Cостояние форс-мажора, при котором все стандартные оценки перестают работать, уже наступило

Внимательные читатели не могу не заметить, что мы уже несколько недель практически каждый день публикуем переводные тексты западных аналитиков, которые настаивают на том, что «вот-вот» произойдет обрушение финансовых рынков. При этом самого обрушения пока не видно. И возникает вопрос, кто же они такие? Озабоченные «алармисты»? Туповатые «расчетчики», которые ничего, кроме цифр, не видят? Наконец просто политические провокаторы? Ответа на этот вопрос, скорее всего, несколько более сложен.

[ ДОПОЛНИТЕЛЬНО СМОТРЕТЬ ПО ТЕМЕ : Едва уловимый запах газа почти всегда ощущается на закате каждого продолжительного бычьего рынка. Когда начинает смеркаться, этот запах — то ли свежих фруктов, то ли гниющих овощей — спускается вниз по Уолл-стрит. Вы ощущаете его, но он настолько неуловим, что дать ему характеристику вам не по силам.  http://finview.ru/2018/06/23/progulka-po-dikojj-storone/  ]

Я напомню, что первые наши тексты о неизбежности начала серьезного кризиса вышли весной 2000 года и они предполагали, что кризис может начаться уже осенью 2000 года. Все читатели тогда, разумеется, приняли как некоторую очевидность, что кризиса — это падение фондовых рынков. Напомню, что рынки упали, но осенью 2001 года (и для оправдания этого неизбежного спада и были устроены теракты 11 сентября), о чем я, кстати, тоже предупреждал, но это было потом. А вот осенью 2000 года рынки не рухнули.

Спрашивается, мы ошибались?

А вот и нет! Дело в том, что любой прогноз делается, исходя из постоянства некоторых базовых условияй. Просто потому, что прогноз — это описание некоторого будущего, в некоторых условиях. Недаром, любимое слово страховщиков это «форс-мажор», то есть событие, которое нарушает правила, в рамках которых подписан договор. Условия нарушены, договора нет. Поэтому любой прогноз, теоретически, должен состоять из двух принципиальных частей: собственно прогноза и условий, нарушение которых ведет к отказу от него. Рынки осенью 2000 года не упали, но был ли форс-мажор? И, кстати, почему мы про него не написали явно?

Почему не написали, понятно: в те времена форс-мажор был редкостью и специально его не оговаривали. Кроме того, власти всех стран мира (и элита «Западного» глобального проекта) прилагала много усилий для того, чтобы объяснить, что его и быть-то не может, понимание того, что форс-мажоры уже произошли становится достоянием широкой общественности сильно позднее, чем они произошли в реальности. И поэтому возвращаемся к главному вопросу: а был ли осенью 2000 форс-мажор?

Ответ: да, конечно! В ноябре 2000 года в США состоялись президентские выборы, на которых победил Дж.Буш-младший. А в промежутке между выборами и его инаугурацией еще президент У.Клинтон отменил закон Гласа-стигола. Сегодня про этот закон и про его важность знают практически все, но я все-таки несколько слов скажу. Этот закон запрещал совмещать любые две из трех видов деятельности: банковское дело, страховое и брокерское. Принят он, был в 1933 году, по итогам кризиса, приведшего к «Великой» депрессии и смысл его был понятен: он запрещал спекулировать на бирже чужими деньгами, то есть сокращаю возможности для создания финансовых пирамид.

В начале осени 2000 года я написал в «Эксперте» небольшую заметку, в которой отметил, что на фондовом рынке появились игроки с нерыночным поведением, которые выкупают падающие акции. Тогда появилась гипотеза, что они связаны с ФРС или казначейством США. Но если для того, чтобы не допустить обвала рынков, нужны были реально большие деньги, то можно было использовать три источника: бюджетные фонды, эмиссию ФРС и резервы банков и страховых компаний. Первые два невозможно было скрыть от общественности (в 2008 году именно они были использованы в полной мере), но тогда, в 2000, было принято решение, что лучше использовать частные деньги. И — закон Гласа-Стигола был отменен. Уже после того, как стало понятно, что без этих денег удержать рынки невозможно.

Иными словами, наш прогноз от весны 2000 года оказался правильным. Пусть не в части обвала, а в части понимания того, что без форс-мажора предотвратить его невозможно. И вот теперь вопрос: а можно ли с подобной точки зрения, посмотреть на те статьи, которые мы печатаем сейчас? Ответ, разумеется, положителен. Более того, реальное содержание этих статей совсем не то что многие думают.

Большинство читателей, которые не подготовлены всей предыдущей историей описания и развития кризиса, считают, что это статьи о том, что в ближайшее время будет обвал рынков. А в реальности это статьи о том, что состояние форс-мажора, при котором все стандартные оценки этих рынков перестают работать, уже наступило. Практически все эти статьи показывают, что те или иные показатели рынков вышли далеко за те значения , в которых действуют правила и закономерности, изученные за предыдущие десятилетия.

Разумеется, в условиях форс-мажоров ссылаться на эти правила глупо: они не проверены, более того, для многих точно известно, что они не работают. И это значит, что вопрос о том, почему же рынки до сих пор не упали, это индивидуальный вопрос, который нужно решать специально, вне зависимости от этих правил. Беда в том, что информации о том, что реально происходит (в том числе с точки зрения финансовых потоков) получить практически невозможно (она так или иначе, обрабатывается), и даже если ее получить, не очень понятно, как строить модель развития нынешних рынков.

Хорошо было тем, кто писал эти модели, имея много десятилетий истории рынков. Сегодня-то эта история не работает, параметры вышли на закритический режим и это значит, что предсказать можно только окончательный результат (упадут!), но не механизм и не сроки! Так что ругать авторов статей, которые мы печатаем, я бы не стал. Просто предложил бы перечитать эти статьи исходя из того понимания, которое я чуть выше обозначил. Что это не столько прогноз, сколько описание форс-мажора.