Иркутск-город купеческий.

 

 

Внимание! Трафик...

В Иркутске сложилась замечательная буржуазия, что во многом повлияла на облик города.

Трапезниковы, Сибиряковы, Баснины, Пономаревы, Белоголовые...

Они не признают грошей: дают сотнями тысяч. Связь с городом чувствуется живо. Пономарев составляет завещание: «Употребить все мое состояние (свыше миллиона рублей) единственно на пользу человечества, науки, искусства и не оставлять в полную собственность детям, жене и другим родственникам».

Большинство церквей, которыми славился Иркутск, гимназии, школы, больницы, приюты, библиотеки, магазины, самые красивые здания построены были и содержались купцами. Их личные библиотеки удивляли столичных библиофилов. Так что фраза "Иркутск - город купеческий" имеет вполне конкретный смысл. Город населяли, главным образом, купцы, и правили им тоже, в основном, представители среднего сословия.

В иркутском купечестве (впрочем, как и по всей России) с конца 18-го начала 19-го столетий существовал неофициальный титул: "Совершенный купец". Такой купец был не просто предприимчивым и удачливым, умеющим с успехом вести дела, но еще и занимался общественной деятельностью. Он непременно заседал в городской Думе, являлся попечителем благотворительных, учебных, сиропитательных заведений. Когда объявлялась подписка на какие-либо общественные нужды, он первым проставлял свою довольно круглую сумму на подписном листе. Если в городе был театр, "совершенный купец" непременно абонировал в нем ложу. Если театра не было, выступал инициатором его создания. Многие иркутские купцы становились попечителями сиротских, учебных и сиропитательных заведений. Усадьбы этих купцов были культурными центрами города. Здесь устраивались спектакли, литературные салоны, размещались картинные галереи. Своеобразные "купеческие собрания" устраивались по очереди в каждой из усадеб.

Купеческая династии Медведниковых

Иркутянам хорошо известна фамилия купцов Медведниковых. Их деяния в пользу города несомненны и ощутимы даже сквозь толщу временных пластов. Они оставили о себе в Иркутске крепкую и неподвластную годам память. Медведниковы - это, прежде всего первое в Восточной Сибири учебное заведение для девочек, так называемый Сиропитательный дом, а также первый заемный банк в Иркутске, великолепная больница для хронических больных, православные храмы. В старом корпусе сельхозинститута уже не совсем легко распознать некогда образцовое учебное заведение города, отмеченное различными медалями и дипломатами российских и международных выставок.

Гораздо легче узнать Медведниковскую больницу, сохранившуюся сегодня почти в неизменном виде, ныне курорт “Ангара”, который знает и помнит о своих основателях.

Медведниковская больница. За годы существования здание лишилось главки с крестом и церкви, устроенной внутри на втором этаже. Расположено здание на ул. 2-я Железнодорожная, 4

Служит городу и здание Медведниковского банка.

Вспоминая о заслугах купцов Медведниковых, обычно прежде всего говорят о Елизавете Михайловне, именем которой назывались банк и Сиропитательный дом.

Елизавета Михайловна Медведникова  (15 октября 1787, г. Иркутск – 24 октября 1828, г. Иркутск)

Елизавета Михайловна родилась в купеческой семье Красногоровых. Рано осталась сиротой. В 19 лет вышла замуж за Логина Фёдоровича Медведникова, который со временем стал одним из богатейших иркутских купцов. 

Логин Федорович Медведников (1773—1814) — в 1811 г. отделился от братского капитала. Записался самостоятельно в купцы 1-й г. с капиталом 50 тыс. руб. Значительно разбогател благодаря торговле китайскими товарами. В 1812 г. жертвовал на войну с французами Женился в 1806 г. на купеческой дочери Елизавете Михайловне Красногоровой. В этом браке родились сыновья: Иван, Логин.

Умер в расцвете сил, так и не успев завершить многие важные начинания и дела. Остался в памяти современников как один из самых крупных иркутских предпринимателей. Опекунами над его малолетними детьми были Филипп Трапезников и Василий Медведников.

После смерти в 1814 году мужа Елизавета Михайловна посвятила себя воспитанию девушек-сирот. Умирая, она завещала 70 000 рублей на устройство в Иркутске Сиропитательного дома.

Так выглядело первое в Сибири женское учебное заведение. Этот дом сохранился, сегодня его можно найти по адресу: ул. Тимирязева, 59

Волю ее исполнили сыновья. Воспитанниц обучали чтению, письму, арифметике, гимнастике, рукоделию, искусству вести дом, в дальнейшем стали учить еще конторскому и швейному делу. Обучение продолжалось шесть лет. Девочки содержались в доме до шестнадцатилетнего возраста. При Сиропитательном доме был основан заемный банк с капиталом почти миллион рублей. Нередко с ее же именем ошибочно ассоциируют и строительство больницы для хроников. Но это была уже другая представительница рода, Александра Ксенофонтовна.

Александра Ксенофонтовна, урожденная Сибирякова (1834, Иркутск — 23 ноября 1899), замужество с Иваном Логиновичем Медведниковым

Александра Ксенофонтовна посвящает себя благотворительной деятельности в Иркутске и Москве. Умирая, она завещает всё движимое и недвижимое имущество, оцениваемое почти в 5 миллионов рублей, на благотворительные цели. На средства Медведниковой выстроены мужская гимназия в Москве, одна из самых лучших и прогрессивных в России, богадельня, приют. А также помимо строительства в Иркутске прекрасной больницы, обошедшейся в полмиллиона, она завещала сотню тысяч бедным в Иркутске, 500 тысяч – церквам Иркутска и Москвы. Медведниковы приобрели большие капиталы торговыми оборотами: закупали и продавали пушнину, чуть ли не монопольно владея” меховым” рынком в Якутске. Тут же была торговля с Китаем. Успешный и весьма прибыльный круговорот пушнины, китайских и русских товаров - все это обеспечивало надежную коммерческую будущность. Сказывалось и патриархальное воспитание, когда старшие учили не тратить денег попусту, не бросать их на щегольство и роскошные праздники.

Святым делом для сыновей Медведниковых стало выполнение завещания матери, Елизаветы Михайловны, умершей в 1832 году и оставившей капитал на богоугодные заведения.

Медведников Иван Логинович (1807 - 1.09.1889) - представитель крупной купеческой династии кон. ХVIII-ХIХ вв., иркутский купец I гильдии, потомственный Почетный гражданин. Крупный золотопромышленник.

За успешную предпринимательскую деятельность в 1839 г. удостоенным звания коммерции советника. В сер. ХIХ в. обладатель многомиллионного состояния (более 9 млн.руб.).

Иван Логинович и Логин Логинович решили в память о матери основать школу – приют для девочек. В 1832 году они отправили в Петербург для утверждения устав Сиропитательного дома. Но дело застопорилось, государственный совет нашел какие-то несоответствия, ведь школьное женское образование вообще было делом еще новым в России. Да и 70 тысяч ассигнациями завещательницы насчитали недостаточной суммой. Нашли блестящее решение – вначале учредить специально для Сиропитательного дома коммерческий банк, который и должен содержать это учебное заведение на свои доходы. При поддержке и содействии бывшего Иркутского генерал-губернатора Михаила Михайловича Сперанского

М.М.Сперанский

и

гражданского губернатора Ивана  Богдановича Цейдлера в 1836 году проекты и уставы банка и  Сиропитательного дома были высочайше утверждены.

И.Б. Цейдлер  (1777—1853)  (худ. М. Песков)

Иван Логинович обеспечил банк начальным капиталом, разместил его в собственном деревянном доме.13 мая 1837 года в Иркутске состоялось негромкое, но важное событие – открытие первого заемного банка.

Первый банк города Иркутска на углу улиц Большой и Ивановской (ныне Карла Маркса и Пролетарская)

Кроме хозяина, Ивана Логиновича, являвшегося постоянным членом правления банка, в его состав входили члены, избранные от городского общества на трехлетие, параллельно с выборами в городскую Думу. В первый состав правления банка, на три года, вошли родственники учредителя: родной брат Логин Логинович и двоюродный Гаврило Прокопьевич и “кандидаты по ним”, то есть заместители из купечества наравне с И. Л. Медведниковым по уставу банка его председателями являлись иркутский гражданский губернатор и городской голова, при открытии банка это были А. В. Евгеньев и Н. П. Трапезников.

Никанор Петрович Трапезников (20 июня 1786 – 11 февраля 1847)

                                 * * * * * * *

Также  особое место в истории Иркутска занимает Александр Сибиряков,  родившийся 26 сентября 1849 года в Иркутске. Он закончил гимназию, затем политехникум в Цюрихе. После смерти отца получил свою долю участия в Прибрежно-Витимской золотопромышленной компании. 

^{Александр Михайлович Сибиряков (26 сентября 1849, г. Иркутск - 2 ноября 1933, Ницца, Франция}  (худ.А.И.Корзухин)

Помимо уже существовавших предприятий Сибиряков создал новые: буксирное пароходство на Ангаре и Амурское общество пароходства и торговли. А также в компании Ленско-Витимского пароходства. Предпринимательская деятельность не была для Сибирякова единственной целью — как почти для всех купцов и промышленников. Им владела идея развития Сибири путем "улучшения сообщений, устройства в ней дорог и каналов, морских сношений ее с соседними странами". Благотворительная деятельность Александра Михайловича была направлена главным образом на развитие просвещения и культуры Сибири. Самое известное его пожертвование — 100 тысяч рублей в 1878 году первому сибирскому университету в Томске, за что Сибиряков был награжден орденом Св. Владимира 3-й степени.

В 1883 годов Сибиряков выделил Академии наук капитал в 10 тысяч рублей, на проценты с которого один раз в три года должна была присуждаться премия за лучшее историческое сочинение о Сибири.

Много доброго и полезного сделал Александр Михайлович и для своего родного Иркутска. Он пожертвовал 800 тысяч рублей на создание и содержание четырех начальных училищ им. А. М. Кладищевой (своей сестры, умершей в возрасте 22 лет), 50 тысяч рублей — на учреждение высшего технического училища, 12 тысяч рублей — на устройство типографии газеты "Сибирь". Иркутской гимназии он подарил скульптуру М. М. Антокольского и три пейзажа И. К. Айвазовского, публичной библиотеке — много ценных изданий на русском и иностранных языках (в том числе "Полное собрание летописей" и "Известия Географического общества" за несколько лет). Он передал городу две пожарные машины, заново отстроил разрушенное пожаром здание приюта для бедных, созданного его отцом, участвовал в сборе средств для строительства нового театра взамен сгоревшего.

Еще одна сфера благотворительной деятельности Александра Михайловича — строительство и благоустройство церквей. В Иркутске, в Ремесленной слободе, он построил храм во имя иконы Казанской Божьей Матери, сохранившийся до сих пор; в Вознесенском монастыре благоустроил главный храм; подарил землю для строительства богадельни для вдов и сирот духовного звания.

Город оценил заслуги Сибирякова, присвоив ему в 1893 году звание почетного гражданина Иркутска.

Имя Александра Сибирякова донесли до наших дней названия нескольких кораблей. Первым был пароход, построенный в 1908 году в Англии; в 1915 году он был куплен Россией и назван "Александр Сибиряков". Он имел героическую историю. В 1932 года этот корабль совершил первое сквозное плавание по Северному морскому пути за одну навигацию.

Тогда Александр Михайлович был еще жив и, наверное, узнал об этом. В 1942 году "Сибиряков" в неравном бою с немецким крейсером погиб. В его честь этим именем был назван другой ледокольный пароход (ходил до 1972 года), а позднее — теплоход, плавающий до сего времени.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Баснин Василий Николаевич (1798 - 1876) - Родился в семье богатого кяхтинского купца. До 12-летнего возраста учился в училище, затем занялся коммерцией. Продолжая дело отца, он все свои коммерческие интересы сосредоточил на кяхтинской торговле с Китаем. Имел золотые прииски в Лено-Витимском и Олекминском горных округах. Он был одним из передовых людей своего времени, отличавшийся стойкостью убеждений, честностью, уважением к науке (действительный член Русского Географического общества) и искусству, обладавший утонченным вкусом. У него же была обширная коллекция гравюр 1-й половины века. Он увлекался не только живописью, музыкой, театром, но и цветоводством.

Баснин был директором и почетным членом Сиропитательного дома Елизаветы Медведниковой, на содержание которого жертвовал деньги.

Дом В.Н. Баснина в Иркутске,ул. Сергиевская (ныне ул. Свердлова, 35).

Являясь городским головой, был известен своей справедливостью, особенно по делам опек, и поэтому был нежелателен для многих. В 1856 г. переехал в Москву. Сад и оранжерею передал исследователю И. С. Сельскому, часть библиотеки подарил Иркутской духовной семинарии.

В Москве был известен как один из организаторов и активных членов Общества вспомоществования учащимся сибирякам.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Демидов Дмитрий Дмитриевич (1827–16.09.1888). Иркутский городской голова 1877–1886. Иркутский 1-й гильдии купец, золотопромышленник. В каком году стал гласным городской думы, точно неизвестно.

Оставил после себя капитал 17 миллионов рублей, из них завещал на раздачу бедным города 100.000 рублей. За время его управления было открыто наибольшее число школ в Иркутске. За оказание помощи в доставке на родину погибших членов американской полярной экспедиции Делонга (1882) Д. Д. Демидов получил благодарность от правительства США.

••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Неоценимую роль в развитии города сыграл Владимир Платонович Сукачев (1849 - 1920) - крупный общественный деятель Сибири, организатор картинной галереи, меценат. За время его пребывания в должности городского головы город значительно благоустроился. Через Ангару была сооружена постоянная понтонная переправа, построены новое здание Думы и несколько больниц, открыт ряд школ, в финансировании которых Сукачев принимал участие. По его инициативе был объявлен конкурс на лучший проект здания городского театра, и он одним из первых внес 10.200 р. на его строительство. Сукачев участвовал в финансировании экспедиции Г. Н. Потанина в Китай, Тибет и Монголию, кроме того, он организовал активную издательскую деятельность ВСОРГО, внося личные средства на публикацию научных трудов о Восточной Сибири. В 1882 г. в своей усадьбе на Кукуевской горе Владимир Платонович разместил картинную галерею, а в 1883 г. здесь же была открыта бесплатная 4-классная школа для девочек. Таким образом, усадьба Сукачева стала центром эстетического воспитания детей.

В конце 1898 г. Сукачев с семьей выехал в Петербург, но и в столице не забывал свой родной город. На собственные средства он издал книгу "Первое столетие Иркутска", открытые письма с видами Иркутска и озера Байкал, с 1905 по 1914 выходил его журнал "Сибирские вопросы". Средства от издательской деятельности предназначались в пользу Общества содействия обучающимся в С.-Петербурге сибирякам. Картинная галерея В. П. Сукачева была передана городу.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Купец Иван Иванович Базанов

Иван Иванович Базанов (ок. 1813 – 30 июня 1883, г. Иркутск) — золотопромышленник, действительный статский советник, меценат.

 

Иван Иванович Базанов известен как крупный золотопромышленник, пароходовладелец, поставщик крупных партий чая и ростовщик. Расцвет  его коммерческой деятельности  приходится на период после выдачи замуж своей дочери Екатерины за камергера царского двора П.А.Сиверса. Приобретенные родственные связи помогли ему свободно войти в высшие круги администрации Иркутской губернии, в результате  чего он получает выгоднейшие подряды на солеварение, винокурение и продажу произведенного товара. К концу жизни состояние И.И. Базанова оценивалось по самым скромным подсчетам в 15 млн. рублей. 

Базанову были присущи многие пороки богатого купечества того времени, но к концу жизни взгляды его стали меняться, и он активно начал заниматься благотворительностью. В период 1860-80 годов им было пожертвовано на нужды города 500 тыс. рублей. За общественную деятельность и значительные пожертвования Иркутску в 1870 году И.И. Базанову был пожалован чин статского советника и ордена Св. Владимира 3-й степени и Станислава 1-й степени.

В 1881 году им были открыты за свой счет школы на собственных приисках, крупные суммы жертвовались на церковные нужды (практически  в городе не было церквей, которые бы он не благодетельствовал своими пожертвованиями), на строительство театра, в различные благотворительные общества. На нужды  погорельцев лета 1879 года Базановым было сделано  самое крупное пожертвование - 50 тыс. рублей (остальные сборы составили 20 тыс. рублей). 

По завещанию, оставшемуся после его смерти, И.И. Базанов жертвовал 500 тыс. рублей на учебные и воспитательные заведения, 100 тыс. рублей — Иркутской городской думе на выплату  налогов за бедных , ремонт их домов и выдачу им пособий к Рождеству и Пасхе, прощал все долги должникам. 

Оставшийся капитал Базанов разделил поровну между зятем П.А. Сиверсом, овдовевшей невесткой Ю.И. Базановой и племянницей Варварой Петровной (в замужестве Кельх).

Одним из самых известных благотворительных деяний И.И. Базанова стало открытие в Иркутске на его средства воспитательного дома. Можно только предполагать, почему сей благотворитель решил вложить крупную сумму денег в подобное заведение. В 1873 году для воспитательного дома им покупается большая усадьба на углу Амурской и Баснинской с большим садом, выходящим на Луговую. В 1830-х годах в этой усадьбе располагалось Дворянское училище, преобразованное затем в училище для детей канцелярских служителей, позднее здесь находилась публичная библиотека. На приобретенном участке в 1874 году строится новое огромное здание для воспитательного дома, сгоревшее во время пожара 22-24 июня 1879 года. 

 

Генрих Владимирович (Вальдемарович) Розен (1847, г. Ревель – после 1915), архитектор, действительный статский советник.

На оставшемся пожарище постепенно началось строительство нового, уже прочного, каменного здания в готическом стиле по проекту архитектора  Г.В. Розена. Подрядчиком на строительстве Базановского воспитательного дома выступил известный в городе “мастер по каменному, кровельному и малярному цеху” Иван Дмитриевич Чаглов.

Окончено строительство было в сентябре 1883 года, и этот факт отразила “Иркутская летопись” Н.С. Романова. Всего лишь за два месяца перед этим, 30 июня, скончался сам основатель этого заведения — Иван Иванович Базанов.

Базановский воспитательный дом (также известен как Базановский сиропитательный приют) — детский приют в Иркутске. Открыт 7 октября 1893 году

Благотворительную деятельность И.И. Базанова продолжила и расширила его невестка Юлия Ивановна Базанова, вдова сына Петра. На содержание воспитательного дома она внесла в банк 513 тыс. рублей (23 тыс рублей ежегодно). Кроме помощи воспитательному дому, в 1895 году она построила детскую Ивано-Матреннинскую больницу, оснащенную по последнему слову техники: электрическое освещение, водопровод, рентген-кабинет.

Ивано-Матренинская детская больница

В Москве на ее средства на Девичьем поле были возведены Университетские клиники. От огромного наследства на ее личные нужды оставалось 300 тыс. рублей, из которых она постоянно продолжала жертвовать на благотворительность.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Иван Степанович Хаминов (02.07.1817, Сольвычегодск–08.04.1884, Иркутск) —  купец 1-й гильдии, городской голова (1859-1864, 1868-1870), потомственный почетный гражданин (1863), почетный гражданин Иркутска (1883), обладатель орденов Св. Станислава 3, 2, 1 ст., Св. Анны 2 и 1 ст., Св. Владимира 4 и 3 ст., тайный советник (1882), крупный меценат. Гласный Иркутской городской думы 28.11.1872, 1876–1880.

Иван Степанович пожертвовал гражданам города новый трехэтажный каменный дом для женского Мариинского приюта.

Детский приют имени государыни императрицы Марии Федоровны был открыт в Иркутске в июне 1883. Размещался в трехэтажном здании по адресу: ул. Большая, 39 (ныне – ул. Карла Маркса, 29).

^{​​​​​}Ныне в нем находятся Иркутский областной комитет здравоохранения и Комитет по фармацевтической деятельности и производству лекарств, а также магазин "Оптика" (ул. К. Маркса, 29).

 

Династия Трапезниковых

Чем глубже и ветвистей корни, тем крепче дерево.

Левченко А. А.

Основатель рода Иаков Трапезников, один из возможных родоначальников именитых богатых иркутских купцов, как и многие купцы, с Вологодчины, из Устюга Великого он пришел в Сибирь, во второй половине 17 века.

К сожалению, цепь родословной разрывается, утеряны данные рода поколения 17 века. Возобновление корней происходит лишь в середине 18 века. А продолжателем рода являлся Петр Дмитриевич (1747—1815)- он один из самых ярких представителей рода Трапезниковых. Благодаря его стараниям и активной торговой деятельности, помещению капитала в промышленность, семья вошла в первогильдийское купечество. Каждый год размеры объявленного капитала увеличивались: сначала в 3-й г. более 1 тыс. руб. (1790-е), затем — более 2 тыс. руб.; потом во 2-й г. с капиталом 8 тыс. руб. (1803—1806) и наконец в 1-й г. с капиталом 50 тыс. руб. (с 1807). Капитал составился на торговле пушниной, которую привозил с Камчатки, а продавал в Кяхте. Владел несколькими лавками, выстроил большой каменный дом. Пётр Дмитриевич был известен как «мощная духовная сила, человек, отличавшийся непреклонностью и очень серьезным отношением к явлениям жизни». А также выделялся неутомимостью в работе, активно и разумно вёл торговые дела.

Семья у Петра была большой: жена-Анастасия Ивановна(1752—1792), дети: Николай (1771-1849), Филипп (1772-1845), Андрей (1776-1860), Никанор, Константин, предположительно, Петр (1776—1830) и две дочери — Федосья (замужем за купцом Опрелковым), Екатерина (замужем за купцом Саватеевым). По ревизии семья Петра насчитывала 21 человек, вместе с ним жили пятеро его женатых сыновей со своими семьями.

После смерти отца братья повели все торговые дела сообща, единым, семейством записывались в 1-ю гильдию и значились самыми богатыми горожанами, получили звание потомственного почетного гражданина.

Его сын Константин Петрович (1790—1860), не только продолжал дело отца, но также, занявшись добыванием золота, и имея от двух браков девять детей, старался внушить им убеждение, что для сохранения своей финансовой силы подлежит вести дела так, чтобы пользоваться доходами с нераздельного капитала; дробление же его, может повести к неудачам в лице кого-либо из его наследников, и тот из богача обратится в неимущего. От первого брака у Константина Петровича был один сын Александр и две дочери – Варвара и Ольга. От второго брака с Зинаидой Ивановной родились четыре сына: Сергей (в 1842 г.), Федор (в 1846 г.), Максим и Андрей, а также две дочери: Анна – жена инженерного полковника и Екатерина – вышедшая замуж за генерала Тимрота. После смерти отца на попечении Сергея Константиновича остались его единокровные братья, а потому ему пришлось заботиться об устройстве их будущности и продолжать торгово-промышленные предприятия, давшие при жизни отца значительную прибыль. Из числа братьев Сергея Константиновича, Федор, уже в зрелом возрасте поступил в университет изучать медицину, а затем стал лекарствовать медико-хирургической академии зимой, а летом практиковать на Кавказских минеральных водах.

Портрет А.К. Трапезникова. Художник А.Г. Горавский, 1892 г.

Александр Константинович (1821—1895) - являлся потомственным почетным гражданином. В начале 1860-х переехал на постоянное местожительство в Москву, где развернул обширную коммерческую деятельность. Обладатель крупного торгово-промышленного капитала, значительная часть которого вкладывалась в золотопромышленность. Был в числе соучредителей «Прибрежно-Витимского товарищества» (1865), владел приисками. По завещанию своей умершей тетки А. Н. Портновой получил 50 тыс. руб. (1890). Учредитель и глава т/д «А Трапезников и Ко». (1896) позже выступил вместе с И. Н. Игнатовым инициатором создания единого «Западно-Сибирского товарищества пароходства и торговли», устав утвержден в 1898, и на следующий год товарищество начало свою деятельность. Правление находилось в Тюмени. Александр Константинович принадлежал 951 пай на сумму 433 129 руб. Он был крупным владельцем недвижимости в Иркутске; обладателем многомиллионного состояния.

Был гласным городской думы (1885—1897), был доверенным лицом думы в Москве; член общества для оказания помощи учащимся в Восточной Сибири; член иркутского благотворительного общества. Решением иркутской городской думы удостоен звания почета гражданина (1886).

«Готовый всегда, по мере средств своих, участвовать в удовлетворении нужд родного мне города», был известен как щедрый благотворитель и меценат: жертвует деньги на строительство часовни Спасителя в память о чудесном избавлении императора 4 апреля 1866; на развитие Знаменского женского и Вознесенской монастырей - 3 тыс. руб. (1866) и детского сада (1871); на строительство Томского университета - 110 тыс. руб. (1880); Казанской церкви в Рабочей слободе Иркутска - 3 тыс. руб. (1886); пострадавшим иркутским погорельцам — 10 тыс. руб. (1879); жертвует городу на развитие сети народных училищ 80 тыс. руб. (1888); переводит 3 тыс. руб. на строительство каменного здания театра. Был награжден орденом Анны 2-й степени (1885). Проявлял значительный интерес к своей родословной, издав на свои средства составленную И. Н. Николаевым книгу «Иркутск. Материалы по истории города 17 и 18 вв.» (М., 1873).

Сергей Константинович (1842—1893)- как мало мы знаем об этом человеке, сделавшем много хорошего для города Иркутска и его обитателей. Сергей Константинович, поступив около 1853 г. в здешнюю губернскую гимназию, прошел в ней курс, хотя благополучно, но заурядно, не отличаясь дарованиями. Считался добродушным, несколько упрямым и вспыльчивым, но не строптивым, вообще же исправным воспитанником. По окончании гимназического курса, университетскому образованию он предпочел практическое дело своих восходящих родных (при этом в наследство от Константина Петровича перешло, независимо от золотых приисков и домов, чистого капитала не менее 4-х миллионов). В 1864 г. Сергею Константиновичу посчастливилось, на открытых его отцом "Вознесенских" и "Константиновских" золотых россыпях в районе реки Олёкмы, найти золотую жилу и это не замедлило отразиться не благосостоянии не только Трапезникова, но и местных обывателей окрестных селений, получивших возможность вступить в различные торговые отношения и бойко сбывать произведения своего хозяйства. Сергей Константинович сделался предметом общественного внимания, тем более, что получаемые им доходы дали Сергею Константиновичу возможность рискнуть на другое предприятие, на приобретение у казны "Николаевского" железноделательного завода. Основанный в 1844 г. и начав свою деятельность только через 3 года, этот завод не только не давал правительству дохода, а причиняв постоянные убытки, вследствие чего, тогда было решено продать его.

Сергей Константинович купил его осенью 1864 г. за 212 тыс. 800 руб. Причем, ввиду недостатка рабочих рук, ему предоставлялось право пользоваться тремястами каторжниками в течение нескольких лет. Независимо от выгодности условий приобретения новой статьи дохода, Трапезникова соблазняло еще и то, что за сравнительно небольшую сумму, в потомственное владение к нему переходил не только завод, со всеми строениями, имуществом, материалами, запасами и приписанными к нему железными рудниками, но также пограничная к нему лесная дача, более чем в 52 000 десятин, ископаемые материалы и металлы, которые могут оказаться в недрах земли. С приобретение этой собственности имелось в виду выделывать железа в количестве не менее того, какое потребно всей Восточной Сибири. С этой целью Сергей Константинович не поскупился потратить свыше миллиона на постройку завода и различные улучшения, необходимые для расширения производства. Когда в товарищество с Сергеем Константиновичем вступил его брат Федор Константинович, дело стало много выигрывать от его серьезного, основательного отношения к предприятию. Для управления заводом, по мысли Федора Константиновича, был приглашен знаток механического дела, Гуллет, который не замедлил ввести паровые машины, устроил литейные и механические заведения, паровой молот и железнопрокатную машину. Сверх того, Трапезниковы открыли при заводе школу бесплатного обучения крестьян грамотности и ремеслам. У Сергея Константиновича тысячи людей нашли себе заработок.

Все это было подготовлено для получения превосходных результатов. Но прежде чем нововведения дали прибыль, Гуллет скончался и деятельность завода пошла на убыль вследствие незначительного сбыта железа. Таким образом, за 5 лет Трапезников потерял более миллиона. Затеянное предприятие привело к необходимости продать завод с громадными убытками. Иркутский купец Лаврентьев дал за него в 1870 году лишь 100 000 руб., то есть сумму, на которую состояло тогда в наличности материалов и заводских изделий. Строение же и земля перешли к новому владельцу как бы в придачу. Хотя убыток и чувствителен, но однако не разорителен и что Трапезниковы, все-таки, остались в положении богачей. Сергей Константинович был ласковым отцом, и достойным мужем бывшей классной дамы Иркутского института Елизаветы Константиновны, женщины весьма уважаемой за ее солидные взгляды на жизнь и основательное образование. Вспыльчивый, но чрезвычайно добрый Сергей Константинович, проявлял полнейшую гуманность ко всем, кто от него зависел, не исключая заурядных чернорабочих, и редкую отзывчивость к чужим интересам. Так, один из молодых людей, подведомых Трапезникову, задумав жениться, попросил занять ему на свадьбу 150 руб. Сергей Константинович сказал: "На это ничего сделать нельзя" и вручил 500 руб. в виде необходимого подарка. Зная Сергея Константиновича как человека не только с симпатичным характером, но и добросовестного, иркутяне пожелали иметь его городским Головой, т.е. видеть в должности, которую занимал его отец с 1847 до 1850 года. Летним пожаром 1879 г. истреблены хранившиеся в городской Думе бумаги о времени, которым определялись начало и конец новой деятельности С. К. Трапезникова. В звании городского Головы Сергей Константинович оправдал надежды, возлагаемые на него иркутянами, проявлял большую энергию всегда, когда чем-либо распоряжался.

Горячо интересовался общественными делами, вникал в нужды обывателей и предпринимал, что мог, для улучшения городского хозяйства. Заботясь о городе, Трапезников склонял братьев субсидировать различные учреждения (в числе их – женский институт, женское духовное училище) и жертвовав лично сам на содержание престарелых и неимущих больных при доме призрения имени М. А. Сибирякова, а также на воспитание и образование детей обоего пола, преимущественно из семейств беднейших иркутян. Состоя, где членом, а где попечителем, Сергей Константинович ежегодно издерживал до 7 000 рублей и сверх того щедро оделял многих одеждой и деньгами на уплату за право учиться. Иркутяне, с чувством удовлетворения, говорили о том, как их город все заметнее преображается из деревянного в более благоустроенный, каменный, насчитывая в числе своих возникших зданий, так называемое благородное собрание. На улице появился порядок; с западной стороны города устроен обширный вал для заграждения от затопления р. Ангарой. Прежде Иркутск очень нуждался в ремесленниках, не было порядочных мебельщиков, портных и сапожников, даже булочников. Но при Трапезникове появились именно такие рабочие, потому, что генерал-губернатор вызвав из разных сибирских трущоб сосланных туда поляков, согласился оказывать им содействие в покупке разных предметов по их специальности и, таким образом, дал иркутянам возможность улучшить их образ жизни удовлетворением таких потребностей, которым сумели послужить руки искусных мастеровых.

Окончание генерал-губернаторской деятельности Синельникова в Восточной Сибири произошло почти одновременно с оставлением С. К. Трапезниковым звания Городского Головы, после чего в характере Сергея Константиновича начала обнаруживаться наклонность к пессимистическому отношению к окружающим его общественным явлениям, раздражительность и даже апатия в тех случаях, когда Сергей Константинович по своей натуре непременно проявлял бы прежде свое живое участие. Несмотря на таки ухудшения в настроении Трапезникова, принадлежащее ему золотопромышленное предприятие продолжало свое существование. Добывание золота по-прежнему безостановочно производилось на так называемых "Константиновском" и других приисках, сгруппированных на р. Угахале. Тогда хозяевами считались все братья Трапезниковы, имея нераздельный капитал.

Так же занимался благотворительностью Федор Константинович (1846—после 1907) – был иркутским купцом первой гильдии потомственный почетный гражданин. Окончил иркутскую мужскую гимназию, а уже «в зрелом возрасте поступил в университет изучать медицину, а затем стал лектором в медико-хирургической академии зимой, а летом практиковал на Кавказских минеральных водах».

Владелец городской недвижимости: ему принадлежал дом по ул. Большой, сдававшийся в аренду т/д «Пономарева, Кулаева и Ко» (1876 г.). Крупный золотопромышленник: имел прииски в Олекминском округе, приобрел совместно с Сергеем Константиновичем у П. П. Баснина 17 паев золотопромышленного «Ленского товарищества» (1874 г.). По завещанию тетки А. Н. Портновой получил 5 тыс. руб. (2891). Один из учредителей и совладельцев фирмы «Братья Трапезниковы», стоящей в конце 1880-х г.г. на грани банкротства и объявленной несостоятельной в 1893 г. Распродал основную часть принадлежащих ему приисков. Назначен в 1877 г. вместе с Сергеем Константиновичем опекуном над имуществом и капиталами Михаила Константиновича и привлечен в 1893 к суду за присвоение и растрату 611 244 руб. из опекунского капитала.

Являлся бессменным попечителем Реальной прогимназии (с 1865), позже — Технического училища (с 1874 г.), пожертвовав на него более 50 тыс. руб.; член-распорядитель комитета благотворительного общества (1865 г.); почетный член общества для оказания пособия учащимся в Восточной Сибири (1898) выступил организатором создания пожарного общества (1881 г.) и передал в дар городу свою пожарную машину.

Состоял по выбору гласным городской думы (1875—1877, 1885—1889); баллотировался на должность гор. головы (1876); вошел в состав депутаций иркутян для возложения венков на гроб Александра III (1894). Особо отличился при тушении пожара в Иркутске в 1879 г.

Андрей Константинович (1854—после 1916) – также являвшийся иркутским купцом 1-й гильдии, потомственным почетным гражданином. Представитель и совладелец фирмы «Братья Трапезниковы», вкладывал значительные капиталы в золотопромышленность. Во время объявления банкротства т/д активно отстаивал его права в судебных инстанциях и перед губернской администрацией. Получил по завещанию тетки А. П. Портновой 60 тыс. руб. (1891 г.).

В кон. 19 — нач. 20 вв. отходит от коммерции и уезжает в Сочи, где владел городской недвижимостью. Проживал также в Петербурге, периодически наведываясь в Иркутск. Долгое время состоял членом общества для оказания пособия учащимся в Восточной Сибири.

Меценат. Активно приобретал полотна русских и зарубежных художников (этюды Иванова, картины Корзухина, Горавского, акварели Примаццу и т. д.). Долгие годы был в дружеских отношениях с художником А. Г. Горавским, у которого брал уроки живописи и помогал ему материально. В одном из писем к П. М. Третьякову художник отозвался об Андрее Константиновиче как о «высшей степени нравственно примерном человеке» (1877 г.). В связи с крахом фирмы «Братья Трапезниковы» часть коллекции, возможно, была куплена Третьяковым.

Также активно занимался благотворительностью сын Никанора Петровича, Иннокентий Никанорович (1832-1865) – потомственный почетный гражданин, купец 1-й гильдии. Был одним из самых удачливых предпринимателей в роду Трапезниковых. Вместе с Базановым, Сибиряковым и Немчиновым он учредил «Прибрежно-Витимскую компанию», преобразованную затем в «К0 Промышленности», от которой акционеры получали прибыль в размере 43 млн. pyб. Различные предприятия и конторы Иннокентия Никаноровича находились во многих городах России, и его состояние оценивалось в 7 млн. руб. Он был одним из самых известных иркутских меценатов, значительную часть своего капитала он жертвовал на религию, помогая восстанавливать и строить богадельни и церкви. Даже после смерти, весь свой капитал он завещал на благотворительные пожертвования.

Благотворительность семьи Трапезниковых

Посеяв добро – пожнёшь благодарность.

Левченко А. А.

Благотворительные деяния Трапезниковых неоднократно засвидетельствованы в летописях, документах и в местной прессе.

В числе добрых дел Трапезниковых – постоянное содействие Восточно-Сибирскому отделу Русского Географического общества, ссуды на экспедиции дарения собственности частных коллекций музеям, помощь различным библиотекам.

В списке значится женская богадельня при Харлампиевской церкви, построенная в 1814г.

Михаило-Архангельская Харлампиевская церковь — один из старейших православных храмов Иркутска. В народе Харлампиевский храм зачастую называли «морским». В нем 5 марта 1904  г. венчался А.В. Колчак. Церковь находится по адресу: Иркутск, ул. 5-й Армии, 59.

​​​​​​На средства Иннокентия Никаноровича Трапезникова при Михайло-Архангельской церкви открыли богадельню для 30 чел. (1839 г.), вместе с Сибиряковым финансировал богадельню для бедных жителей города (1879 г.). После его смерти (1865 г.), согласно завещанию, 2500 руб. выделялось для раздачи по 150 руб.: 14 церквям и 2 монастырям Иркутска; 10 тыс. руб. завещалось на строительство новой церкви; 600 руб. — за уплату податей за неимущих, на погребение бедных, на пособия больным был выделен необходимый капитал на образование фонда пособий при вступлении в брак; 50 девушкам и 50 парням из бедных семей выделялось пособие по 100 руб. каждому; 5 тыс. руб. Кроме того, наследники обязались пожертвовать Иркутскому техническому училищу, которое открылось в 1873, еще 100 тыс. руб. В приюте имелись своя церковь, лазарет, 2 библиотеки, музей, мастерские, контора и магазин для продажи изделии, сделанных в мастерских. Всего в приюте обучалось 175 детей из беднейших семей. Деньги, пожертвованные Иннокентием Никаноровичем, позволили финансировать всю систему образования города вплоть до 1917 г.

Во многих благотворительных акциях участвовал и Сергей Константинович Трапезников. В числе первых лиц губернии он подписал протокол о сборе на построение часовни святого Иннокентия. Значится он и среди главных жертвователей на возведение здания для общины Знаменского монастыря, а также новой церкви в Вознесенском монастыре. Позаботился и о музыкантах иркутского военного оркестра, организовав подписку в их пользу.

За поддержку Обществу оказания помощи при кораблекрушении, состоящую под покровительством цесаревны, великой княгини Марии Фёдоровны, получил в награду ее портрет.

Братья Сергей и Федор Трапезниковы подарили техническому училищу свою частную библиотеку, собранную за многие годы. Она включала много старинных и редких книг.

Также отличился при тушении пожара в Иркутске летом 1879 г., когда он вместе со своим братом Федором Константиновичем, бросив охранять свои дома от пожара, устремились со своей пожарной машиной и людьми на спасение города.

Александр Константинович Трапезников. Кроме своей деятельности в Московском биржевом обществе, он никогда не порывал связи с Иркутском. Его многие тысячи рублей влились в общие суммы на строительство церквей в Иркутске, и театра, на открытие сибирского университета и новых школ губернии и в славном городе на Ангаре.

Как добрая и щедрая попечительница вошла в историю первой женской гимназии Зинаида Ивановна Трапезникова. В числе других пожертвовала крупную сумму на открытие гимназии, вместе с И. С. Хаминовым из своих капиталов ежегодно покрывала дефицит бюджета гимназии. Ее хлопотами и деньгами открывались дополнительные классы, в общем-то, и позволившие прогимназии стать гимназией. Зинаида Ивановна выстроила на свои средства деревянный дом для директрисы, положила начало гимназической библиотеке, передав ей значительное число своих именных книг.

На их счет приходится: строительство и содержание сиропитательных домов, богоделен, церквей, выделялись деньги на экспедиции, дарения собственности частных коллекций музеям, помощь различным библиотекам.

•••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Род купцов Белоголовых

Родоначальником династии стал Спиридон Белоголовый, поступивший в иркутское купечество 3-й гильдии из местных купцов в 1804 г. Занимался пивоваренным производством и торговлей. С 1808 г. записан в купечество 1-й гильдии. После его смерти в 1810 капитал был разделен между сыновьями Гаврилой (1780–1823) и Василием (род. 1785). Наибольшую известность получили сын Василия – Андрей (1806–1860) и его сыновья Андрей (1832-1893), Николай (1834–1895), Аполлон (1836–1885) и Владимир (1840–1875). Андрей Васильевич Белоголовый получил неплохое образование. Занимался торговлей с Китаем, был партнером крупного московского купца П. И. Куманина. Имел пивоваренный завод и лавку, позже винный погреб и магазин. Попытка заняться золотопромышленностью не увенчалась успехом. В 1858 г. участвовал в создании Амурской компании и стал управляющим Иркутской конторой компании. Известен своими близкими отношениями со ссыльными декабристами. Он управлял капиталом М. Н. Волконской в Иркутске, владел совместно с А. В. Поджио и С. П. Трубецким золотыми приисками. Дети его учились и воспитывались у А. П. Юшневского, П. А. Муханова и братьев Поджио. В доме была прекрасная библиотека.

 

                                * * * * * * *

Из детей наибольшую известность получил второй сын, Николай Андреевич.

Николай Андреевич Белоголовый (1834, Иркутск — 1895, Москва) — врач, общественный деятель, писатель, публицист, литератор, автор мемуаров. Родился в старинной купеческой семье. Первыми учителями были ссыльные декабристы П. И. Борисов, П. А. Муханов, А. В. Поджио, А. П. Юшневский. Среднее образование завершил в московском частном пансионе Эннеса, затем окончил медицинский факультет Московского университета. В 1855 г. становится городским врачом в Иркутске. Вместе с братом Андреем объединил передовую молодежь города в «Общество зеленых полей», поддерживавшее связь с оставшимися еще в Сибири декабристами и петрашевцами. В 1860-е г.г. ОЗП предприняло издание газеты «Амур», редактором которой стал активный участник общества М. В. Загоскин. Одновременно Н.А. Белоголовый публикует статьи, разоблачающие произвол сибирской администрации на страницах герценовского «Колокола» и «Полярной Звезды».

В 1862 г. защищает докторскую диссертацию и переезжает в Москву, где становится лечащим врачом и другом многих сотрудников журнала «Отечественные записки», в т. ч. Н. А. Некрасова, М. Е. Салтыкова-Щедрина, поддерживает дружеские отношения с И. С. Тургеневым, А. И. Герценом, Н. П. Огаревым, Г. А. Лопатиным, близким ему со студенческих лет С. П. Боткиным.

С 1881 г. Н.А. Белоголовый переселяется за границу и становится главным редактором газеты «Общее дело» (Женева), ставившей задачу борьбы «с самодержавием посредством обнаружения во всей наготе его отживших форм и порядков». Находясь за рубежом, Н.А. Белоголовый не теряет связи с кругом авторов «Отечественных записок». Салтыков-Щедрин признается, что любит Н.А. Белоголового «больше, чем кого-либо из друзей». Современники считали Белоголового одним из лучших терапевтов своего времени. Лишь через полтора десятилетия вернулся Н.А. Белоголовый на родину. В литературном наследии его – воспоминания о декабристах, Н. А. Некрасове, М. Е. Салтыкове-Щедрине и А. И. Герцене, очерки и статьи об Иркутске и Сибири.

В 2005 году в Иркутске на бульваре Гагарина на здании Иркутской областной детской клинической больницы открыли мемориальную доску выдающемуся медику и публицисту, старшему врачу города Иркутска, в 1862—1865 годах — главному врачу Чупаловской городской больницы (на месте которой была позднее построена Кузнецовская больница), гласному депутату городской думы Иркутска Николаю Андреевичу Белоголовому.

                                       * * * * * * *

Андрей Андреевич Белоголовый (1832, Иркутск – 4 мая 1893, Тяньцзинь) —  иркутский купец 1 гильдии, потомственный почетный гражданин Иркутска.

Андрей Андреевич как старший сын унаследовал дело отца, в 1860–1861г.г. заведовал иркутской конторой Амурской компании. Но большую известность приобрел на общественном поприще. Был попечителем Сиропитательного дома Е. Медведниковой, членом губернского статистического комитета. В 1857–1864 г.г. – один из руководителей полулегального кружка либеральной молодежи – «Общество зеленых полей», один из инициаторов и издателей первой частной газеты в Сибири «Амур», автор статей в сибирских и центральных газетах. С 1867 г.жил в Китае, в Тяньцзине, управлял делами русских фирм. Поддерживал контакты с русскими путешественникам, в частности с Г. Н. Потаниным.

                              * * * * * * * *

Аполлон Андреевич Белоголовый (1836 – 20 декабря 1885), иркутский купец 1-й гильдии, потомственный почетный гражданин, гласный Иркутской городской думы (1877–1884)

Аполлон Андреевич более других братьев преуспел в коммерческих делах. Его интересы были связаны с кяхтинской торговлей и Нижегородской ярмаркой. Ему принадлежали небольшой кожевенный завод и Тельминская  фабрика, на которой производились сукна, кожи, стекло и фарфоровая посуда. Кроме того, владел золотыми приисками в Забайкалье. В 1875 вместе с иркутским купцом И. М. Киселевым основал полное товарищество «Белоголовый, Киселев». Просветительский дух семьи затронул и его. На Тельминской фабрике создал и содержал школу, жертвовал деньги Красному Кресту и Иркутскому благотворительному обществу.

В 1858–1860 г.г. служил агентом Амурской компании, бывал по ее делам в Англии и Германии. В 1860 г. временно заменял отца на посту управляющего Амурской компании в Сибири. Знавший Аполлона Андреевича в эти годы купец П.И. Пахолков оставил на страницах своих воспоминаний любопытную характеристику Белоголового:

«Апол­лон Андреевич человек видный, представительный, в то время еще моло­дой человек 25 лет, по моему мнению, унаследовал от отца все достоинст­ва и недостатки, в нем не было того красноречия, как у отца, но в разгово­рах он умный, рассудительный господин (как и отец), хорошо знакомый с конторскою частию.

Оригинальную черту подметил я в характере этого человека, ум его (в котором до известной степени нельзя было отказать ему) необыкновенно упрямый, бывало, как зарубит себе что в голову или сделает какое распоряжение, то никакие доводы, никакие факты не в со­стоянии разубедить его, хорошо ли, нехорошо ли его распоряжение, а уж он выстоит на своем; кто его знает, почему он так поступал?? Может быть, из самолюбивого упрямства, что, дискать, “если я раз распорядился, не хо­чу переменить моего распоряжения”, так или иначе, а эта черта его характера много вредила… в его делах; мое мнение, так как он унаследовал от отца теоретический ум и при своей молодости и не­опытности в жизни (чего нельзя было сказать про отца) он делал более ошибок, чем отец; словом сказать, управление его делами К° представляет собою целый ряд самых оплошных и непростительных ошибок... Но каса­тельно его честности, как я раньше уже упомянул, как его, так и отца лич­ная честность в управлении этим делом осталась безукоризненна в полном смысле этого слова».

С 1862 г. работу в компании прекратил.

По выбору иркутской городской думы А.А. Белоголовый служил попечителем иркутского Сиропитательного Дома Е. Медведниковой (1865–1867 г.г.), церковным старостой Тельминской Казанской церкви (1873–1875 г.г.). В 1884 г. получил благословение Св. Синода на благотворительную деятельность. Активный член Иркутского Пожарного общества из охотников.

В 1875–1885 г.г.– был старостой иркутской Богородице-Владимирской церкви.

Старейший храм в Иркутске. Владимирская церковь была заложена в 1775 году на средства иркутского купца Якова Протасова.

Иркутская Богородице-Владимирская церковь — православный храм в г. Иркутске, по адресу: ул. Декабрьских Событий, 3. После значительных перестроек церковь утратила первоначальный облик. В 1998 году здание церкви было возвращено верующим, в нём разместилась женская православная гимназия.

В 1881г. был избран городским головой, но от должности отказался. В 1877–1884 г.г. являлся гласным иркутской городской думы. В 1870 г.выступил одним из инициаторов открытия в городе Коммерческого собрания.

Современники характеризовали его как человека «резко выдававшегося своим высоким образованием и гуманным отношением к соприкасавшимся с ним лицам». Узнав о его болезни, брат Николай заметил: «было пожито и весело, и с блеском».

Был женат (1864 г.) на единственной дочери богатого иркутского купца и золотопромышленника Василия Алексеевича Останина, выпускнице Иркутского Девичьего института, Евдокии (1847–1887(?)). В семье родились дети: Василий (1865–1919), Андрей (1866–1929), Николай (около 1869 – ?), Леонид (1870/71–1930), Аполлон, Александр, Анатолий, Иннокентий (?), Владимир, Иван (1880 – после 1937), Юрий (1883/84 – ?), Евдокия (? – 22 апреля 1899).

                              * * * * * * *

Из представителей последнего поколения заметный след в городе оставил Василий Андреевич (1864-1930) – третий сын Андрея Андреевича. После смерти отца вернулся из Китая в Иркутск, был купцом и активным участником общественной жизни города: являлся председателем Общества вспомоществования учащимся и учителям, членом Городской думы, почетным попечителем учительской семинарии. В конце концов отдал все свое состояние комитету грамотности. В мае 1907 г. продал один из своих домов на углу улиц Дворянской и Ивановской правлению общества трудолюбия, потерял имущественный ценз и право быть гласным. Стал учителем.

Почти в 50 лет поступил в Московский университет и уже после 1917 г. получил диплом врача. Умер от сыпного тифа.

У Василия Андреевича Белоголового было пять дочерей и пять сыновей. Сила, Петр, Андрей, Павел, Дмитрий были офицерами царской, а затем колчаковской армии.

Старший и самый известный Сила Васильевич Белоголовый родился 17 января 1885 г. Окончив гимназию, поступил в горный институт, добровольцем отправился на Русско-японскую войну. В Первой мировой войне воевал в конно-охотничьей команде 7-й Сибирской дивизии, к февралю 1915 г.награжден Георгиевскими крестами всех четырех степеней, медалью «За храбрость» и произведен в прапорщики. За Гражданскую войну дослужился до штабс-капитана, в 1922 г. эмигрировал в Китай, до 1932 г. работал на КВЖД, умер в 1946 г. в Харбине.

             *  *  *  *  *  *  *

Василий Аполлонович Белоголовый (1865–1919) — представитель пятого поколения купеческой династии Белоголовых, старший сын иркутского купца 1-й гильдии Аполлона Андреевича Белоголового, потомственный почетный гражданин города Иркутска.

Учился на химическом факультете в Санкт-Петербургском университете у Д.И. Менделеева. В семье, по воспомина­ниям внука Ю.В. Белоголового, даже был фотопортрет Д.И. Мен­делеева с надписью на обороте «Любимому ученику». Как пишет О. Акулич, «окончить университет Василий Аполлонович не успел. Его родители умерли в 1885–1887г.г., а он был старшим из двенадцати детей». Заботясь о младших братьях и сестре, способствовал их образованию.

После смерти родителей возглавил семейное дело, в том числе унаследовал и владение Тельминской фабрикой. Хорошо знал японский и китайский языки. Ездил в Японию за краской для сукна. Как отмечает Ю. Братюшенко, «во владение фабрикой В.А. Белоголовый был введен по праву наследства 23 мая 1888 г., приняв долг своих предшественни­ков. Не имея свободного капитала, он не мог приступить к коренной рекон­струкции фабрики. Тем не менее, ему удается поднять выработку сукна с 25 тыс. руб. в 1887г. до 56,6 тыс. руб. в 1888 г., а в 1889–1900 г.г. – до 70 тыс. руб.

В начальный период его руководства фабрикой производство несколько стабилизовалось. Кроме суконной фабрики действующим был стек­лоделательный завод. Трудности доставки стеклянных изделий из России пре­допределили живучесть стеклоделанья. Спрос на его продукцию в регионе был большой. Но кожевенное производство прекрати­лось вследствие недостат­ка капитала, винокурен­ный завод с 1885 до 1890 г.г. тоже не действовал. Каче­ство сукна по сравнению с прежними годами ухудша­лось.

В  1885 г. сукно было подвергнуто обследованию военными властями для выяснения его пригоднос­ти для армии. Качество сукна было найдено удовлетворительным для войск, однако в вольную продажу его отпуск сократился. Одна треть толстого белого сукна поставлялась в Якутскую область. Кроме армии, сукно поставлялось для изготовления одежды арес­тантам. Другие изделия (ковры, одеяла, мешковина, вата и пр.) продавались в собственных магазинах 

В. Белоголового в Иркутске и в Забайкалье.Из-за изношенности оборудования выработка сукон уже в 1894 г. сократи­лась до 30 тыс. руб. В 1895 г. В. Белоголовый приобретает в селе Тальцы у купца Катышевцева нужные прядильники, ткацкие станки и машины. Но ко­ренной реконструкции фабрики осуществить не мог.

Если в 1898 г. общая стоимость продукции всего комбината была равна 213,2 тыс. руб., то на долю суконной фабрики падало только 34 тыс. руб., а ведь она всегда давала самую большую прибыль от реализации продукции комбината.

При этом цены на продукцию постоянно возрастали. В 1870-е г.г. цены изготавливаемого на фабрике одного аршина белого и серого сукна были рав­ны 1 руб. 15 коп., то в 1880-е они уже составляли 1 руб. 70 коп., а в 1890-е возросли до 2 руб. 80 коп.

Частичное обновление машинного хозяйства в 1870-е и 1880-е г.г. позволи­ло лишь временно улучшить производство, не изменяя производительности труда рабочих. Число рабочих по сравнению с 1870-ми г.г. тоже постоянно сокращалось. В начале 1890-х г.г. на фабрике работали 100–105 человек, на стекольном заводе 50–40 человек. Как и в давние годы, в поре­форменный период на фабрике использовался детский труд с месячной зар­платой от 2 до 7 руб. У взрослых прядильщика и ткача она доходила до 20 руб.».

В 1895 г. Василий установил между Иркутском и Тельминской фабрикой телефонное сообщение, в 1899–1900 г.г. на Тельминском винокуренном и пивоваренном заводах провел электричество.

По сведениям Ю. Братюшенко, «некоторый подъем суконного производства в 1889–1890 г.г. привлек внима­ние многочисленного семейства Белоголовых. В сентябре 1897г. губернский суд ввел их всех во владение фабрикой. А владеть по-настоящему, если иметь в виду неспособность фабри­ки к конкуренции, уже было нечем. С проведением железной дороги в Сибирь хлынуло дешевое сукно с запада. Фабрика, выпустив в 1899 г. 36 тыс. аршин сукна, не выдержав конкуренции, стала.

Почти полтора десятилетия фабрика бездействовала. Но Первая мировая война заставила восстановить на ней производство. Произошло это по насто­янию иркутских властей. В июне 1915 г. В.А. Белоголовый вынужден был до­ложить Всероссийскому съезду городов свои соображения насчет возможного выпуска продукции: серое шинельное сукно (10 тыс. аршин в месяц), крестьянское цветное грубое сукно и дешевые шерстяные одеяла (3 тыс. штук), арестантское сукно (до 40 тыс. аршин в месяц) при двухсменной работе».

Василий Аполлонович был не чужд делам благотворительности. В 1897г. пожертвовал 1,5 тыс. руб. на строительство театра в Иркутске, в 1890-х г.г. являлся церковным старостой Тельминской Казанской церкви.

Храм Казанской иконы Божьей Матери, п. Тельма

​​​​​В 1899 г. вошел в Попечительный совет Городской Публичной библиотеки.

Был женат, имел дочь Евдокию (1902–1947). После окончания 1-й Хаминовской гимназии она поступила в Томский универ­ситет, на химический факультет. С дипломом химика-технолога Е.В. Белоголовая работала на Хайтинской фарфоровой фабрике и заводе тяжелого машиностро­ения им. В.В. Куйбышева.