ЛИКВИДАЦИЯ

Утрата российских активов — очень больной вопрос для всех нас. Когда арестовывают, замораживают счета наших жирных котов (случай с Вексельбергом — не первый и не последний), когда выводят предприятия из юрисдикции РФ, радоваться тут нечему, потому что арестовывают активы, которые были украдены у нас, у граждан Российской Федерации. То есть это удар не просто по жирным котам, по олигархам — это удар по всем россиянам, у которых активы были украдены этими самыми олигархами.

Что касается юридической стороны вопроса. Навязанная России в 1993 году Конституция абсолютно колониальная. В 15-й статье, части четвёртой Конституции говорится, что в случае коллизии между международным правом и национальным приоритет у международного права. В США, например, это не так, и в Англии не так. А у кого это так — у такого рода стран, которым конституции были навязаны. У стран колониальных, у стран, которые потерпели сокрушительное геостратегическое поражение в XX веке. У Германии, например, Конституция 1948 года, у нас Конституция 1993-го, продавленная после распада великого Советского Союза, после расстрела российского парламента. То есть с точки зрения права, на самом деле, к швейцарцам и американцам не подкопаться. Нам наши геостратегические противники (или «партнёры», как их до сих пор непонятно почему называют в российском МИДе) говорят — «у вас есть собственная Конституция, вы её приняли, так вы её и соблюдайте».

Что касается персонажей, которые, с одной стороны, становятся гражданами чужих стран, свои активы размещают за пределами Российской Федерации, но у РФ просят санации их банков, поддержки их бизнеса, которые на самом деле России больше не принадлежат. Для этого случая у меня есть главный комментарий.

Какая разница между периодом 90-х, режимом Ельцина — и режимом 2000-ми? Режим Ельцина был ликвидационным режимом. Есть корова, корова называется Россия, и пришли звери — ликвидационный режим, — которые решили эту корову съесть. Это прямой символ того, что происходило в 90-е годы. Что происходит после прихода Путина — не сразу, кстати, но где-то начиная с 2004 года? Как я понимаю, была договорённость, что первый срок Путина будет третьим сроком Ельцина, когда нельзя было никого трогать — ни Волошина, ни Касьянова, ни прочих ельциноидных персонажей. Но позже, особенно в период богатый, период больших денег за нефтегазовые ресурсы, это был уже режим не ликвидационный, а оккупационный. Что значит — оккупационный? Оккупационный режим означает: зачем корову-то есть, зачем нужно её грызть, чтобы, доев, затем бежать куда-то в Лондон или в Израиль? Давайте будем её доить, она всё равно наша. Оккупационный режим предполагает некоторую форму заботы об этой стране и об этой корове.

Самое печальное, что сейчас происходит отказ даже от такой заботы, особенно после выборов. Были надежды (у меня не было, но у некоторой части российского населения были)на то, что будет новое правительство. Ничего нового мы так до сих и не видим, видим всё тех же на букву «м» — сплошное правительство «Медведев-Мутко». Мы видим, что оккупационный режим, который предполагал некоторую форму защиты народа и заботы о нём, опять перерождается в ликвидационный режим. Причём перерождается исключительно быстро. Посмотрите, выборы были всего лишь в марте — и что за процессы, которые происходят за последние два месяца? Преобразование, преображение, трансформация, возвращение режима оккупационного в режим ликвидационный.

О суверенитете и нейтралитете. Вексельбергу заблокировали миллиард такие швейцарские банки, как UBS, Credit Suisse и Julius Baer. Вспоминаются «17 мгновений весны», где показано, что швейцарские банки даже в годы Второй мировой войны продолжали оставаться формально и фактически независимыми. Сегодня по окрику из Штатов они совершают подобного рода действия — новые гитлеры опаснее прежних? Кстати, тут можно вспомнить и блокировку в Швейцарии средств «Газпрома» по запросу Нафтогаза. То есть в финансовой части международное право перестало действовать, а действует вашингтонский окрик?

Справедливо и совершенно правильно провести параллель со Второй мировой войной. Понятно, что «швейцарские гномы» в швейцарских банках в значительной степени обогатились за счёт тех стран, которые участвовали во Второй мировой войне, за счёт тех людей, которые вкладывали свои деньги в швейцарские банки и которые потом погибли из-за того, что происходило в Европе. Некоторые мои коллеги меня осуждают за то, что я говорю, что у нас сегодня не 5 июня 2018 года, а 21 июня 1941 года. С моей точки зрения, надо абсолютно всерьёз относиться к тому, что сейчас происходит. Пусть я буду «алармист», пусть я буду человеком, который более пессимистично смотрит на то, что сейчас происходит в Европе и мире, чем это на самом деле. Пусть я окажусь неправ — буду только счастлив. Но я говорю, что сегодня у нас 21 июня 1941 года. Что мы сейчас видим? Даже страны, которые оставались нейтральными в ходе Второй мировой войны (это не только Швейцария, а, например и Швеция), сейчас просто встали на сторону нашего геостратегического противника. Они действительно утратили собственный суверенитет, входят они в Евросоюз или не входят, как та же самая Швейцария. Они выступают единым фронтом — это самое главное — против нас, против России. Это должно кого-то насторожить или нет? Не только нас с вами, но и некоторых иных людей, которые находятся в Кремле?

Единственная надежда — это потенциальная нормализация отношений между Россией и США. Понятно, что без окрика из вашингтонского обкома европейцы никогда бы не пошли на такого рода мерзости в отношении России. Но надежды именно на нормализацию российско-американских отношений у меня не остаётся. Надежды в отношении нормализации отношений между Россией и Европой — никакой, потому что Европа не является суверенным актором, который сам что-то может делать.

Что касается «наших» олигархов и высших чиновников, совершенно понятно, что для глобалистской элиты (а глобалистская элита включает этих персонажей) нет такого понятия «Родина». Родина для глобалистской элиты, куда вписалась наша элитка — зелёная, по цвету доллара. Была надежда в 2000-х годах, что можно нуворишей несколько нагнуть, чтобы они что-то отщипывали от того, что украли и продолжают красть в России, в интересах россиян. Но те же самые «яйца Вексельберга» (яйца Фаберже, выкупленные Вексельбергом) уж настолько объёмный смысл имеют... Сейчас, в условиях ослабления России из-за давления Запада, эта россиянская элита показывает, что она не принадлежит России. Это становится всё более очевидно не только для экспертов, но и для рядовых россиян.

С юридической точки зрения, конечно, напрашивается вопрос. Если на Дерипаску было оказано такое давление, что он стал выполнять напрямую, откровенно и беззастенчиво приказ министерства финансов США, нужно было попрощаться с Дерипаской и национализировать его предприятия, которые играют огромную системообразующую роль в российском хозяйстве. Этого не было сделано. Так вот, этого нельзя было сделать юридически — или можно? Не было воли — или не было возможности?

Естественно, возможности были и остаются. Российское законодательство достаточно запутанное, его можно повернуть в любую сторону. Собственно, как оно и было применено в отношении Ходорковского. Меня всегда это, кстати, забавляло: почему только одного криминального олигарха в лице Ходорковского взяли за те нарушения, которые можно было найти и которые можно найти и сейчас у всех остальных? Возможность возврата государству активов Дерипаски, с точки зрения права — есть. Нет политической воли, особенно сейчас.

Почему меня это настораживает? Для того, чтобы Путин не повторил судьбу Саддама Хусейна или Муаммара Каддафи, для того, чтобы он сохранил собственную жизнь, обеспечил безопасность свою и своей семьи, ему нужно сохранять страну под названием Россия. Если чувство самосохранения у президента России перестаёт работать, то неизбежны большие проблемы не только для него самого, но и для нашей страны. Почему же чувство самосохранения у президента России перестаёт работать? Мне это кажется крайне странным.

На это может быть и такой ответ — когда рушится страна, есть не только путь Хусейна, Каддафи и Милошевича, а есть и путь Горбачёва. И боюсь, что где-то в подкорке у нашей властвующей элиты пример Горбачёва тлеет маячком, а иногда даже разгорается ослепительным пламенем. Думаю, что эта аналогия совершенно справедливая. Путь Горбачёва… Кто его знает, может быть Ким Чен Ын пытается сейчас повторить этот путь? Не уверен, абсолютно не уверен. Но как один из вариантов ответа на вопрос — почему происходит неожиданная нормализация отношений между Америкой и КНДР? — вполне допускаю, что Ким Чен Ын может стать корейским Михаилом Сергеевичем. Ему это и несложно сделать — поначалу Запад будет рукоплескать. Но нынешнему президенту России повторить путь Горбачёва крайне сложно. Горбачёву нужно было совершить значительно меньше предательств для того, чтобы стать Горбачёвым, чтобы праздновать своё 80-летие в Лондоне, в Royal Albert Hall, а не в России, где его ненавидят. Какого же рода предательство потенциально нужно совершить нынешнему президенту, чтобы его приняли на Западе, чтобы горбачёвское предательство казалось просто шуткой? Будем надеяться, что этот антиутопический сценарий невероятен.

Пока что мы видим, что на фоне антизападной риторики происходит то, что происходит — с компаниями Дерипаски, с миллиардами Вексельберга, с налоговыми резидентствами подавляющего большинства других крупных олигархов. Всё это, наверное, и есть элементы вот той конструкции, по которой наша элитка рассчитывают на прощение от Запада? Вполне это допускаю, именно поэтому в самом начале нашего разговора сказал о том, что оккупационный режим возвращается в ситуацию ликвидационного. Это уже не дойка коровы, это отрезание кусков от коровы. А корова — это мы с вами.

Ну, конечно, Америка может к нам нормально относиться только тогда, когда Россия является банановой республикой, когда Россия является подстилкой у двери, о которую можно вытирать ноги и говорить — «какие же вы замечательные!» Или когда президент России (я имею в виду Ельцина), выступая в Конгрессе США в 1992 году, заявлял: «Боже, храни Америку!» И уже после того, как американцы зааплодировали стоя, что-то там пробубнил: «И, Боже, храни Россию». Только в этом случае Америка нас «простит». К этому нужно относиться совершенно спокойно, как к медицинскому факту. Когда мы не являемся банановой республикой, к нам относятся крайне негативно.

Власть, как мне кажется, держала удар в нулевые годы и в начале этого десятилетия. Нынешняя власть, нынешнее правительство — тем более нынешнее правительство Медведева-Мутко — этот удар держать перестаёт. Прощения не будет. Возможно только дальнейшее встраивание в глобалистскую элиту под руководством США, когда какие-то отдельные персонажи в лице «наших» олигархов или российского правительства будут прощены за то, что они были американскими шестёрками. Никому другому прощения не будет.