Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

РАЗУМНАЯ ВСЕЛЕННАЯ (ЭКСТАЗ ПОКОЯ).

Аватар пользователя Сергей Странник

               О, как прекрасно время становленья,
               В нем сладость предвкушения побед

 

 

Я не любил ходить в детский садик, потому что там был тихий час. Я не любил пионерский лагерь, потому что если за забор в лес, то только строем; если купаться, то только в мутном «лягушатнике», только по свистку и только пять минут. “В борьбе за дело Великого Ленина будь готов!!” И нужно было дружно орать “Всегда готов!!!” Каждое утро на “линейке”. Но, видимо, я не был готов. С двумя-тремя мальчишками, без разрешения, уходили за зону: купались, гуляли по лесу. С девяти лет они заметили мою неготовность и выгнали. Тот лагерь был последним. Наступило мое десятое лето. Я поехал на южный Урал к бабушке, где жили мои предки по отцу - уральские казаки. Там было очень интересно. Кругом озера: много рыбы, подводный мир через маску. Самодельный парус; и мы уже “дружина” (и далеко не пионерская), переправляемся на другой берег - там “бусурманы” и мы должны их победить. Бабка была очень набожная и строгая. “Сярежка! Вот я тебе! Бог-то все видит!” - грозила она мне пальцем... Мы, конечно, могли нормально есть дома, но у нас же была Дружина, мы же были Казаки! Брали картошку, лук из дома. У нас были стрелы, луки и рогатки: стреляли галок и ворон - они почему-то нам не нравились. А голубей мы варили, или жарили, и ели. Был свой штаб: глубокая и широкая яма, сверху перекрытая толстыми стволами, на подпорках, затем более тонкие, потом ветки с листвой сплошным слоем, затем слой земли, а сверху мы все заложили дерном. Пройдешь и не заметишь! Даже коровы свободно проходили и не проваливались. В знак своего признания качества нашей работы они иногда оставляли некоторое количество хорошего удобрения прямо на крыше нашего штаба. Для того, наверное, чтобы трава лучше росла. Видимо они были за нас, эти буренки. Для отвода глаз противника мы построили несколько шалашей метрах в пятидесяти. ...Деревня. Густой и приятный запах навоза, перегноя. Несколько раз вожак гусиной стаи все-таки успел схватить меня за пятку. Хорошее это время - Детство!..

Дневники начал писать с десяти лет. Сначала был перечень того, что сделал на тренировке. Потом описание каких-то случаев, событий, мыслей, желаний...- Ха! Пятерки, четверки! Через год будут четверки, тройки. Еще через год пойдут тройки, двойки, а потом - одни двойки! Это как пить дать! - говорили старшие ребята в секции. Наверное, они были ясновидящими, эти летающие мальчики. Медленно, но уверенно я терял интерес к учебе в совковой школе. Эти взрослые тети и дяди у доски не были Учителями. Они были просто скучными предметниками. Не было той необходимой интенсивности процесса обучения, когда мозг не спит. Другое дело на трамплине: скорость, движение - движение и скорость, полет в пространстве! Движение по лезвию. Memento mori!!! На верху, перед очередным стартом мы всегда об этом помнили. Мы не могли не помнить. Ведь стоило посмотреть немного вперед и там, у подножия горы, мы видели кладбище. Порой доносилась похоронная музыка...”Memento mori”. Мы не могли не помнить: очередное падение ясновидца напоминало: - “Не спи, а то замерзнешь!” Переломанные кости рук, ног, сотрясение мозгов. И, несмотря на..., мы опять шли наверх. Я приходил первый, еще до тренера, и уходил последний. Восемь лет занятий. Если и пришлось падать, то очень редко. С больших, девяносто (сегодня стодвадцати) метровых, - ни разу.

 

Наверное у меня получалось несколько лучше, чем у многих и с одиннадцати лет я начал колесить по стране: сборы, соревнования, города и люди. Потребность познавать удовлетворялась более полно. Постепенно школа перестала меня интересовать. В 9-10 классах я почти не открывал учебников. Никогда не учил правил по русскому языку, но писал всегда на 5, редко на 4. Когда преподаватель вызывала к доске, рассказать эти правила, то я ее огорчал и получал двойку или кол. Я не учил, но мой генетический багаж позволял писать без ошибок.

 

До десяти лет жил в коммуналке: пятеро в одной комнате. Рабочий район, бандитский район. Потом наша семья переехала в центр города. Но и там и там половина моих друзей и знакомых пошли и идут по этапу. Многие не по разу. Кто-то выбросился из окна, кто-то умер от запоев. Один, в двенадцать лет, разбился: к нему домой пришел милиционер, а он, решив убежать, вылез из окна на водосточную трубу, но она оказалась гнилой. Ему тоже суждено было испытать ощущение свободного полета...

 

Конец шестидесятых - семидесятые: сто на сто, тысячу на тысячу, район на район. С колами, цепями и прочим. Реализация колоссальной внутренней энергии таким примитивным образом. Несколько позже я стал понимать причины подобных явлений...

 

Мне десять лет. Я долго не могу заснуть: я думаю о смерти. Зачем рождаются люди, почему они умирают? Зачем они рождаются, если потом умрут? Труп, который потом съедят черви? И что со мной будет потом?.. Мама на кухне гладит белье. Я встаю и иду к ней, задаю эти вопросы. На лице удивление, смущение: - “Я не знаю, что тебе ответить, Сережа”... Если слышал похоронную музыку, то шел туда. Смотрел в лица и тех и других: я хотел понять. Школьная программа такие темы не могла раскрыть, предметникам легче было рассказывать байки об абстрактном светлом “Завтра”. Но, так как они сами смутно представляли эти “светлые” перспективы, то и выглядели не убедительно.

 

…Вы когда-нибудь ставили канцелярские кнопки на скамью школьной парты? Но, по крайней мере, вы видели, как это делал кто-то другой. И когда на нее кто-нибудь садился и говорил “ой”, то и “злодеи” и свидетели дружно и весело улыбались, Но кнопки бывают разные. В восьмом классе мой сосед по парте выточил на трудах что-то похожее на указку, немного толще карандаша и очень острую. Деревянная «кнопка» получилась сантиметров пятнадцать... Меня спасло то, что садился я медленно и острие угодило мне в копчик с наружной стороны. Успел среагировать: кнопка вошла миллиметров на пять, если бы пошло немного внутрь... Ведь ни “трудовик”, который был какой-то “дум глубоких полн”, ни преподаватель биологии, которая очень часто моргала и также часто говорила “э” (однажды мы решили сосчитать количество этих “э” за урок и получилось очень много), ни химичка, которая рассказывала о “Доменном процессе” с таким тяжелым выражением лица, что можно было подумать: отработала горячий стаж у печи и ей “все это” уже “ вот здесь”, никто из них и прочих не говорил нам, что острая палка может входить в нежное человеческое мясо как нож в теплое масло. Они многого нам не могли сказать, ведь они не знали и до сих пор не знают практически ничего ни о себе, ни, тем более, о других.

 

...Лет с четырнадцати я начал замечать за собой способность предвидеть события...

 

Конец девятого класса. Весна! Решили с другом подойти к военруку (бедный, задерганный полковник) сказать о своем желании принять участие в военно-спортивной игре: стрельба, сборка - разборка автомата, кинуть-пробежать. Он выслушал - он рад. Но тут подходит наша “классная дама”. Математичка до мозга костей. Очки, вечно сдвинутые брови, большие губы. Услышав в чем суть дела, она сказала: - “Это похвально, что вы задумались о характеристике”... Жалкое чудовище!!! Ей повезло в том, что Система раздавила в ней способность к телепатии. И даже когда я смотрел ей прямо в глаза, она не могла понять, что мне глубоко наплевать на эту бумажку. Ее потом выбрали делегатом на 26-й съезд КПСС. А вы же знаете: туда попадали самые достойные. Я тут же отказался участвовать в игре, но друг меня уговорил: “Да брось, не принимай близко к сердцу. Если на них, на всех обращать внимание, то поседеешь раньше времени”... Перед началом я пальнул несколько раз из “мелкашки” но можно было этого и не делать, ведь я был хорошим стрелком еще до рождения. Стрельнул я лучше всех, собрал - разобрал - вторым: наша школьная команда выиграла первенство города. Мне даже чего-то подарили. Но ее слова...

 

Вот и “последний” звонок! К нам в класс пришла директор (она почему-то ко мне очень хорошо относилась), поздравила с окончанием школы. Она о чем-то много говорила, но я услышал лишь: - “Ребята! Вы выходите в Большую жизнь... И в ней будет так много того, о чем с вами в школе не говорили и чему мы вас не учили... Там будет все по-другому. Но я желаю вам, чтобы в жизни вы смогли себя найти, чтобы было все хорошо…” Многие девчонки плакали. Наверное, оттого, что их обманули. ...Не понимаю: зачем так много времени учить тому, что не пригодится в жизни?!

 

Мне повезло: я практически не следовал школьной программе!

 

На улице меня догнала комсорг класса: - “Сережа, пойдем в райком, вступи в комсомол. Я понимаю, что тебе этого не хочется, но мне надо... для количества”. Бедная девочка! Последний звонок, ей уже скоро детей рожать, а она о “количестве”. Это чтобы характеристика ЕЩЕ лучше была! Ну, пойдем, что ж с тобой поделаешь...

 

С армией мне тоже повезло. После двух с половиной месяцев учебки меня перевели в СКА. Один из механизмов Машины Тотального Оболванивания проехал мимо (почти мимо). Но разглядеть ее суть я все же успел. Так и слышится: «Почему МТО, ведь армия – это школа жизни?!» Приведу несколько примеров. «Молодой» чего-то украл по-мелочи, другого в самоволке прихватили, сержант объявляет им наряды и при этом поясняет, что вы виноваты не в том, что совершили, а в том, что попались.

 

О еде. Наступила наша очередь отработать на кухне. Картофель по транспортерной ленте поступает в обычные чугунные ванны, где промывается. Затем его пропускают через картофелечистку. Затем сержант объясняет: выковыриваете все глазки, режете на четыре части, складываете в баки и относите поварам. При этом половина из всего разговора – конечно же мат. Постепенно его беготня по всей столовой ускоряется, доля мата увеличивается (по причине того, что питалось в этой столовой две с половиной тысячи человек, а количество работников было совершенно недостаточным), поступает новое «ц. у.»: мелкие глазки можно не убирать, резать на две части. По прошествии какого-то времени: на глазки не отвлекаться, картошку не резать. А еще немного погодя: немного в воде побулькали и (минуя картофелечистку) в котлы. Гнилая или нет, разбирать некогда. При этом он уже сам включился в процесс и помогает подгребать картофель из ванны в баки сапогами. Вся эта вареная жижа вместе с кожурой подается солдатам. Если же дают кашу, то обязательно такую, что всю порцию можно сразу поднять на вилке, и она висит и не разваливается. Кто-то из ребят рассказывал, что видел как повар – сержант, стоя у котлов сбрасывал в варимую пищу пепел от сигареты и иногда туда плевал, презрительно глядя на «молодых». Забегая вперед, скажу, что, приехав из СКА в часть за летней формой одежды, я узнал от своих: одного такого «повара» после очередного плевка сварили в котле вместе с кашей. А что!? Нормальная реакция нормального человека на этот дурдом.

 

Часто вместо зарядки взвод собирал окурки, спички и прочий мусор с закрепленного за ним участка дороги, идущей из военного городка в дивизию. По ней, как правило, ходили офицеры и прапорщики. Чистота участка была одним из важных показателей уровня подготовки курсантов.

 

Перед приездом в дивизию маршала строевой плац, который был 500-600 метров в длину и 150-200 метров в ширину, мыли сапожными щетками с мылом! А пожухлую траву и листья на деревьях красили зеленой краской!!! Это чтобы оценка (помните: характеристика) еще лучше была.

 

По расписанию мы два раза в неделю должны были заниматься в спортзале и я часто напоминал об этом сержанту. Через почти два месяца он сказал, что сегодня идем в спортзал. «Ура!»: сказали молодые курсанты. Все полтора часа сержант, с тупым и злобным выражением на лице, загонял всех подтягиванием, отжиманием и упражнениями на брюшной пресс до посинения и позеленения. Мне-то ладно: я спортом занимался. А у ребятишек, когда возвращались в подразделение, руки и ноги тряслись. «Ну как, хотите еще в спортзал!?», - самодовольно спрашивал многоопытный наставник.

 

В дивизию прибыл новый призыв. Утром стоим у столовой. Строем идут человек двести. Новобранцы все до единого в синяках. Это кто такие? Это стройбат: у них прописка такая.

 

У меня есть приятель. 190 см ростом, до армии жим лежа – 155 кг. Его направили «служить» в стройбат. Он совсем не хотел получать такую «прописку» и сказал об этом бывалым служакам в доступной форме. Ночью, когда новобранцы спали, бывалые решили настоять на соблюдении принятых «норм» проживания. Один из них взял чей-то кирзовый сапог, подошел к «бунтовщику», спавшему на верхнем ярусе, и с размаху ударил его по лицу. Тот сгреб его одной рукой за шею, подтянул к подмышке, сломал ему эту шею и отпустил. Тот бухнулся на пол как мешок. Потом спрыгнул с кровати и закидал остальных сержантов табуретками. Тот, кому он сломал шею, отлежал несколько месяцев в госпитале, а потом его комиссовали. Приятеля же, без особых разбирательств, просто перевели в другую дивизию.

 

Или другая картинка. В соседней роте сержанты измывались над курсантами. Не давали спать, заставляли делать какую-нибудь глупую работу. Благо было с кого брать пример: военный комендант гарнизона утром ездил на своем бобике, арестовывал тех, у кого был не застегнут на крючок воротничок, давал им инструмент землекопа и приказывал копать траншею «вот от сюда и до обеда». А тем, кого он вылавливал после обеда, приказывал эту траншею закапывать. Так вот, пошел взвод из соседней роты в караул. Одного из молодых особо напрягали. Он стоял свой караул, потом стоял за сержанта, потом мыл полы в караулке вместо сна, потом опять шел в свой караул и т.д. Все это наблюдал и начальник караула. Вернувшись после очередного караула, курсант зашел к сержантам, пальнул из автомата и приказал всем, вместе с начкаром, принять упор лежа. Лечь-встать и отжимания они делали до зеленых соплей. Потом он им сказал, что в следующий раз он их все застрелит, поставил автомат и ушел спать. Единственный вывод командиров был: больше этого придурка в караул не брать. Только на кухню.

 

Таких примеров очень немного. Большинство бунтарей либо стрелялись сами, либо вешались. А остальные тупо плыли по течению.

 

У меня был конфликт с тренерами по причине того, что я не лизоблюдничал. Они перестали вызывать меня на сборы и я, не видя смысла просто болтаться в СКА, попросился обратно в часть. Хотя можно было спокойно дотянуть там до дембеля. Приехал в роту. Командир заявил, что я им не нужен. Тогда я сказал, что пойду жить в дивизионный спортзал, если понадоблюсь, они могут найти меня там. Чему он очень обрадовался.

 

После армии на пять дней домой к родителям, а дальше - Дальний Восток. Еще за год до этого я знал, что буду хорошим каратэка, прочитав первую статью о каратэ в журнале “Вокруг Света”. Я знал, зачем еду на Восток.

 

Десять месяцев каждодневных 3-х часовых тренировок, чтение, общение с интересными людьми. Кино-ролики из Японии: первый чемпионат Мира в Токио, “техника” в исполнении Накаямы, Оямы и их учеников - чемпионов мира... Дружище Дима, сколько всего было!.. А ведь нам было только 20! Со стороны часто можно было слышать: “Ну, мужики, ну зачем вам такая жизнь - успеете еще стать умными. Так ведь и молодость пройдет! Надо веселиться, пить, трахать баб! На вас же грустно смотреть”. Но... мы продолжали активно вспоминать то, что было в нас еще ДО РОЖДЕНИЯ.

 

В конце лета 79-го мы на разных судах торгового флота ушли в море. Чукотка с выездом в тундру, очень красочное северное сияние (в тот год Солнце было активным), киты, дельфины. В Охотском море дважды - 9 баллов: волны как горы!!! Океан я всегда воспринимал как что-то большое, живое, разумное и родное. Потом мы ушли в тропики. Целый год в тропиках! Китай, Корея, Вьетнам, Индия, Сингапур, Филиппины, Бангладеш. Да не по разу. Разные города, люди, храмы. Было что посмотреть, было о чем поговорить, было о чем подумать... Самый длинный переход - 16 суток: Сайгон - Кандла (порт на западном побережье Индии, почти у Северного тропика), а в основном: 3 - 5 дней и опять можно выходить в город. Я что-то читал. В школе был французский, но за полгода я прошел весь курс английского языка средней школы (шесть учебников, по 3 - 5 часов ежедневно). Любое слово в означенном объеме, многие его значения знал наизусть, поэтому к словарю прибегал при чтении газет и журналов, благо их было предостаточно. Второй помощник вел все переговоры и знание языка - его хлеб. И он знал его хорошо. У меня был хороший радиоприемник, и ночью, стоя на вахте, мы слушали разные передачи на английском языке.

 

Руками и ногами я размочалил несколько кранцев. Кранец по форме как боксерский мешок, только сверху не кожа, а чехол, сплетенный из пеньковой веревки, весь в узловатых шишках, внутри набитый пробковым деревом. При швартовке двух судов борт к борту они служат смягчающей прокладкой. Тот год в тропиках! Очень интересное время. И чтобы его расписать потребовалось бы очень много страниц, но я не стану этого делать.

 

От Димы пришла радиограмма: “Ухожу с флота, хочу продолжить серьезные занятия. Как ты?” А я: девять суток от Сайгона (Хошимин) до Владивостока на банановозе (судно-рефрижиратор для перевозки тропических фруктов) и ... мы уже обнимаемся, рассказываем о прожитом. Кажется, в... ноябре мы вылетели в Москву к Коле. Он в Централке был одним из лучших бойцов. А через несколько дней уехали на Украину к Диме. Его отец имел просторный дом, в кармане у нас было по пять тысяч рублей и мы пошли дальше по Пути.

 

Перешли на чистое вегетарианское питание. И жизнь пошла в режиме:

 

- 5-30 - 7-30: 5 - 8 километров бег, йоговские упражнения.

 

- 7-30 - 8-00: завтрак

 

- 8-00 - 10-00: чтение литературы

 

-10-00 - 14-00: тренировка

 

-обед, чтение (или сон)

 

-17-00 - 19-00: тренировка

 

На “подъеме” и перед сном пульс - 40 - 44. Раз в неделю 36-ти часовое голодание, раз в месяц - трое суток. Много разных интересных книг. “Махабхарата”. Дзэнская тема в изложении Уотса и Судзуки научила меня “желать не желая”. Несколько раз жил у Коли в Москве недели по три. Говорил с людьми, которым можно было дать не более тридцати, а на самом деле им шестьдесят…

 

…Как-то возвращаясь, домой, я снова услышал собачий лай из-за забора одного из частных домов. Мне стало любопытно, и я заглянул туда. Там была овчарка: здоровый кобель черного окраса. Он готов был перегрызть цепь, которая мешала ему показать мне все свои возможности. Улыбаясь и глядя ему в глаза, я издал резкий звук, похожий на крик дерущегося кота. Мгновенно пес, поджав хвост, влетел в конуру. Я стоял и ждал. Через непродолжительное время он решил выбраться наружу, но, вытащив морду и увидев меня, он опять спрятался. Я спровоцировал его на еще одну попытку, прошуршав гравием под ногами. Он решил, что я ухожу и осторожно высунул морду, ровно настолько, чтобы периферийным зрением определить присутствие-отсутствие странного существа. Заметив меня, он, тихо ворча, вернулся в исходное положение в своем убежище и больше не появлялся. Чуть позже я рассказал об этом случае Коле, пока мы шли к дому его родителей. Он предложил мне «поглядеть» на пса, который сидел на цепи у них во дворе. Один «демон во плоти» сидел при входе, за калиткой, а второй за хатой, в дальнем углу сада. Раз в месяц их меняли местами, чтобы мозги окончательно не съехали. Сами хозяева с ними толком не могли управиться. Для того чтобы провести очередного гостя через двор в дом, батя загонял собаку в конуру, перекрывал штыковой лопатой выход и после этого просил проходить. Зверь же, свирепо рыча и клацая зубами по железу, пытался прорваться наружу. К ветеринарному врачу для того, чтобы поставить прививку от бешенства, они водили его на двух цепях. Когда мы вошли во двор, и я увидел это создание, то первое, что пришло мне на ум, так это: а выдержит ли цепь? Но потом, глядя ему в глаза, я стал медленно двигаться к нему навстречу… Короче, он удрал в конуру. Все случилось быстро и без кошачьих криков…

 

В мае 81-го Дима полетел на Дальний Восток, а мы с Колей в Памир. После гор: Душанбе - Ташкент - Алма-Ата - Адлер и пешком по побережью Черного моря. Из Новороссийска обратно на “базу”. Заходим в дом: Дима вчера вернулся, спит: у него заканчиваются третьи сутки голода... (На этом месте механический будильник, стоящий на письменном столе, остановился. Просто я вспомнил об Ури Геллере и спросил у будильника: “не хочешь ли ты, брат, отдохнуть?” Кстати, сегодня я на седьмых сутках голода) ...

 

Мы никогда не загоняли себя в жесткие рамки какого-либо стиля, философской школы. Во главу угла я всегда ставил и ставлю Синтез. Я говорил себе: все, что ты видишь, слышишь, обоняешь, осязаешь, вкушаешь и пр. остается в тебе навсегда (хотя этого можно было и не говорить, говори не говори - остаётся), и совершать что-либо, ты будешь, опираясь на знание, полученное в результате синтеза информационного потока. И, тем более, в критические моменты жизни. Ты еще ничего не знаешь о Законе Гармонии Вселенной, но пусть результатом синтеза будет все более глубокое постижение этого Закона. Ведь каждый из нас частица Вселенной. Медленно - медленно улитка ползет по склону Фудзиямы...

 

Во второй половине лета мы разъехались: Дима в Москву поступать в институт, а я на Урал - к родителям.

 

                                                         

 

                                                                  2.

 

                                                                   Урал, Урал!

 

                                                                Седой, стальной хребет планеты!

 

                                                                 Отсюда Арии Великие пошли...

 

Когда я прыгал с трамплина, за мной в секцию пришли все ребята с нашего двора, но постепенно все бросили. В девятом классе я организовал занятия атлетизмом в подвале дома, что напротив моих окон. Все пришли и скоро все бросили, кроме одного. С единоборствами - та же картина...

 

Он идет с полной сеткой книг.

 

- Сашка, ты куда!?

 

- В библиотеку, книжки поменять,

 

- Так ты ж два дня назад, как их получил!

 

- А я уже их прочитал. Я сейчас в другую библиотеку записался; в той уже все книги перечитал.

 

- И что интересного вычитал?

 

- Да-а. Ничего интересного, ерунда какая-то.

 

- А зачем тогда тебе это?

 

- А что еще делать?

 

- Может, у меня чего-нибудь посмотришь?

 

- Да ну! У тебя все книги какие-то заумные.

 

- А где работаешь?

 

- На коксохиме.

 

- А что так?

 

- Отработаю горячий стаж - раньше на пенсию выйду.

 

- А дальше что?

 

- А там халтурить буду..

 

- Здорово, Толян!

 

- Привет!

 

- Где работаешь?

 

- В шахте... Отработаю стаж, потом халтурить...

 

- Здорово, Ромка!

 

- Привет!.. Работаю в мартене....

 

Наверное, они тоже думали о смерти... по-своему... Сейчас они отработали стаж. Часто пьют. Кто-то умер…

 

Осенью 81-го съездил в Чирчик на всесоюзный аттестационный семинар по каратэ, получил корку тренера-преподавателя, хотя прекрасно понимал, что она уже не нужна. Ведь еще летом, когда мы тренировались в централке (это Центральная школа каратэ на Сиреневом бульваре в Москве), пришли чиновники и объявили о том, что школа закрывается, так как принято решение о закрытии каратэ в стране. Поехал повидаться с друзьями из разных городов, которые, как я понимал, должны были там появится. Посмотреть и показать (в спарринге трижды уронил, к удивлению зрителей, свежего серебряного призера Союза), да и просто поесть свежих фруктов.

 

К Новому Году женился. Жена тоже стала чистой вегетарианкой. Надо мной смеялись: - Что ты за мужик - водку не пьешь, табак не куришь, мясо не ешь!? Жене: - Ну, ладно, он свихнулся, а ты что - тоже? Ведь ты же ребенка носишь, он же уродом родится! Эта тема была главной и единственной, особенно когда встречались с ее родственниками. У нас родилась дочь. Вес - 3850, рост - 53. Мы, наверное, как и многие родители, записывали, что и когда у нее произошло, появилось, выросло... В шесть с половиной месяцев она начала говорить простые предложения, все буквы говорила правильно, рано стала ходить.

 

К нам все чаще стали приходить разные люди. За день до десяти человек. Общение, порой, становилось довольно плотным.

 

- Все, Сереж! Уже мозги гудят, пойду. Надо переварить, спасибо.

 

Брали книги, порой приносили тоже что-то интересное.

 

В “Избранных диалогах” Платона Сократ сказал (не дословно), что когда он говорит, то, порой, на него нисходит Нечто, и тогда уже говорит не он, но через него говорит Высшее. При хорошей напряженной беседе я часто наблюдал за собой подобное. Синтез делал свою работу. В нас много разных мыслей, нам самим, вроде бы, все понятно, позиция по тому или иному вопросу ясна. Но это только внутри нас. И часто эта ясность только мнимая. Вы начинаете говорить и уже сталкиваетесь с проблемами. Вам, наверняка, приходилось слушать людей, речь которых, кроме как речевым поносом назвать нельзя. Но внутри у них, наверное, ясная картина. По крайней мере, они так полагают.

 

Я порой такое мог говорить, что, слушая себя со стороны, поражался не меньше тех, кто слушал меня. Ведь до начала разговора у меня не было до конца оформленного мысленного видения той или иной ситуации, ответа на, порой, очень сложные вопросы. Но Синтез делал свою работу. В полу-спящем режиме работы мозга оно бы, конечно, дозрело, но когда-а еще? И слава тем, кто может задавать хорошие вопросы и умеет слушать! Им еще при жизни нужно вручать награды и ставить памятники! Дорогие мои! Уважайте собеседника: не задавайте глупых вопросов!

 

Думать - это одно, говорить - другое, изложить на бумаге - еще сложнее. В беседе можно доработать словами, интонацией... А вот на бумагу будь добр только то, что четко оформлено. Уважай брат читателя...

 

В институт не пошел: мне не хотелось загружать себя лишним дерьмом, такого не нужного, но обязательного. Школьных примеров с брежневскими “бестселлерами” было достаточно.

 

В конце 70-х я говорил, что на мировую арену выходит “Желтый Дракон”, далее очередь “Черной Расы”, а также - что наступает “Эпоха Больших Смертей”, а за ней “Большие Перемены”. Потом они поняли, что я имел в виду. “Весь советский народ, все прогрессивное человечество понесло тяжелую утрату”.

 

Генка... Он устроился художником - оформителем. Он тоже ценил свободное время. Много чего почитал, повидал. Высоченный лоб (сейчас он уже почти лысый). Как много мы говорили!

 

- Ген, ты знаешь, я вчера о Высоцком размышлял. Люди талантливые не вписываются в Систему. Ей нужны штампованные “винты” с легко управляемыми мозгами... Чего человек больше всего боится?

 

- Чего?

 

- Больше всего он боится неизвестного. Когда человек сталкивается с чем-либо или с кем-либо незнакомым, он тут же начинает определять: в какую нишу это можно задвинуть? У него есть своя сетка или шкала качеств, призма такая, глядя через которую, он для себя решает: от “этого” можно ожидать “вот это, это, это и это”. Плюсы или минусы - не важно. Лишь бы знать! Когда определил что ждать - можно заранее приготовиться. Положил в ящик с надписью “ангелы” или “бесы”, задвинул и можно спокойно спать. Без этого он волнуется. Любой Талант всегда непредсказуем. Он постоянно тормошит мозги всем. И, если следовать Фрейду, люди его любят, исходя из “Идеала Я” и в то же время ненавидят, исходя из “Оно”. Толстой, когда увидел картину Рериха “Гонец”, сказал, что жизнь - это бурная река и, чтобы переплыть на тот берег (в нужное место), нужно рулить выше, иначе снесет... Так вот, талантливый человек, словно заноза, не дает большинству спокойно плыть по течению. Они и понимают, что их несет в “яму”, они бы и хотели подняться на ослепительные вершины, но... “ведь все так живут ”. А вот когда он одел деревянный бушлат, ему готовы и памятник поставить, и сладки речи говорить, и улицу назвать его именем и ежегодные вечера в его память устраивать. И все это только за то, что он стал предсказуем: он уже более ничего не скажет. Начинается “глубокое изучение” творчества: на нем начинают зарабатывать.

 

- Серег, а, наверное, ты прав. Я поразмыслю над этим.

 

Весной 83-го я послал письменный вызов на спарринг мастеру регионального уровня, черному поясу в стиле киокушинкай. Очевидцы рассказывали, что за 20 минут он мог порвать в клочья новый кожаный мешок, легко ломал в разных вариантах наши российские кирпичи и деревянные предметы. Условия: не выкалываем глаза и не делаем «яичницу», а в остальном – все что угодно, до нокаута. В письменном ответе, который я получил через неделю, говорилось, что он согласен, но так как уезжает на две недели на сборы, то по возвращении сразу сообщит о дне встречи письмом и через того же курьера. Ожидая его возвращения, я решил совместить обязательное с полезным. Дело в том, что недели за две до этого я купил кинокамеру, киноаппаратуру и всю сопутствующую дребедень, заняв денег у приятеля на месяц. Вышел в отпуск и стал ездить на один из заводов поработать на выгрузке вагонов. Мешки по 50 килограммов, 2-3 рубля за тонну в зависимости от расстояния. Работал один. 25, 15, 35, 30, 46… тонн. Трудился я своеобразно. Сразу же входил в идеомоторный спарринг с этим мастером, а далее со всеми серьезными представителями его школы. В каких только образах я перед ними не «выступал»: и древним саблезубым тигром, и вставал пред ними королевской коброй с распущенным капюшоном, метров двадцать высотой, и шаровой молнией… Я их рвал на куски, и кроме животного страха в их глазах больше ничего не видел. Практически, я находился в параллельном пространстве, а мешки носил на автомате. Иногда возвращаясь в реальность я замечал, что уже бегаю с грузом. И так от трех до одиннадцати часов без остановки. Силы приходило!!! После работы садился в «тачку», ехал домой и 2-3-х часовое погружение в «женское начало». В Сутре «О мудрости и глупости или жизнеописание Будды» есть строчки о том, что брахман, перед тем, как вступить в поединок семь дней и ночей читал боевые мантры… Ответа с предложением о дате встречи я так и не получил. В 87-м году мы встретились с ним на спортивной областной конференции: несколько секунд глаза в глаза, легкий кивок головы и… больше мы с ним не встречались.

 

В те годы я много времени проводил в общении с коллективным бессознательным, проживая жизни великих спортсменов, музыкантов, композиторов, духовных вождей. Идешь по улице, в состоянии измененного сознания, и бьешься с несколькими противниками сразу по вышеописанному варианту, или слушаешь скрипичную музыку собственного сочинения, а, порой, и целую симфонию и мороз по коже. Чем быстрее образно-звуковой ряд, тем быстрее иду. Ничего вокруг не вижу и не слышу, но ни с кем из многочисленных прохожих не сталкиваюсь и перекрестки прохожу по правилам. Опыт внутренней работы набирался, как говорится, не по дням, а по часам.

 

В 84-м, летом, мне приснился классный сон: Я умер. Напротив моих окон гроб на табуретках. Я в гробу. Рядом стоят человек 10-15: родственники и друзья. Небо пасмурное. На их лицах нет скорби: они думают. Я наблюдаю всю “картину” со стороны, чуть сверху, читаю их мысли и при этом совершенно ясно осознаю, что сплю. Вдруг в облаках появляется просвет и оттуда падает очень яркий луч прямо мне на лицо. Все спокойно стоят. Сразу, вслед за лучом, я услышал с неба громовой голос: - ”Вставай!” Я лежу. “Вставай!” - Лежу. Третий раз: - “Вставай!” - Луч касается моих стоп. Медленно встаю, смотрю в небо, поднимаю руки в стороны, чуть вверх и начинаю плавно подниматься по лучу. В момент начала движения начинает звучать такой небесный орган, такие хоры, что... Тогда я пришел к Нему!.. (примеры из Евангелий). Перед тем, как открыть глаза, я еще минут сорок лежал, думал. Потом я несколько дней искал, надеялся найти хоть что-то подобное. Сколько “классики” и - ничего. У нас много было и современной музыки: более шести тысяч концертов, все года многих и многих. Что-то, немного напоминающее, было у YELLOW “STELLA”, но у них безысходность, а мне нужно было иное...

 

Мне как-то тридцать лет назад приснился чудный сон о том,

 

Что умер я.

 

Всё как положено: лежу в гробу на табуретках, под своим окном,

 

Родные и друзья

 

Стоят вокруг. На лицах нет ни скорби, ни печали…

 

А я, другой, смотрю

 

На всё это со стороны, чуть сверху, и при этом, понимаю,

 

Что сплю

 

И мне всё это снится,

 

Да, кстати, часто я во сне сознательно летаю,

 

Куда и где хочу: душа – как птица.

 

- Друзья мои, вы Кастанеду не читали

 

Девятый том?!

 

- О магах сновидения???

 

- Ну, да. Вот там как раз об этом!!!...

-----------------------------

Продолжение следует.

Всего доброго.

Сергей Странник.

 

                                                         


                                                                   

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя m1n3r
m1n3r(3 года 2 недели)(10:26:58 / 02-05-2016)

Вчера думал о том, что желания исполняются не все, а такие, мимолётные, как бы между делом. Причём последнее время очень быстро. Между делом подумал о том, как бы научиться осознанно желать, чтобы и лишнего не привалило, и о себе не забыть. Сегодня читаю про "желать не желая". Спасибо за указание направления. Возможно, тоже раньше это знал, хоть и поздновато вспоминать начал ))

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...