Вход на сайт

МЕДИАМЕТРИКА

Облако тегов

об использовании бывших националистов

Аватар пользователя sasha 77

Рапорт начальника отделения ОББ УНКВД по Тернопольской обл. Соколова начальнику 1-го отдела ГУББ НКВД СССР А.П. Горшкову об использовании организованной из бывших националистов группы, действовавшей под видом УПА

3 января 1945 г.

Совершенно секретно

Генерал-майору товарищу Горшкову

Организация спецгруппы ОББ УНКВД-ТО происходила таким образом:

В марте [?] месяце 1945 года по Козовскому, Бережанскому и Подгайскому районам проходила большая чекистско-войсковая операция, которая была направлена на Козовский район, где в селах Конюхи, Бышки, Выбудов и Це-нюв, по нашим данным, в этих селах должен был проходить межкраевой съезд «ОУН» — операцией рассчитывалось захватить руководителей ОУН, прибывших на съезд.

Под моим оперативным руководством на первый этап операции были [направлены] два батальона НКВД — это 221—222 б-ны, которые охватывали села Конюхи и Выбудов - контролируя Ценюв и мелкие хутора.

На второй этап операции моими участками были села Глинная — Плавучая Великая и Плавучая Малая, и опять-таки мелкие хутора, окружающие эти села.

Когда операция была в самом разгаре, приехал ко мне на участки полковник т. САРАЕВ и дал поручение из задержанных бандитов организовать вооруженную группу, которая впоследствии будет работать под моим руководством под видом банды по районам Тернопольской области — численность этой группы должна быть до 60—70 человек, командиром этой группы т. САРАЕВ назначил б. нашего агента «Быстрого», который ранее был комендантом боевки «СБ» «окружного провода “СБ”», ГЛИНСКОГО Николая — он работал у нас, был проверен, активно участвовал на операциях и был несколько раз ранен - его т. САРАЕВ привез и оставил в Козовском РО НКВД с поручением подбирать из задержанных людей в группу.

В селе Конюхи я только успел подобрать пять человек - это ЛЮЛЮК Петр - Кл[ичка] «Гонта», комендант жандармерии куреня «Романа» Мелиш Иосиф, кл[ичка] «Мечь», боевик боевки «СБ», оба дымом выкурены были из краевки, ВИТКОВСКИЙ Роман - кл[ичка] «Вася», боевик сотни «горлорезов». ЮЗОРЗЬ Георгий, кл[ичка] «Кох», доктор куреня «Романа», он добровольно явился, также с ним добровольно явился русский ВОРОБЬЕВ Николай — кл[ичка] «Воевода», он был назначен бандитами в местную боевку, убежал от них и сам отдельно скрывался от бандитов и от нас. Вот эти-то люди и были основой спецгруппы — их сразу же освободили, и они с войсками пошли задерживать свои связи, вскрывать известные им краевки.

Например, доктор «Кох» показал лазарет, где они лечил раненых бандитов - была изъята большая аптека, две повозки медикаментов и задержан его санитар АНДРЮСЕНКО Михаил — кл[ичка] «Буревий», который тоже был зачислен в спецгруппу.

ЛЮЛЮК Петр — поймал господарчего села Конюхи, кл[ичка] «Крич», показал ряд краевок, из которых повынимали до 30 человек бандитов.

МЕЛИШЬ - кл[ичка] «Мечь» - показал склад, из которого изъяли два ст[анковых] пулемета «Максим», два немецких «МГ», 7000 патронов, 6 винтовок, 9 запасных стволов к пулеметам «МГ», много ракет, гранат. В общем каждый из них активно показывал то, что знает и что являлось как бы залогом того, что он порывает свою связь с бандитами и переходит к нам.

В процессе этой же операции в селе Глинна был задержан бандит «Муха», Дыдик Дмитрий, он в числе группы в 4 человека прорывался через наше оцепление, двое из них были убиты, один тяжело ранен. «Муха» расстрелял все патроны по нашим бойцам, двоих бойцов ранил - «Муха» подорвался на гранате, но граната не взорвалась, и его захватили живым. Когда его привели ко мне, то он лег на землю и сказал «бейте, убивайте меня, я все равно Вам ничего не скажу». Он был болен чесоткой и был ранен в какой-то перестрелке с нашими войсками и рана еще не зажила.

Я ему сказал, что никто бить его не будет, а что он знает, так мы больше его сами знаем. Я дал ему возможность поговорить с ЛЮЛЮКОМ Петром и другими, которые уже работали в открытую с бойцами, разыскивая в селах схороны, магазины, бандитов — ЛЮЛЮКУ я сказал, чтобы он завербовал «Муху» в группу.

Вечером «Муха» попросился сходить домой повидать родственников и кое-что узнать. Село было окружено плотным кольцом, уйти ему было некуда, поэтому я его и отпустил - он под утро вернулся и мне рассказал, что вся боевка села Глинна — 34 человека сидит в селе, попрятавшись в схороны, и он знает, где, кто скрывается и может их вытащить. Я ему дал автомат и взвод солдат, и «Муха» повел солдат ловить бандитов, к вечеру «Муха» со взводом задержал 33 бандита, у которых изъял 39 единиц оружия, из которых два ручных пулемета, остальные: винтовки, автоматы — пистолеты — из всей боевки села Глинной был не задержан один человек, который под день операции куда-то ушел. Вот из этих-то задержанных началась организация спецгруппы. «Муха» мне рекомендовал, кого брать в группу, и он мне советовал в группе иметь «мельниковцев», которые никогда не сговорятся с «бендеровцами» и все, что будут делать в группе «бендеровцы», мне станет известным от «мельниковцев», и наоборот, что будут делать «мельниковцы», про них донесут «бендеровцы». Используя этот совет, я в группу взял двух «мельниковцев»: Погрезь Марка — кл[ичка] «Око», быв. побитовой пропагандист «мельниковцев», и РАДЬ Семена, кл[ичка] «Степовый», боец боевки «мельниковцев».

И действительно, эти двое «мельниковцев» сыграли большую роль, [чтобы] удержать группу от распада, они оба агитировали людей не разбегаться и честно служить Советской власти, а мне сообщали все, что говорят между собой б. бандиты.

Когда была закончена операция, из задержанных было подобрано 19 человек вместе с их командиром ГЛИНСКИМ Николаем, которому дали звание сотника, группа была разделена на три роя, т.е. отделения, — одним роем командовал «Муха», вторым роем МИКИТЮК Стефан — кл[ичка] «Железняк», и 3-м роем ЛЮЛЮК Петр — «Гонта», оружие у всех было свое, мы только получили немного боеприпасов.

Первое время я не решался идти с группой на боевые операции, [так как] от агентуры поступали сведения, что почти все собираются бежать — я использовал группу таким образом: каждому члену группы я предложил написать письма знакомым им бандитам, чтобы те добровольно являлись к нам. Целую неделю они писали письма к своим знакомым, которые передавались через родных, и добровольно явилось 74 человека, большинство из них являлось с оружием. Среди этих 74 человек явился станичный 1-й станицы села Конюхи - ГОРОДЕЦКИЙ Петр, кл[ичка] «Дуб», он принес СВ, пистолет, 6 гранат и указал 9 краивок с хлебом, боеприпасами и оружием, краивки были нами же разрушены, мы взяли 14 тонн хлеба, 1000 патронов, два пулемета и 7 винтовок, 17 комплектов немецкого обмундирования, которое отдано было группе. Также ГОРОДЕЦКИЙ показал краивку в стене на Выбудовском хуторе, где скрывались 6 человек из побитовой боевки «СБ», старший этой группы был бандит «Грай». Чтобы проверить группу в бою, я решил [с] группой провести операцию по ликвидации группы «Арапа». Мы на заре неожиданно окружили хату, где был схрон, четверо бандитов были в хате, двое в схроне, которые были в хате, стали отстреливаться из пулемета и автоматов.

Мы их всех перебили, схрон забросали гранатами, где тоже убили двоих — хату сожгли, из спецгруппы был тяжело ранен боец КУЛЬЧИЦКИЙ Ростислав, кличка «Волк» - который после остался калекою, у него одна нога стала короче и кривая — т. САРАЕВ его после того, как он выздоровел, направил на работу паспортистом в Тарнополь, где он и работает до сего времени.

После этой операции весть о том, что бывшие бандиты активно бьют бывших своих товарищей, разлетелась по всему Козовскому району — «СБ» начало преследовать семьи бойцов спецгруппы, было необходимо вывести спецгруппу из Козовского района, так как боевики, боясь за свои семьи, приуныли, и сведений от агентуры о намерении бежать поступали все более и более.

Об этом я поставил в известность т. САРАЕВА, который мне приказал группу вывести в Подгаецкий район и работать как войсковыми разведчиками при 187-м ОСБ УНКВД, который в этом районе проводил операции.

В Подгайский район группы пошла в числе 23-х человек. 12 человек из добровольно явившихся в группу были завербованы (список их имеется в Козовском РО НКВД) и с нашими заданиями отпущены в села (в числе этих отпущенных был агент «Годив», которого я себе взял наличную связь).

В Подгайском районе я связался [с] комбатом 187-го [ОСБ] капитаном МАКАРОВЫМ, который мне дал взвод автоматчиков, с которым мы и пошли в село Сюлко достать сведений для операции батальоном.

В село Сюлко мы как банда пришли ночью — и зашли прямо к предсельсове-та, у которого спросили обстановку в селе, он нам сказал, что в селе спокойно, войск нет, приехал надрайонный проводник «Руслан» со своим почетом, где он находится в селе, он не знает, и пришла группа «СБ», комендант побитового провода «СБ» — «Звирь», тоже находится в селе и сейчас один из группы «Звиря» проводит беседу с десятниками села в сельсовете. Мы оставили предсельсовета, отправились в здание сельсовета, где действительно один бандит вместе со станичным этого села, кличка станичного «Крот», проводили беседу с 5-ю десятниками. МИКИТЮК и ГОРОДЕЦКИЙ вошли в сельсовет к «Кроту» и пропагандисту «СБ» «Береза» сказали, что они из полевой жандармерии куреня «Резуна» [и] разыскивают своих дезертиров, и их арестовали для выяснения личности. «Береза» начал на нас кричать, что мы срываем ему работу, повел нас к «Зверю», который, как он говорит, сидит в схроне вместе с «Русланом», мы подошли к схрону, и он вызвал «Звиря». Сам «Звирь» и «Руслан» сразу один за другим вышли из схрона, МИКИТЮК им пояснил, что он из полевой жандармерии и желает знать, нет ли среди его почета дезертиров из их куреня. Тут же недалеко от этого схрона был второй схрон, где сидел почет «Руслана» 6 человек.

Когда «Руслан» сказал, чтобы его почет по одному выходили из схрона, то я приказал связать станичного «Крота», «Березу», «Руслана» и «Звиря», а также вязать выходящих по одному бандитов. Уже рассветало, когда этих четырех схватили, то «Руслан», «Береза» и «Крот» вырвались, бросились бежать, их моментально убили, «Звиря» связали. Бандиты, которые в схроне выстрелов не слышали, все они 6 человек из схрона по одному вылезали и были перевязаны. Тогда мы взяли 4 автомата, 3 пистолета, 1 руч[ной] пулемет, 2 СПГI и 4 винтовки. Один из задержанных шести бандитов, клички я его не помню, нам показал схрон, где сидел почет «Звиря», 5 человек, которые из схрона выйти отказались, мы их подушили дымом, и также он показал схрон в лесу, из которого вытащили всю обстановку рентгеновского кабинета, которую вывезли на шести повозках — «Звирь» ничего говорить не хотел, но эти шесть бандитов дали ценные сведения. По их данным 10 дней работали 2 батальона, в результате операции было убито 59 человек бандитов и человек 70, а может и больше, взято живыми. Сколько было изъято оружия, я сейчас не помню, помню, что пулеметов помимо того, что мы взяли 6 штук, один станковый «Максим».

Наблюдая за спецгруппой, я видел, что пешая группа очень неподвижна и может делать небольшие рейды — поэтому я посоветовался с командирами группы и решил достать лошадей и повозки, делать конную группу было нецелесообразно, не все умели ездить верхом, да и седел трудно было достать. Когда батальоны занимались операцией, то мы пошли без прикрытия в село Яблунов по Станиславской области, ночью мы вошли в село и спросили у предсельсовета, есть ли у него в селе лошади и повозки, оставленные каким-либо куренем. Тот нам ответил, что у него в селе есть 14 лошадей и 8 повозок, оставленных куренем «Сталь», он же «Резун». Этих лошадей и повозки мы забрали, предсельсовету выдали расписку, что лошади и повозки забраны куренем «Быстрого» и станичного села (клички его не помню), он стал с нами ругаться за лошадей, говоря, что он на нас пожалуется «Резуну», что мы забрали его лошадей, [тогда] мы забрали [его] с собой, убили его и бросили в колодец. (После я читал записку «Быстрого», в которой он оправдывался перед «Резуном», что он никаких лошадей в селе Яблунов не брал.)

В этой же операции мне сообщил нач[альник] Коропецкого РО НКВД о том, что предсельсовета села Комарувка имеет тесную связь с местной боевкой «Трегуба» и ничего о появлении боевки «Трегуба» в селе не сообщает.

Взяв на прикрытие роту автоматчиков, я сделал рейд в это село. Спецгруппой ночью мы вошли в село под видом банды, арестовали предсельсовета как СБ, обвинив его в том, что он выдал весь контингент Советской власти, он нас уверял, что он ненавидит Советскую власть и всегда помогает бандитам, назвал клички бандитов, с которыми он поддерживает связь. Мы делали вид, что его хотим повесить, но потом простили, дали ему 30 палок и ушли, а утром группа была в другом селе, я с ротой вошел в село и предсельсовета сам ко мне прибежал с жалобой на бандитов, он был страшно зол на бандитов и дал данные о месте нахождения банды «Трегуб», по его данным мы провели ротой операцию, боевка «Трегуба» была ликвидирована. 17 человек бандитов были убиты, «Трегуб» раненый утонул в р. Коропце — у бандитов взяли 3 мадьярских ручных пулемета, около 20 тыс. патронов и 11 бандитов взяли в плен — сколько было взято оружия помимо пулеметов, не помню.

Я описал довольно крупные операции, которые проводились по данным спецгруппы, но помимо этого группа поснимала много связных, станичных в Подгайском, Монастырском районе.

Через некоторое время был получен приказ т. САРАЕВА группу привезти в Чертков и передать ее ст. оперуполномоченному) т. ОВЧАРЕН КО, а самому работать с войсками. Когда боевики узнали, что они идут в Чертков, то среди них пошли разговоры, что их в Черткове разоружат и отправят в лагерь.

По дороге от Подгаец до Черткова 6 человек из группы сбежали, 4 с оружием (впоследствии из них 3-х мы убили, двоих поймали, один еще скрывается).

В Черткове группу докомплектовали, в нее передали еще семь человек, в числе которых были б. комендант жандармерии куреня «Быстрого» ПОТАШНИК Григорий, кл[ичка] «Киндрат», заместитель сотника «Чара» «Сум», и вот с этой группой ОВЧАРЕНКО пошел в Мельниковский район.

В это время по переписке, в разное время захватываемой у бандитов, нам стало известно, что работа спецгрупп под видом банд бандитам известна. Эта рас-конспирация получилась потому, что почти все райотделы, преимущественно Ровенской области, организовали спецгруппы, которыми пытались действовать под видом банд. От убегающих обратно в банды боевиков спецгрупп бандиты УПА быстро узнали эту методику, ввели пароли по станичным, который передает пароль [в] села всем организованным людям в селе, и как только спецгруппа входила в село, не имея такого пароля, так ее сразу же обстреливают, и наша группа, работающая в Мельниковском районе, имела несколько перестрелок с бандитами, в то время когда она входила в села под видом банды. Тов. САРАЕВ дал мне указание снова принять группу и перестроить ее работу, в соответствии перемены тактики бандитов — он посоветовал взять тактику «СБ», т.е. перестроить работу группы под видом «СБ».

Когда я снова стал принимать группу, то увидел, что группа сильно разложилась, боевики стали воровать, ворованное продавать и пропивать, и спец-группа стала иметь вид уголовной банды. Но все же это разложение имело и положительные стороны - на кражах и пьянках люди спаялись и желания бежать уже не было.

Я посоветовался с командирами спецгруппы, что не лучше ли будет нам изменить работу — не ходить по селам под видом банд, ища бандитов, а воровать из сел людей, стоящих на учете РО НКВД, как имеющих связь с бандитами, и их допрашивать под видом «СБ», обвиняя в сексотстве — командиры это одобрили и сказали, что так работа пойдет и такая методика хороша еще тем, что бандиты никак не смогут уловить наших действий, им, чтобы отрафировать нашу работу по этому направлению — надо будет вовсе отказаться от «СБ».

Решили этот метод работы попробовать. Через начальника Мельниковского РО НКВД мы вызвали предсельсовета села Ольховцы, по дороге из райцентра мы его захватили, завязали глаза (а «СБ» только так и делает), увезли его в Мельницу и там допросили как сексота на чердаке, он нам рассказал, что в селе существует вооруженная группа юнаков, перечислил ее весь состав, вооружение, кроме этого, он указал людей, членов ОУН, которые за него могут поручиться, что он никаких связей с НКВД не имел и не имеет. Рассказал, что знает схрон, где скрывается подрайонный проводник «СБ» «Явир». С этим же председателем мы отправились в село Ольховец, забрали «Явир», которому сказали, что мы из областного провода «СБ» и арестовываем его за бездеятельность. Предсельсовета мы отпустили, а «Явира» увели с собой с завязанными глазами и допрашивали на чердаке. Он всячески перед нами оправдывался, доказывал, что он много работал, рассказывая, в каких убийствах он участвовал, в каких схронах сидят люди, которые за него поручатся. Все, что он нам рассказал, было записано, а мы сделали видимость облавы и «Явира» вместе с боевиком «Сокол», у которого были все записи допроса, «Явира» захватили «бойцы» 228-го батальона, который в этих местах проводил операцию.

«Явир» страшно был зол на «СБ», он все, что говорил на допросе «СБ», все подтвердил на допросе в войсках, [и] по его данным немедленно провели операцию в селе Ольховец, в результате которой полностью была задержана боевка юнаков вместе с их командиром, у них было изъято 1-й ГПII и 19 винтовок, 2 автомата, помимо этого было убито 9 человек бандитов куща «Матроса», которые в момент операции пришли в село Ольховец за продуктами.

В момент операции спецгруппой я хотел взять в с. Иване-Пусте подрайон-ную проводницу, но там столкнулись с бандитами куреня «Быстрого», с которыми вступили в перестрелку, из них мы убили 6 человек, в том числе отца жены «Явира» Батько «Махно». Жена «Явира», разведчица СБ «Тамара», была нами захвачена, но она кончила жизнь самоубийством - бросилась в колодец.

Из этой операции я видел, что новая методика в работе спецгрупп, а именно действовать под видом «СБ», дает положительные результаты, я начал перестраивать группу, зачинщика в грабежах ПЛОТСКОГО арестовали, в группе провели работу, что он арестован именно за грабежи — группу разделили на три отделения — одно отделение как бы группа захвата, два отделения прикрывают работу отделения захвата. Избрал двух следователей, которые вместе с моим связным и кучером являлись в боевой обстановке моим резервом — ст[аршего] группы ГЛИНСКОГО Николая по согласованности с т. САРАЕВЫМ я сменил, он не мог как полагается держать дисциплину в группе, сам выпивал, что способствовало разложению в группе. Вместо его был назначен ПОТАШНИК Григорий — кл[ичка] «Киндрат».

Отделением захвата командовал «Муха», ДИДЫК Дмитрий, но он вскоре после перестройки группы на войсковой разведке был смертельно ранен в ногу и живот, от этих ран он умер в Козловской больнице.

На его место я назначил ГОРОДЕЦКОГО Петра, кличка «Дуб».

Вскоре после этой перестройки группа повела интересную работу в Бережан-ском районе, а именно:

Было поручение т. САРАЕВА мне с группой выехать в Бережанский район и там искать руководящие центры УОН, так как по агентурным данным и официальным материалам руководство бандами УПА и подпольем ОУН исходило из Бережанского района.

В это время Бережанским РО была задержана связная «Наталка», которая на допросе показала, что она связная областного проводника ОУН «Нестера», она пыталась убежать из КПЗ — прострелила из пистолета милиционера, ее охраняющего, и, как видно из информации, фигура была интересная.

Я вместе с подполковником т. МАТВЕЕВЫМ выехали в Бережаны ее посмотреть. Когда мы приехали в Бережаны, то ее допрашивал сотрудник ОББ НКВД УССР подполковник КАГАНОВИЧ. Она так ставила свои показания, что по ним никаких оперативных мероприятий провести было нельзя. Ясно было, что она все врала, скрывая что-то крупное.

Я свое мнение сказал т. МАТВЕЕВУ, который со мною согласился, и мы решили ее взять в Чертков. На допросе в Черткове она тоже существенного ничего не показала, [тогда] т. САРАЕВ мне приказал ее забрать в спецгруппу и взять с собой в Бережаны, найти возможности заставить ее признаться и реализовать данные, которые она нам даст при допросе.

Я решил с ней сделать так: по прибытии в Бережаны сделать видимость ее вербовки, дать ей задание убить «Нестера», [а] я был уверен, что она будет бежать, и в то время, когда она будет бежать от нас, задержать ее под видом «СБ» и допрашивать как сексотку — другого с ней сделать было нельзя.

По дороге в Бережаны мы ее везли так, что она не видела всей группы, обращение с ней было хорошее, в Бережанах я оформил ее вербовку, дал задание убить «Нестера», дал ей пистолет с отломанным бойком и отправил выполнять задание.

Она указывала, что она встречалась с боевиками «Нестера» в селе Бышках в одной хате, откуда боевики вели ее к «Нестеру» в лес. По договоренности с ком[андиром] 229-го ОСБ село было окружено ротой.

ГОРОДЕЦКИЙ со своим отделением ждал ее в селе, ПОТАШНИК подвез ее к Бышкам и пустил в село. Как я предполагал, так оно получилось — «Наталка» побыла в хате несколько минут, вышла через заднюю дверь, спряталась в кукурузе, что все видел ГОРОДЕЦКИЙ, который дал ей посидеть к кукурузе некоторое время, как бы случайно ее задержал, обнаружил у нее пистолет и сразу же объявил сексоткой.

Та ему сказала, что она курьер центрального проводника ОУН — и ей необходимо как можно скорее с ним увидеться, так как она была арестована НКВД, просрочила два срока явки и у нее остался один срок, и если она его просрочит, то ей будет очень трудно связаться с своим проводником.

ГОРОДЕЦКИЙ ей говорил, что она все врет, он ей завязал глаза, привез ее в Бережаны, где в сарае ее уже допросили как «СБ», [и] она рассказала, что она знает схрон в селе Августовка, в котором сидят охранники центрального проводника «Белого», с ним она встречается, и потом они ее ведут к «Белому», как раз через день подходил последний срок ее явки в этот схрон. ЛЮЛЮК, который допрашивал ее [и] показания записал, сказал, что поведет ее к проводнику, а привел ее ко мне. Она и мне подтвердила, что рассказывала ЛЮЛЮКУ. Мы сразу же с ротой бойцов выехали на операции в село Августовку, где в доме КОГУТА Петра — это квартира содержателя схрона центрального проводника, «Наталка» нам указала хорошо замаскированный схрон, в котором сидели два боевика «Белого» — «Рыбак» и «Чад».

Мы разрыли схрон «Чада», [и его] удалось вытащить живым. «Рыбак» застрелился. В схроне мы обнаружили библиотеку, пишущую машинку, 7 единиц оружия и много разных вещей, принадлежащих «Белому» и его охране.

«Чад» нам рассказал, что около Бережан недалеко от села Рай в схроне в двойной крыше должен быть «Белый», [и] мы немедленно выехали на машине комбата, но в этом схроне «Белого» не было, там был его адъютант «Артем» и окружная проводница ЛЕГЕТА — «Артем» застрелил ЛЕГЕТУ, поджег хату, хотел бежать, но я его подстрелил в ногу из винтовки и он был взят живым.

ЛЕГЕТА сгорела, в хате погорело много документов и большая сумма денег.

«Артем» ничего существенного на допросе не дал. По данным «Чада», которого я оставил в спецгруппе, мы вскрыли еще три схрона центрального провода ОУН — людей в них не задержали, но нашли станковый пулемет «Максима», много литературы, переписки.

Причем два схрона [находились] на территории Станиславской и Львовской областей.

Будучи у нас в спецгруппе, «Чад» мне рассказал, что в лесу недалеко от села Лесники, Бережанский район, он знает табор, где в определенное время (по средам) собираются большие командиры УПА.

Приурочив условное время, мы провели операцию ротой 229-го ОСБ и спецгруппой, в результате которого были убиты командующий южной группой УПА «ГОРДИЕНКО» и командующий северной группой УПА «ДОЛБНЯ», задержан старший их охраны «Чабан», бывший комендант жандармерии куреня «Быстрого». «Чабан» также был оставлен в спецгруппе, он дал ценные данные, по которым целый месяц проводились операции УНКВД и спецгруппой.

После операции по данным «Чабана» я еще раз перестраивал группу, из группы исключил двух боевиков, проявляющих трусость.

Тов. САРАЕВ дал в группу б. окружного референта ОУН по финансам «Мирослава», который в группе играет роль проводника «СБ», он первый допрашивает задержанного «сиксота» своим видом и чистым галицийским выговором он у задержанного рассеивает всякие подозрения, что его допрашивает никто другой, а именно «СБ», следователем назначен «Чад», «Чабан» же охраняет задержанных и помогает «Чаду» в допросах.

Кроме роли проводника «СБ», «Мирослав» проводит читки наших газет с боевиками - настроение в группе в настоящее время хорошее, настроений побега или ухода обратно в банды нет.

С снабжением — продуктами питания как людей, так и лошадей дело обстоит так. В каждом селе, расположенном вдалеке от шоссейной дороги, бандитами оставляется т.н. организацийный скот, свиньи, коровы, взятые бандитами при погромах семей «сиксотов», о существовании в селах такого скота знает каждый предсельсовета. Так мы заявляемся к такому предсельсовета, спрашиваем, есть ли организацийный скот и какой, и он нам как бандитам дает сколько надо свиней, телят, за что ему даем расписку от имени какой-либо банды, действующей на этой территории. Так же и с хлебом, бандиты отдают на мельницы молоть хлеб, собранный ими у населения — мельник знает про этот организацийный хлеб и также нам его отпускает под расписку от имени какой-либо действующей в этих районах банды.

Группа, действующая по районам Тернопольской области как контрольный виддил СБ, в своих действиях неуловима бандитами. Боевики группы, одетые в красноармейскую форму, останавливаются в селах близь райцентра, готовят схроны, где можно допрашивать, и ночами, переодевшись в смешанную форму, выезжать на операции для захвата заранее намеченных объектов.

Командиры отделений спецгруппы имеют свою агентуру, т.н. информаторов «СБ», такая агентура нами вербуется под видом СБ, как бы для наблюдения за поведением «виддилов» и кущей, а также за почетами проводников, мы для информаторов делаем видимость, что мы наблюдаем за проводниками, чтобы они не связались с ненадежными людьми.

Таким образом, от такой агентуры мы узнаем, где, какие «видцилы» проходили, в каких селах останавливались или остановились, также узнаем, где и куда проходили почеты проводников и где квартируют.

Существенным недостатком опергруппы является, что нет у нее постоянной войсковой группы (зимой целесообразно иметь конную группу, хотя бы человек 15-16). Бывает много случаев, когда группа сталкивается во время своей работы с бандитами, вступает с ним в перестрелку и получается, что за перестрелкой проваливает свою работу, а преследовать и уничтожать банду, случайно попавшую, группе не представляется возможным, так как группа, все-таки, для войсковых операций малочисленна, она в своем составе на сегодняшний день имеет 27 человек при вооружении 5 ручных пулеметов, 22 автомата, [а] остальные винтовки, у пулеметчиков и командиров отделения пистолеты и у всех бойцов в достаточном количестве гранаты.

Для передвижения группа имеет пять парных повозок и двух связанных верховых лошадей.

г. Чертков

майор СОКОЛОВ

Украинские националистические организации в годы второй мировой войны. Том 2 1944-1945 Москва. РОССПЭН 2012 Стр. 491-499

Фонд поддержки авторов AfterShock

Комментарии

Аватар пользователя юрчён
юрчён(5 лет 2 недели)(13:51:12 / 10-04-2016)

Казаки тоже ещё долго террор устраивали.

Аватар пользователя alexvlad7
alexvlad7(5 лет 1 месяц)(15:03:20 / 10-04-2016)

 теперь это уже старая "классика" контрборьбы,

спасибо за публикацию.

Лидеры обсуждений

за 4 часаза суткиза неделю

Лидеры просмотров

за неделюза месяцза год

СМИ

Загрузка...