По следам писателя-марксиста. Часть 1

Хрущев и его мужицкая сметка, отстранение Советов от власти при Сталине, СССР без диктатуры пролетариата, соцстраны сегодня: такой обширный круг вопросов хочется охватить в данной статье.

Интервью писателя-марксиста Константина Дымова, опубликованное ранее на нашем ресурсе, послужило катализатором для данного обзора. По моему скромному мнению понимание политико-экономических процессов, происходивших в СССР, безусловно поможет современным коммунистам в их повседневной борьбе, в пропаганде коммунистических идей, в развитии политической сознательности масс.

Стоит отметить, что попытки осмыслить советскую историю, советскую экономику объективно, с марксистско-ленинских позиций сегодня ведутся многими коммунистами, на буржуазных ученых уповать в этом деле не приходится. Но немало коммунистов в своих исследованиях остановились на полдороге, разглядев лишь вершину айсберга, например, контрреволюцию 1991 года, перестройку Горбачева или реформы Косыгина. Они талдычат об этих явлениях порой не понимая их сути, их связи с другими явлениями того же порядка, не охватывая всю картину в целом. Есть и другая когорта так называемых коммунистов, которая усмотрела “контрреволюцию” в СССР в 1936 году, а кто-то еще раньше, в момент “захвата” власти Сталиным. Есть и такие люди, которые даже ленинские преобразования и сложившуюся при Ленине систему власти считают антимарксистской. Такие гипотезы пусть рассматривают профессионалы в белых халатах.

Не хотелось бы говорить за большинство, но сегодня многие марксисты-ленинцы пришли к выводу, что контрреволюция в СССР началась в 1953 году, после смерти (убийства) И.В.Сталина.

Что значит контрреволюция?

Это значит, что вектор развития политико-экономической системы советского государства сменился с коммунистического на капиталистический, с прогрессивного на реакционный.

С октября 1917 года наша страна встала на путь строительства коммунизма. Это было не голословное утверждение большевиков, все свои слова большевики подкрепляли делами, их декреты не оставались в столе или на бумаге, они претворялись в жизнь, а диктатура пролетариата - власть трудящихся выражалась в расширении и обеспечении их политических и других прав, и неуклонном росте их благосостояния.

Но с 1953 года тенденции в политике и экономике СССР стали изменяться, наносить ущерб трудящимся, ущерб социалистическому государству, доверию к коммунистической партии, а значит, коммунистическому строительству. В результате контрреволюции Советский Союз был насильственно умерщвлен и расчленен, а на его обломках возникли разные капиталистические государства.

Все марксисты-ленинцы прекрасно понимают, что дыма без огня не бывает, что каждый процесс чем-то обусловлен. Подготовительная работа шла в недрах советского общества, но работа эта велась скрытно, тайно. Но в определенный момент, в момент сильных потрясений, в предвкушении власти реакция поднимает голову и хочет воспользоваться сложившимися обстоятельствами. События второй половины 30-х годов, когда в СССР орудовали троцкисты, бухаринцы и зиновьевцы: вредительствовали, устраивали покушение на первых лиц государства, работали на иностранные разведки и пр., были связаны с напряженной внешнеполитической обстановкой. Грядущая война сулила смену власти и контрреволюционеры старались как можно лучше выслужиться перед будущими победителями, чтобы занять место любимого вассала. События 1953 года не сильно отличаются по своему характеру от предыдущих, с одной лишь разницей, что контрреволюционный переворот удался и за ним последовала реакция.

Окончательное осмысление и разграничение контрреволюционных периодов в СССР дело будущего, но фактов в руках коммунистов достаточно, чтобы покончить с вульгарным пониманием советского прошлого и открыто сказать, что Хрущев, Брежнев, Горбачев, иже с ними - контрреволюционеры, предатели пролетариата и коммунистических идей.

Отсюда вытекает, на мой взгляд, ключевой вопрос в истории СССР.

Был ли Союз Советских Социалистических Республик социалистическим государством, когда им правили контрреволюционеры?

Нет, не был. Переходный период от капитализма к коммунизму подразумевает одно исключительно важное условие - диктатуру пролетариата. Только при помощи диктатуры пролетариата можно перейти к бесклассовому обществу - коммунизму. Т.е. класс трудящихся вбирает в себя, преобразует и уничтожает все остальные классы, оставшиеся от буржуазного общества, и происходит данный процесс на основе общественной собственности на средства производства и обобществленного продукта производства, через вытеснение товарно-денежных отношений продуктообменом. Тогда постепенно войдет в обиход принцип коммунистического распределения - “от каждого по способностям, каждому по потребностям”.

Кто-то из “специалистов” заметит, а разве общественная собственность на средства производства не является признаком социализма? Является, но “специалисты” забывают рассмотреть базис вместе с надстройкой. Общественная собственность при социализме есть национализированная собственность, национализированная пролетарским государством, находящаяся в управлении пролетарского государства на благо трудящихся. Соответственно, когда собственность на средства производства находится в руках врагов пролетариата, в управлении непролетарского государства, и не используется во благо трудящимся, то такая собственность может быть только госкапиталистической.

Но, - скажут “специалисты”, - ведь, госчиновники в СССР не могли распоряжаться собственностью по своему усмотрению, покупать и продавать ее, а значит собственность была общенародная. Разве? А как объяснить ПРОДАЖУ КОЛХОЗАМ МТС при Хрущеве? Здесь мы говорим об общеизвестном факте, но старания Хрущева и Брежнева на благо своего класса на этом не заканчиваются. В своей книге “Реставрация капитализма в СССР” Вилли Дикхут немецкий марксист собрал немало фактов по этому поводу. Возможно, акт продажи машинно-тракторных станций колхозам был прогрессивным шагом, улучшающим положение трудящихся? Как показала история, не был, как и ряд других “новшеств” (освоение целины, кукурузная лихорадка). Спад в сельском хозяйстве был настолько существенным, что СССР пришлось закупать продовольствие за рубежом за золото!

Подельники Хрущева по цеху сместили “кукурузника” с занимаемых постов в 1964 году и отправили на пенсию. Не на нары, не на расстрел, а на пенсию, несмотря на объективные доказательства его так называемой бесхозяйственности (смотрите “Доклад Полянского “ от октября 1964 года), а на самом деле открытого уничтожения социалистического государства и коммунистических идей. Но именно об этих подельниках, соратниках по классу не должны забывать исследователи и историки-коммунисты и не вешать всех собак на недостатки отдельных личностей. Если Хрущев и его команда не защищали интересы пролетариата, значит они защищали интересы противоположного класса - буржуазии, хотели они того или нет. Но то упорство и последовательность, с которыми руководство КПСС и по совместительству СССР проводили либеральные реформы, вызывает сомнения в их несознательности.

В ходе исторического становления капиталистической формации в обществе появлялись предбуржуазия и предпролетариат. В СССР происходило все по аналогии, только пролетариат в наличие был, средства производства были, а буржуазии как таковой еще не было. Т.о. “хрущевцы” и “брежневцы” - сторонники либеральных реформ заняли место буржуазии, а национализированные средства производства автоматически оказались в их руках после захвата власти. Таковы были особенности контрреволюции в СССР.

Опять же, хочется провести параллели дальше в советское прошлое, ведь, как мы знаем в 1930-х годах контрреволюция также активизировалась, но была изобличена и подавлена. Ключевое слово подавлена, но не искоренена. Искоренить контрреволюционные элементы при социализме, когда еще наличествуют товарно-денежные отношения, когда еще живо дореволюционное поколение, тем более, находясь в капиталистическом окружении, невозможно. Подавить на время - да, что и сделал Сталин сотоварищами, но змея снова выползла на свет после ВОВ и укусила смертельно.

Почему коммунисты делают упор именно на Сталина, ставят экономику Сталина в пример?

Как говорится, все познается в сравнении. Возможно, если бы Сталин не опубликовал до своей смерти (убийства) брошюру “Экономические проблемы социализма в СССР”, то коммунистам пришлось бы еще дольше разгадывать загадку послесталинского Советского Союза. Но вышло так, что все послесталинские реформы, лучше, наверное, сказать основные реформы в политике и экономике шли вразрез с указаниями Сталина (и Ленина). Реформаторы действовали от обратного. Все неверные шаги, от которых предостерегал Сталин, воплотились в реформах Хрущева, Брежнева, Горбачева и привели страну к капитализму и развалу. Т.е. сталинский путь есть путь к коммунизму, возможно, не совсем точный, не окончательно выверенный, но тогда для СССР единственно правильный. Свернув со сталинского пути, руководство КПСС свернуло с пути строительства коммунизма, изменило пролетариату. Поэтому победное шествие контрреволюции можно отсчитывать с момента смерти (убийства) Сталина.

Почему в статье так часто повторяется слово “убийство” (Сталина), ведь официальная версия иная? По моему мнению такая активизация контрреволюционных элементов в нужный момент и их успех произошли не просто так. Хрущев и “хрущевцы” были готовы к такому стечению обстоятельств. Начинания Сталина, например, внешнеполитические (золотой рубль, расширение соцлагеря и возможный переход на единую валюту) могли заставить напрячься Запад, а в купе с внутриполитическими (подготовка к чистке партии, не принятая в октябре 1952 года Пленумом сталинская отставка, увеличение количества равноправных секретарей партии) могли подтолкнуть контрреволюционеров к активным действиям. “Дело врачей”, когда высших партийных функционеров залечивали до смерти (Жданов, 1949 г.), тоже наводит на определенные мысли. Не будем забывать и об уроках 30-х годов, когда дело также доходило до убийств высших партийных лиц (Киров). Плюс та свистопляска на даче в Кунцево перед смертью Сталина 1 марта 1953 года, где первому лицу государства в течении суток не оказывалась первая помощь при “официальном инсульте”, а затем еще 4 дня танцев с бубнами вокруг еще живого вождя. В общем и целом, если контрреволюция и не приложила руку к инсульту Сталина, и не оказании ему своевременной медицинской помощи, то сорганизовалась она исключительно вовремя. Резко в те дни пошла вверх и карьера Хрущева. За полгода из грязи в князи. Значит кому-то это было нужно? Либо всех это устраивало.

“В последний день жизни Сталина 5 марта 1953 года на председательствуемом Хрущёвым Совместном заседании пленума ЦК КПСС, Совмина и президиума ВС СССР было признано необходимым, чтобы он сосредоточился на работе в ЦК партии.
Хрущёв выступил ведущим инициатором и организатором совершённого в июне 1953 года смещения со всех постов и ареста Лаврентия Берии. 7 сентября 1953 года на пленуме ЦК Хрущёв был избран первым секретарём ЦК КПСС”.
Википедия, Никита Хрущев

Еще одна особенность буржуазной контрреволюции в Советском Союзе была в том, что предбуржуазия не могла апеллировать открыто к массам, она не могла предложить никакой коммунистической альтернативы трудящимся, только капиталистический путь. Об этой идейной пустоте Сталин говорил еще в 20-х и 30-х годах, борясь с различными уклонами в партии. Поэтому предбуржуазией в ход была пущена новая тактика мимикрирования и приспособленчества, закоса на “своих”, на коммунистов. После захвата власти они вынуждены были на словах придерживаться марксистско-ленинской теории. Но на самом деле, они ревизовали марксизм-ленинизм, обкорнали его, выбросили диктатуру пролетариата, а то, что осталось от революционного учения, приспособили для собственных нужд.

Государство, партия, милиция, КГБ и армия стали исполнителями воли меньшинства в интересах меньшинства, исполнителями воли контрреволюционеров. Открытые выражения недовольства трудящимися экономическим положением или властью порой жестоко подавлялись, в том числе с применением армии и оружия.

Продолжение следует...

К.Поляков