Два пути для России: какой мы строим сейчас политический лифт

Я не люблю демократию — на идеальных демократических выборах побеждают обычно или популисты, или мошенники. Исключения, конечно, бывают — например, когда речь идёт о перевыборе хорошего руководителя, который уже зарекомендовал себя ранее самым лучшим образом. В этом случае избиратель может сделать осознанный выбор.

Однако когда избиратель выбирает из нескольких новых для него кандидатов, или когда выбор производится по принципу «лучшего из худших», к власти зачастую пробиваются, мягко говоря, не самые талантливые и не самые честные фигуры.

Как можно изменить ситуацию? Как сделать так, чтобы мы могли гордиться не только нашим президентом и некоторыми министрами, но и представителями нашей власти в целом? Как сделать так, чтобы слово «депутат» вызывало не менее положительные ассоциации, чем слова «врач» или «пожарный»?

Попытаюсь сегодня объяснить. Вот мой перечень вопросов и ответов по праймериз, из которого, я надеюсь, станет ясно, куда мы хотим прийти, и какие меры мы для этого предпринимаем. Также я рекомендую также прочесть важную статью Кримсональтера, который пишет на ту же тему, но в несколько другом разрезе:

Праймериз без проигравших

В.: Если выборы так плохи, зачем вообще нужна вся эта возня с выборами?

Действительно, Россия может теоретически направиться по двум путям — или по китайскому, или по европейскому. Китайский подход не признаёт открытую политическую конкуренцию, там всем управляет одна огромная КПК, Коммунистическая партия Китая.

В Китае есть законы, которые предполагают регулярную обязательную ротацию руководящих кадров — и эти законы работают. Достойные кандидатуры продвигаются наверх, недостойные изгоняются из рядов, идёт постоянное обновление кадрового состава.

Проблема заключается в том, что вся эта процедура смены лиц в телевизоре совершенно непрозрачна. Чем-то она напоминает выборы папы в Папском конклаве: достойные люди что-то там решают между собой за закрытыми дверями, а широкая публика терпеливо ждёт, когда кардинал выйдет на лоджию и объявит им имя новоизбранного.

К сожалению, при попытке перенести китайский опыт на российскую почву мы, вероятно, получим позднюю КПСС со всеми её недостатками. Даже если система в итоге и будет как-то работать, избиратели будут думать о ней самое худшее. У нас всё же не настолько азиатский менталитет, чтобы мы могли смириться с тем, что важные решения принимаются безо всякого нашего участия.

Европейский подход, который мы сейчас пытаемся воспроизвести, предполагает, что кадровые решения внутри партии принимаются при активнейшем участии избирателей. Система праймериз устроена таким образом, что избиратели голосуют не только за конкретную партию, но и за конкретных лиц внутри этой партии. Это позволяет держать членов партии в тонусе и сильно затрудняет раздачу тёплых мест «своим людям».

Раньше для попадания в партийный список достаточно было убедить в своей нужности какого-нибудь партийного функционера — например, при помощи перевода в партийный фонд оговоренной суммы денег. Теперь же решения о продвижении конкретных персон наверх принимают рядовые избиратели — и негодной кандидатуре будет гораздо сложнее с ними договориться.

Получается эдакий двойной фильтр: избиратели теперь одобряют не только курс партии в целом, но и конкретные кандидатуры политиков.

В.: Что такое «праймериз»?

Это предварительные выборы. Поясню на примере Севастополя, в котором сейчас готовится к праймериз Руслан Осташко, главред «Политической России».

Если бы выборы шли по старой системе, влиятельные люди внутри «Единой России» решили бы — от Севастополя идёт такой-то кандитат, который является другом такого-то важного человека, и которому такой-то промышленник обещал хорошую финансовую поддержку. Проще говоря, на выборы пошёл бы какой-нибудь «блатной». У Руслана шансов не было бы.

Сейчас же решение о том, кто конкретно пойдёт на выборы от «Единой России» будет приниматься на праймериз (путём голосования жителей Севастополя). И если на праймериз победит Руслан, то он и будет бороться на выборах против коммунистов и против кандидатов от прочих партий — несмотря даже на то, что Руслан явяется беспартийным, и вступать в «Единую Россию» не собирается.

В.: Зачем это нужно государству?

Поставьте себя на место федерального центра. Допустим, нам не нравится поведение региональных властей в каком-нибудь отдалённом уголке нашей огромной страны. Возьмём ту же республику Хакасию — наблюдатели отмечают, что работа по праймериз в Хакасии завалена. 

Глава республики Виктор Зимин по совместительству возглавляет и местное отделение «Единой России». Он должен был позаботиться о том, чтобы независимые кандидаты были допущены к участию в праймериз и приняли в них деятельное участие.

Провал на этом направлении — очень серьёзный грех, руководство страны сейчас придаёт проведению праймериз очень большое значение. Тех, кто пытается по старой привычке продвигать на выборах «своих человечков», наказывают.

Допустим, мы принимаем жёсткое решение по Хакасии и снимаем господина Зимина с ответственного поста главы республики. Кого мы поставим на его место? Кого-нибудь из той команды, которую глава республики долгие годы подбирал «под себя» по принципу лояльности к нему лично? Это будет замена шила на мыло.

Может быть, достаточно будет просто провести выборы? Как показывает опыт постсоветской России, на этих выборах победит тот, кто раздаст пенсионерам больше гречки, и ещё за счастье будет, если таковым не окажется какой-нибудь местный криминальный авторитет.

Отправим в проблемный регион варяга из Москвы? Тоже не вариант. Во-первых, кадров и на саму-то Москву катастрофически не хватает, приходится бесконечно тасовать одних и тех же людей с должности на должность. Во-вторых, далеко не факт, что местные жители примут варяга как родного. С большой долей вероятности, варягу придётся постоянно преодолевать сопротивление тех, кто родился и вырос в данном конкретном регионе.

Опять-таки, государству гораздо выгоднее важнее не разбрасываться «варягами» направо и налево, а, наоборот, вытаскивать таланты из регионов наверх, в руководство страны.

Праймериз если не решают, то смягчают эту проблему. Праймериз позволяют властям собрать по каждому региону списки адекватных людей, которых можно будет при необходимости продвигать наверх — внутри этого же региона.

Более того: при нормально работающей системе продвижения кадров региональные феодалы просто не будут иметь возможности свободно расставлять повсюду «своих людей». Во-первых, часть важных решений будут принимать избиратели, а во-вторых, центр, который вынужден сейчас из-за дефицита запасных игроков закрывать глаза на бесчинства грешников, сможет куда как более оперативно показывать недостойным красные карточки.

В.: Не превратятся ли «праймериз» в балаган, на котором победят свои?

Федеральный центр активно следит, чтобы всё было по-честному. «Единая Россия» высылает на региональные выборы своих комиссаров и внимательно изучает все сообщения с мест о попытках сжульничать. Комиссары подчиняются (поправьте меня, если я ошибаюсь) непосредственно Сергею Неверову, «договориться» с комиссарами практически невозможно. После праймериз результаты будет целый месяц на обжалование результатов — вполне достаточный срок для любых проверок и уточнений.

Собственно, мы уже наблюдаем некоторые удивительные для посторонних наблюдателей события. Так, например, сейчас решается вопрос о снятии с праймериз депутата Михаила Слипенчука, который согласно некоторым сведениям, избавился от своих офшоров не в 2013 году, как ему следовало бы, а только в 2015.

Также выйти из предвыборной гонки пришлось бывшему челябинскому губернатору Михаилу Юревичу, хотя он весьма популярен в регионе и при иных обстоятельствах был бы, вероятно, одним из главных кандидатов. Формально Юревича отстранили за драку во время хоккейного матча. На самом деле — как предполагают некоторые — за попытки использования на выборах админресурса:

"Законопослушных" депутатов снимают с праймериз

Надо понимать, что кандидаты на праймериз хорошо знакомы друг с другом и отлично знают обо всех возможных хитростях. У каждого кандидата есть своя команды наблюдателей, есть видеокамеры, которые фиксируют всё, включая пути, по которым могут проехать согнанные админресурсом избиратели.

Сергей Неверов лично пообещал жестоко наказывать всех, кто будет уличён в подвозе избирателей:

Руководство "Единой России" аннулирует результаты праймериз в случае подвоза избирателей на участки

Таким образом, если только кто-нибудь из кандидатов решится на организацию «карусели», конкуренты немедленно обратятся к комиссару Неверова, и избавятся таким образом от мошенника. Получается что-то типа игры в шахматы — доска видна всем, и жульничать очень непросто.

Опять-таки, если на «обычных» выборах решения принимает ЦИК, который вынужден руководствоваться запутанным избирательным законодательством и соблюдать довольно сложные процедуры, на праймериз властвует «жёсткая рука», которая может не судиться с очевидными нарушителями, а наказывать их одним росчерком пера.

Сбывается мечта наших либеральных блогеров — теперь одного убедительного видео с нарушением достаточно, чтобы немедленно аннулировать результаты вставшего на кривую дорожку политика.

В.: То есть цель праймериз — честные выборы?

Я вижу две негласных цели всего этого мероприятия. Первая цель — обновить фракции хотя бы на 30%, влить в «Единую Россию» свежую кровь. Вторая цель — удлинить скамейку запасных, составить списки для кадрового резерва.

Власть не просто так создаёт особые условия для тех, у кого не хватает ресурсов на раскрутку. Так-то понятно, что какой-нибудь директор градообразующего предприятия может и обклеить весь город листовками со своим лицом, и выступить перед рабочими с просьбой поддержать его на «праймериз». Однако тех, кому не хватает денег и прочих ресурсов на масштабную избирательную кампанию, власти также берут на заметку. Специальные наблюдатели будут учитывать, кто какие ресурсы затратил и сколько голосов он в итоге получил.

Так-то понятно, что любая крупная организация, если в ней нет действующих механизмов самоочищения, быстро зарастает группами «блатных». «Блатные» тащат друг друга наверх и, наоборот, жёстко сопротивляются попыткам «чужих» людей извне попасть на руководящие посты внутри структуры:

— Мой друг поддерживал вас финансово пять лет назад, я «свой».
— Да, конечно, мы зарезервируем под вас тёплое местечко, добро пожаловать.
— А я вот тоже хотел бы поучаствовать, у меня есть такие-то таланты...
— Извините, все места заняты, приходите завтра.

Немцы говорят в шутку, что рано или поздно любая машина превращается в «опель». Можно сказать, что и любая партия неизбежно пытается превратиться в КПСС — в том её закостенелом варианте, который мы наблюдали в семидесятые и восьмидесятые годы.

В.: Меня раздражает слово «праймериз»

Меня оно тоже раздражает. Однако какой русский вариант вы предложите взамен? «Первач»? «Первичка»? «Примус»? «Предгол»?

Если вам придёт в голову что-нибудь благозвучное, пишите в комментариях. Может быть, совместными усилиями и удастся сначала найти красивый русский термин, а потом убедить политиков и журналистов использовать его вместо варваризма «праймериз».

В.: Насколько распространены праймериз на Западе?

Праймериз в том или ином виде практикуются в огромном количестве стран. Праймериз бывают очень разные — например, есть праймериз «закрытые», в которых участвуют только члены партии, а есть праймериз «открытые», в которых могут участвовать даже беспартийные граждане.

В «Единой России» сейчас используется второй, более демократичный вариант.

Важно понимать, что праймериз — это только идея, мы не копируем слепо чужлй опыт. Тут можно провести сравнение с «Яндексом»: сама идею поискового движка появилась на Западе, но это ещё не значит, что «Яндекс» — это калька с американских поисковиков.

В.: Нет ли риска в том, кто к праймериз допущены беспартийные?

Даже беспартийный кандидат, который пойдёт на выборы от «Единой России», всё равно будет поддерживать курс партии и идти с ней примерно в одном направлении.

Зарубежный опыт показывает, что попытки «хакнуть» систему — пойти эдаким кукушонком на праймериз к политическим противникам — к успеху не приводят. Допустим, какой-нибудь прозападный оппозиционер пойдёт на праймериз «Единой России» с лозунгом «обманем глупых единороссов, въедем на их горбу в Госдуму, чтобы продвигать там либеральные идеи». Что будет?

Да ничего не будет. Ни оппозиционеры, ни тем более сторонники власти этот креативный ход не одобрят. Нужного количества голосов хитрозадый кандидат собрать не сможет, а вот его репутация будет безнадёжно испорчена.

В.: Почему потерпели неудачу праймериз от «Демкоалиции»?

Оппозиционеры допустили несколько критичных ошибок. Во-первых, они пытались провести как бы праймериз, но с обязательным условием, что первым номером пойдёт Михаил Касьянов. Это звучало так: «дорогая доченька, жениха тебе мы найдём сами, но чтобы ты понимала, что и от тебя что-то зависит, можешь самостоятельно выбрать себе свидетельницу и цвет свадебного платья».

Прекраснодушные сторонники нашей прозападной оппозиции решили, что их пытаются лишить права выбора, и остались весьма этим недовольны.

Ситуацию усугубил скандал с господином Касьяновым — он наговорил на скрытую камеру кучу крайне циничных вещей о своих же партнёрах по команде. Это сделало резервирование места «под Касьянова» и вовсе нелепым.

Позже оппозиционеры не зарегистрировали в качестве кандидатов своих же сторонников, которые им по каким-то причинам не понравились. Это был, пожалуй, последний гвоздь в попытку организовать что-то похожее на праймериз.

Впрочем, стоит признать, что наша прозападная оппозиция хотя бы дёрнулась в нужном направлении. Те же товарищи из КПРФ и прочих «системных» партий не сделали и этого — чтобы, очевидно, не делиться с избирателями правом распределять хлебные места.

В.: Откуда «Единая Россия» нашла такую волю к обновлению?

Партию пнули сверху. Президент чётко распорядился начать обновление кадров и чистку рядов: и у партии просто не было иного выбора, кроме как подчиниться воле президента. Так-то понятно, что «Единая Россия» уже конкретно заросла мхом, и что этот мох нужно уже активнейшим образом чистить: избавляя её, например, от тех, кто добывал себе кресло ради решения каких-то своих проблем.

Повторюсь, судя по всему ставится негласная задача обновить состав фракций хотя бы на 30%. Новые кадры придут за счёт праймериз, избавляться же партия будет от тех, кто засветится в скандалах с выборами, с офшорами и с тому подобным.

В.: Так что же, в России создаётся аналог американской двухпартийной системы?

Пожалуй, так. Сейчас из «Единой России» явно пытаются сформировать некий аналог американских республиканцев.

Следующей задачей — к которой государство, вероятно, приступит через несколько лет — будет создание второй партии власти. На эту роль когда-то претендовала «Справедливая Россия», однако справедливороссы заняли несколько лет назад довольно чёткую прозападную позицию, и я сомневаюсь, что им удастся исправить эту «ошибку».

ЛДПР на роль полноценного противовеса не годится, но я вполне могу представить ситуацию, когда ЛДПР вольётся в «Единую Россию» на правах радикального крыла — благо Владимир Вольфович вполне органично может сыграть роль «русского Маккейна».

Теоретически есть шансы дорасти до размеров полноценного противовеса у КПРФ: в перспективе из неё вполне может получиться хорошая партия левоцентристского толка... однако перед этим коммунистам придётся провести огромную работу над собой. Им нужно будет как следует почистить свои ряды от разных странных людей, резко снизить градус популизма и, наконец, выработать адекватную программу — программу, которую можно будет использовать не только для привлечения избирателей, но и для нудной реальной работы.

В долгосрочной перспективе в России должны быть построены два политических лифта, которые будут формировать управленческую элиту страны не из узкой «номенклатурной» прослойки, как сейчас, а из талантливых и порядочных, имеющих реальную народную поддержку политиков.

Впрочем, повторюсь, мы сейчас рассуждаем о будущем. Перевоспитывать две партии одновременно власть явно не сможет, поэтому прежде чем всерьёз зайдёт речь о создании противовеса для «Единой России», нужно будет привести в порядок саму «Единую Россию».

Кстати, я посмотрел, в комментариях у Кримсональтера активно отписываются ненавистники единороссов. С обывательской точки зрения их позиция не только понятна, но и даже в чём-то благородна — в «Единой России» есть жулики и воры, работать с ними нельзя.

Вместе с тем, совершенно непонятно, что же эти благородные господа предлагают нам делать. Разровнять Россию до основания, как мечтал в своё время господин Жванецкий, и построить на этом ровном месте что-то новое? Нет, такой хоккей нам не нужен.

Создавать нормальную партию на основе уже существующих? Ну так я только что перечислил вам основных игроков — «Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия». Можно добавить сюда для комплекта ещё и распавшуюся «Демкоалицию». И что же — какая из этих партий может похвастаться чистыми рядами зеленоглазых эльфов? В какой из этих партий жулики и воры отсутствуют в промышленных количествах?

Вопрос, как вы понимаете, был риторическим. Идеальных, хороших или хотя бы удовлетворительных партий в России сейчас нет. Поэтому если мы хотим изменить что-нибудь к лучшему, нам надо или работать с «Единой Россией» — которая сейчас вынуждена активно реформироваться — или ждать, когда всю работу за нас сделает кто-нибудь другой.

Ещё раз заострю ваше внимание на том, что в праймериз «Единой России» участвуют не только единороссы, но и беспартийные кандидаты — такие, например, как Руслан Осташко, которого я активно поддерживаю, и который, я надеюсь, сможет выиграть послезавтра праймериз в Севастополе:

http://ruslanostashko.livejournal.com/37848.html

Насколько я вижу, сегодня праймериз — это самый прямой путь, чтобы попытаться изменить систему власти в России к лучшему. Если вы полагаете, что есть другой, более надёжный и более короткий путь политических реформ — пишите в комментариях, с интересом изучу ваши идеи.

В.: В чём принципиальное отличие от старой системы?

Сейчас создана такая ситуация, когда руководство «Единой России» живо заинтересовано в том, чтобы всё было честно и чисто. Идущие на праймериз политики являются для руководства «Единой России» не конкурентами, а, скорее, ценным кадровым ресурсом, которого в стране так не хватает.

Проведу в завершение статьи аналогию: когда тренер руководит матчем с другой командой, он заинтересован выиграть, неважно каким способом. Когда же тренер выбирает себе в команду футболистов, он заинтересован в том, чтобы собрать себе хороший состав — так как с плохим составов добиться нормальных результатов ему будет очень непросто.