостовыми, забивался в ботинки. Вскоре в Белом море у берега Шойны обнаружили большие запасы промысловых рыб. В поселке построили крупный консервный завод, три огромных морских причала, кирпичный завод, бараки для двух тысяч рабочих.

— А как тут в войну жили? — спрашиваю местную жительницу Евдокию Степановну.

— Да хорошо жили: зимой — камбала, летом — навага.

Фото 4. 
0_1e1b40_256f9af5_orig.jpg

У большинства рыбаков была бронь, единственный доброволец шел пешком на призывной пункт в Архангельск. Бомбоубежище вырыли под большим песчаным барханом. Авианалеты шли часто, но зажигательные бомбы падали в песок, гасли — и не взрывались.

Благополучие кончилось в 50-е. Белое море закрыли для рыболовства, кирпич стало выгоднее возить из Архангельска, рабочие разъехались. И на поселок пошел песок.

Первыми занесло три стоявших на побережье дома смотрителей маяка. Посреди пришедшей с моря дюны долго еще виднелась покосившаяся труба.

Фото 5. 
0_1e1b2b_d87513b1_orig.jpg

Второй накрыло «татарскую усадьбу» — два крепких дома слева от маяка. Потом песчаная гора слизнула заброшенную воинскую часть, свиноферму, пекарню, дом Ардеевых, старые хранилища рыбы, баню, рассыпалась по дровяным сараям, проглотила два озера — и пошла на жилые дома.

После смены Наташа ведет меня смотреть Шойну, которой нет. От нынешнего дома до старого — 10 минут ходьбы. Справа жили Козьмины, Широких и Качеговы — их еще до Наташи засыпало. Слева — новая баня, стоит на крыше занесенного дома. Впереди — казарма воинской части. Ее занесло, когда Наташа еще в школе училась: «Мы эту часть «берегом» называли. Ее потом в тундру перенесли, но все по привычке так и говорят: у военных, на берегу». Дальше начинаются двухэтажные жилые дома: «Их уже ветром обдуло, а прошлый год до второго этажа под песком были».

Фото 6. 
0_1e1b2c_69f12f69_orig.jpg


По словам Наташи, особенно быстро дома стало заносить в 80-е, «когда вся эта перестройка началась». А в 90-е мир стал трещать и разваливаться: перестали ходить суда, по четыре месяца не платили зарплату, кончились продукты в единственном магазине. И дюны пошли на поселок прямо на глазах. «Как будто почувствовали», — говорит Наташа.


Фото 7. 
0_1e1b2e_a70d6bf1_orig.jpg

Теперь на месте Наташиного дома видны почерневшие балки крыши: «Прошлый год выдуло». Дальше — только песок и кусты осоки. Наташа долго считает, скользя взглядом по песчаным холмам, сбиваясь и начиная сначала. Оказывается, под песком осталось больше 20 домов.

Холодно, зябко, ветер несет колючую поземку, Наташа вытирает глаза от пыли.

— Словно всё уходит в небытие, — говорит она, и я понимаю, что Наташа давно уже плачет.

Фото 8. 
0_1e1b2f_6e680002_orig.jpg

Шойна — самый край полуострова Канин. Три часа лета от Архангельска или Нарьян-Мара, 150 км к северу от полярного круга, зато позади поселка — Белое море, и прямо за околицей — рыжая по осени тундра. Медведи в эти места не заходят, зато куропатки выпрыгивают прямо из-под ног, вопя, как подгулявшие мужики.

Официально в Шойне 375 жителей, на деле — человек 200. В Шойне есть детский сад, школа, интернат для детей из окрестных сел, фельдшерский пункт, два магазина (просто «Магазин» и «Элегия»), Дом культуры с дискотеками по субботам и библиотека с собраниями сочинений Дарьи Донцовой и Льва Толстого.

Фото 9. 
0_1e1b30_2b51fba4_orig.jpg

Безработицы в поселке практически нет, и, если не пить, место слесаря или кочегара можно найти всегда. Впрочем, если не пить, жить в Шойне можно без денег. Коммунальных платежей нет, уголь для кочегарок собирают на берегу, где разгружаются баржи с углем для соседней воинской части.

Сентябрь для Шойны месяц хороший. Еще светло днем, не лег снег и не начались ветра. Деньги закончились в отпусках, и никто не уходит в запой. Уже отошла морошка (в этом году в магазинах ее принимали по 380 рублей за кило), но покраснела брусника, в тундре полно черники и грибов. Когда рыбаки встряхивают сети, камбалы сыпятся на песок, как листья в осеннем парке. Гуси отъелись за лето, и холодильники в каждом доме забиты дичью.

Фото 10. 
0_1e1b31_e7c77f1b_orig.jpg

Раньше деньги вообще падали с неба: вокруг поселка приземлялись ступени от запускаемых на космодроме Плесецк ракет. Ступени собирали, из оболочки делали сани-волокуши, остальное сдавали в цветмет. В последние годы ракеты пропали. Экономический кризис, поняли шойнинцы, и переключились на сбор морошки.

Я долго хожу вокруг кусков металла с надписью: «Заземление». Сваленные кучей около угольного сарая, обломки ракет кажутся следами ушедшей цивилизации. Зато волокуши из них получаются отличные: легкие, прочные и не обледеневают.

Фото 11. 
0_1e1b32_cb64ec1c_orig.jpg

Хуже всего в Шойне, когда дует западный ветер. Летит с моря, взвивает поземку, ударяет в лицо. На метеостанции так и записывают: поземка (песок) или поземка (снег).

Почему появился песок, не знает никто. По одной из версий, в золотой век Шойны рыбаки тралами содрали донный ил, и не сдерживаемый больше морской песок вышел на берег. По другой, вездеходы, лошади и коровы уничтожили в поселке всю траву, освободив находящиеся под ней пески.

Ходить по песку тяжело. Ноги проваливаются и вязнут, в ботинках хрустит, дыхание сбивается. Выходя из дома, дважды подумаешь, нужно ли тебе идти.


Фото 12. 
0_1e1b33_4054cd7f_orig.jpg

С севера вдоль поселка проходит река Шойна. Сейчас вдоль берега свалены полусгнившие остовы бывшего рыболовецкого флота, а раньше на этом месте стояла целая улица. В шторма ее постоянно заливало («Выйдешь с танцев — а крыльцо клуба уже в воде»), а в одну ноябрьскую ночь смыло штормом: и консервный завод, и клуб, и жилые дома.

Про дома, ушедшие в реку, в Шойне рассказывают иначе, чем про те, что лежат под песком. Про воду люди говорят, словно гордятся: стихия. А про песок — спокойно. Просто — песок.

Фото 13. 
0_1e1b34_ac537202_orig.jpg

С утра трактор откапывает от песка фельдшерско-акушерский пункт (ФАП), занесенный по середину оконных рам. Посмотреть на работу приходят три мужика и две собаки, рассаживаются у сарая. Воет холодный ветер, ревет трактор, рассыпаются горы серого песка. За полтора часа трактор сбивает прислоненные к стене ФАПа доски, едва не сносит полдома и превращает огромную ровную сопку в огромную полосатую сопку. Мужики у сарая выкуривают пачку «Арктики», перетирают за «А ну как ФАП под трактором навернется?» и переключаются на обсуждение какого-то Миши. Собаки и вовсе спят.

Тракторист Саша Андреев работу свою крепко не любит. «Одних откапываешь — вторые ругаются», — объясняет он.

Учитывая стоимость заполярной солярки, час работы трактора стоит 2550 рублей. Раскапывать занесенный по пояс дом надо часов 10, позволить себе такое не может никто, а сельсовет оплачивает 40 часов в месяц.


Фото 14. 
0_1e1b35_3a9f2b64_orig.jpg

В ноябре Саша выходит на пенсию, замены ему пока нет. Молодежь, говорит Саша, в трактористы не идет: «Они больше по дизельным и кочегаркам, где теплее». Большой трактор для раскопки песка в Шойне один и возрастом с Сашу. «Ездит потихонечку, — нежно говорит Саша. — Но и он не выдерживает, ломается. А с лопатой куда против стихии? Хрен».

— А если забор вокруг дома поставить?

— Да хрен его знает, — пожимает плечами Саша. — Никто и не пробовал.

Сезон раскопки домов — осень. Подмерзший песок не так раздувает ветром, а летом весь Сашин труд заметает за день или два.

— Обидно, наверное? — спрашиваю Сашу.

— Да хрен его знает, — говорит он.

Фото 15. 
0_1e1b36_5f6e32d3_orig.jpg

Аэропорт

— Во-он, Ефимыч, смотри, летят! Уже в створ полосы вошли. Ветер слабый, видимость хорошая. Ну что, Ефимыч, разрешаем гусям посадку? Жирные какие! Пойду за ружьем схожу.

Аэропорт «Шойна» — бревенчатый синий домик за бывшими холодильниками рыбозавода, по пояс залитыми грунтовой водой.

Когда-то на месте взлетной полосы были озера, потом с берега пришли дюны, и озера накрыло песком. Теперь после дождя на полосе появляются большие лужи, по которым на мотоциклах весело носится молодежь.

— Ефимыч, глянь, они по центру полосы ездят — там и колея, — директор аэропорта Саша Пестов мрачно глядит в окно аэропорта. — А по бокам кочки и травой заросло.

— А ты скажи, чтобы они по бокам ездили, траву-то и вытопчут, — предлагает Ефимыч.

— Да ну, лучше вообще запретить, — тянет Саша, но по тону понятно: не запретит.

Сейчас Саша в отпуске, заменяет его Григорий Ефимыч, бывший пилот. Раз в неделю, по средам, Ефимыч надевает летный костюм с медалями и идет встречать Ан-2 из Архангельска и Нарьян-Мара — единственную связь поселка с Большой землей. Белые Ан-2 по очереди плюхаются в грязь, подпрыгивают и несутся, взметая песок. Поселковые псы с лаем бросаются вслед, но быстро отстают и обиженно гавкают позади. В прошлом году одна тоже повадилась самолеты гонять, ворчат старики, так винтом голову и снесло.


Фото 16. 
0_1e1b37_176f540b_orig.jpg

К самолетам устремляется полпоселка: передать на материк ведро рыбы, получить кулек огурцов, поглазеть, кого принесло. Другого транспорта нет: прокладывать дорогу по тундре ради шойнинцев никто не станет, а пассажирское судоходство закончилось еще в 90-е.

Ефимыч вообще уверен, что в 90-е закончилось всё хорошее: и судоходство, и рейсы по всему Заполярью, и северное снабжение, и Советский Союз.

— А у вас в аэропорту что, даже приводов (приводная радиостанция для захода самолетов на посадку) нет? — пытаюсь я вернуть Ефимыча к профессиональным делам.

— У нас страна развалилась, а ты хочешь, чтоб привода остались! — возмущается он.

Расстояния в Шойне измеряют в минутах полета. До больницы — час двадцать, до аптеки — 45 минут, до милиции и погранслужбы — три часа. Вообще-то Шойна считается погранзоной, но от режима на ней — только страшная надпись на бревенчатом боку аэропорта: «Attention! Zone of the border control!» («Внимание! Зона пограничного контроля!») В Шойне надпись никого не пугает, поскольку прочесть ее никто не может. Сегодня, правда, прилетает новая учительница английского. Может, хоть она прочтет.

Фото 17. 
0_1e1b38_449c2b58_orig.jpg

Днем Ефимыч выбегает из аэропорта прямо без пиджака. «Шереметьево», ну просто «Шереметьево!» — притворно возмущается он и бежит встречать вертолет. К 1 сентября вертушка привезла в шойнинский интернат 30 детей из окрестных сел. В поселке волнение, в школе — ажиотаж. Главный вопрос: как сделать так, чтобы дети приехали трезвые, а если не трезвые, то чтобы до интерната дошли на своих двоих?

— А кто у них пьяный? — удивляюсь я.

— Да кто у них не пьяный?! — удивляется молодежь.

Обратно дети улетят только в мае. Весной и осенью в деревнях «распута», и вертолету не сесть. «А в Новый год им лучше домой не попадать, — говорит директор школы Татьяна Павловна Широкая. — Там ведь мы не поможем. Местных-то, если что, забираем в интернат, приводим маму в чувство — и отводим детей домой. Потому что это обычно матери-одиночки. Такого, чтобы семьями, у нас давно не было».

Чего «такого», директор не объясняет. И так ясно.

После школы дети чаще всего поступают в техникумы на материке. Заканчивают их, говорит директор, немногие: «Шойна — закрытый мир, в городах другие правила и слишком много соблазнов». После учебы в поселок возвращается больше половины детей.

Фото 18. 
0_1e1b39_570c93b2_orig.jpg

Новую учительницу английского поселили в двухэтажном доме на краю поселка.

— Так его ж заносит совсем, как она отрываться-то будет? — переживает библиотекарь Нина Никандровна.

— Все отрываются — и она будет, — отрезает сосед Владимир Николаевич. — Чего б ей не отрываться?!

Сам Владимир Николаевич накопил на пару часов работы трактора, хватило только, чтобы отрыть окна, на стеклах все еще виден след от песка. Соседние окна того же дома уходят в бархан почти целиком.

— Что ж вы соседей не отрыли? — спрашиваю я.

— Точилиных-то? Да каждый сам отрывается.

— А они почему не отрылись?

— Так померли они уже.

Старое кладбище — к югу от поселка, чуть в стороне. Лет 30 назад его завалила первая из пришедших с моря песчаных волн: погребла могилы, замела доверху кресты. Хоронить стали поверх, прямо в песке. И тут сопка начала уходить.

Из-под песка показались вскрытые, раскуроченные гробы, поваленные кресты, разбросанные скелеты. Только год назад возвращенные песком кости перенесли на новое кладбище далеко в тундру.

На старое кладбище скатываюсь прямо с пятиметровой горы песка. Обнаруживаю несколько покосившихся, выбеленных непогодой крестов, сваленные кучей ржавые могильные ограды, череп с заметенными песком глазницами, выдутые из могил, разбросанные по песку человеческие кости. И поворачиваю назад.

Фото 19. 
0_1e1b3a_3c3fae82_orig.jpg

В субботу в поселок пришли ненцы-кочевники, поставили перед «Элегией» оленьи упряжки и ушли сдавать морошку. Вблизи олени оказались тощими, обшарпанными и снулыми, так что сразу было понятно, что их пасут, погоняют и даже едят. Положив на песок тяжелые головы, они устало вздыхали, раздувая мокрые ноздри. Рядом с оленями крутилась маленькая ненецкая девочка с маленькой лохматой собачкой. Собачка была толстой, ухоженной и лоснящейся, так что сразу становилось понятно, кто здесь домашний любимец, а кто — ездовая скотина.

Вообще приезжие в Шойну зачастили. Сначала были киношники, потом телевизионщики (так что теперь шойнинцы недовольно говорят: «Наша Шойна в телевизоре чаще, чем ваша Москва»), потом китайцы. Прилетали на частном вертолете скупать оленьи рога, якобы на лекарства. Хотя Лена Копырина уверена: рога — просто предлог.

Фото 20. 
0_1e1b3b_9a51aba3_orig.jpg

Дом Лены Копыриной — крайний от маяка. Раньше позади был еще десяток домиков, но их давно засыпало, а Ленин вроде стоит. Летом песок заметает дом по пояс, зимой из-под песка и снега торчит только труба. «Мы как-то проснулись — а крыша ходуном ходит, — вспоминает Лена. — Оказалось, снегоход проехал, не заметил, что здесь дом».

Отрываться Лена не собирается: не на что, да и незачем, все равно дом прямо под сопками. Соседнему дому повезло больше, его заносит только по окна. Сейчас он пустой, а еще недавно жила семья. Первым погиб сын: поехал на охоту, схватил «белочку», да и ткнул себя ножиком в грудь. «Мы его в санях положили, вроде целый. Через полчаса смотрим: а он холодный. Ну думаем: а чтой-то он холодный?!» — объясняли мне мужики. Следом за сыном ушли и родители, никто уж не помнит, из-за чего.

— Нехороший какой-то дом, — говорю я.

— Да не, — пожимает плечами Лена. — Обычный.

Из окна нехорошего дома виден кусочек неба, косые столбы с провисшими проводами. В жилых домах засыпанные окна заколачивают, а здесь некому. Песок между рамами лежит ровный, сухой и плотный, как в песочных часах.

Фото 21. 
0_1e1b3c_6cb5e890_orig.jpg

В 1999 году в Шойне снимали большой документальный фильм «Занесенные ветром».

— Там вся молодежь наша снималась, — вспоминает Наташа. — Только их в живых уж никого нет.

Вместе считаем: трое утонули на рыбалке, трое сгорели в бане. «Двух внутри нашли, одного в тамбуре: он из огня вышел — а потом обратно зашел». Один застрелился на охоте: «То ли с горя, то ли спьяну», один разбился на мотоцикле, не справившись с управлением на песке. В общем, до пенсии из мужчин не доживает почти никто, а пенсия в Заполярье — в 55 лет.

…Много лет в Шойне вообще не было травы. А недавно появилась: высокие плотные колосья, похожие на овес. Местные было обрадовались, а потом приметили: раньше дюны свободно несло по поселку. Теперь же кусты колосьев задерживают песок, он наметает на них небольшой бархан, новые колосья прорастают поверх него, бархан делается выше — и уже никуда не уйдет.

Корни колосьев на два метра уходят в песок, выкорчевать их может лишь трактор. Кочек с колосьями становится все больше. И они крепко цепляются за жизнь.

Фото 22. 
0_1e1b3d_419da117_orig.jpg

Фото 23. 
0_1e1b3e_b9620b9d_orig.jpg

Фото 24. 
0_1e1b17_dab22cf0_orig.jpg

Фото 25. 
0_1e1b18_d14ed05b_orig.jpg

Фото 26. 
0_1e1b19_b3d57987_orig.jpg

Фото 27. 
0_1e1b1a_45139a6b_orig.jpg

Фото 28. 
0_1e1b1b_85d43c1b_orig.jpg

Фото 29. 
0_1e1b1c_a6144cc0_orig.jpg

Фото 30. 
0_1e1b1d_f07e3b8b_orig.jpg

Фото 31. 
0_1e1b1e_4661f99b_orig.jpg

Фото 32. 
0_1e1b1f_79d09668_orig.jpg

Фото 33. 
0_1e1b20_5e8c31e1_orig.jpg

Фото 34. 
0_1e1b21_81a6d7d1_orig.jpg

Фото 35. 
0_1e1b22_67cc8913_orig.jpg

Фото 36. 
0_1e1b23_1d90602_orig.jpg

Фото 37. 
0_1e1b24_98f1890d_orig.jpg

Фото 38. 
0_1e1b25_82243295_orig.jpg

Фото 39. 
0_1e1b26_2d2796cd_orig.jpg

Фото 40. 
0_1e1b27_21ca95e0_orig.jpg

Фото 41. 
0_1e1b28_ecd9560f_orig.jpg

Фото 42. 
0_1e1b29_c08983d3_orig.jpg

Фото 43. 
0_1e1b03_472e3985_orig.jpg

Фото 44. 
0_1e1b04_84ff8d26_orig.jpg

Фото 45. 
0_1e1b05_4e4864b9_orig.jpg

Фото 46. 
0_1e1b06_beb4b62a_orig.jpg

Фото 47. 
0_1e1b07_a8284235_orig.jpg

Фото 48. 
0_1e1b08_3eecf847_orig.jpg

Фото 49. 
0_1e1b09_2a2195ba_orig.jpg

Фото 50. 
0_1e1b0a_5ed49fcc_orig.jpg

Фото 51. 
0_1e1b0b_8c4a5599_orig.jpg

Фото 52. 
0_1e1b0c_35910162_orig.jpg

Фото 53. 
0_1e1b0d_85be8780_orig.jpg

Фото 54. 
0_1e1b0e_e7f53198_orig.jpg

Фото 55. 
0_1e1b0f_19df3f5a_orig.jpg

Фото 56. 
0_1e1b10_a2d3ae83_orig.jpg

Фото 57. 
0_1e1b11_5f6b36f2_orig.jpg

Фото 58. 
0_1e1b12_8e144009_orig.jpg

Фото 59. 
0_1e1b13_b05fe2fc_orig.jpg

Фото 60. 
0_1e1b14_a101d61f_orig.jpg


Фотографии Сергея Ермохина: 

Фото 1. 
0_1e1b43_dcf940a1_orig.jpg

Фото 2. 
0_1e1b44_7be308f0_orig.jpg

Фото 3. 
0_1e1b45_a01e713d_orig.jpg

Фото 4. 
0_1e1b47_f693998b_orig.jpg

Фото 5. 
0_1e1b48_fae86752_orig.jpg

Фото 6. 
0_1e1b49_522f03a6_orig.jpg

Фото 7. 
0_1e1b4a_cc5f5adf_orig.jpg

Фото 8. 
0_1e1b4b_c9a73568_orig.jpg

Фото 9. 
0_1e1b4c_8b90d25c_orig.jpg

Фото 10. 
0_1e1b4d_836363dd_orig.jpg

Фото 11. 
0_1e1b4e_8372c54e_orig.jpg

Фото 12. 
0_1e1b4f_13e33565_orig.jpg

Фото 13. 
0_1e1b50_8e2a921a_orig.jpg

Фото 14. 
0_1e1b51_cd7b72eb_orig.jpg

Фото 15. 
0_1e1b52_aa7d9439_orig.jpg

Фото 16. 
0_1e1b53_409a3148_orig.jpg

Фото 17. 
0_1e1b54_485618e_orig.jpg

 

Авторство: 
Копия чужих материалов
Комментарий автора: 

Не знал про такое место.

Комментарии

Аватар пользователя Кесарь
Кесарь(4 года 7 месяцев)

А всё равно все альтернативщики - шарлатаны, а учебники нас правильно учат!!!

Комментарий администрации:  
*** Отключен (лидер бан-рейтинга, систематический срач и политота, оскорбления) ***
Аватар пользователя Dobriy_on
Dobriy_on(5 лет 2 месяца)

Мда...

Аватар пользователя gerasimenko-vla
gerasimenko-vla(6 лет 1 месяц)

урок будущим поколениям.  Да и нынешнему тоже, а то вздумали энергию ветра на беззаботную жизнь извлекать,    Построили много гидростанций, заиливание рек идёт, и энергии нет уже,  так и с ветром будет!!!

Понимание БАЛАНСА противоречит эгоизму здесь и сей час.  

Комментарий администрации:  
*** Если ребёнок родился с браком - родителям следует положить ладонь на рот и нос, и с любовью разьединить душу и тело (с) ***
Аватар пользователя Xopc
Xopc(2 года 8 месяцев)

Древние марсиане с запустыниванием не справились. Посмотрим получится ли у землян. Кстати, именно по этой причине лететь на Марс пока бессмысленно. Надо сначала научиться преобразовывать пустыни в более пригодные биомы, но пока этого делать не умеют даже в идеальных условиях родной планеты.

Комментарий администрации:  
*** Я настоящий русский, а не подлый манкурт, вроде тех, кто со мной спорит! ***
Аватар пользователя Scahor
Scahor(5 лет 2 месяца)

Единственный пример что пустыню можно уничтожить был в ссср

Алешкинские пески. Это был экспериментальный проект и успешныц проект. Но не был завершен. Ссср больше нет и денег тоже. И пески стали возвращаться

Аватар пользователя PIPL
PIPL(7 лет 4 месяца)

Алешковские пески: малоизвестное чудо советской эпохи 

https://aftershock.news/?q=node/352965 

 

Аватар пользователя Scahor
Scahor(5 лет 2 месяца)

Хм. Вполне возможно благодаря вашему материалу я об этом и знаю) 

Аватар пользователя austin
austin(6 лет 2 месяца)

Неполживо написано. Надо бы Левиафан -2 снять. А ведь даже автор не отрицает, что до такого состояния как раз 90 - е довели, когда неполживцы страну обустраивать стали, после тяжёлых лет тоталитарного режима.

Аватар пользователя arma
arma(9 лет 2 месяца)

Поиск выдаёт такую информацию:

«В конце 50-х годов из-за запрета на морской промысел тресковых рыб в районе Канина, закрыт консервный завод, рыбоприёмный пункт передан Мезенскому рыбокомбинату.

С начала 60-х годов рабочие переведены на предприятия Архангельской области и Нарьян-Мара, а Шойна оказывается в категории «неперспективных».»

В перестройку, понятное дело, много бед наделали, но конкретно эти рыбацкие посёлки умирают с 60-х годов прошлого столетия. Прибрежные ресурсы рыбколхозы вычерпали, рыбу для страны стали добывать на океанских банках большими сейнерами, а прибрежные посёлки стали загибаться.

Аватар пользователя Геоман6лет8мес
Геоман6лет8мес(2 года 6 месяцев)

Что дорого у них морошку принимали, у нас дороже 160 не брали. Хотя дорога вроде есть, а там самолёт и 380. Не понятно.

С пустыней прекрасно справлялся полковник Каддафи. Хорошо справлялся тов. Сталин. Да и ещё пару человек.

А овес этот надо вокруг посёлка рассаживать, пусть высокие дюны будут по округе, сдерживать будет.

Аватар пользователя arma
arma(9 лет 2 месяца)

Так этот посёлок, насколько я понимаю, находится в национальном округе. Наверняка действует программа по поддержке малых народов Севера, отсюда и ценник. 

Аватар пользователя Above_name
Above_name(8 лет 4 месяца)

Года полтора-два назад на т/к Моя планета (вроде бы) был фильм про полузаброшенный и заносимый песком посёлок на Белом море. Может быть и про Шойну, а может и другой подобный.

Аватар пользователя SergeiN
SergeiN(3 года 5 месяцев)

В Мурманской области на Терском берегу Белого моря тоже есть такая проблема с наступлением песков.

Аватар пользователя Vavilon
Vavilon(5 лет 3 недели)

Эпиграф.

В советские времена в Шойне базировался внушительный рыболовецкий флот. Но варварский вылов рыбы тяжелыми тралами полностью уничтожил придонную растительность. В результате на Шойну стали наступать песчаные дюны, намываемые Белым морем.

 Текст

…В 30-е дома будущей Шойны ставили прямо в тундре, на мхах. Песок появился позже, но особенно не мешал: наметал дюну на берегу за поселком, шуршал под мостовыми, забивался в ботинки. Вскоре в Белом море у берега Шойны обнаружили большие запасы промысловых рыб. В поселке построили крупный консервный завод, три огромных морских причала, кирпичный завод, бараки для двух тысяч рабочих

 и

Почему появился песок, не знает никто. По одной из версий, в золотой век Шойны рыбаки тралами содрали донный ил, и не сдерживаемый больше морской песок вышел на берег. По другой, вездеходы, лошади и коровы уничтожили в поселке всю траву, освободив находящиеся под ней пески.

 Но весь текст прочитают немногие

Аватар пользователя Сергей Низовцев

В общем - всё плохо. А какую-либо деятельность по выживанию население ведёт? Я не про власти - я про людей. Или активные уже сбежали?

Аватар пользователя mmx
mmx(5 лет 6 месяцев)

2 момента:

Морошку они там собирают в промышленных количествах, поселок с неё живет (об этот сам автор и написал). Значит что? Значит вокруг самая обычная тундра, вполне себе зеленая летом. А вся эта песочная бодяга является локальным природным (а может и рукотворным, не суть важно) явлением на берегу моря у впадающей в него реки. Вполне возможно что зеленеющая тундра видна была даже с окраины поселка, только говноблогеры все фотки на которые она попала тщательно отфильтровали. Ведь им надо чтобы было ужас-ужас-ужас, чтобы хайпа словить на своих говнорепортажах.

Говноблогеры с той же целью и дома подбирали самые заброшенные (а забрасывать их начали еще в 60-х как тут выше в комментах написано) и людей самых бичеватых и "живописные" остовы лодок-тракторов. Все чтобы создать хайповую картинку сплошной разрухи, нищеты и безнадёги. Ведь это их цель и их хлеб - измазать все говном из своей черепной коробки. Однако тут вышел промах и на фотках нет-нет да и проскакивают моменты нормальной жизни. На первой паре фоток с общими планами видны дома-новостройки (или хорошо отремонтированные и содержащиеся в порядке) и песок их почему-то не заметает. Мелькает в кадрах новая современная техника (квадрик, уазик, вездеход какой-то явно не самопальный, моторки). Люди нормально одетые и нормально, не бичевато, выглядящие. В конце-концов та сцена разгрузки арбузов о многом говорит: никто не потащит такую ерунду в якобы "умирающий" поселок.

И что мы в итоге имеем? А имеем мы в итоге обычный наброс обычных интернетных хайпожоров. Заслать туда нормального репортера - он снимет жизнь нормальных людей в окружении интересного природного явления и живописных остатков советского поселка середины прошлого века. А мудаки сняли то что сняли, они по другому и не умеют.

Аватар пользователя Хмурый ослик
Хмурый ослик(5 лет 7 месяцев)

Дочитал до места, где связывается уничтожение тралами придонной растительности и наступление дюн и дальше не смог.